Абсолютная Регрессия Том 1 Глава 874 Ты ведь скопил немало деньжат, верно?

Там, где вода отступила, осталась лишь грязь. Некоторые дома рухнули, другие же были до краев забиты илом.

Люди расчищали территорию, по пояс утопая в густой жиже; дети и взрослые не сдерживали слез. Женщины изо всех сил пытались спасти хоть какой-то домашний скарб, погребенный в грязи.

Мужчина и женщина наблюдали за этой сценой, стоя неподалеку.

Женщиной была Гым Арин из Семьи Золотого Дракона.

— Вчерашнее наводнение прорвало дамбу и затопило деревню; многие погибли, не успев спастись, — вздохнула она, выслушав доклад стоящего рядом управляющего Семьи Золотого Дракона. — Постройте новые дома для тех, кто лишился крова.

— Вы ведь не имеете в виду абсолютно всех? — удивленно переспросил управляющий.

— Именно, отстройте их все. Также организуйте временное жилье и отправьте гуманитарную помощь.

Глава Семьи Золотого Дракона, Гым Чхонбан, передал все дела Гым Арин и отошел от дел. Теперь именно она принимала все решения клана.

— Это обойдется дороже, чем вы думаете, — неохотно пробормотал управляющий.

Однако Гым Арин была непреклонна. В конце концов, эта деревня располагалась совсем рядом с Семьей Золотого Дракона.

— Даже если так, мы не можем просто стоять и смотреть, как страдают эти люди, не так ли?

— Мы можем запросить содействие у Союза Мурим, чтобы справиться с этим сообща, — возразил управляющий.

— Это наша территория. Мы и должны заботиться об этих людях.

— Разве в прошлый раз вы не потратили сто тысяч лянов на людей из другого региона?

Гым Арин кивнула. Она понимала беспокойство управляющего.

— Боишься, что я растранжирю состояние главной семьи?

— Дело не в этом, но…

Гым Арин улыбнулась. Несмотря на его слова, он явно волновался.

— Я тоже человек жадный, но это — то, что должно быть сделано.

— ……

Взгляд управляющего безмолвно спрашивал, почему она так сильно изменилась, но она не стала отвечать.

— Пожалуйста, приступайте немедленно.

— Да, я понял.

Гым Арин постояла еще немного, наблюдая за восстановительными работами. На помощь пришли не только деревенские жители, но и воины с мечами на поясах.

Мужчины разгребали тяжелые обломки, а женщины выносили из домов утварь. Некоторые присматривали за детьми. В стороне развели костер и готовили еду для малышей. Не понимающие беды детишки с хохотом бегали вокруг.

В этот момент кто-то заговорил у нее за спиной:

— Похоже, Семья Золотого Дракона в наши дни гребет деньги лопатой.

Она удивленно обернулась и увидела стоящего поодаль мужчину средних лет. У него было круглое лицо и тучное телосложение, но само его присутствие ощущалось невероятно острым, резко контрастируя с заурядной внешностью.

Гым Арин опешила. Она была экспертом, который когда-то возглавлял тайную организацию торговой компании Золотого Дракона. И хоть в последнее время она забросила тренировки, официально приняв дела семьи, её острое чутье всё еще позволяло с первого взгляда распознать мастерство противника.

«Он мастер».

Да, этот человек был мастером столь могущественным, что даже ей пришлось насторожиться. Хуже того, стоило ей взглянуть на него, как она поняла — пришел он с дурными намерениями.

ВШУХ—!

Мужчина с белоснежными волосами возник перед ней, выйдя из маскировки. Это был Лим Хёк, её телохранитель. Она намеренно взяла с собой только его, чтобы не поднимать лишнего шума.

Лим Хёк предупредил Гым Арин через телепатию:

[— Он мастер. Пожалуйста, будьте осторожны.]

Гым Арин кивнула. После того как в торговом мире разошелся слух об уходе её отца, произошло немало событий. Были интриги тех, кто считал её наивной и пытался навязать невыгодные условия контрактов, или тех, кто видел в ней легкую добычу. Многие их планы провалились, но еще никто не осмеливался противостоять ей столь открыто.

Лим Хёк обнажил меч, но незнакомец не проявил страха.

Уже по одному этому Гым Арин поняла, что мастерство оппонента превосходит силы Лим Хёка, и велела тому отступить. Если бы противник намеревался её убить, он бы устроил засаду, а не стал обнаруживать себя.

Она вежливо спросила:

— Могу я узнать ваше почтенное имя, уважаемый старейшина?

— Люди зовут меня Кровавым Кошельком.

Лицо Лим Хёка ожесточилось; он узнал прозвище. Если слухи о силе Кровавого Кошелька правдивы, им не сладить с ним, даже напав вдвоем.

Гым Арин тоже слышала о Кровавом Кошельке. Как-никак, он был печально известной личностью в мире коммерции — паразитом, который присасывался к торговым компаниям по всем Срединным землям и вымогал у них деньги.

Можно было подумать, что подобный мерзавец не может быть великим мастером, но в Муриме всегда хватало исключений. Говорят, деньги могут повелевать даже призраками, а то, что он выживал, грабя богатейшие торговые дома, служило доказательством его устрашающей мощи.

Кровавый Кошелек упивался своим влиянием на торговцев и обожал их обирать. Выманенные деньги он пускал на ветер — на выпивку и азартные игры. Поговаривали, что за одну ночь в борделе он мог спустить десятки тысяч лянов.

— Нас почтила своим присутствием столь прославленная личность, — с сарказмом произнесла она.

Кровавый Кошелек широко оскалился.

— Куда моей славе до вашей? Слыхал я, Семья Золотого Дракона нынче занята спасением мира.

Гым Арин нахмурилась. Похоже, вести о её недавних добрых делах дошли до ушей этого демонического стяжателя.

— У этих дел есть причина.

— И какая же?

— Я дала обещание. Жить праведно.

— И кому же?

Гым Арин улыбнулась. Раньше она не была из тех, кто помогает нуждающимся или делает пожертвования, но став наследницей Семьи Золотого Дракона, она не жалела средств на благотворительность.

Она жила с мыслью об искуплении прошлых ошибок и следовала воле того единственного человека, который помог ей стать во главе клана.

— Есть человек, в чьем имени используется знак «дым», — ответила она. — Это обещание, данное тому, кто исчез подобно дыму.

Разумеется, Кровавый Кошелек не понял, о чем речь.

— Зачем ты до сих пор хранишь в сердце того, кто развеялся дымом?

«Потому что это был необычный дым».

Даже сейчас Гым Арин время от времени думала о Гём Ёне и обо всех тех удивительных вещах, что он совершил. Было бы чудесно увидеть его вновь, но она знала: скорее всего, этого никогда не случится.

— Зачем вы пришли ко мне? — спросила она, притворяясь неосведомленной, хотя лучше кого-либо знала причину его визита. — Пожалуйста, изложите дело.

Кровавый Кошелек достал из кармана бумагу и протянул её. Это был контракт, гласивший, что она выплатит триста тысяч лянов в обмен на защиту от врага.

Гым Арин стиснула зубы. Он требует астрономическую сумму в триста тысяч лянов?!

— И кто же этот опасный враг, указанный здесь? — потребовала она ответа.

Кровавый Кошелек медленно приблизился к ней. Лим Хёк попытался преградить ему путь, но Гым Арин подала знак, что всё в порядке. Раз он предъявил контракт, ничего не произойдет, пока она не поставит свою печать.

Кровавый Кошелек встал рядом с ней, глядя на восстановительные работы. Мимо прошел мужчина, с ног до головы покрытый грязью — он толкал тележку, груженную илом и обломками мебели.

Наблюдая за этим, Кровавый Кошелек упомянул кое-кого:

— Поговаривают, в мире торговцев завелся один редкостный подонок. Болтают, он так жаден до денег, что не успокоится, пока не заберет у оппонента всё до последней нитки, включая саму жизнь. Слыхал я, он подобен стихийному бедствию, от которого торговцам не защититься — прямо как то наводнение, что пронеслось здесь. — Он повернулся к Гым Арин. — Я предлагаю тебе защиту от него.

Гым Арин всё поняла. Этим редкостным подонком был не кто иной, как сам Кровавый Кошелек. Иными словами, это была наглая угроза: если она не отдаст триста тысяч лянов, он заберет все её деньги и убьет её саму.

Контракт же он заготовил для того, чтобы заявить о законности сделки, если Союз Мурим позже вздумает предъявить претензии.

Гым Арин вспомнила недавний случай в торговых кругах.

— Слышала я недавно слух, что главе торговой компании «Девять Драконов» отрубили руку. Это тоже было делом рук того подонка?

Официально считалось, что он лишился руки в результате несчастного случая, но глядя на Кровавый Кошелек, она не сомневалась — тот бедолага тоже стал жертвой этого мерзавца.

Ухмылка Кровавого Кошелька подтвердила её догадку.

— Я бы сказал, что тот подонок проявил милосердие. Обошлось всего одной рукой.

Гым Арин кипела от ярости. Пока её отец был Главой Семьи, Кровавый Кошелек никогда не посещал Семью Золотого Дракона. О близких отношениях её отца с Владыкой Союза Мурим было известно всем.

Однако теперь, стоило ей взять дела на себя, он явился, словно желая подчеркнуть — он ждал именно этого момента. Более того, то, что он пришел к ней вот так, пока отец еще жив и в добром здравии, означало, что этот человек обладал не только мастерством, но и наглостью настоящего безумца.

— Простите, но у меня сейчас нет такой суммы. Если вернетесь позже, я вам её выдам.

— Значит, на постройку домов для этих людишек деньги у тебя есть?

Гым Арин мысленно вздохнула. Похоже, Кровавый Кошелек подслушал её давешний разговор с управляющим. Вот почему он сказал: «Похоже, Семья Золотого Дракона в наши дни гребет деньги лопатой».

— Ладно, сделаем так. Для начала я возьму лишь ту сумму, что пойдет на строительство их домов. Остальное я сочту твоим долгом мне. Проценты составят всего один в день, — выдвинул Кровавый Кошелек неприемлемое условие.

Гым Арин промолчала. Было видно, что этот человек наслаждается процессом. Сумма денег не была для него главной. Важна была реакция оппонента.

— Ах да, ты наверняка не слышала тот слух, — продолжил Кровавый Кошелек. — Говорят, перед тем как тот подонок отрубил руку директору «Девяти Драконов», телохранителю, защищавшему его, снесли голову. Не слыхала об этом? Вас же ведь только деньги заботят. Директор той компании бахвалился, что ни гроша не отдаст, так как верил в силу своего охранника. В итоге бедняга встретил жалкий конец. Говорят, у него и семья была.

Гым Арин прищурилась. Это была прямая угроза убить Лим Хёка. Кровавый Кошелек вел себя предельно заносчиво, вымогая деньги и одновременно издеваясь над ней.

В подтверждение своих угроз он выхватил меч.

ВЗЫНЬ—!

— Давай-ка я избавлю нашу юную госпожу от лишних тревог. Люди обычно соображают быстрее, когда их подчиненному голову сносят.

Он двинулся, намереваясь убить Лим Хёка.

Гым Арин холодно отчеканила:

— Если тронете нас, Союз Мурим не останется в стороне.

Кровавый Кошелек фыркнул, уверенный, что она не посмеет доложить об этом инциденте отцу.

— Ты тут главная, и ты побежишь жаловаться папочке, потому что не можешь разобраться со своими делами? Давай, расскажи ему.

У Гым Арин сердце упало. Попытка воззвать к авторитету Союза Мурим была бесполезной.

— Даже если Союз пришлет следователя, я подкуплю его половиной твоих денег. Посмотрим, что он выберет: справедливость или золото. — Кровавый Кошелек ухмылялся, упиваясь ситуацией. Для него не было ничего слаще, чем лишать человека самого дорогого. Он подначивал: — Я убью этого человека и отрублю тебе руку. Хотя, даже без руки найдутся те, кто будет считать твои денежки за тебя. И кормить тебя будут, и мыть. В этом-то и прелесть богатства.

Лицо Гым Арин ожесточилось.

«Проклятье, нет никакой гарантии, что мы победим в схватке…»

— Я поставлю печать, — произнесла она в конце концов. Она не могла допустить гибели Лим Хёка из-за трехсот тысяч лянов. Затем она добавила: — Но если вы убьете его, печать вам придется просить уже у моего отца.

Она дала понять, что готова умереть здесь вместе со своим подчиненным.

— Тогда я просто лишу его руки. — Кровавый Кошелек занес меч над рукой Лим Хёка.

Гым Арин сама выхватила клинок и встала перед человеком, который был её телохранителем с самого детства.

— Ты и волоска на его голове не тронешь!

Лим Хёк снова заслонил её собой. Он готов был отдать не только руку, но и жизнь, лишь бы она была в безопасности.

— Всё будет в порядке, юная госпожа.

Кровавый Кошелек расхохотался:

— Такая преданность… Ну как его не убить? Любопытно глянуть на твою реакцию.

Он высоко занес меч.

ХЛЮП—!

Что-то влетело прямо в Кровавый Кошелек. Решив, что это скрытое оружие, он в испуге глянул вниз, но увидел лишь брызги грязи на своей одежде.

Он поднял взгляд и осознал: это какой-то парень, таскавший обломки в тележке, швырнул в него комок жижи.

— Эй, ты чем это занят? Все работают, а ты тут драки затеваешь! — отчитал его юноша.

Кровавый Кошелек на миг лишился дара речи. Его не просто прервали — в него запустили грязью.

«Почему я ничего не почувствовал? Потому что у него не было намерения убить?»

Он уставился на молодого человека; у того был при себе меч, но не было и признака владения боевыми искусствами.

Главное — он не ощущал никакой опасности, ведь лицо и всё тело парня были измазаны грязью. Истинный мастер никогда не стал бы заниматься такой тяжелой физической работой.

Кровавый Кошелек громко, издевательски расхохотался.

— Дома лишился, так и рассудок заодно потерял?

— Не может быть… — Глаза Гым Арин, прикованные к юноше, расширялись всё больше и больше.

Сначала лицо показалось ей знакомым. Она не узнала его сразу, ведь он был весь в иле, но когда услышала голос — сомнений не осталось.

— Гём Ён!

Никогда прежде Гым Арин не была так счастлива видеть кого-либо. Она была в таком восторге, что едва не закричала от радости. Удивительно, но человеком, проходящим мимо с тележкой, был не кто иной, как Гём Мугык.

— Что ты здесь делаешь? — спросила она.

Гём Мугык ответил:

— Шел навестить тебя, но не смог пройти мимо, когда увидел страдания этих людей, вот и решил подсобить.

— Навестить меня? Зачем?

— Неужто позабыла? Я же говорил, что в следующий раз познакомлю тебя с друзьями, не так ли?

Гым Арин застыла в оцепенении.

Всё верно. Он говорил это. О том, что у него есть друзья, которые слишком чисты для своего положения. Что он обязательно познакомит её с такими людьми.

Тогда она истолковала его слова так, будто её статус юной госпожи Семьи Золотого Дракона — не такая уж великая вещь, и ей стоит просто жить праведно, не поднимая шума. Но он и впрямь пришел, чтобы представить ей своих товарищей?

С другой стороны, лицо Кровавого Кошелька помрачнело. Тот факт, что этот оборванец знает Гым Арин, его беспокоил. Значит, тот подошел к ним намеренно.

И действительно, Гём Мугык бросил Кровавому Кошельку неожиданный вопрос:

— Ты ведь скопил немало деньжат, верно?

— С чего ты спрашиваешь?

— У моих друзей слишком острый слух. Они всё слышали. Да и я им кое-что нашептал. И… они все очень горят желанием отрубить тебе руки.

— Что?

— Видишь ли, нас шестеро, и твои руки — как, впрочем, и ноги — уже распределены между ними. Похоже, остаток дней тебе придется провести лежа, и чтобы тебя кормили с ложечки. Тебе понадобится много денег.

Лицо Кровавого Кошелька мгновенно ожесточилось. Слова этого юнца звучали слишком странно для бреда безумца.

Гём Мугык продолжил:

— Один в особенности разгорячился. Зачем тебе понадобилось поминать Союз Мурим? Я попытаюсь его сдержать, но в этой поездке он вспомнил о своей истинной натуре и стал весьма груб и вспыльчив. Того и гляди в отступники подастся.

— ?

Кровавый Кошелек понятия не имел, о чем толкует этот заляпанный грязью наглец.

Гём Мугык оглянулся на шумную стройку.

— А теперь позволь мне представить моих друзей!

Глава 875