Абсолютная Регрессия Том 1 Глава 762 Мастер боевых искусств должен приветствовать других первым

Гём Мугык пристально вглядывался вдаль. Спустя долгое мгновение он устало потер веки.

— Ох, глаза болят.

Он использовал Божественное Око, чтобы тщательно изучить противоположный склон утеса в поисках любых лазов или механизмов. Однако сколько бы он ни всматривался, всё было тщетно — ничего особенного обнаружить не удалось.

Он снова пустился в путь.

— Младшая, ну и где же ты спряталась?

Сначала он обследовал пруды на пике, расположенном напротив Могилы Мечей. Близнецы-пруды походили на пару глаз, олицетворяющих гору Тяньму. Раз под одним прудом скрывалась ложная Могила Мечей, он резонно предположил, что вход в настоящую усыпальницу может находиться под другим.

К сожалению, там ничего не оказалось. Он досконально изучил дно, но не нашел ни намека на проход.

После этого он принялся один за другим обчесывать соседние пики, но задача оказалась не из легких. На входе в усыпальницу не висело таблички с надписью «Гробница Владык Альянса Отступников». Скорее всего, она была скрыта у всех на виду, так, чтобы глаз за нее просто не цеплялся.

«Смогу ли я и впрямь отыскать столь искусно запрятанную гробницу на просторах этой огромной горы?»

Гём Мугык осознал, что беготня на техниках легкости из-за нетерпения делу не поможет. Ему нужно было улавливать изменения в собственном теле или вибрации Тайной Шкатулки.

Проблема заключалась в том, что если последняя бусина спрятана в самых глубинах гробницы, его чувства и Тайная Шкатулка могли вообще не среагировать. Ведь до сих пор Шкатулка оживала лишь в непосредственной близости от артефакта. Оставалось надеяться лишь на то, что, будучи финальным фрагментом энергии, эта бусина даст более мощный отклик.

Гём Мугык поднимался в гору, сосредоточив на окружении все свои чувства. На каждом шагу он выпускал ци, расплетая её невидимой паутиной для сканирования местности. Он отчетливо чувствовал шорох насекомых под прелыми листьями, но никакой особой энергии не ощущал.

«Что ж, этого и следовало ожидать. Было бы странно, если бы я нашел её сразу.»

Пройдя еще немного, он уловил шум воды. Спустившись к горному ручью, Гём Мугык умылся прохладной водой.

Его собственное отражение вглядывалось в него из потока, и на это лицо наслоился образ его старшего «я» из жизни до регрессии.

«По сравнению с тяготами того времени — это сущие пустяки.»

— Ладно, пойдем искать нашу Младшую!

Гём Мугык до позднего вечера обыскивал территорию, но так и не обнаружил вход. Человек, не привыкший к поискам, уже давно впал бы в тревогу, изводя себя мыслями о том, что пропустил что-то важное и теперь тратит силы впустую в другом месте.

Тем не менее он продолжал движение без лишних сожалений. Он знал по опыту: если место пропущено однажды, глаз не заметит его, сколько бы раз ты ни смотрел снова. Нужно идти дальше, не оглядываясь. Двигаться вперед, не позволяя изнеможению взять верх.

— Не волнуйся. В одном я точно хорош — в умении находить вещи. Ну, и убивать людей, конечно.

......

Той ночью Гём Мугык разбил лагерь в одиночестве. Почти все стоянки до этого он делил со спутниками, но сегодня всё было иначе.

Он развел костер, обустроил ночлег и устроился на мягкой звериной шкуре. Нанизав мясо на прутья, он жарил его и неспешно выпивал в тишине.

Треск—!

Пить, глядя на танцующее пламя костра, было совсем неплохо. Даже приятно. Он всегда оставался человеком, который ценит уединение. Даже те суровые годы, проведенные в одиночестве до регрессии, не казались ему сейчас тяжелыми именно из-за одиночества.

«А что, если я не найду материалы для Великого Ритуала? Что, если моя жизнь так и закончится в вечных поисках?»

Тревога от подобных мыслей некогда отравляла существование, но в итоге он всё преодолел. Справился и зашел так далеко.

Поэтому он чувствовал, что заслужил право похвалить самого себя — особенно после того, как разделался со всеми Двенадцатью Королями Зодиака.

— Ты молодец, Мугык.

Гём Мугык искренне похвалил себя. После регрессии он хвалил других так часто, что у него во рту пересыхало, но совсем позабыл о себе.

Вернее сказать, он и не помнил, когда в последний раз хвалил себя вот так открыто. Было ли такое вообще?

— Мугык, ты и впрямь проделал отличную работу!

Казалось, только звезды, усыпавшие небо, аплодировали этой заслуженной похвале своим мерцающим светом.

......

Владыка Меча Одного Удара стояла одна, вглядываясь в ночное небо.

— Не спится?

Она обернулась и увидела Демона Клинка Кровавых Небес, идущего к ней. Попрощавшись с Гём Мугыком, они сняли комнаты в деревенской таверне. Сейчас она находилась у самого входа в деревню, в нескольких минутах ходьбы от постоялого двора.

— Сегодня почему-то совсем не до сна.

И дело было не только в чужой постели.

— В голове то и дело всплывает образ сражающегося Юного Владыки.

Демон Клинка Кровавых Небес понимающе кивнул. Он чувствовал то же самое. То, что они увидели сегодня, будет еще долго будоражить и терзать их разум.

— Что ты думаешь об этом, Брат?

— О чем именно?

Он решил, что она спрашивает о боевом мастерстве Юного Владыки, но её интересовало совсем иное.

— Я о нашем путешествии за пределы Культа. Не думаю, что в моей жизни когда-либо было столь увлекательное странствие.

Демон Клинка Кровавых Небес кивнул. С этим нельзя было не согласиться. Поездка в компании Гём Мугыка и Владыки Меча Одного Удара не могла быть скучной.

— Это всё потому, что Мугык хорошо заботился о нас.

Владыка Меча кивнула в знак согласия.

— Похоже, Юный Владыка тебя очень ценит, Брат.

— Этот пацан? Да брось.

Несмотря на эти слова, Демон Клинка понимал, что на сердце у Гём Мугыка. Он знал, что парень при каждом удобном случае старался поднять его авторитет перед Владыкой Меча. Он видел это, глядя, как Мугык натаскивает горы тех чудодейственных трав, возвращающих молодость.

Осознание подобных чувств было драгоценным даром путешествия, который можно обрести, лишь покинув стены Культа вместе.

— Ты тоже сильно изменился, Брат. Раньше ты бы ни за что не позвал того человека с нами.

Владыка Меча Одного Удара была втайне поражена, когда Старик Клинок предложил Королю Меча отправиться в Божественный Культ вместе. Раньше он был совсем не таким. Она логично предположила, что он сделал это ради Юного Владыки.

— Я сказал это не из-за Юного Владыки, а из-за тебя.

— Из-за меня?

Демон Клинка Кровавых Небес произнес нечто неожиданное:

— Я подумал, что ты захочешь сразиться с ним еще раз.

Владыка Меча Одного Удара посмотрела на Демона Клинка с загадочной улыбкой.

— Впервые я чувствую себя так. В одном месте собрались три мастера меча, и я из них — слабейшая?

Она могла смириться с тем, что Юный Владыка сильнее неё. Гём Мугык не только в совершенстве овладел Демоническим Искусством Девяти Бедствий, но и сам по себе был человеком более чем исключительным.

Но Король Меча — совсем другое дело. Он был врагом, с которым она сошлась в поединке, и собратом-мечником.

Она знала, что не сможет его одолеть. Пусть результат и выглядел как ничья, она чувствовала: он сдерживался, опасаясь нанести ей смертельную рану.

— Позволь мне признаться кое в чем, — усмехнулась она.

— ……

Демон Клинка Кровавых Небес невольно вздрогнул. Владыка Меча Одного Удара за всю свою жизнь никогда не говорила подобных вещей.

— Было время, когда я начала ненавидеть меч.

Пожалуй, величайшим приобретением Демона Клинка в этой поездке стали отношения с ней. Теперь она столь открыто делилась своими сокровенными мыслями. Они и раньше чувствовали себя непринужденно, но никогда — до такой степени.

— Тц, неужто сама Владыка Меча возненавидела оружие? — пошутил Демон Клинка.

Владыка Меча с легкой улыбкой обнажила клинок.

— Сколько бы я ни тренировалась, моё мастерство стояло на месте. Я чувствовала, что достигла своего предела. Одни мысли об этом душили меня.

Демон Клинка Кровавых Небес знал это. С самого детства она обладала невероятным духом соперничества и страстным желанием становиться сильнее.

— Я была крайне раздражительна в то время, никого не хотела видеть. Внешне я этого не показывала, но внутри у меня царил полный хаос.

Владыка Меча Одного Удара взглянула на свое лицо, отраженное в стали. Образ из того прошлого наслоился на реальность. То было время, когда её макияж становился всё тяжелее и ярче.

— А затем Юный Владыка одним ударом сокрушил преграду на моем пути и показал новый, недосягаемый прежде предел. В тот миг, когда я это увидела, все мои проблемы решились сами собой. Тогда-то я и поняла: все мои невзгоды были порождены моим застоем в мастерстве.

Демон Клинка Кровавых Небес искренне сожалел, что не смог помочь ей тогда. Сейчас он понимал, что в том, чтобы просто поговорить по душам, не было ничего сложного. Ему следовало первым прийти к ней, извиниться и принять её чувства.

Почему тогда это казалось столь непреодолимым? Сейчас это выглядело сущей нелепицей.

— Но в этом «отпуске» Юный Владыка снова вдребезги разнес тот мой предел. Так что мне нет нужды сражаться с тем человеком снова.

Она подняла взгляд к ночному небу.

— Потому что теперь надо мной — чистое небо.

Демон Клинка понял смысл её слов. Владыка Меча Одного Удара намерена идти по пути меча до самого победного конца.

— Благословение это… или проклятие? — пробормотал он, беспокоясь за нее, но, судя по всему, для неё это стало благословением.

Владыка Меча улыбнулась.

— Пусть Юный Владыка и разметал наши воображаемые пределы, но ведь он же вдохнул в нас новую жизнь, не так ли? Давай начнем всё заново.

Демон Клинка знал, что её слова о начале заново касались боевых искусств. Тем не менее в тот миг он не мог не задаться вопросом: что, если у этих слов есть и другой смысл?

Своих чувств он не раскрыл. Несмотря на моменты близости, между ними всё еще стояла невидимая преграда. Владыка Меча Одного Удара была из тех, кто делает шаг назад на каждый его шаг вперед.

Вместо этого он шутливо предупредил:

— Смотри не проиграй тому сопляку с мечом!

Двое Высших Демонов проговорили всю ночь, не замечая течения времени.

......

На следующий день Гём Мугык продолжил свои скитания по горам. Он то и дело выпускал паутину энергии из своего тела, пытаясь уловить малейшие аномалии. Всякий раз, когда перед ним открывался хороший обзор, он задействовал Божественное Око, изучая противоположные скалы.

Это была изнурительная и тяжкая работа, но он неуклонно и безмолвно продолжал искать вход.

— Ну как тебе? Нравится вид оттуда?

На солнечном склоне холма напротив Гём Мугык видел могилу дяди Владыки Меча.

— Ты ведь в курсе? Это место тоже весьма удачное. По традиции, идеальное место для погребения должно иметь гору за спиной и поток воды впереди…

Внезапно Гём Мугыка осенило, и его глаза расширились. Он вспомнил отрывок о фэн-шуй из книги, которую читал в доме Демона Клинка Кровавых Небес.

— Ах, точно!

Он мгновенно взмыл в воздух.

«Горные цепи слева и справа должны словно обнимать благоприятное место, ветер должен быть скрыт, а вода — петлять. Почва обязана быть твердой, а не сырой, и иметь красный или золотистый оттенок».

Именно эти каноны выбора «благоприятного места» он читал тогда.

— Я должен найти такое место!

Какой бы строгой ни была секретность, это всё-таки была усыпальница великих правителей Альянса прошлого. Её наверняка обустроили в соответствии с законами фэн-шуй. Это казалось очевидным, но он и не помышлял об этом, пока не увидел могилу дяди Владыки Меча.

Гём Мугык лавировал между пиками горы Тяньму в поисках наиболее подходящего участка.

Вскоре он обнаружил цель.

— Вот оно!

Это был Пик Бессмертных, расположенный в самом сердце того, что можно было назвать наиболее благоприятным местом на всей горе Тяньму.

Гём Мугык направился прямо к подножию пика. Он не был уверен, что гробница здесь, но имело смысл проверить самое вероятное место первым.

Он поднимался в гору, осматриваясь с удвоенным вниманием. Во время подъема он встретил старого сборщика трав, который спускался навстречу.

— Приветствую! — Гём Мугык легко склонил голову, проходя мимо.

Старик удивился:

— Ты, должно быть, мастер боевых искусств?

— Так и есть.

— Я поражен. Впервые мастер приветствует меня первым.

Гём Мугык улыбнулся и ответил на приветствие сложенными руками:

— Я приношу извинения за всех грубых воинов, которых вы встречали до сих пор. Мастер боевых искусств обязан приветствовать других первым.

Старик замахал руками, смущенный неожиданной учтивостью.

— Да нет нужды в извинениях. Мне и так лестно и радостно от ваших слов.

Обменявшись приветствиями, они на миг замерли для разговора.

— Виды здесь просто чудесные, — заметил Гём Мугык.

На склоне холма раскинулось бескрайнее море травы. Стебли вымахали взрослому по пояс, колыхаясь и танцуя на ветру.

— В этом месте можно поиграть с ветром, поэтому его и называют Ветряным садом, — пояснил старик.

Гём Мугык озадаченно моргнул.

— Поиграть с ветром? Что вы имеете в виду…

В этот миг длинная травинка поймала поток и затрепетала, послушно следуя его направлению. Она металась то влево, то вправо, то вверх, то вниз. Поразительно, но ветер здесь дул сразу с нескольких сторон.

— Разве не занятно?

Гём Мугык кивнул. Об этом названии и месте он никогда бы не узнал, не поздоровайся он со стариком.

— Что ж, счастливого пути.

Попрощавшись, старик продолжил спуск.

Гём Мугык проводил его взглядом, после чего вновь посмотрел на Ветряный сад. Та самая травинка всё еще «играла» там, словно дитя.

Когда он уже собрался возобновить подъем, в его памяти внезапно всплыли прощальные слова Дан Соджина:

- Глядя на вас, Юный Владыка, я чувствую, что вы подобны ветру. Надеюсь, вы и дальше будете жить такой же прекрасной жизнью, вверяя себя ему.

«Неужели? Неужели он оставил мне подсказку?»

Взор Гём Мугыка вернулся к колышущемуся полю. Вход в усыпальницу никогда бы не расположили на таком открытом склоне, так что не встреть он старика — прошел бы мимо не задумываясь, решив, что для тайного места здесь слишком много открытого пространства.

Однако из-за последних слов Дан Соджина его непреодолимо потянуло вглубь сада.

Наблюдая за тем, как травинка вверяет себя стихии, Гём Мугык зашагал вперед. Он погрузился в высокую траву и, как советовал Дан Соджин, полностью доверился ветру.

Свист—!

Он шел вперед за потоком, дующим в спину. Когда ветер сворачивал влево — он смещался вправо. Его тело и шаги стали невероятно легкими.

Когда ветер стихал — Гём Мугык тоже замирал.

Довериться ветру было проще на словах, чем на деле. Нужно было чувствовать его идеально, чтобы двигаться с абсолютной точностью. Останавливаться в нужный миг и мгновенно реагировать на смену направления.

Он двигался ровно так, как дул ветер. В этот миг он слился со стихией, словно танцевал с ней в паре. Он продолжал свой путь.

Мысль о том, насколько безумно это выглядит со стороны, мелькнула в голове, но он не остановился.

Он долго следовал за невидимым поводырем.

Когда он замер после финального порыва, его фигура исчезла с негромким звуком.

Фух—

Если бы кто-то наблюдал за ним, он бы подумал, что парень просто упал в высокой траве, но его там и впрямь больше не было.

Гём Мугык не видел, что сверху примятая им трава сложилась в четкий узор в форме пятиконечной звезды — символ Формации Звездного Ветра Пяти Стихий.

Хлыщ—!

Очередной сильный порыв мгновенно распрямил траву, возвращая всё к первоначальному виду, будто ничего и не было. Там, где только что исчезла тайна, на ветру всё так же беззаботно трепетала лишь та самая одинокая травинка.