Блог наблюдателя (Новелла) Том 1 Глава 39 Вторник, 28 марта (часть 5)

Я впервые на такого рода мероприятии. Несмотря на то, что народу тьма тьмущая, все выглядит цивильно. У стендов нет толкучки, соблюдается очередь, люди передвигаются по определенной траектории, что позволяет избегать ненужной суеты. Те же, кто пытается куда-то протиснуться, ведут себя довольно вежливо, извиняются. Наверное, такое поведение обусловлено спецификой собравшейся аудитории. Любители почитать новеллы, ранобэ, мангу независимых авторов и все в таком роде. И я среди них…

Сугату найти было не сложно. Парень собрал вокруг себя довольно большую аудиторию. Оно и неудивительно: его игра в электронном магазине достаточно популярна, и потому желающих получить материальную копию с автографом автора, естественно, достаточно много. Всегда знала, что на такого рода выставках много народу, но никогда не разделяла и не понимала этой страсти к коллекционированию чего бы то ни было.

По Сугате видно, что ему нравится эта автограф-сессия. Хотя он и выглядит слегка напряженным и явно пока не привык к такому, но старается изо всех сил. Несмотря на то, что очередь все растет, он с каждым разговаривает, каждому старается уделить внимание, ответить на какие-то вопросы. Такое наверняка должно радовать фанатов его визуальной новеллы. Единственно, делает он это странно. Как бы это сказать, на большинство людей он не смотрит вообще, смотрит обычно на копию с игрой и с легкой улыбкой на лице задумчиво отвечает посетителям. Выглядит он при этом добрым и искренним, потому у людей это не вызывает негативных чувств, а, наоборот, располагает. Благодаря этому я заметила одну особенность. Наверное, он делает это не специально, а просто из-за волнения, но выходит так, что на трех из четырех человек он не смотрит. И это происходит стабильно, потому можно легко просчитать на кого он посмотрит, а кого пропустит. Ха.

Этим можно воспользоваться.

Раскошеливаюсь на копию игры. Некоторое время считаю людей в очереди. Надеюсь, этот его паттерн не даст сбоя. Точно определив, когда он не должен будет смотреть на меня, я встаю в очередь.

Очередь, знаете, тоже неплохая пытка.

— Добрый день, — кладу диск с игрой на стол. Говорю с придыханием, стараясь изменять свой голос. — Напишите, пожалуйста, следующее: Мэд вернись, я нашла игру, сюжет которой круче «Мести боксера».

Вряд ли Сугата поймет, что таким незамысловатым образом я назвала его игру говном. Ха.

— Это ваш друг? — интересуется он, открывая маркер.

— Не то чтобы друг, но в определенной степени он повлиял на мою жизнь.

Как и думала, парень не собирается смотреть на меня. Стоя здесь, я лучше чувствую его настроение. Он открыт к разговору. Я бы назвала такое — душа нараспашку. Состояние, в котором ты готов с теплотой в сердце рассказать о своем любимом деле или узнать о том, что чувствуют другие. Миленько.

— Ваш голос похож на голос одной моей знакомой, — выдал Сугата, начав писать на обложке диска.

Я уж было подумала, если он заметил это, то обязательно, чисто по инерции, посмотрит на меня, но нет. Таких дураков еще поискать нужно.

— Правда? — с улыбкой произношу я.

Сложно удержаться…

— Да, только у Вас он более мягкий, — честно отвечает он.

Именно такой голос я и делаю. Чувствую себя при этом какой-то дурой. Будто манера речи меняет характер.

— Надеюсь, она хороший человек?

Не думала особо, о чем буду с ним говорить. Планировала ориентироваться по ходу. Но вот как все повернулось. Отличный повод узнать о себе побольше, ведь сейчас он, кажется, готов сказать то, что думает на самом деле.

— Сложно ответить однозначно, — произнеся это, он молча дописал слова и, расписавшись, стал держать диск в руках. — Она определенно неплохой человек. С доброй душой, но сложным характером. Не всегда понятно, чего она хочет и какую цель преследует. Часто кажется, что этой цели и вовсе нет. Она будто просто что-то пытается скрыть. Не хотелось бы признавать это, но скажу по секрету, что в проекте, над которым я сейчас работаю, эта девушка стала прототипом одной из героинь.

Странно слышать такое. То ли мне польститься от предоставленной чести, то ли взбунтоваться от такой наглости.

— Она Вам нравится?

Не буду уточнять, как человек или как девушка. Из ответа, думаю, будет понятно.

— Наверное. В некоторой степени, да. Хотя иногда мне кажется, что лучше ее и не знать.

Судя по всему, ближе всего к другу.

— Приятно слышать это, малой, — уже нормальным голосом произношу с издевкой я.

А-то Вы все чувства свои скрываете. Говорите, мол, я такой плохой человек. Невыносимая бабища, которая только привносит хаос. А тут вот оно как получается, Вам это нравится. Скажете мне спасибо? А-то ведь в один прекрасный день молча уйду, а Вы потом жалеть будете, что не высказались.

— Арквейд, — произнес он и посмотрел на меня. Тяжело вздохнув, закрыл глаза и медленно положил диск на стол, после чего сжал правую руку в кулак.

— Ну что, отдохнул и хватит. Мне нужны твои эскорт-услуги.

Я бы могла поиздеваться над его чувствами, обмусолив все то, что он сейчас сказал, и непременно бы так сделала, если бы не была уверена в том, что из-за этого не пострадают бедные фанаты. В смысле, не потеряют настроенного на общение автора. Потому сохраню для них этого парня в норме. Не благодарите, ребят.

— Зачем ты говоришь так неоднозначно!? И как я это должен понимать!? — в своей привычной манере завелся он.

Его интонацию сложно описать, она уникальна в своем роде. Едва громче обычного голоса, больше похоже на возмущение, но скорее это негодование и желание достучатся до оппонента.

— Хорошо-хорошо, — отмахиваюсь я. — Составишь мне компанию в походе по магазинам. Нужна твоя консультация и все такое.

— Но почему это должен быть обязательно я!? — продолжал возмущаться парень. — Ты же видишь, я занят!

Люди вроде него и меня терпеть не могут походы по магазинам. В этом и суть. Отличное же объединение. Не?

— Перестань, ты же сам сказал, что мы друзья. Других мужских плеч мне не найти, — я усмехнулась. — Ну так что, идем?

Правда, в плане таскания грузов этот мужчинка не лучший вариант.

— Нет. У меня тут вообще-то автограф-сессия! — Сугата еще немного повысил тон. — Я не могу вот так все бросить и пойти с тобой!

Повелся на мою провокацию. Наивность.

— Не зуди, я, конечно же, подожду тебя.

Уже и позабыла, как легко и забавно его разводить.

— От тебя лишь одни неприятности! — с тем же возмущением проговорил он, кажется, уже начав мириться с тем, что я никуда не денусь. — Я знаю, что проще согласиться, чем спорить с тобой, потому подожди меня тогда в гримерке.

— Да я и тут могу посидеть, составлю тебе компанию.

Не стоит ради меня напрягаться. С фанатами, должно быть, интересно общаться. Ха.

— Нет, я не смогу в твоем присутствии сосредоточиться, — с этими словами он встал из-за стола и подошел к какой-то женщине, которая помогала продавать диски.

Она подошла ко мне и, поклонившись, сказала, что покажет дорогу.

— Я буду ждать тебя в гримерке, любимый! — отойдя на несколько метров с провожатой, громко произношу я, развернувшись. Подмигнув парню, я посылаю ему воздушный поцелуй. — Постарайся тут со всем побыстрее разобраться!

Естественно все, как в очереди, так и у ларька с дисками, обратили на это внимание. Сегодня в Вашей девственной биографии появится девушка. Радуйтесь. Разобьем сердца паре фанаток. Да. Но самое ценное это офигевше-возмущенное лицо Сугаты. Только провожатая, подставив руку ко рту, миленько хихикнула, кажется, поняв всю ситуацию. Ха.

******

Я примерно так и представляла комнаты, которые выделяют для звезд. Диван, полшага от него до стола, и все. В длину также пара метров, и выход. Тут я и обустроилась. На этом вашем диване.

Делать нечего, я лажу в этом вашем интернете на телефоне Шико. Правда, радости от этого мало. То и дело окно браузера перекрывает окно звонка. При таком раскладе можно забыть о нормальном просмотре видео. Не знаю, какой раз это был, но меня доконало, и я решила взять трубку. Сейчас решу все проблемы разом!

— Шико, — на том конце прозвучал холодный, слегка надменный, грубый мужской голос. — Твои родители были бы разочарованы твоим поведением. Когда ты поймешь, что это все делается ради твоего блага?

Первый, кто приходит мне на ум после Герхарда, это опекун нашей принцессы. Вряд ли кто-то помимо него способен говорить с ней на «ты». Хотя кто знает…

— Понятно, так вот из-за кого Шико такая злая. Дядь, разве можно быть таким грубым?

А-то я уже с ходу чувствую давление.

— Добрый день, юная леди, — мужчина изменил тон на более снисходительный. — Кто вы? Представьтесь, пожалуйста.

— Если просишь представиться меня, — бывает иногда такое, слышишь человека, его манеру речи, и он тебе сразу не нравится. — то сначала представься сам.

«Почему на ты, а не на Вы, когда человек не знаком и старше тебя!? Фу какая ты не вежливая, Арквейд. Мы тебя осуждаем!».

— Юная леди, Вы хоть понимаете, с кем разговариваете таким тоном? — несмотря на угрожающее замечание, грубый тон он сдерживал.

— Не-а, не понимаю, — с улыбкой произношу я и бросаю трубку.

Сложно ориентироваться только по голосу. Манеры у него есть, но кажется, из-за нервов он волей-неволей переходит на угрожающий тон. Оно и неудивительно, полдня-то трезвонить.

И минуты не прошло. Тот же номер.

— Пожалуйста, позовите к телефону Шико, — стоит мне нажать кнопку ответа, как тут же доносится из трубки тот же голос.

— Не позову.

Не по тому Вы пути пошли, сеньор. Вот представились бы, поговорили по-человечески, я, может быть, и сговорчивее была, а Вы вот так сразу. Не люблю двойственных личностей.

— У меня нет времени на Ваши шутки, — его раздражение только усиливалось.

— Да? — я усмехнулась. — А мне кажется, его у Вас, как раз-таки, предостаточно. Только и делаете, что названиваете да названиваете, достали уже меня.

— Почему телефон Шико у Вас? Где она? — после тяжелого вздоха мужчина, кажется, осознал, что нужно говорить со мной в другой манере. Голос стал более ровным и терпеливым.

— Понимаете, тут такое дело, — решаю рассказать, как есть. — Мне против воли Шико всучила свой телефон. Не знаю, поверите Вы мне или нет, но это так. Я тут, а где она, не знаю, такие дела. Но переживать не стоит, ничего за день с вашей королевой не случится.

— А Вы, собственно, кто? — на те же грабли наступает…

Когда ответ меня удовлетворяет, я буду вежливой, когда нет, буду переходить на ты.

— Ты ведь опекун Шико, да? Можешь не отвечать, я догадываюсь. Ты должен знать, кто я, наверное, — ведь я уже какую-никакую, а сыграла роль в жизни нашей королевны. Иначе откуда взялся Герхард? Я верю в силу логики. — Дядь, ответь мне лучше на один простой вопрос. Зачем так сильно ограничивать свободу Шико? Зачем вся эта насильная гиперопека? Какой бы важной шишкой в вашей системе она не была, она ведь тоже простой человек со своими желаниями. Какими вы делаете самые прекрасные годы этой молодой особы? Объясни мне…

— Дела воспитания Шико Вас не касаются, юная леди, — грубо обрезает он.

Юная леди в данном случае используется, как намек на мой недалекий интеллект, неспособный понимать вещи в силу возраста? Естественно я не пойму, если мне нормально не говорить. Ха.

— А ведь мы могли подружиться… — я снова кладу трубку.

Что же это за фирма такая — «Пион», и почему они так держатся за Шико? Все это мне хочется почему-то сравнить с каким-нибудь тупым фильмом. История фирмы начинается с времен, когда еще и мэсов-то не существовало. Имен я не знаю, да и роли они не играют особой. Был один человек, который открыл свой цветочный магазин, название которого, соответственно, было «Пион». Время шло, за магазином второй, третий, четвертый… Так, этот предприимчивый дядька прежде, чем умереть, успел открыть цветочные ларьки по всей стране. Появились мэсы, бизнес старика перешел к дочери, которая оказалась предприимчивой дамой. История говорит о том, что она была неприхотливой и деньги на себя практически не тратила. Сперва она инвестировала все в научную деятельность и исследования. Поскольку мэсы тогда только появились, исследование в этой области было прибыльным делом. Спустя время женщина стала искать мэсов с выдающимися способностями и с их помощью занимать многие сферы бизнеса и открывать новые направления. Так, например, благодаря аналогичным Астарты способностям появилось направление по созданию искусственных частей тела, вроде рук, ног, которые в случае утери конечности могли полностью заменить ее. Они были настолько хороши, что быстро приобрели популярность и стали важным продуктом. Такой протез, например, есть у нашей предыдущей главы — Селины. Следующим направлением стало исследование и добыча полезных ископаемых. Вследствие катастрофы изменились не только люди и животные, но и некоторые горные породы и почвы приобрели ресурсы, которые раньше не встречались в природе. Добыть добыли, что с этим делать? Правильно, нужно переработать и найти сферы, в которых все это можно применять. На этом этапе эстафету перенял сын той женщины, отец Шико. К слову, почему-то в семье Аглоафотис всегда был один ребенок, но, насколько я знаю, все они с радостью продолжали дело своих родителей. Сын оказался самым предприимчивым из всех. За какие-то двадцать лет он не просто составил конкуренцию, но и обогнал многих в машиностроении, производстве техники и оборудовании, строительстве. К слову, вместе с нашим директором, Акирой Ватершайном, компания «Пион» разработала механических кукол — фиройдов. Сейчас эти куклы потихоньку внедряются в разные сферы и заменяют людей на тяжелых и вредоносных работах. В жены мужчина нашел себе также предприимчивую даму с бизнесом в сфере связи. Ей понадобилось пару лет, чтобы перенять опыт своего мужа, после чего она стала покорять сферу услуг. Короче говоря, сейчас эта корпорация «Пион» присутствует примерно в 30% всех сфер деятельности. Хоть они и не являются монополистами, но доход их невероятно велик. Эта сорокалетняя парочка погибла на чужбине, оставив все наследнице. А кто наследница? Правильно, Шико. Столь крупная корпорация несет за собой большую ответственность, требуя от наследника крепкий характер и пытливый ум. Могу только догадываться, но все говорит о том, что все это в нашей Шико и воспитывали с самого детства. Где-то далеко взаперти с кучей учителей и прочим. Потому мне и хочется сравнить все это с фильмом. Только вот наша принцесса не спешит особо сопротивляться этому. Видимо, в наследство ей также досталось желание продолжить дело своих родителей, ведь, как я понимаю, она уважает своих мать и отца. Не знаю почему, и ответа мне никто не дает, только вот руки Шико до бизнеса дотянуться не могут. Условие — закончить образование? Логичное, наверное, не знаю. Тут ее жестко ограничивают и контролируют. Это ей жуть как не нравится — ядреный характер. Но у нее нет выбора. Могу лишь предположить, что таково условие ее отца. Типа, как на трон, пока не достигнешь двадцати, — ни-ни. Этот дядька мог бы дать мне ответ. Эх…

— Арквейд Либерт, — спустя пять минут этот перец позвонил снова. — Почему столь бестактная и безответственная девушка на посту президента студенческого совета?

Интересно, и кто же слил инфу обо мне?

— Ну вот, можете же, когда хотите, узнать информацию. Только вот почему мы вдруг с Шико переключились на меня? Ах, да, понимаю, я, наверное, Вам приглянулась.

— Прекратите идиотничать, — его терпение, кажется, было очень шатким, так как проскальзывали нотки злости.

— Дядь, твои обвинения необоснованны. Я, видишь ли, исполняю свои обязанности и заставляю других членов совета также их исполнять. Раз уж ваша ненаглядная Шико — член совета, то она и будет выполнять то, что ей положено по уставу. Достаточно ясно объясняю? Инструкций свыше никаких на ее счет не было, а значит, она обычная ученица. Никто ее в совет вступать не заставлял. Да и вообще, дядь, ты ж важная шишка, почему ты решаешь проблемы по телефону? Информацию, как мы выяснили, ты добыть можешь. К твоему сведенью до середины дня мы торчали в одном месте, времени вроде предостаточно, приезжай, забирай, увози, никто ничего тебе не скажет. Вместо этого Вы со своими коллегами звоните на телефон, чтобы как мамочка отругать за непослушание? Серьезно, что ли?

Не, ну я понимаю, что он скорее всего в другом городе, это логично.

— С Вами у нас будет отдельный разговор. Позовите к телефону Шико.

От этой фразы у меня пробежали мурашки по коже. Все, что было до этого, не сравнится по уровню опасности с этим. Плевать, не привыкать. Не убьют же меня, правда? Надеюсь, это будет быстро.

— Мне приятно твое внимание, но, дорогой, я же говорю, что не могу. Она где-то там, а я тут. Давай лучше по душам поговорим, ты мне расскажешь о том, почему вы держите Шико на привязи, почему это так важно? Я в свою очередь расскажу тебе о том, как стала главой или о тех сторонах вашей принцессы, о которых никто, скорее всего, не догадывается.

— Тут — это где? — холодно произносит голос, пропуская почти все, что я говорю мимо ушей, зацепляясь только за то, что ему нужно.

Бесит.

— Слушай, — я вздыхаю и перевожу взгляд на стену, где висел плакат какой-то анимешной девчонки. — На дворе тысяча семисот шестьдесят четвертый год, отследи мое местоположение по JPS или еще чего там. Может у вас в штате мэс есть с силой, которая по карте мое местоположение определит. На переговоры-то пойдем, нет? Я ведь в подобной манере говорю не потому, что хочу оскорбить, а потому, что Вы не хотите слушать.

— Это специальный телефон, его местоположение отследить невозможно, — проговорил мужчина.

Хочу, не хочу, но нужно пойти на компромисс, а то это все слишком далеко зашло

— Ладно, я вижу, мы не хотим услышать друг друга, но я пойду навстречу. Извините за такое начало разговора. Я понимаю, что Вам не нравится, что я с Вами говорю на «ты». Но послушайте меня. Я человек посторонний, но даже меня достал этот контроль. Объясни мне, зачем вы это делаете, и наш конфликт будет улажен. Я ведь понимаю, что это не просто страх за жизнь вашей драгоценной наследницы, верно?

— Родителем Шико не понравилось бы то, во что она превращается. Она нарушает планы. И то, что Вы сблизились с ней и пытаетесь защитить ее, лишнее тому подтверждение.

Удивительно, пусть он и говорит скупо и холодно, но хотя бы пытается пойти навстречу.

— Какие планы? Разве жизнь можно расписать? Против воли мил не будешь.

Не думала, что во мне возникнет стандартная дилемма, поднимающаяся во многих фильмах и книгах

— Вы с ней не равны. Возможно, когда-нибудь Вы поймете, а сейчас я не желаю тратить время, общаясь с такой упрямицей, как Вы. Вы уже внесли достаточный вклад в жизнь Шико. Я ничего не имею конкретно против Вас, но, пожалуйста, прекратите доставлять нам проблемы.

И чего за эти пять минут обо мне наговорил Герхард? Вот гад, ломает мне все. Ведь по тону ясно слышно, что он верит в то, что говорит. Бестолковый диалог.

— Ну, офигеть, теперь еще и я виновата во всем. Вы же лучше меня знаете Шико, так подумайте над тем, кто все это устраивает. Вы же говорили, что прошлая академия плохо влияет, а сейчас тогда что изменилось? — я кладу трубку.

Злость. Мало того, что меня бабы домогаются и их прислуга душит, так это еще все из-за меня выходит? Вы ломаете мой покой, а виновата я!? Какая-то больная логика. Да ну вас всех.

Не проходит и минуты, как снова звонят.

— Послушай, я тебе честно скажу, твоя настойчивость, паника или чего еще не имеют никакого смысла. Через пару часов мы вернемся в академию, и на этом все, понимаешь? Ничего не произойдет, ничего не случится. Так что прекращай звонить, это делу не поможет. Если уж спустя половину дня вдруг стало так невмоготу, то ищите Шико сами. Но лучше просто оставьте ее в покое, вашего повседневного контроля итак более чем достаточно, — я снова кладу трубку.

Разговор, который не несет никакой информации, мне не интересен. Одна нервотрепка. Я даже через телефон чувствую, что он не хочет со мной говорить и даже не слушает, просто талдычит одно и то же.

Только положив трубку, я замечаю, что последний звонок был с другого номера. Впрочем, без разницы, главное, что больше никто не звонил. Я ведь говорила, что решу проблему сейчас? Вот.

******

Дверь открылась. В комнату вошел Сугата. Он молча посмотрел на меня и, подойдя, поставил рядышком стул и уселся, начав смотреть в экран ноутбука.

— Ты чем это занимаешься? — поинтересовался он спустя пять минут.

— Вампирю.

Я хожу по произведениям и среди десятка хороших отзывов ищу негативные, читая только их.

— В каком это смысле вампирю?

— Ну, я открыла ноутбук, а тут во вкладках сайт с работами авторов, вот я хожу по ним и читаю плохие отзывы. Иду на самые топовые произведения, которые восхваляют больше всего, и там ищу грязь. Мне все равно, о чем произведение и что там, мне доставляет удовольствие, что кто-то, исходя слюной в чувстве разочарования от прочитанного, строчит гневный отзыв, пытаясь достучаться до людей, раскрыть глаза. Посмотрите же, герой тупой, и вот тут косяк, и вот тут, а его никто не слышит. Люди исходят на него говном. У меня от этого прямо энергия возрастает.

Я знаю, о чем вы подумали, но мне все равно.

— Ты ужасный человек, — пробормотал Сугата. — Тебе это, что, действительно нравится?

Просто ерундой страдаю от скуки.

— Да неважно, это я так. Просто вот параллельно думала, как раньше все было хорошо. Еще месяц назад круг моего общения был ограничен тобой, Адамом, Астартой, Изуми, да Нео периодами доставал. Никакой нервотрепки, пара ненавистников, пара фанатов, а сейчас с каждым днем все больше и больше знакомых, и не самых простых.

— Что поделать, ты ведь сама согласилась стать главой студсовета, — с улыбкой подметил парень.

Не будь я главой, то не было у меня сомнительных знакомств. Блог наблюдателя должен был быть о других людях, за которыми я наблюдала, а не обо мне

— Да не в этом дело даже. Это хоть немного развлекает. Ты собрал себе пати. Адам ушел во второй корпус. Изуми бросила меня, как только нашла новых друзей. Астарта строит отношения, со мной остался только черт Нео, да Канашима, пожалуй, еще. А ваши места позанимали сомнительные личности. Не говоря уже о том, что круг моих знакомств растет день ото дня и некоторые еще грозятся меня убить. Это утомительно.

— Ты что, устала? Решила пожаловаться? — его улыбка была теплой и дружеской, готовой поддержать.

— А что, нельзя? Пока сидела в тишине, подумала, что скучаю по времени, когда была одна. Не мое это все. С таким шумом откину коньки раньше срока.

Одиночество — моя любовь. Эта любовь больше, чем доставание других, хотя... Может и нет.

— Знаешь, рано или поздно, это должно было случиться. Может, все было бы по-другому. Но тебе ведь еще место в группе искать, — Сугата, как всегда, относился к словам с пониманием.

— Слабо представляю себя в группе с кем-то. А если это будет Изуми? Полный отстой. Ну да неважно. Просто все у меня через жопу. Не бери в голову.

— Ты всяко сильнее нас всех. Вот, кстати, ты оставила его там, — он протягивает мне диск с игрой.

— Точно, я же заплатила за нее, — я берусь за край, но он не отпускает.

— Слушай, Арк, — его взгляд ушел в себя, а тон стал ровным, слегка грустноватым, — ты ведь читала мою новеллу?

— Ну да, читала.

Мы, помнится, начинали читать, но что-то пошло не так, но ведь немного-то прочли. Уже можно давать оценку?

— Знаешь, читая обсуждения в интернете и слушая сейчас похвалу и благодарности людей, мне все больше кажется, что с игрой что-то не так. Чем больше о ней хороших отзывов, тем больше мне кажется, что она плоха. Может, в этой истории нет места для фантазии? Ведь не может быть такого, чтобы обходили изъяны, не поливали грязью за какие-то аспекты, — спокойно говорил он, не поднимая глаза. — Ощущение, что история просто хорошая, и это все. Не хватает какой-то остроты или чего-то такого, что оставляло бы неоднозначные впечатления. Я пытаюсь найти, что в ней не так, но не могу понять. Как автор я слишком привязан и не могу оценить ее объективно. Скажи, что ты думаешь об игре?

Не ас в таких темах. Да и вообще мало чего понимаю. Это что, типа нужна дыра в сюжете, нужен косяк в решениях героя, чтобы люди обожали это или ненавидели? Эта тема далека от меня. Сама-то за жизнь прочла пару книг, и те по школьной программе. Какой из меня критик?

— Разве это не хорошо, что ты задаешься таким вопросом? Раз ты задаешься таким вопросом, значит, растешь как автор, это ли не прекрасно? Вроде, это нормально испытывать это ощущение.

— Ты ведь не читала? — он улыбнулся и снял очки, отпустив диск.

— Не то, чтобы не читала, — протягиваю я, улыбнувшись в ответ. — Просто читала не все. Да и, знаешь, все же это не моя тема. Чтение в любом виде не мое. Очень сложно даются букавы. Не люблю букавы. Скучно. Мне, чтобы прочитать что-то, надо сделать не один десяток подходов, да и постоянно отвлекаться на что-нибудь стороннее, чтобы мозг не сплавился. Так что извиняй. Вот.

— Что ж, спасибо за честный ответ, — он положил очки на стол и, вздохнув, потер глаза. — Знаешь, твоя дурацкая выходка нанесла непоправимый ущерб моему образу.

— Ты должен быть мне благодарен, теперь все посчитают тебя самцом. А то выглядишь как девственник-задрот.

Что, в принципе, и является правдой. Хотя вот в костюмчике вполне симпатичный парень, только немного щупловат.

— Для аудитории это только плюс.

— В любом случае, теперь хотя бы все будут понимать, что ты что-то шаришь в отношениях, а не просто свои похотливые мечты на электронную бумагу переносишь.

— Да чего ты понимаешь-то? — он завелся, перейдя на свой привычный тон. — Настоящая любовь, настоящие отношения и чувства существуют только внутри человеческих сердец и воплощаются в образах милых 2D-девушек. Это совсем другой уровень отношений, который так просто не прочувствовать. Каждый из нас понимает, что ни одна реальная девушка не может сравниться с тем милым и невинным образом в игре. Девственность автора является важной частью в этой системе. Читатель понимает, что автор, как и он сам, тонко чувствующий человек, чтящий культуру моэ.

— Так и скажи, что расстроился из-за того, что пара фанаток перестанет воздыхать об авторе. Типа парень-то занят. А когда парень занят, даже мечты портятся. Не зря же модели всегда говорят, что они свободны, даже если заняты.

Правда, не могу представить, кто будет мечтать о нем, но на свете много чудаков.

— Дело совсем не в этом! — еще громче возмутился он. — Как же ты не понимаешь...

В общем, все как обычно, наш разговор пошел не в ту степь, так что просто пропустим его.

******

Это только звучит страшно — поход по магазинам. На самом деле нам не нужно мерить платья, таскать сумки, выбирать всякую чушь. Все, что нам нужно, закупить оборудование и предметы по списку, который нам начеркала Астарта вместе со своими дружками-инженерами из обслуживающего персонала. И даже это оборудование и запчасти нам не нужно таскать. Все закупается в одном специализированном торговом центре. Мы платим деньги, а все наше барахло завтра с утра доставят в академию. Разве не круто? Остается лишь выбрать подарок для нашей горячо любимой именинницы Элы. И раз так уж сложилось, что у меня есть купон на три тысячи есси на покупку в одном ювелирном магазинчике, то мы туда и отправляемся.

******

Магазинчик, который просто называется «Ю». Располагается он на втором этаже гипермаркета. Довольно просторный, с кучей стеклянных витрин, за которыми и находятся украшения. Два охранника в зале, а за прилавком возле кассы стоит девчонка лет девяти-десяти.

— Собственно вот. Тут твои навыки и нужны. Мне нужно выбрать украшение в качестве подарка для Элы, — посвящаю в суть дела я.

— И с чего ты вдруг взяла, что я разбираюсь в украшениях!? — опять этот негодующе-возмущающийся тон.

— Ну, я где-то в интернете видела обсуждения текста, вырезанного из твоей новеллы, про украшения и как они подходят под характеры. Что-то такое. Там все было довольно детально описано, без знаний и навыков такое не настрочить, наверное.

Было это, правда, месяца два назад, но я почему-то запомнила.

— Да я просто прочитал десяток статей в интернете, чтобы лучше понимать, что хочу видеть. Это была лишь абстрактная философия, — раскрывает карты мой друг.

— Неважно, в любом случае ты разбираешься лучше меня. Не напиши ты фигни, я бы тебя не взяла с собой, и ты бы не страдал. Как тебе такая философия?

По правде говоря, украшения были расписаны очень детально, потому я и уверовала в то, что он смог бы подобрать что-то путное. Чтобы не облажаться и не купить безделушку или что-то, что будет значить «будь со мной на веки вечные», я обратилась за помощью. Но, видать, зря.

— Почему ты вообще решила покупать украшения? Разве это хороший подарок для друга? Не лучше ли купить что-нибудь поинтереснее и полезнее, раз уж ты готова потратить такую сумму!

Мне, на самом деле, доставляет этот призыв к пониманию.

— У меня вот, — я демонстрирую свой приз. — Купон на три тысячи на покупку в этом магазине.

— Купон? — он тяжело вздыхает, прикладывая руку к лицу. — Понятно... Ты всегда была жадной до денег. Несмотря на то, что они у тебя есть, никогда не тратила. Тряслась над каждой копейкой. Даже на вещь, которая тебе очень нравилась и была нужна в игре, стеснялась донатить. Что уж говорить, даже из траты электронной валюты в игре разводила трагедию. Теперь понятно, почему мы здесь...

— Поныл? — улыбнувшись, интересуюсь я.

— Арк, мне вот интересно, — он убрал руку от лица и покосился на меня. — Скажи, на что ты тратишь деньги, которые тебе выплачивают за студсовет?

— Тебе на донаты на стримах.

Это чистая правда. Хоть и было всего пару раз, и сумма была невелика. А в целом, вы представляете, сколько денег уходит на соломку в шоколаде?

— Это не смешно! — снова завелся парень. — Ты лишь пришла и испортила всю атмосферу своими дурацкими шутками! Почему нельзя просто мирно побеседовать со всеми?

— Но людям было весело.

Крышечка, нижнее подчеркивание, крышечка. Я @, ты @, я @, ты @, я @, ты @. Все по классике, плюс смешные пасты про автора. Что, люди зря изгалялись, что ли?

— Ясно, — Сугата успокаивался, решая не продолжать спорить. — В качестве кого ты хочешь сделать подарок? Подруги? Главы студсовета? Возлюбленной? Что ты хочешь сказать своим подарком?

— У меня просто есть купон на три тысячи. Вот, что я хочу сказать, — мы начинаем ходить по магазину, смотря на украшения. — В качестве всех сразу, полагаю. Считай, это подарок от всех членов совета и меня отдельно.

Вряд ли кто-то знает о ее дне рождения. Придется мне обо всем позаботиться.

— Как насчет этого? — спустя пару минут он показал на кольцо.

— Старайся больше.

Не думаю, что кольца — лучший подарок. Если призадуматься, не замечала, чтобы Эла носила украшения вообще.

— Понял, кольца плохой вариант для тебя?

— Наверное, — неуверенно отвечаю я. — Слух, Сугата, тут мне показали одну игрушку, «Мир мэсов» называется, слышал что-нибудь о ней?

— А, это мобильное приложение с кучей доната, ничего интересного. Как тебе это? — он указал на ожерелье.

Парень был в курсе всего, а мне не сказал. Вот дела.

— В смысле, ничего интересного? Там есть я! И другие, наверняка, тоже! — возмущаюсь я. — Кто смастерил это чудо?

— Это объединение учеников из разных академий, включая нашу. Каждый работает над своей частью игры, над своей академией, если точнее. У них даже разрешение есть. Изначально, как я понял, они хотели взять другие академии, но возникли проблемы, потому их заменили. Звучит, вроде, интересно, разделить игру, где каждый будет делать свою часть, своих персонажей и историю, а на деле это обычное приложение, похожее на десяток других. Графика, конечно, привлекательная, но все равно, такие игры не для игроков вроде тебя, которые не желают ничего вливать в пиксели.  Вот, лучше посмотри еще на этот вариант.

Вот оно что, значит. И директор в курсе выходит?

— Ожерелья мне, конечно, нравятся больше, но я даже не знаю, слишком в глаза бросаются, что ли. Но почему ты мне хотя бы просто не сказал об этом? Это же интересно!

— Нет там ничего интересного. Поверь, — в сотый раз повторил Сугата. — Игра завязана на донате, без хотя бы одноразового влива денег никак. Будет сложно. Даже если будешь пару дней реролить, пытаясь выловить что-то годное, все равно будешь унижена другими. Учитывая, как ты относишься к деньгам и тратам, для тебя там и вовсе нет ничего! Кроме того, она же на телефоне, а у тебя его нет.

— Эмуляторы никто не отменял, как бы.

Человечество придумало много полезных штук.

— Там специальная система защиты, которая не дает заходить в игру с эмулятора, — он будто бы защищается от моих нападок. — Вот, может, тогда серебро?

— Я бы смогла достать планшет или одолжила бы телефон, знаешь ли.

Похоже, парень считает ожерелья лучшим подарком. Либо он по моей реакции понял, что они нравятся мне больше, чем кольца и прочее.

— Я не думаю, что ты бы стала так заморачиваться для такого, — пробубнил Сугата.

— Ах, ты решил за меня подумать? — я хватаю парня и зажимаю его голову подмышкой, начиная теребить волосы. — Мог бы ведь просто мне хотя бы сказать! Я бы ролики посмотрела. Но ты и этого не сделал!

— Я лишь хотел позаботиться о тебе! — он стал упираться, пытаясь выбраться, но сделать это, увы, не так-то просто. — Она не стоит того, чтобы тратить на нее время.

А по мне, еще как стоит! Хотя бы оценить дизайн знакомых мне личностей.

— Поглядите, какой заботливый.

— Простите, — послышалось сзади. Я, продолжая держать Сугату, поворачиваюсь. — Акаги, это и правда, Вы. Я просто мимо проходила и, увидев, задумалась, Вы это или не Вы…

Акаги — авторский псевдоним того, кого я держу

— А, да, это он, — я, не отпуская, аккуратно беру парня за подбородок и приподнимаю голову, чтобы его глаза смотрели на эту скромную девушку.

— Так у Вас и вправду есть девушка? — мило улыбаясь, поинтересовалась она.

Ее улыбка чем-то напомнила мне Аврору.

— Это не… — начал оправдываться Сугата.

Попытки выбраться он почему-то прекратил.

— Конечно! — перебиваю я. — А что, мы плохая пара?

— А, нет-нет, — она слегка опешила. — Вы кажетесь довольно дружными и по-своему милыми.

Да, особо милым было кислое лица нашего Акаги.

— Так ты, что, автограф хотела получить? — интересуюсь я.

— Нет. Автограф я уже получила, — она демонстративно достала коробку с диском из своей сумочки. — Думала сфотографироваться, если Вы, конечно, не против.

— Он не против, — я отпускаю парня и, схватив за воротник, поворачиваю его к себе, смотря в глаза. — Ведь правда?

Сугата, конечно же, против. Сфотографироваться для него — это под стать пытке, но выбора у него нет, если он хочет избавиться от меня. Вот, что значит — быть бесхребетным. Или же ему это нравится?

******

Пока писака прохлаждался в компании фанатки, я выбрала украшение. Серебряная подвеска с двумя сердечками на разных концах. Скоромно и мило. Наверное, Эле такое понравится.

— Жить вместе с тобой, наверняка, невозможно, — вернулся он с претензией.

— Вот смотри, я выбрала, как тебе это? — я указываю на подвеску.

— Даже не знаю. Симпатичное, но… — он призадумался.

— Решено значит, беру ее.

Нет места сомнением, а то так можно полдня проторчать, в итоге не выбрав ничего.

— Если ты сама выбрала и все решила, то зачем тогда тебе нужен был я! — мое однозначно принятое решение возмутило его.

— Ты указал мне нужное направление, — я так думаю. Мне так кажется. Ха. — Идем, расплатимся и пойдем дальше.

******

— Простите, можно нам увидеть кого-нибудь из продавцов? — обращаюсь я к пышноволосой темно-русой девочке стоящей у кассы.

— Я перед вами, — серьезно проговорила она, слегка закатив глаза.

— Нет, а можно нам увидеть кого-нибудь из взрослых, — вклинился Сугата.

Охранник на него посмотрел почему-то с какой-то брезгливостью.

— Это я. Я — заведующая этого магазина, — как идиотам, объясняла она нам.

Голос у нее был сварливый. Эх, милота.

— Ах, простите моего недалекого друга, — дружелюбно улыбаясь, извиняюсь я. — Вот у нас купон на покупку, и мы хотели бы взять украшение, которое лежит вон в том стеллаже, на второй полке снизу, третье с правой стороны.

— Аттакоро, — пробубнила она название украшения и спрыгнула с подставки, на которой стояла.

Раз настолько хорошо знает, что и где лежит, значит и вправду работает тут. Стоило ей спрыгнуть, как она тут же пропала из виду. Да, рост был совсем невысок.

— Судя по вещам, которые тебе нравятся, в тебе дремлет материнский инстинкт, — прошептал Сугата, стоило девчонке удалиться.

— Ненавижу детей.

Убила бы их всех или почти всех. Даже себя мелкую бы застрелила. Чтобы завести ребенка, нужно иметь стальные нервы. Просто мне нравятся необычности, это другое.

— Вот ваше украшение, — она вернулась, встала на подставку и поставила коробочку с украшением.

— Что скажешь? — интересуюсь я еще раз у Сугаты.

Вблизи оно кажется даже еще лучше.

— Ничего нового, — ответил парень.

Девчонка некоторое время терпеливо ждала, пока мы налюбуемся на украшение.

— Будем пробивать? — произнесла она так, будто мы причина проблем всей ее жизни.

— Да, конечно.

Не лечится! Вот мой диагноз, раз мое настроение улучшается от того, что маленькая миленькая девочка своеобразно оскорбляет меня, смотря задолбанными глазами дохлой рыбы.

— Две тысячи шестьсот есси, — бубнит она, вводя данные. — Оплата купоном. Остаток четыреста. Будете еще что-то брать?

— Простите, что? — я отвечала на какой-то бесполезный вопрос Сугаты, который мне даже не запомнился, а потому не расслышала сразу, что она спросила.

— Я говорю, еще что-то будете брать на остаток? — терпеливо, повторяла она. — У вас остается четыреста есси, дешевые украшения можно посмотреть вон там. В левом углу.

— Нет, нам больше ничего не нужно, остаток можете забрать себе.

Хотелось сказать — на конфеты, но, кажется, мы ее и без шуток достали. Может ей не понравилось, как мы себя тут вели? Или ее убивает моя улыбка?

— Хорошо, — она распечатала чек с гарантией и положила их возле украшения. — Благодарим за покупку.

Ощущение, будто мы вытянули всю последнюю энергию из нее, которую она так тщательно копила на остаток дня. А еще Сугата думает, что это карлик. Я с ним категорически не согласна, но скорее всего это так.

******

Станция метро.

Двери поезда открылись, люди начали заходить внутрь вагона. Я невольно посмотрела по сторонам и в толпе людей, которые поднимались по лестнице наверх, заметила человека, образ которого со спины мне показался до жути знакомым. Не раздумывая и секунды я, поддавшись внутреннему позыву, пошла против толпы.

— Арквейд? — удивленно произнес Сугата и пошел за мной. Парень был слабее меня, потому двигался против толпы он медленнее.

Выбравшись из людского месива, я подбежала к лестнице, взглянув наверх. Лишь на долю секунды я уловила скрывающийся из виду силуэт. Я, обрадовавшись, усмехнулась. Вот так встреча. Удивительно, что в моем дневном бредовом сне именно этот человек мне и снился. Так и в вещие сны можно поверить. Ха.

Волнообразно сигая туда-сюда промеж людей, я бегу вверх по лестнице.

— Арк, подожди! — где-то за спиной доносится голос Сугаты.

Я уже стою наверху, всматриваясь вдаль, пытаясь найти нужного человека. Это должно быть не сложно, ведь среди светлых волос черные сильно выделяются. Куда? Лево, право, вперед? Краем глаза, заметив темные волосы, я двигаюсь в правую сторону.

 ...

..

.

— Да подожди же, Арквейд.

Парень все больше отстает от меня, но я не обращаю на это никакого внимания. Сейчас нет времени его ждать.

Проходит пара минут, когда я понимаю, что потеряла того, за кем гналась. Как такое могло произойти, если я практически бежала, а человек просто шел? Я перестаю идти вперед и, сдавшись, встаю на месте.

— Догнал! Думал, потеряю! — воскликнул, догнав меня парень. Он нагнулся вперед и, пытаясь отдышаться, уперся руками о свои колени. — Что случилось? Ты кого-то увидела?

— Да, не знаю, наверное, показалось.

Я даже не уверена, что это был он. Тот самый человек.

— Ты расстроилась из-за этого? — Пытаясь отдышаться, Сугата смотрел на меня.

— С чего это вдруг?

Нужно признать, есть некое чувство неудовлетворения от того, что я никогда не узнаю, чего мне привиделось. Пораскинув мозгами, прихожу к выводу, что с чего бы вдруг вообще этому человеку быть тут. Глупо вышло.

— Прости, просто показалось, что тебя съедает обида. Мне показалось, что я почувствовал, как, ну… — ему не хватает смелости говорить о своих догадках прямо. — Просто, не думал, что ты способна вот так за кем-то взять и побежать, игнорируя всех вокруг.

— Всякое в жизни бывает, — отшучиваюсь я.

— Мне даже интересно, что же сделал такого этот человек, — парень, отдышавшись, встал ровно.

Сугата всегда был искренен в своей тупости. Как бы абсурдно это не звучало. Он интересуется, потому что считает меня каким-никаким, но своим другом. А друзей нужно поддерживать, и жизнь друзей, и чувства друзей тоже немаловажны. Это вызывает желание быть иногда хоть мало-мальски честной.

— Как бы это сказать. Этот человек кое-что сильно задолжал мне, вот, — я вздохнула. — Да и я тоже кое-что задолжала ему.

— Я перевела взгляд с мелькающих людей на парня. Тот, распахнув глаза, с интересом смотрел на меня.

— Не совсем понимаю, что это значит. Такое бывает? Это как так вообще?

Он не мог однозначно истолковать мои слова. Ну, а я так и хотела. Пусть помучается, пытаясь разгадать эту загадку. Ответ-то на нее простой.

— Да вот так просто, — я улыбнулась. — Знаешь, что, пойдем-ка, свожу тебя в кафе, угощу, чем хочешь.

Я ведь даже не обедала. Можно совместить приятное с полезным, сделав добрый жест.

— Откажусь, пожалуй, — Сугата нахмурил брови, пытаясь понять, в чем подвох и почему сменилось мое настроение.

— Да не парься ты так. Ты помог мне, и я просто хочу отблагодарить тебя.

Может мне не улыбаться? Это из-за улыбки ощущение, что я собираюсь сделать что-то такое?

— Это с чего вдруг? — его сомнения только усиливались. — Ты хочешь поесть за мой счет?

— Идея неплохая, как-нибудь обязательно ей воспользуюсь, — я наступаю на его ногу. — А сейчас это просто жест доброты. Понятно?

И нужно быть таким противным? Никто мне не доверяет. Печально это.

Я приближаюсь к нему, смотря пристально в глаза. С десяток секунд я смотрю в его ясные очи. Это доставляет ему кучу дискомфорта.

— Я тебя понял, — констатирует парень. — Я больше не спрашиваю тебя о том человеке, и ты перестаешь себя так вести.

Вот идиот.

— Ответ неверный!  — я, приложив силу, надавливаю на его ногу.

Он недолго покорчился, пока не привык к новой нагрузке. Продолжаю пристально смотреть в глаза. Учитывая, что расстояние между нашими глазами стало еще меньше, примерно пятьдесят сантиметров, то он приходит в еще большее недоумение.

— Это? — произнес он, не найдя ответа. — Что тогда?

— Ну так что, идем?