Безграничный волшебник (Новелла) Том 47 Глава 1157 Пять базовых систем (1)

Этелла изо всех сил прижала руки к животу.

«Дела плохи».

Судя по местным Законам, именно сюда стекалась вся иррациональная демоническая энергия.

«Оно отзывается».

С каждым донесшимся криком живот пронзала боль, словно от ножа, но страх был намного сильнее.

«Если так пойдет дальше, я потеряю ребенка».

Ребенка Шагала — того самого, что низверг ее, истинную служительницу добра, в самое пекло. Оттого в душе и творилось смятение.

«Я не знаю. Как мне… как мне поступить…»

Хотя разум отказывался принимать решения, женский инстинкт отчаянно кричал о необходимости бегства отсюда.

«Сначала нужно его спасти, другого пути нет».

Ей было совестно даже произнести это вслух, но как только Этелла собралась с духом, вперед выступил Шагал.

— Тц! Что ты тут делаешь?

Все обернулись к нему.

— Это все те же вечно голодные духи. Упыри, которые не могут подохнуть. Я пришел сюда, чтобы разорвать эти чертовы цепи. И не собираюсь торчать в подобной дыре.

Зрелище было совсем не из приятных, поэтому группа Широна поспешила за Шагалом. И только Этелла на мгновение задержалась, впитывая эмоции, что исходили от холодных цепей.

По дороге на двенадцатый этаж Бенистоф разъяснял им устройство системы Компании.

— Потусторонний мир, которым мы управляем, разделен на три основные части. Первая — это подчиненные филиалы корпорации, вторая — города, населенные демонами, и, наконец, третья — логистические склады под контролем Темного Монаха.

Широн и Райан уже успели посетить каждое из этих мест.

— Уникальность нашей компании заключается в наличии этого мозга. Эмоции иррациональны, но и они подчиняются Закону причины и следствия. Если реальность строится вокруг событий, то мы работаем с первопричиной эмоций. Это и называют кармой.

Широн поинтересовался:

— Если очистить мозг, то Соным обретет свободу?

— Хм. Потусторонний мир окажется парализован. Сложно предсказать, что последует за этим. Впрочем, это лишь гипотеза. На практике его очистить невозможно.

— Почему?

— Эмбрионы, из которых он состоит, классифицируются как раса лимбо. У них нет кармы. Следовательно, и очищать нечего, — Бенистоф поднял указательный палец. — Ими становятся не только абортированные дети. Главный критерий — карма. Младенцы, пришедшие в этот мир, но еще не познавшие законов логики, также ее лишены. Такие лимбо, движимые лишь жаждой пропитания, вырываются наружу. Их можно встретить в седьмом районе Варамона.

В свое время, едва рухнув в Ад, Этелла с Шагалом уже видели их на Гробнице Позвоночников.

— С ними следует быть осторожнее. Они хоть и слабы, но невероятно жестоки. Вернее, для них не существует само понятие жестокости. Единственная движущая сила лимбо — слепая одержимость жизнью.

Широн вновь задал вопрос.

— А что, если уничтожить мозг?

Чтобы докопаться до сути, порой приходится воображать самые безжалостные сценарии.

— Лимбо — это Закон, подобно Тюрьме Времени. Даже если истребить его носителей, сама концепция никуда не денется. Сожжете эмбрионы — их место займет новый мозг. Разумеется, это вызовет критическую системную ошибку, но как специалист, я бы категорически не советовал вам этого делать. То, чего желает Яхве, все равно не произойдет.

Бенистоф настаивал: — Разрушение — отнюдь не лучший выход. Особенно когда на кону стоит так много. И реальность, и потусторонний мир погрузятся в абсолютный хаос. Стали бы вы бить кувалдой по тонкому механизму в робкой надежде его починить? Чудо, конечно, может произойти, но с куда большей вероятностью вы получите груду металлолома. И пути назад уже не будет.

Широн глубоко задумался.

«Он не лжет. Иначе бы не демонстрировал мне мозг так покорно. И все же… меня не покидает ощущение, что самое главное он утаивает».

Оттого все происходящее и казалось одной сплошной загадкой. Но стоило им добраться до двенадцатого этажа, как оглушительный грохот мгновенно вышиб из головы все тяжелые мысли.

— Славьте Сатану!

Пространство, величественное, словно Колизей, уходило ввысь — балконы десятого и одиннадцатого этажей ломились от бескрайней человеческой толпы. Воздев руки к сводам, демон выкрикивал слова в микрофон, увешанный человеческими ушами.

— О-о! Великий Сатана! Даруй нам радость! Даруй наслаждение! Даруй успех!

И сотни раскрытых ртов, развешанных по всему периметру зала, громогласно усилили его зов. Люди, столпившиеся у подножия алтаря, плакали от благоговения, вторя каждому слову демона.

— Веруем! Мы веруем в Сатану!

— Что это… за место? — изумленно спросил Широн.

— Собрание Культа Сатаны. Все присутствующие здесь сектанты — люди, заключившие с ним контракт.

Иными словами, живые сосуды.

Здесь собралось около шести тысяч человек, и каждый из них был кандидатом в жрецы Тюрьмы Времени.

— Повинуйтесь! Возжелайте всем сердцем! И Сатана непременно ответит на ваши мольбы!

Верующие вскинули руки и закричали, и их экстаз был виден невооруженным глазом. Каждый из них страстно чего-то желал, но для Широна этот гул сливался в единый животный вопль.

Демон протянул руку вперед.

— Я слышу!

Словно по волшебству, гул мгновенно утих, и длинный палец демона указал прямо в толпу.

— Я слышу горе матери, потерявшей дитя! Эта женщина… ее зовут Мари.

— Это я! Я здесь!

Женщина, прижимавшая к груди мертвого младенца, начала истерично подпрыгивать на месте.

— Идите ко мне. Вы, покорная слуга Сатаны, полны истинного мужества.

Обливаясь слезами умиления, Мари поднялась на трибуну, и демон принял из ее рук крошечный труп.

— Этот ребенок воскреснет. Вы веруете в это?

— Да! Верю! Я… я верю в Сатану! Только бы мой малыш снова задышал…

— Нам не нужны условия! Веруете ли вы?!

Женщина истошно завопила: — Да! Верю!

— Замечательно! Во имя Сатаны!..

Демон рывком вскинул труп младенца над головой и со всей дури швырнул его оземь.

— Восстань!

Раздался глухой удар мертвого тельца о пол, и в тот же миг все верующие разразились восторженными аплодисментами.

— Восхваляйте величие Сатаны!

Широн чувствовал себя зрителем низкосортной комедии, но то, что произошло дальше, повергло его в настоящий шок.

— О-о! Мой малыш!

Мать сгребла искалеченный маленький труп в охапку и пустилась в радостный танец.

— Иди ко мне, мой маленький.

Когда она принялась осыпать поцелуями посинвшее мертвое лицо, по спинам спутников Широна пробежал ледяной мороз.

— Что за… безумие? — тихо пробормотал Широн.

Вслед за этим демон вызвал на сцену одноногого солдата и слепую старуху.

— Ступая прямо!

Издав крик чистого восторга, солдат, все с той же одной ногой, уверенно зашагал по помосту. Он рухнул, не успев сделать и шага, но с маниакальным упорством продолжал подниматься.

— Я исцелился! — глухой стук падения. — Смотрите! Теперь я могу нормально ходить! Я обязательно вам отомщу, сукины дети! — очередное падение.

— Я прозрела! Я снова все вижу! Мои чеки! Теперь никто не украдет мои чеки! — слепо размахивая руками в воздухе, старуха бесконечно кружилась на одном месте.

Широн крепко стиснул зубы.

— …Фанатики.

— Верно. Именно так рождается Тюрьма Времени. Слепая вера, сокрушающая саму логику. Скрытый Код — это особый феномен, порождаемый подобными парадоксами, — ответила Лета.

Она с сочувствием отвернулась.

— Не думаю, что вы отнеслись к этому легкомысленно. Но вы ведь посчитали, что Соным с ее несгибаемой волей сможет занять место в Тюрьме Времени, не так ли?

Широн промолчал.

— Это безграничная, всепоглощающая алчность. Какой силы должны быть эмоции, чтобы человек заключил контракт с Сатаной? Женщина, потерявшая ребенка в жуткой трагедии — вот вам наглядный пример. Желание той старухи, которую обобрали собственные родственники, ничуть не слабее. Но Соным Чин на такое не способна. Она — человек, пожертвовавший собой ради целого мира.

И Лета была абсолютно права.

Как только демон разогнал верующих по местам, на сцену поднялась двадцатка людей.

— Это главные претенденты.

Они не вели себя так суматошно, как остальные сектанты, но выглядели в тысячу раз более жалко.

— Посмотрите на меня, люди. Лишь уверовав в Сатану, я сколотил такое состояние.

Из его карманов на пол непрерывным потоком сыпался всякий мусор. Под бурные овации толпы микрофон перешел к стоявшей рядом женщине. Ее лицо было чудовищно изуродовано.

— Здравствуйте. Я Мортасингер, одна из двадцати финалистов отбора.

Глаза Широна широко распахнулись.

«Эта женщина… Мортасингер?»

В его памяти она осталась красавицей, достойной победы на мировом конкурсе красоты. Даже Сунь Юджон застыла в оцепенении — она так долго искала подругу, но сейчас была просто потрясена увиденным.

— Сатана даровал мне самую ослепительную внешность на свете. Вы только посмотрите. Разве я не прекрасна?

Из толпы раздался одобрительный свист.

— Э-э… В общем, я безмерно счастлива. И впредь я буду посвящать всю себя Сатане…

За тем, как она произносила свою неуклюжую речь, пристально наблюдали из командного пункта на тринадцатом этаже.

— Провал. Она неплохо обращается со Скрытым Кодом, но такое чувство, что не дотягивает до ста процентов, — произнесла Гордыня.

Повинуясь приказу Хавица, они стремились как можно скорее завершить конкурс.

— Начальный рост был впечатляющим, но вот с реализацией возникли проблемы. Должно быть, это последствия того, что она — исключение из правил, — ответил Скитание.

Зависть¹ холодно добавила: — Даже искривленная логика остается логикой. Она попыталась постичь Скрытый Код через такие детские фокусы, как исключение из правил, вот все и пошло прахом. Какая дура.

— Лучше… взгляните на двенадцатый этаж, — Экстаз, мужчина с весьма добродушным лицом, кивком указал вниз. — Яхве прибыл.

Едва их взгляды обратились к Широну, от каждого из них, не сговариваясь, хлынула леденящая жажда крови.

— Из-за этого ублюдка Яхве мы вечно в заднице. Говорят, это он воспитал Визард?

Если бы только его можно было убить прямо сейчас.

— …Спустимся?

— Уверен? Рядом с ним Лета. Раз она там, значит, они что-то замышляют.

— Да плевать! Мы существуем лишь ради господина Хавица. Мы — двенадцать соблазнов Сатаны.

Это и были те самые фанатики, известные как Тюрьма Времени.

Когда выступление двадцати претендентов подошло к концу, демон вновь взял микрофон.

— Вот она, истинная сила Сатаны! Божественная мощь, для которой нет ничего невозможного! А теперь вознесем молитву.

И над залом полились строки из Черной Библии — той самой, что, скорее всего, находилась у Георгия.

По завершении собрания и по мере того, как сектанты начали расходиться, Лета повела группу на десятый этаж.

— Муфа!

Демон, отдыхавший на помосте, торопливо подбежал к ней, увидев Лету.

— Ох! Госпожа президент! Какими судьбами?

— Я устраиваю нашим гостям экскурсию. Поздоровайся. Узнаешь? Яхве и его спутники.

У любого обычного демона от такого имени глаза бы полезли на лоб, но Муфа лишь самодовольно ухмыльнулся и протянул руку.

— Рад встрече. Я Муфа.

Широн хмуро нахмурился, всем своим видом показывая «даже не думай», и демон смущенно опустил ладонь.

— Пф-ф! Грубиян. А ведь мы коллеги.

— Коллеги?

Гнев прорезался в голосе Широна, и Лета поспешно подняла руки, вставая между ними.

— Так, так, хватит! Оставим это. Среди кандидатов есть девушка по имени Мортасингер. Где она сейчас?

— Вероятно, молится. Сейчас как раз подходящее время для усердия. А зачем вам Мортасингер?..

— Сунь Юджон!

В этот самый момент из двери, ведущей вглубь зала, выскочила Мортасингер.

— Это действительно ты! Я еще тогда сомневалась, но это действительно ты, Сунь Юджон!

Даже когда она мгновенно подлетела и заключила ее в объятия, Сунь Юджон все еще не могла поверить своим глазам.

— Ты…

Ее давняя подруга с легким и пробивным характером, с которой они вместе совершали шалости в Раю.

— О-хо-хо! Понимаю, ты удивлена. Еще бы, ведь мое безобразное лицо стало таким прекрасным.

Но та, кто стояла перед ней, была безумицей, чей облик был настолько ужасен, что скелет выглядел бы куда пристойнее.

1. Если мне не изменяет память, ранее говорилось, что Мортасингер стала Восьмым Часом, что-то тут не так…