Абсолютная Регрессия Том 1 Глава 894 Я не знал, что ей понравится, поэтому подготовил всё

Как только Гём Уджин получил известие о рождении ребёнка, он мгновенно прибыл на место.

Его сердце трепетало, пока он стоял перед дверью — чувство, которое он не испытывал даже во время битвы с Небесной Звездой Убийства.

Распахнув дверь, он первым делом проверил состояние Ли Ан.

— Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо, отец, — ответила Ли Ан, пытаясь приподняться.

Мягкая Qi Гём Уджина окутала её и заставила снова лечь.

— Ты прошла через многое, — произнёс он.

Это была всего лишь одна фраза, но его слова были преисполнены искренней теплоты.

Затем его взгляд сместился на младенца, лежащего рядом с Ли Ан.

За эти годы Гём Мугык открыл для себя множество новых выражений на лице отца, и сегодня он увидел ещё одно.

— Поздравляю с тем, что вы стали дедушкой!

Гём Уджин кивнул. Он не мог скрыть эмоций. Его переполняло невыразимое чувство — радость, совершенно не похожая на ту, что он испытывал при рождении собственных детей.

— Пожалуйста, подержите внучку, отец.

Гём Уджин посмотрел на Короля Кулачных Демонов:

— Ты уже держал её?

— Подержу попозже, когда она немного подрастёт, — ответил Дан У Ган, всерьёз опасаясь, что он слишком большой и неуклюжий, чтобы безопасно держать кроху.

Гём Мугык хихикнул. Даже великий Король Кулачных Демонов пасовал перед своей первой внучкой.

Он поднял ребёнка и передал её отцу.

Гём Уджин бережно взял младенца. Он тоже нервничал, ведь прошло очень много времени с тех пор, как он в последний раз держал детей на руках. В какой-то момент он совсем забыл, что любая жизнь начинается с чего-то настолько крошечного.

Для него эта малышка казалась тяжёлой — тяжелее любого другого существа в мире.

Глаза его повлажнели, когда он впился в неё взглядом. Его сын походил на его покойную жену, а внучка была точной копией его сына.

Слабое дыхание младенца отозвалось в его сердце резонансом куда более мощным, чем мантры Демонического Искусства Девяти Бедствий.

— Ты уже выбрал имя? — спросил он.

— Мы бы хотели, чтобы имя дали вы, отец.

Гём Уджин удивлённо посмотрел на сына.

Гём Мугык кивнул. Они с Ли Ан уже всё решили.

— Было одно имя, которое твоя мать хотела дать, если бы у неё родилась дочь, — произнёс Гём Уджин, глядя на внучку. — Хаён. Гём Хаён. С иероглифом «Ха (夏)», означающим лето, и «Ён (缘)» — судьба.

Гём Мугык не знал, совпадение это или рок, но иероглиф «судьба» теперь стал частью имени его дочери.

Ли Ан посмотрела на Гём Мугыка и кивнула, после чего лучезарно улыбнулась.

— Какое красивое имя.

Гём Мугык вновь взял дочь на руки.

— С этого момента твоё имя — Гём Хаён!

ДИНЬ— ДОН—!

Колокольный звон разнёсся из окна — не тревожный набат, а мягкий, звучный звон. Это был звук, возвещающий о радостном событии внутри Культа.

Все демонические практики немедленно прекратили свои дела. Каждый понял: Владычица Демонов благополучно разрешилась от бремени.

Старик Клинок оторвался от чтения. Никакие слова в его книге не могли сравниться с эмоциями этого мгновения.

На тренировочной площадке Владыка Меча Одного Удара высоко вскинула свой меч к небу.

Великий Пьяный Демон поднял чарку в тосте, салютуя пустоте.

По такому случаю Король Ядов выпустил на волю ядовитого инсекта, которого так долго и кропотливо ловил.

Демонический Будда тихо зачитал мантру во здравие младенца.

Успокаивая чью-то заблудшую душу, Высший Демон-Жнец Душ расхохоталась как безумная.

Злобно Ухмыляющийся Демон, который в упор смотрел на белую стену, молча улыбнулся.

Со Дэ Рён, находившийся в самом разгаре допроса, вскинул руки и закричал от радости.

Чанхо, собиравшийся на задание, громогласно выкрикнул вместе с Демонической Армией из своего огромного экипажа:

— Поздравляем с благополучным прибавлением, Владычица Демонов!

......

— Я её уложу, — сказал Гём Мугык, забирая Хаён из рук Ли Ан.

— УА-А-А-А-АХ!

Стоило ей оказаться в руках папочки, как плач стал ещё громче.

— Она никак не спит, хотя уже наелась, — простонала Ли Ан.

Хаён просыпалась почти каждые два часа, не давая матери выспаться. Со Дэ Рён как-то заметил, что и не подозревал, как часто просыпаются дети, и он был чертовски прав. Она просыпалась постоянно.

— Она ведь не приболела? — Гём Мугык приложил ладонь к её лбу. — Кажется, жара нет.

Постижение боевых искусств и воспитание ребёнка были совершенно разными вещами. Подобно Муриму, родительство было миром бесконечных ступеней. Он мог сокрушить скалу одним ударом, но не мог заставить ребёнка перестать плакать. У него не было способа преодолеть это испытание.

— Я присмотрю за ней, а ты поспи.

— Спасибо.

Внезапно снаружи ощутилось чужое присутствие.

Гём Мугык мгновенно узнал ночного визитера.

— Хаён, хочешь погулять во дворе с папой?

Когда он вышел на улицу с ребёнком, отец уже ждал там.

— Что привело вас сюда в такой час? — спросил он.

Гём Уджин ответил небрежно:

— Мне не спалось, вот и решил прогуляться.

Гём Мугык подозрительно прищурился.

«Как бы не так. Наверняка он пришёл, прослышав, что Ли Ан выбивается из сил».

— Я присмотрю за ней пару часов, а вы двое поспите, — предложил Гём Уджин.

Гём Мугык моргнул:

— Вы, отец?

Гём Уджин кивнул.

Гём Мугык без колебаний передал Хаён на руки другому.

— Как же мне отблагодарить вас?!

Возможно, из-за того, что девочка оказалась в незнакомых руках, Хаён тут же прекратила рыдать и уставилась на старика.

Гём Уджин развернулся, держа внучку, которая смотрела на него широко распахнутыми глазами.

— Хаён, пойдем поиграем с этим старым дедулей.

Уходя, Хаён больше не издала ни звука.

Вернувшись в комнату, Гём Мугык обнаружил, что Ли Ан слышала весь их разговор.

— С вашим свекром точно всё будет в порядке?

— Это же наш отец. Он справится, не волнуйся и ложись спать.

Гём Мугык улёгся на кровать рядом с Ли Ан.

Как только измотанная недосыпом жена заснула, он бесшумно поднялся и покинул комнату.

«Нет, это ненормально! Как отец сможет уложить спать Хаён, если мы сами так измучились?»

Гём Мугык мгновенно сорвался с места.

После его ухода Ли Ан открыла глаза.

«Ну да, этот беспокойный параноик ни за что бы не уснул, оставив дочь с отцом. В любом случае, на сегодня я позволю Гёмам самим разбираться с нашей Хаён».

Почувствовав облегчение, она снова крепко уснула.

Тем временем Гём Мугык уже прибыл к резиденции своего отца. Он ожидал услышать плач Хаён, но в доме царила тишина.

Войдя в комнату, он замер от шока. Хаён сладко спала на руках у дедушки, но самым удивительным было другое — его отец и дочь были одеты в одинаковые пижамы в цветочек!

Глаза Мугыка расширились от изумления. «Отец заранее подготовил комплект детской пижамы для Хаён?!»

— Тсс! — Гём Уджин приложил палец к губам, осторожно укладывая Хаён на кровать.

Опасаясь разбудить её, Гём Мугык передал мысленно:

[— Как вам это вообще удалось?]

[— К твоему сведению, я вырастил двоих сыновей].

Гём Мугык ошарашенно кивнул. Если подумать, отец уже говорил нечто подобное. Рассказывая историю о том, как он мчался к Демону-Доктору с его старшим братом, который горел в лихорадке, он упоминал, что сбивал высокую температуру, обтирая себя едва теплой водой. Это означало, что к моменту появления второго сына он стал куда более опытным.

[— Вы удивительный человек, отец.]

Гём Мугык подошел к дочери.

«Ну почему ты так измучила маму, если можешь так хорошо спать?»

Гём Уджин самодовольно ответил:

[— Похоже, малышка уже смекнула, что за человек её дедушка].

Гём Мугык ухмыльнулся.

«Ну еще бы, чья она дочь? Вполне естественно, что она такая сообразительная. Она знает, что никогда не прогадает, пока находится на хорошем счету у отца».

Гём Уджин улыбнулся, глядя на Хаён.

[— Я буду присматривать за ней время от времени].

......

В комнате Гём Мугыка висела новая картина.

Полотно с танцами друзей на свадьбе было отодвинуто в угол, а его место заняли портреты Хаён. Здесь была картина, где она совсем кроха, другая — где она делает свои первые шаги, и ещё одна — где у неё на поясе висит маленький деревянный меч длиной около сорока пяти сантиметров.

Мастерство Чанхо росло так же стремительно, как и сам ребенок.

— Время летит невероятно быстро, — пробормотал Гём Мугык, глядя в окно. Казалось, Хаён родилась только вчера, а теперь она уже вовсю бегает и довольно бойко лепечет.

Внезапно чья-то голова высунулась над стеной и тут же исчезла.

— И за чем это ты шпионишь? — спросил Гём Мугык, выходя из комнаты.

Старик Клинок вошел во двор.

— Шпионю? Я не шпионил. Просто проходил мимо и заглянул на огонёк.

— Используя технику цингуна? — Гём Мугык усмехнулся, догадываясь о цели визита. — Если ты пришёл увидеть Хаён, то опоздал на целый шаг.

Тень разочарования мелькнула на лице Старика Клинка.

— О небеса, у Владыки Культа что, совсем дел нет?

— Видимо, нет.

Старик Клинок издал пустой смешок.

— Неужели он настолько обожает свою внучку?

Гём Мугык надулся. Дело было не только в том, что отец обожал её. Хаён тоже души не чаяла в дедушке. Даже играя с мамой и папой, она постоянно просила отвести её к дедушке, потому что скучала.

Это время было для Ли Ан часом отдыха. Она могла спокойно выпить чашку чая, а иногда даже попрактиковаться в боевых искусствах.

— Наконец-то настал этот год, — внезапно произнес Старик Клинок.

Гём Мугык кивнул:

— Время и впрямь летит.

Пять лет, которые он обещал отцу, истекали в этом году. Собственно, наступил тот самый месяц, и до срока оставалось всего несколько дней.

Тогда он просил отца подождать пять лет. Он обещал: если по прошествии времени мечтой отца всё ещё будет мировое господство, он сам встанет во главе этой войны.

Ему казалось, что этот день никогда не наступит, но за хлопотами по воспитанию ребёнка срок подкрался незаметно.

Старик Клинок огрызнулся:

— Ах ты паршивец, как ты смеешь рассуждать при мне о быстротечности времени?

Гём Мугык рассмеялся. Верно, кто-то когда-то сказал, что в двадцать лет время идёт со скоростью второсортного цингуна, а в тридцать — со скоростью третьесортного. Быть может, когда-нибудь оно помчится со скоростью полного перерождения?

— Я думал, к этому году ты уже развернешь какой-нибудь хитроумный план.

— Что за план?

— Я думал, ты начнёшь обходить Высших Демонов, уговаривая их воспротивиться объединению Мурима.

— И если бы я попросил, вы бы послушались?

Старик Клинок покачал головой:

— Пожалуй, не смог бы.

Гём Мугык кивнул, словно ожидая такого ответа.

— Если вы не можете, то кто из других Высших Демонов сможет? Я не хочу обременять их без нужды.

«Хотя раньше я сваливал на них всякие тяжкие ноши».

— Повзрослел, значит, став отцом?

Выражение лица Гём Мугыка стало многозначительным.

— Нет, это тоже часть плана.

— Плана?

— Я намерен уладить всё именно в тот день и в том самом месте. — Гём Мугык раскрыл причину, по которой не навещал их, и тон его стал серьезным. — Если бы я пришел и попросил заранее, вы бы все решили, что у вас нет выбора. Но в тот день я запущу план по завоеванию симпатий. Я заставлю вас почувствовать: «Эх, Юный Владыка заходит так далеко, я обязан выступить и помочь ему».

Старик Клинок вздохнул. На месте любого другого это казалось бы невыполнимым, но в случае с Гём Мугыком — вполне вероятно.

— Зачем ты мне это рассказываешь? — спросил он.

Гём Мугык пояснил:

— Это тоже часть плана. Вы подумаете: «Как я могу не помочь Юному Владыке, который так открыт со мной? Я, по крайней мере, обязан ему помочь!»

Старик Клинок выглядел ошарашенным. По крайней мере, в одном Мугык был прав. Навещать их заранее не было смысла, так как их решения уже были предопределены.

— Ты думаешь, мечта отца осталась прежней? — спросил Гём Мугык.

— Я не могу знать, что на душе у Владыки Культа. Однако… — После краткой паузы Старик Клинок добавил спокойно: — Владыка Культа наверняка тоже старается.

Гём Мугык уловил скрытый смысл этих слов.

В этот момент прибыл еще один визитер. Это был Демонический Будда.

— Что тебя сюда привело?

— Я был в Срединных землях и купил Хаён кое-какую одежду по пути назад.

Демонический Будда передал сверток с вещами — и это был человек, от которого меньше всего в жизни можно было ожидать покупки детских нарядов.

— Спасибо.

— Где Хаён? — Демонический Будда намеревался взглянуть на лицо девочки, раз уж зашел.

— Вы опоздали на целый шаг.

Ма Буль понял, что Хаён снова у Владыки Культа.

Старик Клинок отпустил шутку в его адрес:

— Возьми номерок и вставай в очередь. Я следующий.

Голос раздался из-за спины:

— Какая еще очередь? Тот, кто первым придет в день приема, тот и играет с Хаён.

Все обернулись. Это был Великий Пьяный Демон.

Старик Клинок бросил на него взгляд, говорящий: «И откуда только взялся этот пьянчуга?»

Сун Сахёк, однако, не отступил:

— Старший, я не пью уже десять дней. Я на взводе, так что не лезь ко мне.

— С чего это ты вдруг бросил пить?

— ……

Пьяный Демон не нашелся с ответом.

Гём Мугык ответил за него:

— Хаён сказала, что он ей не нравится, потому что от него пахнет алкоголем.

Старик Клинок в недоумении уставился на Сун Сахёка.

— Неужто Пьяный Демон бросил пить из-за такой ерунды?

— Вот поэтому я и говорю вам — не болтайте о каких-то номерках!

Демонический Будда, похоже, не желал участвовать в этой потасовке.

— Я просто занес одежду. Дайте знать, если не подойдет. Я обменяю.

Когда он уже собрался уходить, Гём Мугык сказал:

— Вы очень нравитесь Хаён, Демонический Будда.

Ма Буль замер от неожиданности.

Старик Клинок и Великий Пьяный Демон тоже навострили уши.

— Буквально несколько дней назад она спрашивала, когда увидит дедушку Золотого Будду.

— Она правда сказала, что я ей нравлюсь?

— Кажется, сияние, исходящее от вашего тела, кажется ей чарующим и приятным, да и с вами ей уютнее, потому что вы невысокий.

Лицо Демонического Будды просветлело. То, что он считал своими недостатками, стало для Хаён поводом для симпатии.

— И всё же, встрече с кем-то вроде меня не принесет Хаён никакой пользы, — произнес он, делая шаг назад.

Пьяный Демон вмешался:

— Если следовать этой логике, то я вообще просто алкаш!

Старик Клинок тоже вставил слово:

— А я разве лучше? У меня само прозвище содержит иероглиф «кровь».

— И всё же, вы ведь читаете много книг, Старейшина Клинок? Вы станете для Хаён прекрасным подспорьем.

Для Хаён прозвищем Демона Клинка было «Дедушка-Книжка». Она обожала заглядывать к нему домой, потому что там было полно книг.

— Юный Владыка. А кто Хаён нравится больше всех из Высших Демонов? — спросил Старик Клинок. — Ты-то наверняка знаешь?

Глаза троих Высших Демонов синхронно сверкнули.

«Потому что я — Дедушка-Книжка!»

«Потому что я — Дедушка Золотой Будда!»

«Потому что я завязал!»

Имя, которое назвал Гём Мугык, стало для всех полной неожиданностью:

— Это Король Ядов.

Все испытали разочарование при упоминании Короля Ядов, но в то же время и любопытство.

— Почему? Разве Король Ядов раньше не заставлял Хаён страдать?

Король Ядов различными методами повышал сопротивляемость Хаён к ядам. В результате, хотя у неё и не развилась полная невосприимчивость к ядам, её природа изменилась так, что на неё не действовало большинство обычных токсинов.

Эта процедура наиболее эффективна в раннем возрасте, но доверить Хаён Королю Ядов они могли лишь благодаря абсолютной вере Гём Мугыка и Ли Ан в его мастерство.

В любом случае, для Хаён это должен был быть тяжелый опыт, так что Король Ядов должен был стоять последним в списке её симпатий.

— Почему именно Король Ядов?!

— Разве он не обаятелен? — Гём Мугык ответил на ревнивый выкрик троицы.

Старик Клинок и Демонический Будда лишь вздохнули и облизнулись. Вдобавок ко всему, Король Ядов обладал бессмертной молодостью.

Однако Реакция Пьяного Демона была иной:

— Я так это не оставлю! Как только запах алкоголя выветрится — я одержу победу!

…Нет, ему не суждено было победить. Король Ядов приблизился издалека, демонстрируя то, что держал в руке.

Этим жестом он окончательно похоронил рейтинг популярности. Им были подготовлены двенадцать маленьких, очаровательных мешочков, на каждом из которых был искусно вышит один из двенадцати зодиакальных знаков: крыса, бык, кролик, тигр...

— Я не был уверен, какой именно зверек понравится Хаён, поэтому подготовил всё, — пояснил он.

Глава 895