Бессмертие через формирования (Новелла) Том 4 Глава 1985 «Я тоже»
Глава 1300
После того как Мо Хуа вошел, в зале собраний стало заметно тише.
«Этот мальчишка и есть тот самый Божественный Учжу?» — спустя мгновение с некоторым недоумением спросил молодой господин в золотом одеянии, выглядевший как типичный выходец из знатной семьи.
«Истинный мастер…» — молодой господин в золотом одеянии перевел взгляд на Истинного мастера Хуа и спросил: «Вы ведь не пытаетесь нас одурачить?».
Его тон оставался в рамках приличия, но в манерах не было особого почтения.
Истинный мастер Хуа был культиватором ранга Превращения Перьев, а этот молодой господин в золотом одеянии находился лишь на пике ранга Золотого Ядра, однако он не проявлял перед ним сильного страха.
Другие отпрыски знатных семей тоже начали язвительно комментировать: «Этот пацан всего лишь на ранге Установления Фундамента, и он может быть Божественным Учжу?».
«Ваша семья Хуа не держит ли нас за варварских культиваторов?»
В зале мгновенно поднялся шум: посыпались легкомысленные замечания и обсуждения.
Когда собираются потомки по-настоящему великих кланов, на первый план выходят их происхождение, связи и статус.
Порой разница в ранге культивации на одну ступень выше или ниже не играет решающей роли.
Многие из присутствующих здесь знатных отпрысков находились на поздней стадии или пике ранга Золотого Ядра.
Но все те, кто мог вращаться в этом кругу, обладали выдающимся происхождением, благородной родословной, занимали высокие посты в своих кланах, имели влиятельные родственные связи и поддержку неизвестно скольких предков.
Действуя во внешнем мире, каждый из них представлял лицо своей семьи и не мог позволить себе проявить слабость перед представителями других кланов.
То, что они сохраняли видимую «вежливость» по отношению к Истинному мастеру Хуа, уже было проявлением большого уважения к нему.
Более того, многие из них уже достигли пика ранга Золотого Ядра.
Ранг Превращения Перьев для них был на расстоянии всего одного шага.
Хотя возможность перешагнуть этот порог зависела как от таланта, так и от судьбы, это все же был осязаемый рубеж, который не казался им недосягаемым.
Истинный мастер Хуа тоже не мог позволить себе полностью игнорировать этих юношей.
Семья Хуа была великим кланом, но и семьи этих людей были не хуже, а их переплетенные связи уходили корнями в глубокую древность.
«Этот юноша действительно является Божественным Учжу Великих Пустошей, он…» — Хуа сделал небольшую паузу и продолжил: «Предок лично разорвал его причинно-следственные нити, а я несколько дней назад собственноручно вытащил его из Великих Пустошей».
Предок семьи Хуа…
Присутствующие на мгновение замерли.
Они не смели обсуждать дела предков, но в остальном им было что сказать.
Молодой господин в золотом одеянии, глядя на Хуа, спросил: «Вы уверены, что не ошиблись?»
Хуа холодно ответил: «Разумеется».
«Его допрашивали?»
«Допрашивали».
«Он признался?»
«Нет…»
Молодой господин в золотом одеянии покачал головой: «Он даже не признался, как же вы можете утверждать, что он — Божественный Учжу из Великих Пустошей?».
Хуа невозмутимо произнес: «Есть портрет…»
Молодой господин в золотом одеянии усмехнулся: «Истинный мастер, неужели вы… и правда принимаете нас за дураков? Мы все культиваторы, кто же смотрит на такие поверхностные улики, как внешнее сходство?».
«И еще…»
Молодой господин в золотом одеянии окинул Мо Хуа взглядом: хотя на том была тюремная одежда и он выглядел неопрятно, парень был полон сил, а его щеки разрумянились от хорошего питания.
Молодой господин нахмурился:
«Вы что же… даже не решились применить к нему пытки?»
Истинный мастер Хуа с оттенком беспомощности ответил: «Он слаб телом и временно не может выдержать допроса с пристрастием».
Господин в золотом одеянии со странным выражением лица произнес:
«Он — Божественный Учжу, виновник беспорядков в Великих Пустошах и великий мятежник против Даосского Двора, а вы… боитесь, что он слаб телом, и не решаетесь пытать его?».
Взгляды остальных, направленные на Хуа, тоже стали двусмысленными:
«То есть ваша семья Хуа схватила этого "Божественного Учжу", не допросила его, не применила пыток и даже не заставила его признать свою личность?».
Кто-то холодно усмехнулся: «Даже если бы он признался, что с того? Если он скажет, что он Божественный Учжу, он им станет?».
«Посмотрите на него: Золотое Ядро не сформировано, море ци слабое, тело хрупкое. Кроме смазливого личика, в нем нет ничего особенного — брось его в толпу, и взгляда не задержишь. Неужели это Божественный Учжу?».
«Вы действительно принимаете нас за безмозглых варварских культиваторов?»
В подобной ситуации то, что Мо Хуа ни во что не ставили, было скорее плюсом, но в глубине души он все равно немного разозлился.
Другие подхватили: «Верно, какой смысл в признании этого мальчишки? Разве всё обстоит так, как он скажет?»
«Я вот тоже могу сказать, что я — старейшина Павильона, и что, я им сразу стану?»
«Если уж семья Хуа сочиняет ложь, то имейте совесть подобрать более подходящую кандидатуру на роль этого Божественного Учжу».
«Как минимум, стоило бы применить пытки: всыпать ему плетей, сломать пару пальцев или оторвать руку…»
«Вы не допрашиваете, не бьете и не убиваете его, а утверждаете, что он Божественный Учжу. Кто в это поверит?».
«Может быть, вашей семье Хуа жалко его пытать? Раз так… если вам жалко…»
Взгляд молодого господина в золотом одеянии стал тяжелым: «Передайте его нам на допрос».
Как только эти слова прозвучали, атмосфера в зале мгновенно потяжелела.
Все впились взглядами в Истинного мастера Хуа, их глаза сверкали.
Если раньше они казались вздорными бездельниками, то теперь напоминали стаю кровожадных хищников.
Хранивший молчание истинный мастер Хуа внезапно всё понял.
Эти «золотые детки»… пришли, чтобы забрать добычу.
Истинный мастер Хуа нахмурился.
Он и раньше чувствовал неладное: о том, что он, используя «Карту тысячи ли» семьи Хуа, прошел сквозь Туман Великого Голода и захватил мальчишку, не должны были знать посторонние.
Но эти молодые господа один за другим слетелись сюда, словно волки, почуявшие запах крови.
Откуда… откуда они прознали об этом?
В семье Хуа завелся предатель?
У истинного мастера Хуа по спине пробежал холодок.
«Ну так что?» — произнес молодой господин в золотом одеянии.
«Раз ваша семья Хуа не может поднять руку, моя семья Сюаньюань справится. Мы бросим этого мальчишку на гору ножей или в огненное пламя — живо заговорит».
Истинный мастер Хуа взял себя в руки, его лицо стало ледяным: «А если я не отдам его?»
Лицо молодого господина в золотом одеянии тоже посуровело:
«Божественный Учжу из Великих Пустошей — важный преступник. Его действия — это вызов законам Даосского Двора. И ваша семья Хуа не вправе единолично распоряжаться его судьбой. Если только…».
Молодой господин почтительно сложил руки, обращая взор к небу: «Ваша семья Хуа не осмелится пренебречь волей Даосского Двора, отмеченного самим Небом?».
Лицо Хуа исказилось: «Ваша семья Сюаньюань может представлять Даосский Двор?».
Молодой господин в золотом одеянии усмехнулся: «Моя семья Сюаньюань, конечно, нет. Семья остается семьей, но…»
Он обвел рукавом зал: «Все присутствующие здесь кланы — опора Даосского Двора. Мы верны ему и пришли спросить о деле "великого мятежника" из Великих Пустошей. Семье Хуа следовало бы дать ответ, чтобы мы могли отчитаться перед предками наших кланов».
Хуа молчал, его лицо становилось всё мрачнее.
Другие отпрыски великих кланов смотрели на него, словно волки, — обстановка накалилась до предела.
Мо Хуа поджал губы и тоже молчал.
Он был всего лишь «заключённым» и не имел права говорить.
Хотя в руках семьи Хуа его участь вряд ли была бы завидной, оказаться в руках этих молодых господ, представляющих крупнейшие кланы Даосского Двора, было ничуть не лучше.
Более того, Мо Хуа не забывал, что за ним тянется ядовитая причинно-следственная нить с «Павильоном Молодых Господ».
Все эти благородные юноши выглядели величественно и безупречно, но никто не знал, что скрывается под их оболочкой.
Вполне вероятно, что среди них были люди из «Павильона Молодых Господ».
Те, кто в свое время поднимался на борт «Цветочной лодки».
Если он попадет к ним и они узнают, кто он такой, ему точно конец.
Можно сказать, что для Мо Хуа все присутствующие здесь люди были злодеями.
И среди них могли скрываться «великие злодеи» с еще более разложившейся моралью.
Когда сердце Мо Хуа уже готово было уйти в пятки, он внезапно почувствовал на себе чей-то взгляд, который давил на него с необычайной суровостью.
Мо Хуа проследил за этим взглядом и увидел неподалеку, за ширмой, худощавого культиватора в зеленом даосском одеянии, который пристально смотрел на него, о чем-то раздумывая.
Аура этого культиватора казалась обычной, но Мо Хуа чувствовал, что его ранг культивации выше, чем у остальных.
Ранг Превращение Перьев!.
Это был еще один истинный мастер ранга Превращения Перьев.
В зале, истинный мастер Хуа был не единственным носителем этого ранга.
И в тот момент, когда Мо Хуа встретился взглядом с этим культиватором в зеленом, ци Элемента Дерева внутри его тела начала непроизвольно циркулировать.
ци Элемента Дерева…
Зрачки культиватора в зеленом расширились, его фигура мгновенно размылась, превратившись в перьеобразную ци, и он исчез.
В следующее мгновение он уже стоял рядом с Мо Хуа, протягивая руку, чтобы схватить его.
Лицо истинного мастера Хуа изменилось, он перехватил его руку и холодно спросил: «Истинный мастер Цинму, что вы творите?».
Тот, кого назвали «Истинным мастером Цинму», проигнорировал истинного мастера Хуа.
Он не сводил глаз с Мо Хуа и взволнованно допытывался:
«Мальчик, как твое имя? Кто твой мастер? Каков твой Даосский Фундамент? Какой твой жизненный духовный артефакт?».
Хуа был крайне недоволен.
Мо Хуа пробормотал: «Я… я не помню…»
«Не помнишь? Не помнишь…» — пробормотал истинный мастер Цинму, качая головой.
«Ты не можешь не помнить. Жизненный духовный артефакт — это ключ к формированию Золотого Ядра, ты не мог об этом забыть, ты…».
Истинный мастер Цинму снова попытался схватить Мо Хуа.
Лицо истинного мастера Хуа потемнело, его намерение меча вспыхнуло, словно яркие перья: «Цинму, ты переходишь границы!».
Только тогда истинный мастер Цинму с сожалением отступил, но его взгляд по-прежнему был прикован к Мо Хуа.
Истинный мастер Хуа спросил: «Вы тоже хотите вмешаться?»
Истинный мастер Цинму изначально был лишь наблюдателем.
Будучи культиватором ранга Превращения Перьев, он обладал огромной властью, и каждое его действие отражалось на интересах его семьи.
Он прибыл в эти земли с определенной миссией и не мог действовать опрометчиво.
В зал он пришел просто посмотреть на развитие событий.
Так должно было быть.
Но увидев Мо Хуа, он изменил свое мнение.
Цинму посмотрел на Хуа горящим взглядом: «Этот мальчишка… он точно что-то скрывает. Если семья Хуа проявляет доброту и не желает пытать его, я могу сделать это за вас».
Он немного подумал и добавил: «Действительно, внезапное появление этого Божественного Учжу посреди хаоса в Великих Пустошах крайне подозрительно. За этим явно скрывается какая-то тайна, и мы обязаны во всём разобраться. Передайте его мне, я сам всё выясню…».
Говоря это, истинный мастер Цинму снова невольно потянулся к Мо Хуа.
Истинный мастер Хуа с силой оттолкнул его руку и холодно произнес: «Вы что, рассудок потеряли? Что за чушь вы несете?»
Истинный мастер Цинму сгорал от нетерпения, но в одиночку он не мог одолеть истинного мастера Хуа.
Он не был похож на тех молодых господ ранга Золотого Ядра, которые еще не переступили черту ранга Превращения Перьев и не имели четкого представления о силе этого ранга.
Он сам был на этом ранге и знал возможности истинного мастера Хуа, поэтому не смел вести себя слишком вызывающе.
Тогда истинный мастер Цинму обернулся к другой ширме, украшенной пейзажами Восьми Триграмм и Горных Цепей, и позвал: «Чжугэ, скажи и ты свое слово».
Взгляд Хуа стал тяжелым.
Мо Хуа тоже переменился в лице.
Чжугэ?
Он уставился на ширму с изображением Восьми Триграмм и только тогда заметил, что за ней скрывается еще один Истинный мастер.
Этот истинный мастер был одет в светло-голубое даосское одеяние, его волосы были распущены, он был бос.
Его поведение было крайне непринужденным, даже ленивым, но при этом он обладал необычайной красотой.
Просто лежа там, он излучал ауру, выходящую за пределы мирской суеты.
Одного взгляда на него было достаточно, чтобы понять: с ним лучше не связываться.
Но истинный мастер, которого назвали «Чжугэ», лишь отмахнулся, не проявляя ни малейшего интереса:
«Спорьте себе на здоровье».
Это означало, что всё происходящее его не касается и ему лень вмешиваться.
Истинный мастер Цинму сурово произнес: «Истинный мастер Чжугэ, это касается высшей справедливости Даосского Двора. Даже если вы сами не хотите вмешиваться, вам стоит подумать о клане Чжугэ».
Тот ответил с полным безразличием: «Клан Чжугэ тоже не хочет вмешиваться. Мои предки еще ленивее меня».
Истинный мастер Цинму хотел что-то добавить, но Истинный мастер Чжугэ уже снова улегся и не спеша обмахивался веером.
Истинный мастер Хуа холодно усмехнулся, глядя на Истинного мастера Цинму.
Неужели тот думал, что сможет использовать Истинного мастера из рода Чжугэ как свой инструмент?.
Истинный мастер Цинму, не в силах ничего поделать, бросил взгляд на Мо Хуа, в котором всё еще слабо пульсировала ци Элемента Дерева. Он никак не мог отступиться и предложил:
«Тогда давайте сделаем шаг навстречу друг другу. Мальчишка не достанется мне, но и в руках семьи Хуа он оставаться не может. Пусть его заберет…»
Истинный мастер Цинму обвел зал взглядом и указал на молодого господина в золотом одеянии: «Пусть его допрашивает семья Сюаньюань».
Тот сразу же выкрикнул: «Идет!»
Истинный мастер Хуа ледяным тоном отрезал: «Этот человек — пленник семьи Хуа, и я его вам не отдам».
Молодой господин в золотом одеянии тоже перешел на холодный тон: «Что? Семья Хуа в последние годы так процветает, что перестала считаться с нашими древними кланами?»
Атмосфера в зале накалилась до предела.
Многие молодые господа из знатных семей одарили Истинного мастера Хуа враждебными взглядами.
Истинный мастер Хуа был вынужден пойти на компромисс: «Позже я применю пытки и проведу тщательный допрос. Если выяснится что-то, касающееся интересов Даосского Двора, я сообщу вам».
Молодой господин в золотом одеянии холодно ответил: «Не нужно кормить нас обещаниями. Если решили допрашивать, делайте это сейчас. Я сам его спрошу…»
Не дожидаясь ответа Хуа, он с высокомерным видом обратился к Мо Хуа: «Отвечай честно… ты действительно Божественный Учжу из Великих Пустошей?».
Мо Хуа не был дураком и покачал головой: «Я правда ничего не знаю…»
«Тогда кто ты такой? Назови себя. Если подтвердится, что ты не причастен к этому делу, мы тебя не тронем».
«Поверь мне…» — слова Молодого господина в золотом одеянии звучали складно, но Мо Хуа понимал: тот ни за что его не отпустит.
Все эти знатные люди в зале могли оказаться демонами в человеческом обличье, жаждущими урвать от него кусок.
Мо Хуа даже не до конца понимал, что именно им от него нужно.
Единственным, кто держался в стороне, был Истинный мастер Чжугэ.
Но, возможно, и он не просто «стоял в стороне», а наблюдал за спектаклем с берега.
Несмотря на его ленивый и отрешенный вид, Мо Хуа заметил на его губах едва уловимую улыбку.
Это была улыбка мастера, наблюдающего за грызней собак из-за кости.
Молодые господа были собаками, а он — той самой костью, за которую они боролись.
Молодой господин в золотом одеянии ледяным взглядом сверлил Мо Хуа.
Тот лишь повторил: «Я правда… всё забыл…»
Молодой господин недовольно произнес: «Мальчишка упрямится. Нужно применить жестокие пытки, чтобы освежить его память…»
Договорив, он, казалось, собрался лично взяться за Мо Хуа.
Парень побледнел.
У истинного мастера Хуа лопнуло терпение препираться с этими недорослями, и он прикрикнул:
«Этого человека схватила моя семья Хуа, и только нам решать, казнить его или миловать. Своим поведением вы выказываете неуважение к моему клану!»
Его лицо было суровым, а духовная ци вокруг него завихрилась, создавая мощное давление.
Давление культиватора ранга Превращения Перьев накрыло зал.
У Молодого господина в золотом одеянии и его компании сердца ушли в пятки, а лица стали мертвенно-бледными.
Они поняли, что истинный мастер Хуа действительно не отдаст пленника.
Но это лишь подтверждало их догадки: юноша скрывает какую-то великую тайну.
Они пришли не зря.
Этого мальчишку нужно во что бы то ни стало вырвать из рук семьи Хуа!
Истинный мастер Цинму в глубине души тоже принял решение.
Однако всё происходило на территории семьи Хуа, и истинный мастер Хуа, как культиватор ранга Превращения Перьев, был слишком силен — в одиночку его не задавить.
Другие молодые господа тоже понимали, что с истинным мастером Хуа шутки плохи, поэтому лишь пытались давить на него авторитетом своих кланов.
Но истинный мастер Хуа на это не купится.
Истинный мастер Цинму бросил жадный взгляд на Мо Хуа, в теле которого пульсировала ци Элемента Дерева, и, не в силах отказаться от добычи, снова обратился к истинному мастеру Чжугэ: «Чжугэ, ты…».
Тот лишь лениво махнул веером.
Взгляд истинного мастера Цинму стал тяжелым:
«Даже если ты не печешься о себе или о клане, неужели ты не хочешь исполнить долг перед Даосским Двором? Твоя семья Чжугэ тоже пользуется его милостями, ты сам постигал основы в Даосской Академии…».
«Ты ошибаешься, я постигал основы не в Даосской Академии…»
истинный мастер Цинму опешил.
Истинный мастер Чжугэ спокойно улыбнулся: «Тогда старый предок счёл меня слишком тупым, недостойным наследия даосского двора, и отправил меня одного в регион обучения Цянь, учиться в секте Тайсюй. Я обучался там…»
Мо Хуа переменился в лице и невольно воскликнул:
«Секта Тайсюй?!».
Этот внезапный возглас заставил всех замолчать, и речь Истинного мастера Чжугэ оборвалась.
Все в недоумении уставились на Мо Хуа.
Истинный мастер Хуа нахмурился: «Ты знаешь о секте Тайсюй?».
Мо Хуа серьезно закивал: «Я только что вспомнил! На самом деле, я тоже ученик секты Тайсюй!».
Присутствующие помрачнели, не зная, что и сказать.
А Мо Хуа указал на беззаботного Истинного мастера Чжугэ: «Мы с ним из одной секты!».
Истинный мастер Чжугэ выглядел так, словно его внезапно укусила маленькая ядовитая змея, выскочившая с обочины — веер в его руке замер, а спокойная улыбка застыла на губах.
--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Если вы нашли ошибку или заметили другие проблемы, не стесняйтесь написать. Я всё исправлю. И не забудьте поставить лайк — чем больше лайков, тем быстрее я буду выпускать новые главы.