Блондинка-элементалист Том 1 Глава 126
— Вау! Значит, все дяди пойдут вместе? — радостно воскликнула Эйни.
Чед лишь пожал плечами:
— Ну что, пойдём?
— Отличная идея. Я сегодня тоже свободен, — поддержал его Локс.
«А я вот вообще никуда не хочу. Лучше правда помалкивать, а то ещё увидят, какая я заноза и обуза для всех».
Моих мыслей Локс, естественно, не слышал, поэтому тут же выступил с предложением:
— Я вчера видел, что на площади идет пьеса в память о леди Кроуэлл. Может, сходим туда? Как раз подходит для детей...
— Нет! — отрезала я.
«Я же только что этот кошмар наяву видела!»
Кошмар, о котором я на пару минут успела забыть, резко вернулся. Ну и вкусы у этого очкарика, конечно.
— Я тоже не хочу. Цирк как-то повеселее будет, — к моей искренней радости, Чед со мной согласился.
— ……Вы все просто ничего не понимаете! Сравнивать цирк с пьесой о леди Кроуэлл? Это же святое!
— Опять он за своё, — вздохнул Чед. — Постарайся его понять. Локс — безумный фанат Кроуэлл. Вечно рвется смотреть эту чушь, у меня от него уже уши вянут.
В отличие от чуткого и ранимого Локса, Чед был более жизнерадостным и прямолинейным, как и подобает мечнику. Немудрено, что их мнения так часто расходились.
— Если подумать, Эш тогда был ничуть не лучше, — продолжил сдавать товарища Чед. — Когда слухи о Джини Кроуэлл только поползли, он вдруг замолчал, а его глаза наполнились слезами. Я тогда подумал, что у него кто-то близкий умер.
— Чед, об этом не стоит говорить…… — попытался остановить его Локс.
— Ты заплакал от избытка чувств?
— Я же сказал, дело не в этом.
«А-а, мне ещё показалось странным, что Эш меня вообще не узнал, но теперь-то всё сходится».
«Он думает, что я мертва. Он поверил слухам».
«Так что даже если он помнит моё лицо, то, увидев меня сейчас, просто решит, что я очень похожа на неё».
Ситуация была донельзя ироничной. Я не могла раскрыть, что я Джини Кроуэлл, да и Эшу тоже приходилось скрывать свою личность. По какой-то причине мы столкнулись именно тогда, когда обоим нужно было оставаться в тени. Я была единственной, кто вообще мог бы сказать правду, но даже в этом случае Эш не смог бы открыться в ответ.
«Если подумать, я ведь спасла уже двух особ королевской крови. Сначала принца, теперь императора. Меня должны считать национальным героем. Это я, так и быть, признаю».
— Хм? К слову, мисс Джини, у вас ведь то же имя… и вы из того же родного города, из той же страны Дмитри, что и она? Блондинка… голубые глаза… Имя «Джини» распространено среди простолюдинов, но у знати встречается нечасто. Судя по вашим манерам, вы благородных кровей… Может ли быть такое…?
«О нет, неужели он уже догадался?»
Глаза Локса остро блеснули.
— Вы, случайно, не родственницы?
— Нет.
«Вообще-то я — это она».
— Тогда какое поразительное совпадение! Вы так на неё похожи!
Всё его лицо так и говорило: он наотрез отказывался верить, что я могу быть «тем самым» главным символом самопожертвования, святой этой эпохи.
Меня враз отпустило. Что бы там ни подозревали остальные, Локс никогда во мне усомнится. До тех пор, пока его идеализированная фантазия остается целой. Даже если бы я сама представилась ему как Джини Кроуэлл, он бы, скорее всего, принял это за шутку. Хуже того, он мог бы ещё и оскорбиться, обвинив меня в самозванстве.
«Стоит ли мне быть благодарной за это?»
***
[Эм…… извините, Мастер?]
Пока трое мужчин увлеченно спорили, куда пойти развлечься, я стояла в шаге от них, отрешенно хлопая глазами, словно случайный прохожий.
«Я хочу заползти в постель и выть от стресса, а вместо этого меня тащат на экскурсию по этой глуши».
[Мастер!]
(Ну что ещё.]
[А как же меч? Тот самый, который вы собирались отдать королю или кому там ещё! Вы же вынесли его из логова дракона!]
«Он должен быть у меня на сп…… Погоди, его там нет!»
Вещь, слишком ценная, чтобы оставлять её в комнате, и которую я так бережно тащила с собой, бесследно исчезла. Я отчетливо помнила, как утром выходила за дверь с мечом за спиной, но всё равно с нарастающей тревогой посмотрела вниз на Лая.
«Пожалуйста, пусть моя память мне врет».
(Е-его же нет в комнате, правда?]
[Нет! Я не видел его, когда мы уходили!]
— А? Что за...?!
Я устроила паническую пляску, судорожно ощупывая себя, словно человек, только что потерявший кошелек, но, очевидно, эта огромная дура не поместилась бы ни в один карман.
Маги, конечно, надарил мне кучу всего, но пространственный мешочек у меня конфисковала Аделаида во время обыска, так что я его так и не получила. Лай, конечно, мог поглощать вещи, но вот выплюнуть их обратно в виде сияющего острого клинка был неспособен, так что у меня не оставалось выбора, кроме как целый месяц таскать этот тяжеленный меч на себе. Любой, кто не пер эту громадину через дремучую чащу, понятия не имеет, насколько это неудобно. Проклятие едва не сорвалось с моих губ. А ведь я нянчилась с ним, как со священной взяткой — и теперь он пропал!
— Мой меч!
— Что?! — Эш и остальные испуганно обернулись на мой крик.
— Что случилось?
— Мой меч пропал!
— Ты про тот, что был замотан в ткань? — уточнил Чед.
— Где ты видела его в последний раз? — спросил Локс.
Я судорожно зашевелила мозгами. Когда мы уходили из Магической Башни, он точно был при мне. Я до сих пор отчетливо помнила, как ремень натирал мне плечо, а длинный предмет глухо стучал за спиной.
Он был со мной, когда я покупала шашлычки на площади, когда ела жареного осьминога с хлебом, даже когда хлебала гороховый суп и ругалась с торговцем фруктами, чтобы тот продал мне всего одну гроздь винограда. И когда покупала леденец, он тоже был на месте.
«Угх, в памяти всплывает одна только жратва».
А потом, пока я смотрела представление… появился Лай…
(Лай, когда ты нашел меня на площади, меч был при мне?]
[Не-а. Точно нет.]
«Офигеть. Хо-хо-хо. Если подумать, моего кошелька ведь тоже нет? А там было около тридцати золотых. И компас из Рубао тоже лежал внутри».
— Черт подери, меня обокрали.
— Карманники?
— Цок-цок, ну, этот сверток знатно привлекал внимание, — хмыкнул Чед. — Ты совсем не похожа на мечника, а таскала с собой такую дуру.
«И что мне, по-твоему, надо было делать? Он слишком длинный, чтобы вешать его на пояс!»
— Когда вещь замотана так плотно, это само собой разжигает любопытство, — вставил Локс.
«Да я замотала его, чтобы его НЕ УКРАЛИ, а его всё равно сперли! Что вам от меня надо!»
— Ах вы… ублюдки…!
— Он был ценным? С остальными вещами всё в порядке? — спросил Эш.
За исключением Эша, все остальные просто сотрясали воздух своим недовольством. Я была так взбешена, что не могла вымолвить ни слова. Меня обчистили до нитки, пока я глазела на дурацкую пьесу. Это было так же унизительно, как и звание святой.
— Ты глупая? Таскать что-то за спиной в городе с паршивой безопасностью? Естественно, его сопрут, — припечатал Чед.
— Чед! Это уже слишком грубо, — шикнул Локс.
— Ей следовало быть внимательнее. Если тебя обворовали, сама виноват… А-ай!
— По-твоему, люди теперь должны мечи на головах носить?!
Я со всей дури пнула Чеда по голени, чтобы он заткнул свой фонтан, но по ощущениям моя собственная нога пострадала сильнее.
— Запомни этот день. Я заставлю тебя пожалеть об этих словах!
— Чего?
— Для начала я верну свой меч!
— Да как ты его найдешь, если его уже с концами сперли… Эй!
— Мисс Джини!
Чем дольше я жду, тем меньше шансов вернуть добычу. Нельзя терять ни секунды. Я пулей выскочила из гостиницы и помчалась обратно к площади, на бегу призывая своих духов:
— Ундина, Ундайн, Адор!
Лай бежал со мной вровень. Из трех призванных только Ундина мгновенно сообразила, в чём дело, и самостоятельно взмыла в небо.
«Моя ж ты умница, только ты меня понимаешь!»
— Найдите мой меч. Воришка не мог уйти далеко.
Ундайн кивнула и полетела в противоположную от Ундины сторону. И только Адор лениво искрился, неторопливо ковыляя следом за мной.
«Угх, ну что за обуза!»
[А делать-то что надо?]
— Тупица! Лети искать мой меч!
[Как?]
— Взлети повыше!
[Аха!]
Отправив на поиски этого последнего тугодума, я продолжила бег, но тут Лай резко дернул меня за рукав.
«Да что ещё?! Я тороплюсь!»
[Мастер! Площадь вообще в другой стороне!]
— Ой.
Разогнавшись по инерции, я сделала еще несколько шагов, прежде чем резко развернуться. Я уже сто лет не бегала во весь опор.
«Ну всё, ворюги, молитесь, чтобы я вас не поймала!»
«Как вы вообще посмели протянуть свои грязные лапы к моим вещам. Вы мне за это дорого заплатите».
***
В самый разгар дня в глухом переулке раздался ликующий возглас. Двое мужчин, укрывшись в тени зданий, без конца пересчитывали золото в своих руках, не в силах поверить в такую удачу. Кошелек был доверху набит исключительно золотыми монетами.
— Ты можешь в это поверить? Мы теперь богачи!
— И это еще не всё! Посмотри на камни на этом мече. Как они сияют… просто невероятно.
— Я же говорил тебе, от этой цыпочки за версту разило деньгами!
Их буквально распирало от восторга. Одно то, что им удалось спереть этот увесистый кошелек, сделало бы их день, но предмет, который они прихватили в придачу — завернутый в ткань сверток, — оказался самой потрясающей добычей за все тридцать лет их воровской карьеры. Когда они размотали ткань, роскошный клинок, представший перед их глазами, лишил их дара речи.
— Взгляни на это. Я как-то продал браслет с крошечным камешком всего за три золотых. А эти ножны? Да они буквально усыпаны самоцветами.
Камни, которыми были инкрустированы ножны, явно были редчайшими сокровищами. Стоило сковырнуть всего парочку, и их стоимость легко перевесила бы вес того тяжелого кошелька с золотом.
— Наконец-то мы завяжем с этой нищенской жизнью.
— До сих пор не верится. Какой идиот разгуливает с такими сокровищами без охраны?
— Видишь? Я же говорил, что меч тоже надо брать. Мой «нюх» сразу подсказал, что вещь непростая.
За долгие годы практики они выработали звериное шестое чувство на кошельки, сулящие самый жирный куш. И сегодня, высматривая жертву на площади, их взгляды одновременно наткнулись на девушку, которая выделялась среди толпы как яркая вспышка молнии — ослепительную красавицу с ошеломительными золотыми волосами.
Из-за своей редкой, благородной внешности она сразу бросалась в глаза, а её беспечный вид — то, как она бродила в полном одиночестве, ни о чём не беспокоясь, — заставил двух воришек буквально исходить слюной.
Её сияющие локоны, за которыми явно тщательно ухаживали, кричали о баснословном богатстве. Нежная кожа и холеные руки выдавали в ней человека, никогда не знавшего тяжелого труда — очевидно, знатная особа. А карманы аристократов? Их стоило проверять в первую очередь.
— Ну каков улов, а! Я просто превзошел сам себя!
— Эй, полегче, без моих ловких рук ты бы этот меч в жизни не вытащил. Свистнул бы кошелек, и дело с концом.
— К тому же деваха знатно зависла! Так вылупилась на эту пьесу, что вообще ничего вокруг себя не замечала.
— Ха! Аристократов грабить легче всего.
— Это точно. Главное — не попасться, а то мигом башку отрубят.
Карманники заливисто расхохотались, празднуя грандиозный успех своего рискованного предприятия. Большой риск принес большую награду — если, конечно, банальную кражу можно назвать «наградой».
— Разгуливать с таким количеством золота — это же чистой воды благотворительность, тебе не кажется?
— Вот-вот. Богачи и без этого неплохо живут. Пусть думают, что совершили доброе дело ради бедных!
— Ха-ха-ха! Как же, разбежались они.
— Да какая разница? Знатным господам тоже полезно иногда делиться! В конце концов, это всё наши налоги! Не то чтобы я сам платил их последние пару десятков лет.
И как раз в тот момент, когда хихикающие воришки наслаждались своей внезапной удачей, на их головы внезапно упала капля воды.
*Кап.*
Она ощутимо смочила их затылки, и они инстинктивно задрали головы кверху. Однако узкая полоска неба, зажатая между высокими стенами домов, была ослепительно яркой, чистой и абсолютно безоблачной.