Безграничный волшебник (Новелла) Том 43 Глава 1058 Гробница информации (2)

Все началось с кошмара.

«Побочный эффект Дрим Стар?»

Посеять тревогу в разуме Яхве — задача не из легких, так что это наверняка была лишь химическая реакция в мозге.

— И все же, это уже чересчур…

Стоило ему приподняться, как он увидел, что от самого горизонта на него надвигалась сплошная стена из бесчисленных трупов.

— У-у-о-о-о-о!

Волоча за собой иссохшие внутренности, мертвецы взвыли в один голос.

— О Яхве, помнишь ли ты тех, кто погиб по твоей вине? Помнишь ли тех, кого ты не смог спасти?

Это было чувство вины Широна. За возвышенным идеалом о спасении человечества скрывались люди, которые умирали прямо сейчас.

— Любая жизнь всегда заканчивается смертью.

Похоже, слова Ферми, сказанные им перед приемом Дрим Стара, крепко въелись в подсознание.

— Так раздели же нашу участь! Познай нашу боль и нашу ярость!

Мертвецы, источающие чистую враждебность, надвигались все ближе, но Широн даже не шелохнулся.

«Ну и сон».

Позволив им разорвать себя на куски, он хотел хоть немного заглушить грызущее чувство вины.

— И что это ты тут делаешь?

Вынырнув из толпы гниющих трупов, Ферми с неподдельным интересом огляделся внутри сна Широна.

— Хм-м, а я-то думал, ты лишь строишь из себя сурового старца, но, оказывается, у тебя есть и уязвимые места?

— Хватит нести чушь. Это ведь твоих рук дело. Чем ты вообще меня накачал?

— Обижаешь, это Дрим Стар нового поколения, усовершенствованный лучшим дизайнером препаратов. Страх и эрос¹ дают самые четкие ориентиры, поэтому через них проще всего синхронизировать адреса.

Стоило Широну осмыслить слова Ферми, как очертания мертвецов стали пугающе детальными. Не то чтобы они и до этого казались размытыми, просто теперь все зависело исключительно от работы его собственного разума.

— У-у-у… У-у-у-у!

Сквозь прорехи в истлевших лохмотьях то и дело мелькали обнаженные груди и гениталии.

Заметив поморщившегося Широна, Ферми понимающе пожал плечами.

— Вот что бывает, когда смешиваешь эти два чувства.

Широн поспешно отвел взгляд.

— И… что теперь? Андеркодер ведь находится за пределами сновидений.

— Ничего. Просто ждем, пока Дрим Стар полностью не всосется в желудке. Как только мозг наполовину пробудится, сон рухнет, и вот тогда-то мы провалимся в Андеркодер.

Метод, конечно, удобный, но вот только залом ожидания служил кошмар. 

Подобравшиеся вплотную трупы скалили гнилые зубы, выжидая малейшей возможности для атаки. Единственная причина, по которой они до сих пор не набросились — разум Широна бессознательно блокировал развитие событий. А ведь искусственно остановить течение сна — задача, непосильная даже для профессиональных Ныряльщиков.

Ферми одарил его игривой улыбкой.

— А ты сильно изменился с тех пор, как был зеленой первогодкой.

Времена академии магии.

— Мы ведь тогда частенько цапались. В те дни от тебя за версту несло деревенщиной, а теперь поглядите — мессия, призванный спасти человечество.

— У меня нет ни малейшего желания обсуждать это с тобой.

— А нам все равно больше нечем заняться. В снах время течет как вздумается. Если погрузиться с головой, оно летит быстрее, чем в реальности, но в таком вот подвешенном состоянии мы можем проторчать тут целую вечность.

Ферми оглянулся и добавил: — Сразу вспоминается выпускной тест на выживание. Заперты в ледяной воде, изрезаны лезвиями… Мы тогда дошли до седьмого этапа, верно? Ах да, я ведь сдался на шестом.

— Гр-р-р-р!

Трупы придвинулись еще на один шаг.

— Признаться, я думал, что ты сдохнешь на седьмом этапе. Если бы знал, что ты пройдешь, тащился бы за тобой до самого конца.

— К чему ты клонишь?

— Да так… просто обидно, что ли? В реальности я проиграл, но здесь ведь мир сновидений.

Ферми вытянул руку вперед.

— Подумал, вдруг у меня получится отыграться.

Вспыхнула леденящая жажда крови, и в тот же миг мертвецы лавиной бросились на Широна.

— Гр-а-а-а-а!

Путь к отступлению был только один — в небо, но взлети он сейчас, и Ферми тут же собьет его в воздухе.

«Ярость».

Поглощенные ослепительной вспышкой трупы разорвало на ошметки, а куски гнилой плоти разлетелись на десятки метров.

Сквозь образовавшуюся прореху Широн увидел, как Ферми перехватил созданный с помощью Амортизационной Сделки фишку и закинул ее в рот.

— Давай повеселимся.

Исключение из правил — Беспилотный Обстрел.

В следующее мгновение из 374 точек прямо в воздухе в Широна устремились сотни смертоносных пуль.

«Так вот он какой, рельсотрон».

Скорость снарядов, разогнанных электромагнитным полем, была такова, что даже архимаг не успел бы среагировать.

— Кх!

Божья Длань в последний миг обвила Широна, и пули врезались в землю. От чудовищной ударной волны содрогнулась сама земля.

— Гр-а-а-а!

Среди дождя плоти, падающей с небес, как град, Широн стоял совершенно невредимый.

— Хм-м, что-то новенькое. Это какая-то… техника разума?

Запрокинув голову, Ферми с легкой улыбкой разглядывал парящую в небе гигантскую руку, сотканную из света. В его взгляде читалось неподдельное одобрение.

— Значит, ты обманываешь мой разум, заставляя его поверить, что это абсолютный Закон. Отличная способность. Но второй раз этот трюк не сработает.

— Думаешь?

Ощутив исходящую от противника искреннюю жажду крови, Широн тоже отбросил все колебания.

— Ну давай проверим.

Стоило Божьей Длани раскрыть огромную ладонь, устремленную в небо, как прямо в воздухе материализовалась огромная Фотонная Пушка.

Сверхскоростные снаряды против сокрушительной пушки.

Даже в этой накаленной до предела обстановке Ферми продолжал хладнокровно изучать Божью Длань.

«Значит, преодолел лимиты мощи, просто увеличив масштаб. Вполне в стиле Широна, вот только…»

Он снова посмотрел прямо на противника.

— Будь я на твоем месте, я бы сосредоточился на развитии той обманки с разумом. Какой бы чудовищной ни была огневая мощь, от нее всегда можно увернуться. А вот та техника при идеальном стечении обстоятельств гарантирует стопроцентное подавление. Да, ее эффективность падает при повторном применении, но разве не в этом вся прелесть подобных фокусов?

Широн нахмурился.

— Какое тебе дело до того, какую магию я изучаю? За своей бы лучше следил.

— Хе-хе, и то верно.

Ферми отвернулся, и спустя мгновение земля содрогнулась, а пространство вокруг начало покрываться сетью глубоких трещин. Сон рушился.

— Говорил же, стоит увлечься, и время летит незаметно. Видимо, препарат наконец-то подействовал. Пора отправляться.

Широн развеял Божью Длань, но мерзкий осадок на душе никуда не делся.

— То есть ты спровоцировал бой специально?

— Ну, одно другому не мешает.

Невозможно было понять, что творится в голове у этого человека.

Распавшись на сгустки света в Андеркодере, они проскользнули по синей линии и оказались на промежуточном уровне.

Оказавшись в зале, уставленном бесчисленными зеркалами, Широн спросил: — Куда мы направляемся?

— В Бездну. Кладбище информации и конечная станция всего мира. Потому ее еще называют Апокалипсисом. Знакомое местечко, не так ли?

Широн уже слышал о том, что для подделки его подписи пришлось восстанавливать удаленные данные именно оттуда.

Покинув промежуточный ярус, они приложили руки к зеркалу, ведущему в Бездну. Границы перевернулись, и перед глазами Широна стремительно развернулся мир Апокалипсиса.

— Что это?..

Глядя на раскинувшийся внизу пейзаж с большой высоты, Широн застыл в оцепенении.

— Что такое? Удивлен, что реальность разошлась с ожиданиями?

И он действительно был поражен.

«Госпожа Миро говорила, что Апокалипсис — это воплощение погибшего мира будущего. Но это…»

Все видимое пространство до самого горизонта покрывала отвратительная слизь неизвестной природы.

— И это… Мьюкус?

— Именно. С тех пор как Нане покинул фотонный мир, Апокалипсис оказался полностью погребен под слоем Мьюкуса. Наши исследования показали, что слизь покрывает более девяноста восьми процентов поверхности.

Ферми обвел рукой пространство вокруг.

— Как ты знаешь, Бездна — это конечная остановка всей информации. Это сцена конца света, смоделированная на основе нашего реального мира. Как по мне, все это предвещает активацию «Селл Бастера»² в реальности.

Широн искренне удивился.

— Откуда у тебя такие данные? Даже в логах Омеги это невероятно древние записи.

— Время идет, и однажды даже самые сокровенные дневники королей оказываются на полках книжных лавок. Вон, ты же сам мне об этом сейчас проболтался, верно? Логично предположить, что в будущем об этом узнает еще больше людей.

— В будущем?

И в этот момент до него дошло.

— Неужели… ты?..

Какая до абсурда дерзкая идея.

— Вот именно. В Бездне непрерывно оседают пласты будущего. Следовательно, чем дольше здесь пролежала крупица информации, тем ближе она к нашему реальному будущему. А раз так, разве нельзя предсказать события, которые еще только должны произойти? Я называю этот процесс «раскопками времени».

Широн ошеломленно моргнул.

— С этой самой мысли я начал прочесывать Апокалипсис вдоль и поперек. Порой я находил лишь жалкие обрывки бумаги, заброшенные где-то глубоко в горах. Но все это — фрагменты будущего, которое в нашей реальности еще не наступило.

Иронично то, что здесь является обычным мусором, в реальности становится чистым золотом.

— Я собирал крупицы этих знаний, чтобы прогнозировать грядущие катастрофы и готовиться к ним. Эмоциональная Болезнь — лишь одна из них. И, к слову, именно после этих самых объяснений ты в прошлый раз и согласился на мою сделку.

— Понятно.

Широн окончательно убедился в правильности своего тогдашнего выбора.

— Я не стану расспрашивать о сути сделки. Но как тебе удалось собрать такой объем данных? Пусть это и мусор, но выудить из него отголоски ближайшего будущего — задача не из простых.

Ферми с тяжелым вздохом сдул челку со лба.

— Ох, и намучился же я. Копаться тут в одиночку — дело гиблое. Потому-то я и нанял их — весь наемный отряд Попугай в полном составе.

— Хочешь сказать, Марша сейчас здесь?

Улыбнувшись, Ферми указал большим пальцем куда-то вниз, в низину, сплошь затянутую Мьюкусом.

— Хочешь проверить?

Они приземлились в самом центре разрушенного города, где теперь возвышалась огромная буровая установка. Офицеры отряда глушили выпивку, рассевшись прямо на железных ящиках, а Марша стояла рядом с буром.

Заложив руки за спину, Ферми неспешно подошел к ней.

— Как успехи?

— А? Ферми, какими судьбами…

Заметив стоящего позади Широна, Марша осеклась на полуслове, а затем ее лицо озарилось неподдельной радостью, и она звонко выкрикнула: — Вот это да, Широн! Народ! А ну тащите задницы сюда, к нам суперзвезда пожаловала!

Хоть сейчас этот отряд и занимался делами мирового масштаба, появление Широна все равно вызвало бурный ажиотаж.

— Если Широн, это ж тот самый Яхве, да? Замкомандира, вы ведь хвастались, что раньше с ним махались?

Фримен, по-прежнему без бровей, облокотился на ящик и пробормотал, не вынимая горлышка бутылки изо рта: — …Махался он вообще-то не со мной.

Марша выразила свою радость от встречи самым естественным для себя образом — бесцеремонно взъерошив волосы Широну.

— Ах ты ж засранец! И когда ты только успел так возмужать? Что ни говори, а мужчину всегда красит сила, скажи?

У Марши был поразительный талант — любую свою фразу она умела обернуть так, что рядом с ней собеседнику становилось тепло и легко на душе.

— Вы все такая же, старшая сестра. Как поживаете?

— Ха-ха! Да вот, вкалываю как проклятая на работе, о которой сроду не просила. То детективом заделалась, то расхитительницей гробниц, а теперь и вовсе на стройке горбачусь. Всю жизнь пели песни про раскопки, да кто ж знал, что реально копать землю придется?

Хоть лицо Марши и выглядело более изможденным, чем раньше, ее глаза искрились живым, почти детским задором.

— Значит, этим механизмом вы бурите Мьюкус?

— Ага. Сейчас, правда, устроили небольшой перекур. Но толку от этого все равно мало: сколько ни бури, эта дрянь регенерирует быстрее.

Ферми вклинился в разговор: — Судя по тому, что под ней скрылись даже самые высокие небоскребы, толщина слоя внушительная. Вы уже добрались до дна?

— Сегодня под утро бур наткнулся на твердую породу. Примерно на отметке в четыреста восемьдесят метров.

Глаза Широна округлились.

— Четыреста восемьдесят метров?!

Марша звонко похлопала по броне буровой установки.

— Слой просто колоссальный. Даже если мы пробьемся до самого низа, проводить там поиски будет нереально. Но и это еще не все…

Слизь под ее ногами вдруг угрожающе задрожала, вытянулась в длинное щупальце и обвилась вокруг ноги Марши, стремительно ползя вверх. В тот самый миг, когда острие щупальца отвердело, уподобившись смертоносной игле, готовой вонзиться в плоть, Марша грубо перехватила его рукой.

— Эта липкая пакость бесит меня до чертиков. Знает ведь, зараза, на чьи стройные ножки лезть. Держу пари, эта тварь — самец.

Подошел Фримен.

— Да потому что ты вечно трешься возле бура. Похоже, эта дрянь инстинктивно чует тех, кто пытается ей навредить.

— Господин Фримен.

Широн не успел даже толком поздороваться, как Марша с омерзением швырнула оторванное щупальце на землю и рявкнула: — Пасть закрой. Это ты должен был торчать у бура, а не я! Хлещешь пойло с самого утра, чертов алкаш. [Брань]!

— Брань?

Фримен с готовностью пояснил:

— Она так сильно материлась, что подчиненные устроили голосование. Так что на ближайшее время Марше строжайше запрещено материться.

— Пф! И вы всерьез думаете, что это меня остановит? Ах ты [Брань] ублюдок! Да я сейчас просто возьму и [Брань] твою [Брань], пока ты не порвешься на [Брань]!

— …Ха-ха.

Широн смотрел на них с изумлением.

«А им тут, смотрю, весело живется».

1. Эрос — одна из четырёх разновидностей любви (наряду с агапэ, сторге и филия).

2. Cell Buster — разрушитель клеток.