Блог наблюдателя (Новелла) Том 3 Глава 7 Именно то название, которое ты ожидаешь тут увидеть, — никакое

Проснувшись, я вижу перед собой лицо Сечжу. Она лежит прямо на моей подушке, близко настолько, что я могу почувствовать ее дыхание. Спит так крепко и сладко, что аж завидно. Я приподнимаюсь и вижу кота, который, вытянувшись, лежит, занимая всю подушку моей помощницы. Отреагировав на движение, Шико повернула голову в мою сторону, и в ее глазах читалась явная претензия.

— Не стыдно тебе, глупый кот? Такую славную бабу ущемляешь и чмыришь.

Выражая свое непонимание и недовольство, она сначала слегка пошевелила хвостом, а после, не отрывая взгляда от моих глаз, начала нервно бить им. Бить, едва касаясь кончиком головы Сечжу. Кот вообще частенько начинает бить хвостом, когда испытывают его терпение, например, обнимая против воли. Так, чтобы не тревожить сон девушки, мне пришлось прижать хвост кота рукой.

— Ты настолько глупый кот, что даже не понимаешь, что своими действиями только сблизила нас. Смотри, она ведь спит теперь так, что можно подумать, что мы действительно близки. Ха.

Не терпя такого неуважительного обращения с собой, Шикуля пытается вынуть хвост, но сил ей не хватает. Раздраженная моей наглостью, кошка вынуждена перевернуться и укусить меня несильно за руку. Я могла бы продолжать держать, терроризируя кота, но отпускаю. Высвободив хвост, она поднимается на лапы и спрыгивает с кровати, направляясь к выходу. Я наклоняюсь, слегка свисая с кровати, чтобы посмотреть на кота и привлечь её внимание. Она всегда реагирует на звук, потому останавливается, поворачивает голову, смотрит секунду на меня, а после разворачивает морду обратно и спокойно уходит из комнаты.    

Тупое животное.

******

Время приближается к десяти. Славненько сбила режим, и от того желания заниматься у меня с утра совсем нет. Я прохожу на кухню, где встречаю Шико, которая ковыряется в горшочке с розами, обрезая им по наклону концы. Я, молча, смотрю на нее, а она объясняет, что так они дольше процветут. Мне и ответить нечего, так как я лишний раз вспоминаю об обещании, которое даже и не знаю, как выполнить. Вы знаете, что я человек, держащий слово, даже если оно было шуткой, но оказалось важно, но тут подумываю отделаться разговором или… В любом случае, пока просто молчу.

Кажется, мне повезло и сегодня занятий, за которые вчера я так ратовала, можно будет избежать.

Почему?

Потому, что Элы и Широ дома нет. Со слов Шико я узнаю, что они поехали в центральный офис ЮНИОН, после чего собирались министерство по делам мэсов и в военкомат. Нацукаши сказала ей, что сегодня должны сообщить о месте, где она будет проходить службу. После новостей мисс Аглаофотис деликатно интересуется моими планами, и получив ответ в виде «не знаю, ничего, наверное, разве что гость должен ко мне заглянуть», просит уделить ей немного внимания, а для этого нужно будет прокатиться с ней. Она не говорит куда, но сообщает, что хочет кое-что мне показать, что возможно важно для меня. Это интригует, но больше отпугивает. Я бы могла задавать уточняющие вопросы, но не стала, в итоге дав свое согласие. Согласна, если, конечно, будет свободное время. Просто раз уж она тут и просит немного внимания, то я чувствую, что должна уделить ей его, ведь, по сути, сама пригласила остаться.

******

 Гостья не заставила себя долго ждать.

— Привет! — дружелюбно улыбаясь, на пороге стояла Хитори.

Еще одна очаровательная выпускница, смотря в глаза которой сразу видишь счастье. То ли кто-то очень рад меня видеть, то ли рад лету, то ли, в целом, выпуску. Приятное ощущение от осознания того, что у человека все хорошо.

— Смотрю, у тебя все отлично, —  усмехнувшись вместо приветствия, говорю я.

— Да, сегодня по-крайней мере повода расстраиваться у меня нет, — настроение гостьи было действительно прекрасным, от чего Аясэ хотелось обняться, и я позволила ей эту дружелюбную роскошь. — Прекрасно выглядишь, к слову. Так сильно похорошела.

Я не любитель видеосвязи, потому помимо Нуар я ни с кем на видео не выходила. Общаться общались с Хитори, но простыми звонками или переписками. Один раз я сказала в начале, что не хочу по видео, и больше мы к этому вопросу не возвращались. Все вроде всех устраивало. Короче эти годы я ее не видела. И она не сильно-то изменилась. Прибавила в росте и разных местах, а в целом все та же весьма привлекательная особа.

— А ты выглядишь так, будто неимоверно счастлива, что учеба наконец-то закончилась. Хах.

Помнится, она не раз жаловалась мне, что учеба ей не по душе и все надоело, правда, последние полгода я об этом не слышала. Если припомнить, то, кажется, что эти полгода мы вообще стали общаться реже. Да, вправду, значительно реже, но я как-то не придавала эту значения.

— Дай-ка подумать… — протянула девушка, улыбаясь. — Да. На сердце от этого какая-то легкость. А еще легче от того, что армия мне не грозит.

— Откосила?

Я ведь до сих пор не знаю, какая сила у Аясэ, но это, наверное, и неважно.

— Угум-с. Повезло, и мне с этим помогли. Правда, у меня еще впереди целый год практики. Она, кстати, в твоем городе будет. Здорово, да!?

Это прямое заявление о том, что будем видеться часто? Хитори не вызывает во мне негативных чувств, не отталкивает и не тяготит, так что я, наверное, не против. Эта девушка по крайней мере точно знает, что такое тактичность.

 — И куда же тебя пригласили?

— В одну компанию, делающую компьютерные игры.

Это явно не то, что я ожидала услышать, но звучит интересно.

— Прикольно, — я усмехнулась. — Понятия не имела, что ты горазда в такое. Ты даже никогда не рассказывала об этом.

— А я и не горазда, — собеседница тоже усмехнулась. — Не знаю, что меня там ждет пока, и чем буду заниматься в целом.

— Так, выходит, тебя взяли из-за силы? — выкатываю самое логичное.

— Маловероятно. Просто я, честно говоря, немного приврала. Я сама связалась с ними и постаралась сделать все, чтобы на меня обратили внимание, пригласили. Моя сила психологического типа и скорее позволяет красиво проворачивать схемы, обманывать, нежели что-то создавать в компьютере.

— Что это значит? — задаю уточняющий вопрос, не совсем понимая, к чему клонит гостья.

— Это прозвучит для тебя смело, но ты моя лучшая подруга, а посему не хочу тебя обманывать. И, в общем, мне немного стыдно от того, что я с тобой этим никогда не делилась…

Она будто бы специально говорит так, чтобы в моей голове создавалось больше странных вариантов и мыслей.

— Не тяни, говори, как есть.

— Ну, знаешь, — Аясэ посмеялась, от чего сразу понятно, что слова просто неудобные. — Это связанно с любовью.

— Да ладно, ты хочешь сказать мне, что влюбилась? Ха.

Нет, только не говорите мне, что это будет история онлайн-любви с работником, который трудится в той фирме. Какой ужос.

— Я не могу сказать точно «да», — она, прикусив кончик языка, с улыбкой на лице хитро покосилась на меня. — Но есть кое-кто, кто мне очень нравится.

Тоже мне, Сечжу номер два. Намекает будто бы на меня, но я так не думаю, да и неловкости не чувствую.

— Ладно, пойдем в комнату, там и поговорим, чего на пороге стоять, — приглашаю в дом я.

Проходя мимо зала, я смотрю внутрь комнаты, где сидит Шико. Она оторвала взгляд от книги, услышав шаги, и мы, всего на мгновенье, пересекаемся с ней взглядом.

— Смотрю, у тебя и без меня гости, — сказала Хитори, тоже посмотрев в комнату. —  Если память мне не изменяет, то вроде бы как мы даже виделись с этой девушкой раньше, но у нее прическа была другая.

— Типа того. Это Шико. Мы приезжали к вам на соревнования. Тусует временно у меня, долгая история, забей.

Я захожу в комнату, где, распахнув окно, моя помощница кормит с руки птиц. Услышав звуки, она не могла не посмотреть в нашу сторону.

— Сечжу? — удивленно произнесла Аясэ.

Как только новый персонаж появился в комнате, котей тактично поднял свой зад с постели и спрятался под кровать.

— Хитори? — моя помощница напротив, не особо удивилась и даже улыбнулась.

— Действительно неожиданно… — снизив тон голоса произнесла гостья.

— Вы знакомы? — недоумеваю я.

— Да, немного знакомы, как продавец и покупатель. Мы выходили на видео связь, чтобы я могла продемонстрировать товар, но вживую видимся впервые. Я ведь говорила, что действительно решила попробовать себя в роли ресселера. Вполне успешно.

— Вот как…

Я смотрю на мою помощницу, пытаясь понять, о чем та думает, а девушка, заметив это, добродушно улыбается мне.

— Так выходит, что… — Хитори смотрит на меня, потом на Сечжу и уголки ее губ хитро начинают ползти вверх.

Ощущение будто она о чем-то догадалась и ждет подтверждения, но о чем, сказать сразу сложно.

— Да, — поняв намек, ответила кошечка.

— То есть… — протягивает очень довольно Аясэ, начав оценивающе смотреть на меня. — Я поняла.

— Все верно, — подтверждает Сечжу.

Мне аж не по себе.

— Вот значит как, — Хитори выдыхает, а после со странным блеском в глазах начинает широко улыбаться.

— Нет, ну я поняла, что вы обсуждаете меня. Может, сразу прямо скажете? Что Сечжу мне подарок у тебя заказала? Слишком палевно вы себя ведете.

Я думаю, это именно что-то в таком духе, уж больно очевидны эти разглядывания. Будто уже примеряют на меня что-то. С другой стороны…

— Нет. Неважно, просто мир так тесен, что это удивительно даже, — говорит Аясэ.

— Ничего не хочу сказать, но для простых продавец — покупатель вы как-то слишком хорошо ладите.

Я не думаю, что случайная неожиданная встреча должна выглядеть вот так. Скорее я представляю ее неудобной и глупой.

— По правде говоря, Сечжу была одной из первых моих покупательниц. Я, возможно, слишком старалась, но мне хотелось продать, а потому я больше внимания уделяла клиентам, интересовалась, что как зачем. Она была приятной, легкой в общении, в отличие от других, не геморройной. С ней можно было и о чем-то стороннем пообщаться не чувствуя сильного дискомфорта, она забавно шутила, потому сразу запомнилась мне. После она делала еще заказы, и я естественно чуть больше начала узнавать её. Вот так, — делясь историей, Аясэ подошла к Сечжу, чтобы посмотреть, что она делает. — Впервые вижу, что бы птиц кормили с рук, из окна, и они не пугались, ели.

Это и вправду удивительно. Что тут в городе, что там, в Согалассо птицы как шакалы, я на улице-то не видела, чтобы они с рук ели, не то, что вот так. А тут, стоит этой даме открыть окно, как они сразу прилетают, даже если та без корма. Я не любитель, но картина приятная от того, что самой Сечжу это вроде бы нравится, и птицам, видимо, тоже.

— Если хочешь, можешь попробовать. Возьми крупу из пакета и медленно поднеси ее к птицам, без резких движений, — приглашала присоединиться моя помощница.

— Ну, не знаю, я никогда не кормила птиц и не сказать, что хочу, — сомневалась Хитори.

— Не стоит бояться, они не сделают тебе больно, — понимающе подбадривала кошечка.

— Хорошо, — она взяла небольшую горстку крупы в руку. — Попробую что-то новое.

Когда я так сделала, то птицы просто разлетелись, у нее же все было хорошо. Обидно. Грустно. Никто меня не любит. Вот и делись своим теплом и любовью. Подходишь к делу воодушевленно, а потом тебе плюют в лицо. Не то, чтобы что-то новое. Хах. 

— Видишь, все достаточно просто.

— Это прикольно, — гостья радовалась успеху. — Давай к нам, Арквейд.

Окно не такое большое, чтоб там три девушки уместились, да и вид сзади меня более чем устраивает. Живописно так, что аж на душе теплее.

— Спасибо за приглашение, но птицы меня терпеть не могут, увы. Я скорее по кошечкам.

Сечжу слегка повернула голову и чарующе соблазнительным взглядом посмотрела на меня. Эти очи с родинкой в уголке прямо пьянят, от чего начинает жечь в груди. Какая женщина. Перед такой не устоять. Не будь тут свидетелей, то все могло бы закончиться безумной страстью. Ха.   

— О, этот воробей запрыгнул мне прямо на руку! — бурно реагировала Хитори.

— Не беспокойся, они чувствуют себя довольно свободно, но не навредят, — спокойно говорила моя помощница. — А вы с Хитори давно знакомы?

— Со старшей школы общаемся, — кратко отвечаю я.

— Ага, я как раз академию закончила и заехала повидаться, — поддерживала мой ответ Аясэ.

Теперь истории о том, что я ни с кем не общаюсь и у меня нет друзей, точно выглядят как ложь.

Эх…

— Так ты после этого домой собираешься поехать? — интересуюсь я у гостьи.

— Нет, — девушка отряхивает руки от остатков корма и, поворачиваясь, подходит ко мне, присаживаясь рядом. — Я планировала на пару дней задержаться, прежде чем отправиться к родителям.

— По магазинам походить, что ли, хочешь?

Просто я больше и не знаю, чем тут заниматься. С другой стороны, возможно, тем, кто тут не жил, есть куда сходить, что посмотреть.

— Нет, — она снизила тон голоса и нагнулась к моему уху. — Просто есть один интересный гражданин, который мне, ну очень нравится, и я хочу немного уделить ему внимание.

Как завуалирована.

— Это ты про меня, что ли? — вслух говорю я.

— А я все думала, выскажешься ты так смело или нет, — усмехнулась она.

— Очевидно же, что я поняла, что ты специально говоришь неоднозначно, желая польстить мне, потому и решила порадовать тебя, сказав про себя. Ничего личного, чистая психология и моя сила. Ха.

— Вот, — Хитори взяла телефон и показала мне экран блокировки. — Она довольно противная девчонка на самом-то деле, но разве не милая? По правде говоря, это ее взяли в ту фирму игрулек. А она дама столичная, вот я и думаю задержаться. Пускай поводит деревенщину по местным достопримечательностям.

Фото на экране было совместным, где человек с неизвестным мне именем был, не слишком-то доволен компанией Хитори. Ее лицо выражало раздраженность. Среднего роста блондиночка, не фигуристая, не с пышными формами, не броская, но вполне привлекательная — симпатичная. Может быть, в ней действительно есть что-то милое, не знаю.

— А ведь, если задуматься, я тоже девушка деревенская, но Арквейд не хочет уделить мне внимание, показать интересные места и рассказать о местных особенностях, — закрывая окно, Сечжу не упускала возможности, зацепится и воспользоваться наличием посторонних, добавляя драматизма. — В это время отпуск медленно, но верно подходит к концу.

Мы продолжаем играть роль возлюбленных перед Хитори или это такая ирония? Я не знаю. Ладно-ладно, думаю последняя в курсе и все понимает.

— Не беспокойся, дорогая, у меня были на тебя особые планы. Дела-дела, но все впереди. Наверное.

Я действительно думала об этом, правда, в ключе спросить, на что она хочет посмотреть, куда сходить. Все же она тут из-за меня, и мне хотелось бы, чтобы отпуск для нее был отпуском. Я понимаю ее натуру и сидеть дома, это не то, что будет удовлетворять ее на 100%. Мы, конечно, ходили с ней куда-то, но это куда-то — вблизи моего дома. Ей хочется быть в компании, и первые дни по приезду она пытались меня затащить в разные места, но ей это не удалось. Я говорила, давай потом, есть дела, но это «потом» так и не настало. С совестью я тут как-то справилась. Видимо из-за того, что попытки прекратились. А ведь мне должно быть лестно, что она хочет погулять со мной, а не в компании с кем-то еще, ведь найти партнера для прогулок ей не составит труда. Вспомнить хотя бы вчерашнюю сцену. Правда с другими она играет роль, а со мной может чувствовать себя свободно. Второе естественно приятнее.

— Я это запомню, — кошечка подмигнула мне, явно взяв с меня обещание.

Ну вот, теперь совестливо становится и придется что-то придумывать. И почему-то думается, что если раньше стандартных мест, куда ходят все, хватило бы, то теперь надо придумать что-то изощренное. Да еще все в моей голове выглядит не иначе как свидание. Мэх.

— Кажется у вас довольно близкие отношения, — улыбнувшись, высказала свои наблюдения Аясэ.

 — Возможно, — неоднозначно отвечаю я, — но вернемся к тебе и твоим баранам. Ты, знаешь, прямо удивляешь меня своей целеустремленностью, Хитори.

Кажется, я многого не знала о своей подруге. И хоть я говорю с легкой иронией, но в целом выражаю одобрение. Совсем не думала, что она такой деятельный человек в любви. Почему-то меня это даже подкупает.  

— Дай-ка подумать… — протянула девушка. — Просто я ей не особо нравлюсь. Она со мной общается, мы даже, наверное, дружим, но все как-то так. Сложно объяснить. Вспыльчивая дамочка, горячая. Короче говоря, у меня выбора-то и нет. Придется постараться, пока она не поймет, какая милашка перед ней.

— Действительно милашка, — подобное заявление забавляет. — Если нужна будет, какая помощь от меня, не стесняйся, чем смогу, тем подсоблю.

— Спасибо, но тут я думаю, сама справлюсь, — Хитори прикусила кончик языка и посмотрела на мою помощницу. — Но, возможно, Сечжу могла бы мне помочь, дать пару советов. И раз уж так сложились звезды, то я вообще хотела бы с тобой поговорить кое о чем, Сечжу, если ты непротив.

То бишь это значит, что ты, Арквейд, не должна тут присутствовать. Я поняла. Возможно, обсуждать будут меня? Буду так думать.

— Конечно, помогу, чем смогу. Думаю, и у меня в связи с обстоятельствами возникло пару вопросов, — кошечка взглянула на меня, будто бы давая прямой ответ на мой вопрос.

— Ладно, понимаю, не буду мешать, — говорю я, направляясь к выходу. — У меня как раз есть неотложные дела и нужно с Шико кое-куда скататься, так что, Сечжу, удели гостье внимание, напои чаем, потом проводи. Рассчитываю на тебя.

— Я вообще-то к тебе приехала, Арк, хотела посидеть, поговорить, — слегка возмутилась Аясэ. — Это твое гостеприимство?

— Да-да. Можете винить меня, но Вы мисс, сами так выстроили диалог, — снимая с себя ответственность, говорю я. — Извиняйте.

А то так не заметишь, как дома еще один житель прибавиться.

******

«Пятница. Несмотря на то, что визит на день рождения был крайне неудачным, я все равно иду к Канашиме. Входная дверь не заперта. Я прохожу внутрь и, смотря по сторонам, вижу Лиону, которая, повернувшись боком, оперлась головой на руку и смотрит на меня. Не нужно никакой силы, чтобы сразу почувствовать этот переполненный недовольствам взгляд. Похоже, убитое состояние проходит, и она возвращается в норму. Характерец у нее, конечно, сложный, но, наверное, это плюс. Денек просветления нарисовался?

— Привет! — говорю, улыбнувшись, я.

Она тяжело выдыхает. Понятно, говорить ей со мной не хочется, и одно мое присутствие обуза, но я почему-то совсем не огорчаюсь от такой реакции.

— Зачем ты пришла? — интересуется Кана. — Разве не понятно было, что я не хочу тебя видеть?

— Ну, кто знает, — я усмехнулась. — День рождения — время такое, что я тоже становлюсь раздражительной и недовольной, могу вспылить. Ты уж не серчай. Тепло и внимание не мое, но я старалась. В любом случае в мои обязанности входит приглядывать за тобой, так что можем быстро уладить вопросы и разойтись. Как-то так.

Ежик усмехнулась, подумав о чем-то своем. Немного странно видеть ее эмоции.

— Зачем тебе это надо? Нет у тебя никакой обязанности.

— Видать влюбилась, — отшучиваюсь я.

Ее волосы резко стремятся ко мне, чтобы схватить, и я на автомате закрываюсь руками, но вместо этого щупальцами останавливаются и хватают меня за ногу, переворачивают, поднимают над землей. Секунда и мое тело запечатывается в кокон, а рот закрывается.

— Я же тебе говорила отстать от меня! — глаза Лионы наливаются яростью, заставляя пробежать мурашкам по моей спине. Она поднимается со стула и подходит ко мне. — Что тебе непонятно? Рядом со мной опасно.

Я вижу, как девушка тяжело дышит, пытаясь подавить свой приступ. Ее руки касаются лица. Кана закрывает глаза и делает продолжительный выдох. Таща по воздуху меня за собой, девчонка направляется в зал. Она усаживает меня на диван и убирает свою волосяную клетку.

— Все в порядке? — спустя тридцать секунд молчания интересуюсь я, видя, как пустеют ее глаза и состояние переходит в привычное — никакущее.

— Да, — отвечает девушка.

Тишина.

Пару минут Лиона просто смотрит на меня. Как-то неловко. Не знаю после этого, что и спросить. В такие моменты я задаюсь вопросом, зачем вообще прусь сюда? Это ведь реально на самом деле не обязательно. Неужто во мне тоже есть черта обычных баб, которую я осуждаю — жалость. Именно это первое, что приходит на ум, когда думаешь о том, откуда же берутся какие-то теплые чувства и желание уделить внимание, позаботиться о ней.

Как убого.

— Ладно. Давай посмотрим, все ли у тебя хорошо, — поднимаясь на ноги, говорю я, собираясь провести стандартную процедуру.

— Я сделала это специально, чтобы ты больше не приходила, — монотонно говорит Лиона.

— М? — не понимая, о чем конкретно говорит девчонка, я издаю вопросительный звук.

— День рождения, — уточняет она.

— А… Ну…

— Я чувствую, что перестаю контролировать перепады своего настроения и силу. Ты мне не нравишься, но я не хочу тебе навредить, не сумев совладать с этим, — эти слова дались ей с трудом.

Я смотрю в ее глаза, а она смотрит в мои.

— Какая милая, однако, забота, о человеке, который тебе не нравится. Ха.    

В подавленном состоянии она обычно говорит то, что думает, когда в активном, наоборот. Сейчас она не эмоциональна, но почему-то думается мне, что все наоборот и это вредность не дает ей выразить симпатию.»

В общем, расстались мы с Лионой на, в целом, положительной ноте, а не на той печальной. Я, несмотря на предостережение, еще пару раз все равно заглядывала к ней в гости. Поэтому, когда я по работе была в академии, то хотела зайти с ней повидаться, просто потому что она кажется мне хоть и вспыльчивой, но милой девочкой, в выздоровление которой хочется верить. Так, я совершенно не ожидала, но Шико привезла меня в частную клинику семьи Аглаофотис, где сейчас находилась и долгое время проходит курс реабилитации Канашима.

Мы вошли в здание, где к нам присоединился какой-то мужчина в халате, который просто ходил вместе с нами и молчал. Я думала, что он специалист и, когда подойдем к палате Каны, будет рассказывать обо всем, но слово держала Шико.

— Я не буду слишком углубляться, рассказывая подробности, и просто обрисую, что происходило и текущую ситуацию. Хорошо?

— Да, я все равно не слишком разбираюсь во всем.

Лиона находилась за толстым односторонним стеклом, потому мы могли наблюдать за ней, в то время как она нас не видела. Вполне обычная одиночная палата, хотя я бы даже сказала, ввиду наличия телевизора, премиальная. Да и в целом она выглядит намного лучше обычных, кажется уютной, похожей на комнату. Есть кровать, стул, стол с какими-то тетрадями и книгами на нем, шкаф. Девушка сидела на кровати, смотря по телевизору передачу про пчел. Она стала выглядеть гораздо здоровее. Я не вижу в ней усталости, отсутствия жизни, цвет волос более ровный — светло-русый с оттенком зеленоватого. Единственное, что, наблюдая, мне кажется, что ее взгляд стал совсем другим. Каким-то непривычным. У меня от этого возникает совершенно странное неприятное ощущение, что человек, которого я знаю, изменился. 

— Когда Канашима поступила сюда, у нее наблюдался ряд проблем, основной из которых было то, что ее организм адаптировался со временем к любым лекарствам, травам, препаратам и даже наркотическим веществам. Ее организм через некоторое время вырабатывал иммунитет, из-за чего та переставала контролировать себя и перепады своего настроения. Любые улучшения были лишь временной иллюзией, после чего ситуация возвращалась или ухудшалась. Именно эту проблему и нужно было решить. Спустя полгода наблюдений мы решились делать ряд операций по замене органов, которые вырабатывают ферменты, воздействующие на ее состояние. Нам помогали различные мэсы вроде твоего отца, потому можно сказать, что эксперимент увенчался успехом. Конечно, результат не назвать идеальным и полностью избавиться от ее особенностей нам не удалось, но состояние стало гораздо более стабильным. Теперь она видит мир более четко, чувствует себя уверенно, не ведет себя странно и может справляться внезапными проявлениями агрессии. Благодаря этому два месяца назад из специальной палаты ее перевели сюда, в обычную, где можно просто за ней наблюдать.

— Звучит замечательно, разве нет? — усмехнулась я, будто чувствуя, что к чему-то ведут.

— Да, — продолжила Шико, начав смотреть на меня. — Сейчас с ней работают специалисты и учителя. Если все будет хорошо, то через год другой она сможет попробовать выйти в общество и стать его частью. В целом все достаточно хорошо, но есть то, что тебе не понравится.

Как деликатно однако. Только вот, еще в поездке сюда я уже чувствовала какую-то тревогу. Возможно, это все из-за заботливых, но подозрительных фраз моей подруги, которые она нет-нет, да говорила во время поездки. А может из-за того, что в мимике, жестах, действиях Канашимы я чувствую что-то не то.

— Говори уже, — усмехнулась я. — Я, ты знаешь, только прикидываюсь тупой, когда на деле все чувствую и понимаю. Наверное.

Я понимаю, что госпожа Аглаофотис вероятнее всего не следила за всем тем, о чем рассказывает, и была осведомлена косвенно, но мне все равно лестно, что она столько уделила и уделяет внимания человеку, о котором очень нелестно отзывалась. Не говоря уже о явно немалой финансовой части вопроса.

— После операций у нее стали случатся нервные срывы. Она вела себя неадекватно, плакала или пыталась спрятаться, пугалась и ни с кем не разговаривала. В итоге девушка замкнулась в себе. Мы не знали, в чем причина, но похоже ее мозг отреагировал как-то неправильно на изменения в организме, в результате чего спустя некоторое время она потеряла память. Канашима не помнит ничего, что происходило, вплоть до того момента, когда ее состояние нормализовалось. Сейчас она запоминает информацию гораздо лучше чем раньше, но по прежнему может забыть то, что происходило пару дней назад. Кроме того она стала вести себя совершенно иначе, чем до приезда сюда. Возможно немного младше своего возраста. Поменялись так же и ее привычки. С ней работают специалисты. Мы так же прибегли к помощи мэсов с психологическими способностями, но восстановить ее память не удается. Она даже никак не реагирует на факторы, вещи, которые каким-либо образом воздействовали на ее жизнь в прошлом. Мы возили её на экскурсию в академию, но это не пробудило в ней никаких чувств.

Я почему-то вспоминала о Хроне с ее раздвоением личности. Давно я о ней не думала.

— Эх, Шико… — вздыхаю я, посмотрев в глаза девушки. — Лучше бы мы сходили с тобой куда-нибудь, вспомнили, как нам раньше было вместе весело.

Я не знаю, что сказать в такой ситуации. Грустно все это.

— Ты достаточно близкий для нее человек и знаешь гораздо больше, чем кто бы то ни был еще, потому, возможно, встреча с тобой что-то изменит, — игнорируя мое высказывание, продолжает девушка.

Ее холодный тон в такой ситуации как-то удручает.

— Смешно. Силы, которые могут копаться в мозгу не справились, и вы прибегаете к чему-то столь банальному? — с иронией говорю я.

Конечно же я пойду, но я не склонна верить в чудеса и в целом скептична. Однако так смогу хотя бы понять всю ситуацию и то, насколько все плохо или хорошо. Только можно ли применять слово «плохо» к ситуации, когда у девушки-то жизнь нормализуется, пусть и ценою памяти. Хах. Мне скорее смешно, потому что я не думаю, что помимо меня до ее личности вообще кому-то есть дело. Нет ведь у дамы ни друзей, ни родственников. И если самой Кане комфортно, то, выходит, стараются ради меня.

— Арквейд. Я в целом хотела показать тебе, что стало с твоим другом, каков прогресс. Если ты не хочешь, мы можем к ней не заходить, — заботливо говорит Шико.

Наверное, заботливо.

— Эх… — в очередной раз, выдыхая, я запускаю руки в свои волосы, чтобы растрепать их. — Что ж, давай тогда все визуализируем и приведем себя в надлежащий вид. Только как мне представиться, если она меня не помнит? Кто я? Врач?

— Это не имеет значения, представляйся, как хочешь, — говорит девушка.

Спустя минуту мы входим в палату.

— Привет! — махнув рукой, здороваюсь дружелюбно я. — Тебя ведь Канашима зовут?

— Да, — отвечает девушка, вставая с кровати.

Не вижу никакой особенной реакции на появление такой обворожительной дамы. Глаза смотрят на меня, как на незнакомку.

— Меня зовут Арквейд. Приятно познакомиться.

Решаю обойтись без придумывания должности.

— Приятно познакомиться, — она слегка кланяется.

Как скучно.

— Какие миленькие у тебя заколочки, — замечая свой подарок в ее волосах, восхищаюсь я. — Кто-то подарил тебе их?

— Нет, — с неким непониманием смотря на меня, отвечает Лиона. — Они всегда были у меня.

Понятно.

Я чувствую себя неловко, пытаясь играть. Не знаю, за что и зацепится, как выстроить диалог, чтоб не бить прямо в лоб с вопросами.

— Смотришь передачу про пчел? — взглянув на экран, задаю я банальный вопрос. — Интересно?

— Да, достаточно интересно, — скупо отвечает девушка.

Ответы, совершенно не присущие ей. Простые, стандартные, которые дал бы практически любой незнакомый человек.

— А как ты относишься к ежикам? — смотря в ее глаза, интересуюсь я с хитрой улыбкой, будто бы на что-то намекая.

— Ежикам? — переспросила, негодуя, Кана.

Я чувствую, как ей неудобно. Возможно, я первая, кто сходу задает настолько тупые вопросы.

— Да. Разве они не милые?

— Простите, — Лиона покосилась на Шико с врачом, будто бы пытаясь получить ответ о том, кто я такая, у них. — Я не понимаю, о чем Вы хотите сказать.

— Нет-нет, ты не подумай ничего такого. Просто помнится, у тебя давно вроде бы была мягкая игрушка-ежик, вот я и подумала, что они тебе нравятся.

Мне больно. Не знаю, от того ли, что я несу и веду себя как дебил, или от этих реакций Каны.

— У меня когда-то была такая? — спросила она саму себя, пытаясь вспомнить, после чего подошла к кровати, взяв в руки небольшого плюшевого зайца. — Не знаю, я не помню. Сейчас у меня помимо Монтетьюпи никого нет.

— Вот как? Понятно, — спокойно отвечаю я. — Ты непротив, если я переключу канал телевизора?

— Да, конечно.

Музыка. Это достаточно сильный фактор воздействия на воспоминания. А у нее еще и вкусы то для современной молодой девчонки весьма необычные. Потому я быстренько нахожу ее любимый ретро канал.

«Ты моё сердце, моя душа

Это единственное, что я знаю точно»

Мне повезло, это одна из ее любимых зарубежных песен. Я даже улыбнулась, почему-то услышав ее. Наверное, потому что я была когда-то невольным свидетелем того, как Лиона ее пела.

— Думаю музыка на фоне неплохо. Как тебе эта песня Канашима, нравиться? — интересуюсь я.

— Честно говоря, мне не по душе старая музыка, она какая странная и скучная.

Этот ответ разбил мое сердце. Благодаря Лионе я в свой лист добавила с десяток древнейших треков, которые из-за ее страсти запали мне в душу, а тут такое. Даже и не знаю, как теперь слушать эти песни, ведь они отчасти волей-неволей ассоциируются у меня с Каной.

— А какую ты тогда предпочитаешь?

— Ну… — неуверенно протянула девушка. — Я вообще не сказать что люблю музыку.

— Вот как, — я усмехнулась. — А что тогда тебе нравится делать? Какое у тебя увлечение?

— Я люблю читать.

Я взглянула на стол, где лежали книги. Не думаю, что это какое-то влияние Шико, но именно на нее и посмотрела, так как она просто ассоциируется у меня с чтением.

Я не вижу никакого просветления, никакой реакции, и уже хочу закончить этот неприятный диалог.

— Да? Честно говоря, ты похожа на человека, который любит забраться в узкие темные места, например, в угол или под кровать. Представляя такую картину, нахожу это довольно милым. Можно было бы затащить туда что-то вкусное и хомячить. Если хочешь, можем даже вместе, — неся какую-то фигню, связанную с воспоминаниями, я решаю немного позаигрывать.

— Простите, я… — она смотрит на меня, явно испытывая негодование, граничащее со стыдом и отвращением.

Сейчас я, благодаря ей, прямо почувствовала себя кринжовой бабищей. Страшное чувство, скажу я вам, но это выражение лица отчасти похоже на то, что иногда бывало у нее в нормальном состоянии. Ха.

«Мики, еще вчера мы были вдвоем,

Еще вчера не знали о том,

Как трудно будет нам с тобой расстаться, Мики,

И новой встречи ждать день за днем... »

Закончилась одна песня и заиграла другая. Мне прямо везет. Эта трек тоже точно есть в ее плеере. С другой стороны, наверное, все, что играет на этом канале, есть у нее. Только она никак не реагирует и на эту песню. У меня же наоборот, текст этой песни сейчас вызывает странные чувства.

— Извини, я просто шучу, — глупо посмеявшись, открещиваюсь я. — Последние вопросы тебе задам. Ты непротив? Как тебе тут, нравится? Все ли хорошо? Чем тут занимаешься?

— Да, тут все добрые и вежливые, уделяют мне внимание, всегда спрашивают, нужно ли мне что-то и, если нужно, стараются давать, — не задавая вопросов, она отвечает. — В основном я хожу на разные процедуры и учусь. Мне нравится учиться и учителя интересные люди.

Передо мною человек со своими какими-то эмоциями, по которым можно понять чувства и мысли, но это не та Канашима Лиона, которую я знаю. Просто какой-то скучный робот. Ха. Мне не верится, что можно с ничего стать вот такой — никакой.

— Кана, — я беру и обнимаю девушку. — Ты прости, что обнимаю тебя.

— А, ничего, — она оторопела, но позволила мне обнять ее, хоть в ответ и не стала.

— Спасибо, что уделила мне внимание и ответила на вопросы, — благодарю ее, прощаясь. — Не будем тебе больше мешать.

Не дожидаясь ответной благодарности, я разворачиваюсь, направляясь к выходу, а следом за мной два этих молчаливых гражданина, которые сопровождали меня.

— А? — слышу я позади неловкий звук, когда хотят что-то спросить.

— Хочешь что-то спросить? — обернувшись, интересуюсь я у Лионы.

— Нет, наверное, — отводя взгляд, несколько озадаченно произнесла девушка.

— Ты не стесняйся, если нужно, спрашивай, я отвечу.

 — Мы с Вами были знакомы? — задает свой вопрос Канашима.

Вопрос после, которого все изменится?

— В какой-то степени, — с иронией отвечаю я.

— Понятно, — она отвела глаза, будто не желая услышать ответ «да».

Нет.

Никаких переворотов не будет. Похоже, первое впечатление я произвела такое, что увидеться с этой ненормальной бабенкой больше и не захочется. Теперь ты, Арквейд, больше не тот человек, встречу с которым ждут. Видно не судьба. Думаю, для нее это к лучшему. Если ее все устраивает и ей помогают, то есть ли смысл пытаться вытащить прошлую личность?

— Ты расстроена? — интересуется у меня Шико, стоит нам выйти из палаты.

— Да нет. Она действительно выглядит гораздо лучше. Вполне адекватно реагирует и ведет себя. Видно, что у нее есть будущее. Это прекрасно.

— Ты говоришь то, что нужно сказать? — несколько размытый вопрос задает мисс Аглаофотис.

Она явно чувствует, что я пусть и скрываю, но испытываю горечь. Отвратительное чувство, но от него никуда не деться, я не могу это контролировать. Достаточно того, что в палате я держалась уверенно и улыбалась, хоть мне было неприятно. А сейчас хочется выдохнуть.

Просто в голову лезут глупые мысли по типу того, что именно благодаря мне она оказалась в положении, в котором оказалась, и вина за стертую личность отчасти лежит на мне. Мысли сами по себе спорные, но думать о таком тяжело.

— Да, Шико, думаю, ты и сама все прекрасно понимаешь.

Кто для меня Канашима? Должна ли я что-то делать? Будь все просто, то, я бы помогла, но раз все так, то нет. От этого похода у меня создалось ощущение, что ее личность была стерта и на ее месте сейчас другой человек. Такова плата за силу? За изменения и нормальную жизнь? Теперь-то я ей точно не нужна и ничем не помогу. Остается попросить до конца помочь ей Шико. Пожелать удачи и счастья в жизни, надеясь, что все будет хорошо у этой новой девушки.

— Если хочешь, можешь приходить к ней, когда тебе захочется, — заботливо предлагает моя подруга. — Я сделаю тебе пропуск.

— Спасибо, не нужно.

Я уже обняла Лиону на прощание и извинилась. Думаю, я и она больше не встретимся.