Блог наблюдателя (Новелла) Том 2 Глава 15 Непутевый президент в академии магии

Садясь в автобус, я утешаю себя мыслью о том, что мне хотя бы не придется заниматься подготовкой к фестивалю. Не то, чтобы я собиралась переусердствовать, но хочу думать так чисто для успокоения. Ответственным за эту поездку учителем, по какому-то мистическому стечению обстоятельств (нет), стал Давид. И полагаю, это новое испытание для Широ — быть самостоятельным. Или лукофка возьмет на себя и совет, и парня.

Долгие часы поездки. Я сижу рядом с Шико, и мы периодически о чем-то беседуем. Возможно, это могло бы стать поводом побить рекорд по длине диалога, но я, пожалуй, воздержусь. Смысла-то в нем особо и нет.

******

Поскольку мы выехали в три часа дня, то приехали уже ближе к вечеру. Нас встречали вице-президент студенческого совета и пара учителей. Время на часах было немалое, потому нас сразу повели в общежитие. Так сказать, сегодня обустраивайтесь, отдыхайте, а завтра все остальное.

Территория академии была совсем небольшая. Пара корпусов, два общежития для девушек и персонала, места для тренировок, полигон, стадион и другие компактно упакованные здания. Конечно, я не акцентирую внимание на всяких элементах декора в виде фонтанов, зелени, каких-то статуй. Все довольно близко друг к другу, и вам не понадобилось бы много времени, чтобы добраться от одного пункта до другого. Все это создает приятное ощущение уюта и комфорта. Это, пожалуй, куда лучше, чем наши обширные территории. Однако, смотря на красоту зданий, создается впечатление, будто место не для рядовых граждан. И насколько я знаю, тут обучается значительно меньше мэсов, что лишь укрепляет мои догадки.

Нас привели в женское общежитие. Здание внутри было очень ухоженным. Видно, что денег сюда вложили достаточно много, и за всем следят. Это не может не радовать, всегда приятно видеть красоту, современность и зелень. Тепло становится, комфортно. Всего шесть этажей. Все помимо первого состоят из длинных коридоров и покоев юных дам. Первый этаж был по большей части развлекательно-полезным. Тут библиотека, купальня, музыкальный класс, что-то вроде летних комнат с большими окнами на двор, различные кружки, кабинет врача, фойе и другие мелочи. Чем-то даже напоминает хороший отель. Тут не было шума, суеты как у нас. Мы практически не встретили учеников, но те, каких видели, были спокойны и разговаривали не громко, да и в целом было спокойно. На нас смотрели с интересом, что неудивительно, но не было открытых обсуждений или еще чего-то такого, что обычно выглядит не очень культурно. С нами даже здоровались. Это располагает. И либо это воспитание, либо, как мне кажется, все заранее были проинструктированы и следовали наказу.

Да, наши академии заметно отличаются и даже чувства внутри рождаются разные.

Давид, сказав, что у него еще дела, сразу куда-то смылся, не став подниматься наверх. Вместе с ним смылась и одна дама провожатая, мол, давайте я Вам покажу Ваши апартаменты и все такое. Мужчина возражать не стал, хотя по виду мне показалось, что он не собирался отправляться смотреть свою комнату.

Нас ведут на четвертый этаж.

— Я, наверное, кину сумку и схожу до совета, представлюсь. Может, застану еще кого, — говорю я Шико.

— Может, лучше отложить? Глава и ребята из Джулиуса приедут только завтра утром. Все же, уже довольно поздно.

Эту информацию нам дала вице-президент.

— Ну, я, чисто формально, поздороваюсь. Вещи разбирать не надо, потому хочу сходить посмотреть, что как. Оскверню территорию первой. Ха.

Честно говоря, я просто не знаю, чем себя занять. Компа нет, телефона тоже, вечера будут унылыми, да и дни, думаю, тоже. Хотя мне Давид обещал усиленные тренировки.

— Перечить тебе не стану, — едва заметно улыбнувшись, ответила Шико.

Нам показали наши комнаты, в которых не было ничего необычного. Пастельные мягкие тона, две кровати, шкафы, стол, и все такое прочее на двоих человек. Просто, уютно, мило. С наилучшими пожеланиями нас покидают. Я выжидаю для приличия пять минут, а после отправляюсь в путь.

******

Главный корпус очень похож на наш. Построение то же самое, висят электронные доски, и, в целом, разобраться во всем не составляет никакого труда. Смотря на то, насколько похожи здания, рождается мысль о том, что их, наверное, строили почти в одни и те же года или есть какой-то общий план, чтобы было комфортно посещать чужие академии. Ведь у учебных заведений поездки и битвы — довольно частое явление.

Коридоры пусты, звуков нет. По дороге я встретила всего одну ученицу, от чего уже невольно подумала, что и правда довольно поздно, но, когда, постучав, дернула за ручку двери совета и прошла внутрь, оказалось, что президент на месте и еще работает. Просторная комната студсовета очень похожа на нашу нынешнюю, но только стиль более мягкий, девчачий. Во главе стола сидит президент, а в углу на диванчике, возле входной двери, какая-то, видимо, провинившаяся дама. Слово за слово, мы быстро перешли на «ты» и вот меня приглашают к столу с просьбой подождать. Дела, бумаги, я все понимаю. Даже немного жаль девушку, которая в такое время осталась тут одна, чтобы поработать. От чаечка, к слову, я отказалась.

В своем ожидании я смотрела на главу, комнату или больше на даму, которая, держа руку возле лица, задумчиво смотрела на меня. В ее зеленых глазах явно проглядывался интерес. Наверное, это нормально, все же, новые лица, новая форма и все такое. К слову, о форме и почему я назвала ее провинившейся. На ней был свитер без рукавов, так называемый — убийца девственниц. Сама девушка была достаточно привлекательна, обладала стройной фигурой, пышной грудью с родинкой на уголке, красивыми ножками и густыми волосами, которые явно были крашеным. Странный пепельный цвет, отдающий серебром. И за такой вид я могла бы дать ей десятку, но скидываю два бала за наличие лифчика. Конечно, будь главой совета я, то похвалила бы даму, сказав, что «радуешь меня», да отпустила бы, но думаю, в любом другом случае это нарушение устава. В женских академиях, насколько я знаю, правила более строгие, а значит, она нарушитель. Возможно, это даже какой-то вызов с ее стороны, но, в общем, причины ее нахождения тут вполне мне ясны.

— Ну, сколько можно меня обсуждать? — с этой фразой в совет без стука ворвалась еще одна девчонка с телефоном в руках. — Разве я похожа на мальчика?

Видимо тут в совете больше обязанностей или они куда более усердны, раз тусуют так поздно тут.

Появившийся персонаж был в блузке, брюках, с обычной фигурой и формами, но с мальчишеской прической. Нет, не короткой, а именно мальчишеской, с этими модными зачесами. И лицо у нее было вполне себе женственным. Густые брови, тонкие губы, несколько дырок по периметру в ушах. Не думаю, что ее можно было бы спутать с парнем. Разве что, если вы вообще не умеете смотреть. Хотя сейчас модные парни такие, что...

Короче говоря, моя сила сразу ее забраковала ввиду того, что дама, похоже, косит под мальчика.

— Дни идут, а проблемы твои не меняются, — не отрывая взгляда от бумаг, проговорила сдержанно глава.

Судя по всему, девушка слышит это часто и уже забила.

— Нет, ну как ты думаешь, скажи? Я вот вчера снимала видео в Daoyin, и там, в комментариях, люди не могли разобраться, мальчик я или девочка. И чем больше я говорю: «не нужно обсуждать это, хватит», тем больше люди говорят об этом.

Ух, не часто кому-то удается взбесить меня за пару тройку предложений, но этой даме удалось. Из-за силы меня прямо коробит. И я так и вижу эту навязчивую мысль — «Ну же, скажи, что я мальчик», «Я ведь похожа на мальчика. Скажи, что я мальчик». Говорит, не обсуждайте, а на деле она обожает, когда ее обсуждают. Да только вряд ли кто-то говорит ей то, что она хочет услышать. Ух, бесит.

— Возможно, тебе просто нужно перестать обращать внимание, и проблемы тогда не будет.

От этих слов создавалось ощущение, что президент так часто сталкивалась с этим, что выучила наизусть простые, нейтральные фразы.

— Ну, я просто не понимаю, вот сегодня, например....

И она говорила и говорила, говорила и говорила. В ответ получала сухие ответы и просьбы «не отвлекать от работы», но та с минуту молчала, а после по-новой. Казалось, что проще сказать, что она хочет, и тогда та успокоится. Вот так чудо в студенческом совете. Она будто издевалась надо мной. Будто кто-то сразу захотел проверить, насколько я терпелива и насколько дорожу репутацией.

— Хватит! — я ударила по столу. — Во-первых, никто не считает тебя мальчиком и всем это понятно. Во-вторых, ты учишься в женской академии, где среди учеников одни девочки, они-то уж явно не попутают.

— А ты вообще кто? — с негодованием и претензией сказала девушка.

— Неважно, кто я. Моя сила — это чтение того, что думают другие люди. И ты жалуешься, жалуешься, а на деле только и ждешь, когда тебя спросят «а ты мальчик?». Прямо вожделеешь, чтобы тебя обсуждали, но проблема в том, что все понимают, что ты девушка. Прости, конечно, за прямоту, но ты бесишь.

Разозлившись на мои слова, член студенческого совета встала из-за стола и, не сказав ни слова, показательно вышла.

Проводив ее взглядом, я столкнулась с девушкой, которая все это время сидела молча в углу. Теперь, смотря на меня, она улыбалась, и улыбка ее говорила о том, что в данной ситуации она на моей стороне. Вернее сказать, это было даже выражением некой симпатии, мол, забавно.

— Аясэ, — заметив эту улыбку, обратилась к ней президент. Тон голоса у нее вышел грозный, повелительный. — Ты можешь быть свободна. Надеюсь, наш с тобой диалог внесет долю разумности в твою голову. В следующий раз я не буду с тобой столь деликатна.

Девушка, улыбаясь, поднялась на ноги. Я ясно видела, что слова президента летят мимо ее ушей, и этим она сразу напомнила мне Саватари Ювао. Аясэ не сразу ушла, а смотрела на меня, и ее улыбка была коварной. Очень, очень коварной. И прежде чем развернуться, ее язык так медленно и соблазнительно проехался справа налево по верхней губе.

Еще одна ненормальная...

Отлично. А-то я уже думала, что поступила в особую академию. А тут подтверждение, что везде одно и то же — не стоит париться.

— Это было грубо с твоей стороны, — обратилась ко мне президент, стоило даме покинуть комнату.

— Да, возможно, просто дело в силе.

— Пусть так, но можно было сказать как-то помягче, а не грубить. В любом случае, тебе потом стоит извиниться.

Вот так ситуация, президент отчитывает другого президента. И у кого-то проснулась бы совесть, мол, да, надо искать компромисс и быть мягче, но я человек грубый, так что... Да и я разве не извинилась в конце? В целом, мне кажется, я всем видом показывала, что я терплю, и мне неприятно это слушать, но, смотря на меня, «юный томбой» этого не поняла.

— Наверное, иногда выходит перегнуть, но такой способ неплох, чтобы человек задумался.

Хотя, честно говоря, он чаще всего просто создает тебе новых врагов. Вместо того, чтобы задуматься, что не так в поведении, человек обижается и винит тебя в том, что ты такой грубиян. Эх.

— Да, возможно, но я с этим не согласна. В любом случае, если ты не хотела ничего плохого, то все в порядке, не будем об этом.

По всей видимости, дама передо мной миролюбива. И, кажется мне, что в ней куда больше черт, присущих главе, чем у меня. Все же тут должна была быть Мюриель, им бы вместе было комфортно.

— Слушай, ты так и не представилась. Как тебя зовут? — интересуюсь я.

В отличие от нас, у них не было значков на груди. Были пара зажимов на воротнике, которые, видимо, служили опознавательным знаком члена совета, но имени, взглянув на человека, по ним не узнаешь.

— А ты не знаешь? — удивилась девушка.

— А должна? — ее удивление удивляло и меня.

— Честно говоря, хочется сказать «да». Главы студенческих советов обычно следят за тем, что происходит в других академиях, с которыми они, так или иначе, взаимодействуют. Это важно, чтобы почерпнуть, как надо или не надо поступать, что хуже, а что лучше. Соответственно, имена президентов как-то всегда на слуху.

— Да? Может быть, но у меня своя методика.

Селина тоже говорила что-то такое, но я не видела в этом смысла. Мне, как-то, пофигу. Да и мы никуда почти не выезжали, может, только на какие-то отдельные события. В общем, вы поняли.

— Мариана, — представилась президент, которая явно негодовала от моего ответа.

И только что пониженная легкой ссорой с одним из членов совета планка упала еще ниже. Я явно вижу в ее глазах мысль о том, что я такое.

— Ты уж извини, просто у нас два президента, и, в целом, структура немного непривычная для других.

— Я знаю, — улыбнувшись, протянула Мариана. — Просто мне кажется странным и немного некорректным то, что человека вроде тебя, без силы, допустили до управления. Раньше такого не было.

Девушка делала упор на слове «сила». И я уже не раз говорила, как это важно, хотя значимость до конца осознать лично я не могу. И спрашивая у других, получаешь какие-то стандартные ответы, с которыми сложно не согласиться, но и принять их нельзя. У нас есть, например, Фуджишими, в чем проблема поручить какие-то задачи и разобраться ей, а не главе? Все-таки, совет — структура, а не один человек, как ни как.

— Все же, для президента главные качества — это не сила, а умение решать проблемы, управлять, видеть, что происходит вокруг и, соответственно, вносить улучшения. Моя сила как раз позволяет понимать, что чувствуют и хотят, в целом, люди.

— Так-то оно так, но позволь поинтересоваться, что изменила и привнесла ты?

Вот так подловила. Хотя сила говорит мне о том, что дама просто хотела кинуть камень в мой огород.

— Было кое-что, но оно скорее было направленно на отдельно взятых учеников и их дальнейшую судьбу, нежели на всю академию. На посту я не долго, но есть у меня кое-какие планы, все еще впереди.

Не думаю, что стоит говорить о том, что у нас еще совсем недавно было два тела всего, и будем честны, именно благодаря мне сейчас людей столько, сколько есть. Хотя, конечно, многие появились просто в силу обстоятельств.

Почти все...

— Понятно. В этом году ваше учреждение как-то подсдало позиции. Если верить слухам, то, кажется, ваша академия переживает не лучшие времена.

— Да нет, я так не думаю. Сейчас все наоборот улучшается.

Да, были явные проблемы, когда остался в совете всего один член в виде меня, а после появился Адам, но сейчас-то все ок. Всякое бывает.

— Разве? События осени, конечно, сильно подорвали авторитет, и все, что было после явно не шло на пользу, но все прошло, и иногда такое случается. Однако почему тогда вашего директора отстраняют от должности? Хотя, наверное, оно и к лучшему. Учитывая все авантюры, разделение корпусов, события, стать рядовой академией под эгидой «Прометей» не так и плохо.

Слышать эти бредовые слова было очень неприятно.

— Кажется, ты что-то лишнего себе придумываешь. Не стоит разбрасываться такими словами.

Наверное, вполне нормально, что во мне появилось желание защитить место, где меня обучают и, соответственно, директора. Мол, ладно я, но вы же президент, который только что говорил о толерантности, а теперь преподносите вот такое.

— Твой авторитет, видимо, совсем низок, раз ты даже не в курсе такой информации.

Ее слова не столько отдавали какой-то грубостью, сколько негодованием. Она верила в то, что говорила.

— Если я чем-то тебе не угодила и, возможно, испортила первое впечатление, и ты хочешь просто мне нагрубить, то лучше так и скажи.

Марианна вздохнула.

В чем-то я была права, но, видимо, она говорила совсем не о том. Или она хотела сделать вид, что говорила не о том.

— Ладно, — отрезала президент, сворачивая этот диалог. — Ученики из Джулиуса приедут завтра утром, полагаю, нам лучше тогда и встретиться, обсудить намечающиеся мероприятия, а пока тебе стоит пойти и отдохнуть

— Да, пожалуй.

Беседа вышла далеко не такой, какой я ее себе представляла. Благие намеренья, как-то, решили повернуться ко мне задом. Неприятный осадок остался.

Прямо перед входом в совет в коридоре я встретила Шико. Видимо она решила последовать за мной, лишний раз уделить мне внимание и все такое.

— Ты чем-то расстроена? — поинтересовалась у меня мисс Аглафототис.

Мимолетные эмоции сразу не скроешь, хотя не сказать, что я прямо расстроена, скорее действительно просто неприятно.

— Да нет, не могла бы ты одолжить мне свой телефон ненадолго?

Моя любовь без лишних слов протягивает мне аппарат, и я лезу в интернет искать информацию о директоре и всем таком.

— Ты кому-то нагрубила? — деликатно преподнесла свой вопрос Шикуля.

— Возможно, я сказала что-то неприятное одному из членов совета, только для того, чтобы поставить на место. Мол, навязчиво чего-то жать и просить — это плохо, но, в целом, я старалась быть деликатной и, несмотря на вредность, как-то, ну, типа короче, быть простой главой, которая представляет свою академию и все дела. Видимо, не судьба.

Стараться больше и не буду. Пофигу.

— Так что произошло?

— Да ничего, — усмехнулась я, копаясь в телефоне. — Просто для людей важна сила и какие-то общепринятые параметры. В общем, похоже, мне разными способами пытались сказать, какая я никчемная глава. Впрочем, вначале ты же и сама так считала. Методики и цели у всех разные, потому дело такое. Я не жду понимания и похвалы.

Не хочу говорить о том, что услышала. Информации какой-то такой я не могу найти. Если бы такое заявление было, то его наверняка бы было легко найти. Да и нам бы сказали, мол, надо хотя бы на сайте опубликовать, и будущие абитуриенты должны быть в курсе. В общем, пока ничего, и от того только больше неприятно. Хотя, конечно, это плюс, что ничего такого не будет. Ха.

— Вот как, понятно.

И с этими словами Шико пошла в совет, оставив меня в коридоре.

Ну вот, теперь мой авторитет будет еще ниже.

Ну, спасибо.

К слову, наличие у нас столь важной персоны явно дает плюс в копилку академии. Мол, на дно морское такую важную особу бы не выкинули.

— Видишь, дядь, она сама все делает, а я даже не прошу. И думается мне, что станет только хуже, — говорю я Герхарду, который, как всегда, молчит.

Да... Не добиться мне расположения.

— Думаю, более ты не услышишь ничего осудительного, — выйдя через некоторое время, сказала моя подруга.

— Эх... — вздохов я возвращаю ей телефон. — Послушай, дорогая моя Шикуля, пожалуйста, не нужно вмешиваться туда, куда тебя не просят. Я способна решать свои проблемы сама, без помощи. Если я их не решаю, значит не так это и важно. Впредь не делай так больше, хорошо?

Она посмотрела на меня томным холодным взглядом. Видимо, мои слова ей не пришлись по душе. И, может быть, это своего рода претензия, но она небезосновательна, да и я, вроде как, не грублю.

— Идем, Герхард, вернемся в общежитие, — спокойно произнесла девушка и, развернувшись, пошла прочь.

— Эй, ты что, просто решила проигнорить меня? Мол, я лучше знаю, что делать? — я догоняю важную особу. — Или обиделась?

Она молчала.

Я шла рядом в ожидании хоть какого-то ответа, но его не было.

Может, она просто издевается надо мной, хочет типа как-то чему-то так научить или проучить, но у меня ощущение, что опять какое-то недопонимание, проблемы...

******

Я поселилась в комнате с Нуар, что было очевидно, а Шико, соответственно, с Фуджишими. И все бы ничего, но как-то так вышло, что в восемь вечера все оказались в моей комнате. Нуар, валяясь на кровати, шпилила в петрис, мисс Аглаофотис, сидя за столом, залипала в очередную книгу, и только мы с Фуджино, как два дебила, не зная, чем себя занять, смотрели друг на друга. И как говорится, чтобы что здесь все тусуют?

— Может, поиграем во что? — в итоге предложила Фуджишими.

— Можно, но во что? — интересуюсь я.

Было бы неплохо найти развлечение, и, похоже, я и Фуджино обе хотим этого.

— Я захватила с собой колоду карт, можем перекинуться.

— Ну не знаю, — протянула я. — Это довольно скучно.

— Готова выслушать твои предложения.

Я хотела просто как-то усложнить правила, добавить действий, пикантности или еще что. Чай, так было бы веселее, но тут мою голову посетила другая мысль.

— Есть одна идея, но людей у нас маловато, даже с Герхардом будет мало, хотя и лучше.

— Расскажи хотя бы, что за идея.

Похоже, Фуджино действительно было скучно. Обычно она где-то пропадала, но тут на новой территории в действиях, видимо, пока ограничена и приходится крутиться. Впрочем, ее поддержка сейчас как нельзя кстати.

Я подхожу к своей возлюбленной Шико и деликатно забираю у нее книгу, положив на стол.

— Не станете ли моей ассистенткой на короткий промежуток времени? — коварно-романтично интересуюсь.

— Хорошо

Это прозвучало не слишком-то охотно.

— Вообще суть игры следующая. Предположим, я начинаю. Один игрок бьет другого по заду, а другие смотрят. Если кто-то из смотрящих засмеется, расплывется в улыбке или ухмыльнется, то тот, кого били, бьет его и так далее.

Это было крайне опасно, но свои слова я сопровождала действиями. Слегка нагнула Шико и как ударю ей по заднице.

Ладно, я не била сильно, понимая, чем это может закончиться.

Нуар, оторвав глаза от петриса, не выразила никаких эмоций, Фуджишими же ухмыльнулась, а после по-глупому заулыбалась. Только Шикуля была очень недовольна, хотя должна была испытать кайф.

— Не буду спрашивать, в порядке ли ты, ведь такую идею вполне можно было ожидать от тебя, — в итоге сказала мисс Аглаофотис.

— А мне нравится, я за, прикольная идея, — поддержала движимая духом авантюризма маньячка.

— Вот четкая женщина, с которой не будет скучно! — указывая на Фуджи, говорю я. — А вы, эх...

— Похоже, нам все же придется играть в карты, — все еще улыбаясь, говорила единственная понимающая меня дама.

— Да ну, — я снимаю рубашку, кидая ее на кровать, и лезу за футболкой и штанами. — Я хотела веселья, а не болтовни за картами. По крайней мере не сейчас.

— Собираешься на прогулку?

— Да, пойду, наверну пару кружков вокруг академии, поглазею на местные достопримечательности, а после пойду отмокать, эдак на полчаса.

Изучение местности и контингента — это, как-никак, одно из моих хобби. Наблюдение, все такое.

— Не хочу тебя расстраивать, но тут только душевые и общая купальня, — сказала Шико.

— А с чего ты взяла, что это меня расстроит? Ха.

— Мне казалось, ты за интим.

— Поэтому ты можешь присоединиться ко мне, если хочешь, — делаю слегка томным тон голоса, не упуская шанса позаигрывать.

— Я присоединюсь к тебе, но без тренировки, — улыбнувшись, сказала Фуджино.

— А вообще дело воспитания и внешности, если есть чего стесняться, то, наверное, некомфортно, а мне чего стесняться? У меня идеальная форма груди, да и фигура неплохая, так что скорее самооценка других может понизиться и возникнут комплексы.

Да, как я и говорила раньше, это одно из немногих, чем я действительно горжусь. И если те, кому я это говорю, относятся скептично к моим словам, то вот вам шанс убедиться, дамы.

— Приду. Посмотрю, — отвечала единственная девушка, которая прониклась этим духом, мотивирующим на свершения.

— Ладно, погнала я. И после никто не скажет мне, что я ленива и ничем не занимаюсь. Слежу за собой сама, — переодевшись, с иронией на прощание говорю я, захватив с собой сумку с полотенцем и прочими делами для купания.

— Постой, ты на тренировку? — прежде, чем дверь закрылась, поинтересовалась у меня доселе увлеченная своим делом Нуар.

Вернее, она и сейчас была увлечена, так как совсем не смотрела на меня.

— Ты со мной хочешь пойти?

Компания — это неплохо.

— Не, — протянула она так, будто это было очевидно.

— А чего так?

— На рекорд иду, — на «отстань» проговорила Йоргенсон.

— Не ты ли хотела поездки больше всех? Это неплохая возможность одной из первых окунуться в новую атмосферу и посмотреть на архитектуру.

— Ага, — безынтересно ответила Нуар.

Игра куда важнее. Могу понять. Хотя не могу. Одно дело — нормальная игра, а другое — падающие фигурки.

— Тогда зачем ты спрашивала меня, куда я иду?

— А, забей.

И мне ничего не оставалось, кроме как действительно забить. Постигнуть логику Нуар я, увы, не могу. Возможно потому, что ее нет.

*******

Хоть еще не совсем поздно, но в округе довольно пустовато. Вице-президент что-то мельком говорила про комендантский час, но, во сколько он начинается, я не знаю. Раз меня не остановили на выходе, значит, все в порядке. Наверное, по стандарту ближе к 9-10 вечера. Бегать здесь довольно приятно и окрестность кажется мне более уютной, что ли. Наверное, такое чувство создается за счет компактности, опрятности и цветовой гаммы. Люди тут тоже в большинстве своем более спокойные. Возможно, конечно, мне везет, но я практически не встречала тех, кто был бы не по душе моей силе. Хотя сдается мне, дело тут не только в людях, а в моей репутации. Да, тут для других учеников я простая незнакомка.

В небольшом сквере я заприметила Давида в компании двух дам лет тридцати. Естественно, это не могло меня не заинтересовать. Они что-то обсуждали, и мой учитель улыбался, что-то шутил, а дамы смеялись. И такая картина вызывает во мне странные чувства. Мол, что?

— Вышла на пробежку? Похвально, — с улыбкой сказал мужчина, когда я подошла.

Подошла я, чтобы разобраться в том, что происходит. Вернее, удостовериться. Подаю все естественно, как случайность, мол, мимо пробегала.

— Да и я хотела поинтересоваться, что в эти дни по тренировкам?

— Думаю, вы можете отдохнуть и насладиться поездкой, — сказал мужчина.

И эта фраза вызвала во мне негодование, ведь ранее он говорил, что, несмотря на все, мы будет тренироваться и возможно даже больше, чем обычно. Мол, поездка не повод отлынивать, а теперь...

— Может, вы тогда и утяжелители с меня снимете?

Ответом была мне лишь многозначительная улыбка.

— Это твоя ученица? — поинтересовалась одна из дам, широко улыбаясь мне.

Обращение на «ты», да? Кто-то, похоже, нашел себе развлечение, а вид то у него ранее был такой, будто дела супер-серьезные, и я даже слепо в это верила...

А глаза этой дамочки так блестят.

— Да, она довольно способная и усердная.

Помнится, еще пару дней назад мне говорили, что я ни на что не годная мисс.

— Она такая красивая, — смеясь, говорила вторая.

И на этом этапе я осознаю, что они, видимо, немного подшофе. Не знаю, нормально это или нет. Все же, все трое — учителя... С другой стороны, время нерабочее, все взрослые и отвечают сами за себя. Хотя учителя — это пример для учеников. Но люди есть люди…

— Ладно, не будем тебя задерживать, — положив руку мне на плечо, сказал Давид, явно намекая на то, что мне стоит уйти. — Передай Нуар, что она тоже может отдохнуть в эти дни.

Правда, она особо никогда не напрягалась.

— Хорошо...

Не то, чтобы это было мое дело, но, похоже, кто-то развлекается, кадря местных женщин? Да, не хочу думать о том, что в бабском стане это единственный мужской персонаж, и там, ну всякое разное. Пущай сами разбираются, что да как, и так далее. Мне, наверное, это только на руку, а за других я отвечать и не должна.

Надеюсь, завтра учитель не возьмет свои слова назад и не палкой погонит на тренировку.

******

В раздевалке в это время народу было прилично. Наверное, ученицы готовятся ко сну и все дела. В общем, хоть я и была на самом деле настроена скептически, но теперь думаю, что все не так и плохо. Тут я могу насладиться картиной того, как красивые девочки стягивают со своих ножек чулочки, колготочки, расстегивают лифчики, плавно стаскивают трусики. Повезло, что мэсы в большинстве своем все достаточно привлекательны, учитывая, что спорт тут обязательная часть. В общем, эстетика — это здорово. Хотя мне должно быть стремно от того, что все, так или иначе, смотрят на меня. Я тут новенькая и единственная дама с черным цветом волос. Но на самом деле их интерес вызван восхищением. Да-да, та самая форма груди. Всем-всем приятно смотреть на нее. Вот я сняла белье, и теперь эта раздевалка стала моим новым гаремом.

Вот так полагаю, обычно, и мечтают школьники. Да только обычно раздевалки мужские. А фанатов яоя у нас, как мне думается, не так много. Хотя у нас, как раз-таки, может, и есть, а вот у вас…

******

Купальню я описывать не буду. Просто обычная. В центре огромная ванная, а по бокам душевые со скамейками. Тут все просто: умылся, почистился — полезай ко всем, расслабляться и отдыхать. В душевые я даже заглядывать не стала, какой смысл?

Прекрасное место, как для наблюдения, так и для расслабления. Люблю горячую воду и простор, потому ловлю некий кайф. Лучше, чем какая-нибудь ванная. Дамы тихие, спокойные, неконфликтные, каждый занимается своими делами, кто-то мирно беседует, смеется негромко, стараясь не мешать другим, и все хорошо. И так было скучно и мирно, что я, было, подумала, что попала в другую вселенную, но тут появилась та серебряная красотка, которая находилась в кабинете студенческого совета. Она, быстро осмотрев комнату, сначала пошла умыться, а после уселась прямо напротив меня. И я не знаю почему, но пока она делала все свои дела, я все время следила за ней. Сделаем вид, что я просто оценивала ее прелести. Как говорится, оценить было что. Нынче дети растут быстро. С другой стороны, ей может быть уже и двадцать лет. Интересная дама, что сказать, и она обратила внимание на меня.

Ситуация показалась мне, в целом, несколько знакомой…

Мы сидели и тупо смотрели друг на друга. О чем думала она, я не знаю. О чем думала я, я не знаю. И сидели мы так, пока в один момент не остались одни. Девушки, все-таки, тут находились в среднем минут по десять, а у меня была планка как минимум в полчаса, да и Фуджино что-то не появляется, так что такое вполне могло случиться.

— Я тебе нравлюсь? —  переполненная энтузиазмом спросила она.

Я, значит, расправив руки, лежу в полуразваленной позе, а она, поставив ногу промеж моих, держась руками за бортик, стоит на четвереньках прямо надо мной, задавая этот вопрос. Наши тела были близко друг к другу, а ее лицо еще ближе, хотя куда ближе, если некоторые части тела касались друг друга. Она смотрела на меня, и ее глаза были переполнены интересом и энтузиазмом, будто эта авантюра будоражила ее кровь. В глазах, несмотря на ситуацию, не было похоти или чего-то негативного, скорее даже наоборот, можно было почувствовать, что дама доброжелательная. Правда, странности это ее не отменяло. И я настолько тупая и податливая на отбитых личностей, что посчитала это прикольным и располагающим.

— В последний раз, когда девушка сама, по своей инициативе, оказалась так близко, прямо в интимной зоне, это плохо закончилось, — говорю спокойно, без капли волнения я, смотря в ее зеленые глаза.

— И чем же все закончилось? — спросила Аясэ.

В воздухе повисла тишина. С минуту мы молчали. Я видела, что моей оппонентке было интересно, чем же закончилась та история, и я потому не собиралась ее дорассказывать. Ха.

Поза девушки видимо была не очень удобной, и ей пришлось опустить руки, поставив их в воду. От того стали мы только ближе.

— Так тебе от меня чего-то нужно? — в итоге поинтересовалась я.

— Дай-ка подумать, — протянула она задумавшись. — Ты прикольная.

— Спасибо, конечно, за комплимент, но это не ответ на вопрос.

— А чего бы ты хотела? Интересно, о чем ты думаешь, находясь в такой ситуации?

Человек пристает ко мне и спрашивает о том, чего хочу я? Может это карт-бланш на изнасилование или что-то такое?

— Я думаю, если кто-то окажется изнасилованным, то из нас двоих это явно буду не я. И чтоб ты знала, я довольно извращена.

Эта фраза заставила ее рассмеяться. И смех у нее был задорный, приятный. Вытирая слезы, она не знала, что мне сказать, и просто глупо улыбаясь, поднялась на ноги.

— Ох, — развернувшись, выдала она и направилась к выходу.

Почему-то создалось ощущение, что она меня знает и потому именно такого ответа и ждала. Мол, ее очень порадовало то, в чем она была убеждена.

К слову, у нее были отличные ягодицы, и раз уж мне дали карт-бланш, раз уж в мою зону вверглись без спроса....

Я резко поднимаюсь на ноги и, не теряя времени, сокращаю дистанцию, собираясь зарядить девушке удар прямо по касательной. Незнакомой голой девушке. Девушке, которую я почти не знаю. А что? А че бы и нет? Все равно через пару дней я уеду, и поминай, как звали. Так что пофигу. Мысль о том, каким великолепным будет звук, как я отобью свою руку, какая будет реакция и ощущения, просто будоражит меня.

И тут дверь в купальню открывается. Заходит Фуджишими.

Да и как бы пофигу. Я уже все равно не могу остановиться, и эти доли секунды ничего не решают.

Вслед за ней заходит президент местного совета.

*наипрекраснейший звук удара*

Стон боли или удовольствия пронзил комнату.

Рука болит. Душа ликует, а значит все исполнено четко и след на ее заду останется надолго.

Аясэ слегка повернулась, улыбнулась мне и кивнула в бок. Ее кивок явно обозначал «неплохо», а после она последовала на выход.

Эта была не та реакция, которую я ожидала, и от того мне даже больше понравилось. Возможно, отправиться в поездку было не таким плохим решением. Сейчас я удовлетворена и даже улыбаюсь. Улыбаюсь, провожая взглядом благословленную моей рукой девушку. А после смотрю на Фуджино и президента.

— Ну а что? Кому-то же надо наказывать провинившихся! — это все, что я смогла сочинить за пару секунд.

Великая картина не впечатлила изысканную натуру неприступного президента. Она только неодобрительно отвела взгляд и направилась в соседнюю комнату с душевыми.

Эх, глава...

Эх, репутация...

— Занимательно проводишь время, — с широкой улыбкой на лице сказала Фуджишими. — Может, ты и меня так шлепнешь? А?

Преподнося это в виде заигрывания, она хотела подшутить надо мной, но это была ошибка. Мы же с тобой столько знакомы, а ты...

*цокая, покачивает головой, и это происходит в моей голове, потому что я этого не делаю*

Просто хочется сказать, ну что же ты делаешь. Ну, куда же ты... Ай... От дурочка.

— Что ж, раз ты просишь, — хрустя костяшками, говорю я.