Безграничный волшебник (Новелла) Том 46 Глава 1125 Триггер (2)
Первый Час Гордыни нахмурилась.
— Кх-х!
Прежде чем ударная волна разорвала Хавица на куски, это она изменила исходную точку в прошлом, восстановив саму атаку.
«Как же это опасно».
У того, что рождается из абсолютного ничто, нет первопричины, а потому на осмысление давались лишь жалкие доли секунды.
«Будь сейчас с нами Четвертый Час…»
Но что тут поделаешь, он погиб, получив нож в спину от собственных же соратников.
Х-у-у-у-о-о. От тела Визард, успешно нанесшей первый удар, вновь начало подниматься прозрачное марево Бога Небытия. Очертания ветвей изогнулись еще более причудливо, а длинный язык заскользил и начал извиваться, словно угорь.
— Сейчас! Атакуем!..
Но стоило им сорваться на крик, как силуэт Бога Небытия снова впитался в окружающий воздух.
— Негативное Созерцание. Центростремительный Мир.
Печать из пальцев Визард стала еще сложнее, и вокруг Тюрьмы Времени одна за другой начали взрываться вторая и третья ударные волны.
— Кх-х-х-х!
Первый Час Гордыня из последних сил сдерживала атаки Скрытым Кодом, но скорость непрерывных ударов лишь возрастала.
— Атакуйте! Я больше не выдержу! — с отчаянием завопила Пятый Час Предубеждение. — Ты всего лишь жалкая букашка! Ничтожная букашка, не способная ни на что!
Она была уверена, что на этом все закончится. Ведь даже если бы девчонка попыталась это отрицать, Третий Час Упрямство тут же опровергла бы любой ее довод. Десятый Час Месть наложила проклятие, а Девятый Час Заблуждение погрузил Визард в пучину галлюцинаций.
И каков же был ответ Визард на все это?
— Бог Небытия.
Она просто вновь позволила уродливому воплощению исполинского древа раствориться в ткани реальности.
— Вращение Сотни Дланей.
За ее спиной возникли десятки водоворотов, из которых вырвались жуткие руки, сплетенные из ветвей. Стоило этим рукам вцепиться в пустоту и закрутиться тугой спиралью, как лица жрецов исказились от боли.
— Кх-х-х!
Скрытые Коды были полностью уничтожены.
«Она оборачивает Законы мира вспять».
В систему абсолютного восприятия Визард входила в том числе и потусторонний мир. И пусть Скрытый Код не поддавался человеческой логике, само мышление девочки тоже давно вышло за рамки человеческого.
«Тогда что же это такое?»
На безмолвный вопрос ответил сам Хавиц.
— Никто не знает.
Это мир, который чувствует лишь одна Визард, и созидательная мощь, рожденная на фундаменте этого восприятия.
— …А ее отлично подготовили.
Хавиц не знал, кто вырастил Визард как боевое оружие, но от безупречной эффективности ее действий по спине пробегала дрожь.
«Она еще слишком мала. У нее мало опыта, да и сами физические удары не так уж сокрушительны. Но…»
Ее потенциал.
«Эти безграничные, непостижимые возможности».
То, что должно было расцвести в далеком будущем, кто-то специально вырастил к этому моменту.
— Тебе настолько сильно хочется меня убить?
Хавиц ощутил к Визард странное чувство родства — ведь она, как и он сам, была тем самым неумолимым роком, который невозможно остановить, даже зная о нем все.
— Хе-хе-хе.
Разве может быть лучший финал для его жизни?
— Давай повеселимся!
Лицевые мышцы Хавица неестественно стянулись назад, обнажая истинный лик Сатаны.
Быстрее, чем все жрецы Тюрьмы Времени вместе взятые, острее любого клинка — его когти пронеслись в миллиметре от щеки Визард.
— Вращение Сверхпустоты.
Визард сложила ладони у тандэна1, и гигантская воздушная масса с невероятной силой обрушилась на врага сверху вниз. БУ-У-У-У-УМ! Удар был такой мощи, что содрогнулась земля, но Сатана лишь едва заметно ссутулился.
— Хе-хе, ну да. Твоя созидательная мощь абсолютна — от нее не увернуться и не защититься, но вот в чем загвоздка… — его мутные янтарные глаза уставились прямо перед собой, и пространство затопила чудовищная, всепоглощающая аура зла. — С таким слабым ударом и пробовать не стоило.
На лице Визард впервые дрогнул мускул, и в это самое мгновение Шестой Час Скитание с силой оттолкнулся от земли.
«Пора!»
Визард попыталась ответить магией на удар бойца, который тренировался 200 лет.
«Воздушный Щит».
Воздушная преграда разлетелась с оглушительным хлопком, и голень мужчины с хрустом врезалась в бок ребенка. Все ребра сломались. Визард, не издав ни единого стона, отлетела в сторону и затормозила, глубоко вспахав землю одной ногой. От боли, разрывающей внутренности, ее ноги невольно подкосились, и она тяжело рухнула на одно колено.
«Исцелить рану?»
Будь рана не смертельной, в приоритете осталась бы атака, но…
«Кажется, я умираю».
Судя по реакции организма, шок от удара был настолько сильным, что сердце должно было остановиться примерно через 3 секунды.
«Я не знаю. Придется пойти на риск?»
Они с Широном прошли через бесчисленное множество симуляций, однако пределы реального опыта давали о себе знать.
«Ничего не поделаешь».
Бог Небытия снова растворился в мироздании, и тяжелейшие раны девочки начали стремительно затягиваться. Хавиц ни за что не упустил бы эту единственную брешь, когда она лишилась возможности контратаковать.
— Ты еще слишком мала.
Мысль о собственной смерти все еще не отпускала Сатану, но перед лицом истинного хаоса любые предположения теряли смысл.
Тело Хавица побагровело, словно с него заживо содрали кожу, и он с чудовищной силой замахнулся обеими руками. За долю секунды до того, как этот удар должен был снести Визард голову.
«А?»
Хавиц — нет, сам Сатана — вдруг испытал нечто такое, чего не чувствовал ни разу за всю свою жизнь.
«Что за?..»
Визард непостижимым образом оказалась далеко в стороне, оставив на земле две глубокие борозды.
«Отбросило».
Что вообще только что по нему ударило?
Опустив взгляд, Хавиц обнаружил, что прямо в области солнечного сплетения его плоть вновь приобрела нормальный человеческий цвет.
Взмыв в небо, Визард согнула одну ногу и широко раскинула руки в стороны.
— Сотворение Безграничности.
Вдоль центральной оси ее тела вспыхнули чакры — меж бровями, на горле, груди, пупке, в области паха и промежности. Следом за ними раскрылись еще десятки тысяч мелких чакр, и из тела девочки вырвалось ослепительное сияние.
Хавиц не пытался дать этому определение. Именно поэтому он не мог позволить себе ни расслабиться, ни угодить в ментальную ловушку. Но была одна вещь, которую он все же упустил из виду.
«Гениальность».
Трансцендентный полет мысли простого человека, способного вообразить даже то, чего в принципе не существует во вселенной.
Когда вдоль рук Визард пропросли сияющие ростки, все одиннадцать жрецов Тюрьмы Времени ринулись в атаку.
— Убейте ее!
Ростки мгновенно превратились в ветви, разрастаясь фрактальным узором и заполняя собой весь небосвод.
«Она продолжает фантазировать».
Разрушение, трансформация, созидание. Механизм этого бесконечного цикла работал на износ, и в его центре вновь распустилось воплощение Бога Небытия. Но его форма…
— …Что?
Этого просто не могло существовать во вселенной — от одного взгляда на это абсурдное нечто сердце замирало в первобытном ужасе.
— Сверхформа.
В голове Хавица пронеслась мысль.
«Форма — это все. Ведь все явления во вселенной берут начало от форм крошечных частиц, что меньше атома, и от форм волновых колебаний, что еще меньше.
«В таком случае, какие же Законы порождает эта конкретная форма?»
Словно отвечая на его немой вопрос, Визард медленно свела ладони и сформировала новую печать.
— Отсутствие Границ.
Одиннадцать жрецов Тюрьмы Времени увидели, как прямо у них на глазах со скоростью света распускаются алые лепестки.
— Волна Сверхпустоты.
Плод ее чудовищного воображения воплотился в форме цветов, что начали прорастать прямо из голов всех жрецов.
«Этому невозможно противостоять».
То, что выдумала Визард, не подчинялось законам физики, существующим в реальности.
Двенадцатый Час Пустота со скрипом стиснул зубы.
— Проклятье…
Все вокруг вернулось к изначальной точке отсчета.
Хлоп! Его голова разлетелась кровавыми ошметками, и в то же мгновение остальные жрецы, оставшиеся на земле, в ужасе широко раскрыли глаза.
«Она с самого начала целилась именно в Двенадцатый Час».
Несмотря на эту сюрреалистичную картину, где 10 чудовищных жрецов все еще были живы, Визард оставалась абсолютно невозмутимой. Ведь для нее в происходящем не было ничего нереального.
— Пора заканчивать?
Стоило Визард плавно приземлиться и сложить руки в печать, как Бог Небытия содрогнулся и бесследно исчез.
— Цветение Сакуры.
Смерть.
— А-А-А-АХ!
Инстинктивно почувствовав приближающееся небытие, Сатана гигантски увеличил тело, и по всей его плоти тут же начали распускаться алые бутоны.
Окончательно обезумевшие жрецы бросились в последнюю атаку.
— О великий Сатана! Узри нашу преданность!
Визард, сложив пальцы в круг, нацелилась на Сатану и просунула в образовавшийся круг большой палец другой руки.
— Расколотый Лотос.
Тысячи бутонов разом распустились, и от невероятного, неопознанного импульса раздувшееся тело Сатаны начало стремительно сжиматься.
— А-А-А-А! ГХ-А-А-А!
Ударные волны, путы, давление, чудовищные деформации — целый шквал физических воздействий насильно втискивал сущность Сатаны обратно в человеческую оболочку Хавица.
— Нет!
Пока жрецы были в панике, Визард сорвалась с места, устремившись к полуголому, шатающемуся из стороны в сторону Хавицу.
«Здесь и сейчас».
До полного уничтожения Сатаны оставалась секунда, максимум полторы.
«У меня получилось».
До смешного короткий миг.
«Я убиваю Сатану».
Но этого мига оказалось вполне достаточно, чтобы человеческое сознание, стоящее в шаге от триумфа, позволило себе помечтать.
«Когда Сатана умрет…»
У нее не было никаких корыстных желаний. Находясь на той ступени просветления, где даже весь мир, положенный к ногам, не вызвал бы интереса, единственной сладкой мыслью для нее оставался…
«Братик Широн».
То, чего жаждала девочка, насильно дотянувшая свой разум до уровня взрослого человека, было самым обычным, наивным желанием.
«Смогу ли я получить похвалу? Скажет ли он, что я молодец?»
И все же, это было желание.
«А?»
В тот момент, когда Хавиц внезапно исчез из ее поля восприятия, зрачки Визард сузились от шока.
«Что я вообще здесь делаю?»
Услышав этот внутренний голос и осознав, что его Исчезновение снова сработало, Хавиц выпустил наружу дикую жажду крови.
— ГХ-Х-Х-Х!
Визард, по инерции продолжающая нестись вперед, никак не могла вырваться из липкой пучины растерянности.
«Почему? Что происходит?!»
Она не понимала. И все же ее гениальная ментальная устойчивость, словно тугая пружина, схватила это состояние неведения и силой вернула разум на прежнее место.
«Хавиц!»
Но стоило Визард вновь осознать реальность, как тяжелый кулак Хавица сокрушительно врезался ей в живот.
— Кха-а!
Кулак взрослого мужчины, впечатавшийся в хрупкое тело ребенка, не успевшего никак защититься, мгновенно вышиб из нее дух.
— Кх… кха!
Жрецы слетелись к ней, как стая стервятников. Однако Хавиц успел первым, и холодная сталь его длинного меча легла точно на затылок Визард.
— О великий Сатана! Вы обязаны ее убить!
Визард все еще не могла пошевелиться, но даже то, что он медлил с ударом, вызывало у нее необъяснимую тревогу.
«Умоляю, убейте ее! Второго такого шанса не будет!»
Но Хавиц рассуждал иначе.
— Фу-у-ух.
Лишь чудом вырвавшись из цепких лап смерти, он громко выдохнул, глядя в небо, а затем обратился к Визард.
— Ты как? Нормально я так приложился.
— …Убей меня.
Она потерпела сокрушительное поражение, потеряв саму себя.
Попытаться сразиться снова, подловить врага на невнимательности, нанести неожиданный удар в спину… стоит лишь допустить подобную мысль — и Хавиц тут же исчезнет из ее реальности.
— Исход боя решен. Так что убей меня.
— Хм-м.
Хавиц убрал клинок от шеи девочки и тяжело осел на землю, словно его ноги внезапно перестали его держать.
— Это было чертовски близко. Мое почтение. Вычленить единую формулу из чистого хаоса… Такое даже мне не под силу.
Потому что это само по себе — абсолютный парадокс.
— Убей! Убей же!
— Но парадокс не является естественным состоянием. Ты проиграла лишь потому, что не смогла удержать его достаточно долго. Через пять лет… нет, уже через год ты без проблем сможешь прикончить меня.
Визард медленно распрямила спину.
— …Мне хватит и дня.
— Вполне возможно. Если честно, я вообще без понятия, как устроена твоя голова. Видимо, тебя подослал Широн.
Визард до боли стиснула зубы.
«Лучше умереть».
Уж лучше покончить со всем прямо здесь, чем увидеть разочарование на лице учителя.
— Чего ты добиваешься? Если собираешься сохранить мне жизнь — просто уходи.
— Решила наложить на себя руки?
Хавиц пристально разглядывал девочку, молча кусающую губы до крови.
«Кем вообще стала для меня эта девчонка?»
Он не горел желанием копаться в себе, но в одном был уверен абсолютно точно — он не хотел, чтобы Визард умерла.
«До чего же странное чувство».
Встреча с Четырьмя Искусствами тоже была веселой, но такого мощного душевного отклика она не вызывала.
«Ах, ну да».
Ему просто хотелось поиграть еще.
«Эта девчонка видит меня».
В этом было какое-то странное утешение.
«Предложить ей вместе помучить людишек? Нет. Скорее, стоит предложить встать на сторону Широна. Да что бы мы ни делали, это будет весело…»
И тут до него донесся внутренний голос Визард.
«Она меня ненавидит».
В глазах Хавица на мгновение мелькнула затаенная грусть. Медленно поднявшись на ноги, он произнес: — Захочешь меня убить — приходи в любое время.
— Великий Сата… Гх-х!
Стоило жрецам провалиться сквозь землю, как Визард с непониманием вскинула голову.
— Приходить?
— Ага. Само собой, с желанием убить тебе меня никогда не прикончить, но все же. Разве не стоит попытаться сделать все возможное? Это всяко лучше, чем просто умереть.
Визард погрузилась в молчаливые раздумья, однако Хавицу казалось, будто он уже услышал ее ответ.
— Было весело.
Даже после того, как Хавиц скрылся в лесной чаще, она еще очень долго не могла сдвинуться с места.
Всхлип… Самогипноз развеялся.
— У-а-а-а-а! У-а-а-а!
Визард, вновь ставшая обычной семилетней девочкой, горько разрыдалась, заливаясь слезами.