Блондинка-элементалист Том 1 Глава 186

— ……Фух..

— Именно поэтому нам сначала нужно подкрепиться.

— Объясните подробнее!

— Я же сказала, я и голодна, и совершенно вымоталась. К тому же, раз уж солнце уже зашло, мы всё равно не можем отправиться. Отложим это на завтра.

Мои силы на сегодня были исчерпаны, и всё, чего мне хотелось, — это отдохнуть. Подземелье было прямо перед нами, и никуда не денется.

Как обычно, Локс, казалось, придерживался иного мнения.

— Ведите нас туда прямо сейчас!

— Нет.

Мой характер был таков, что стоило кому-то приказать мне что-то сделать, как у меня тут же пропадало всякое желание это выполнять.

— …… Вы… вы…!

— Не забывай, теперь только я одна знаю, где оно находится.

Так что тебе лучше быть со мной повежливее. Когда я добавила это, Локс продемонстрировал весь спектр эмоций, от первой до двенадцатой, словно по кругу.

Я и не думала, что он на самом деле способен их все выдать.

***

— Там были огромные врата. Темно-синие.

Пережевывая превосходно прожаренный шашлык из рыбы, я рассказывала о том, что видела, делая паузы, когда рот был свободен.

Пятеро мужчин смотрели на меня так внимательно, словно боялись упустить хоть слово, и, честно говоря, такое пристальное внимание мне не нравилось — оно немного обременяло.

Однако я прекрасно понимала, что внезапный побег приведет к бунту. Они были как мухи, кружащие вокруг хвоста коровы — это оставляло неприятное ощущение.

— Я попыталась их открыть, но они даже не шелохнулись. Были наглухо заперты. Думаю, не обошлось без магии.

— …… Вы просто… попытались открыть врата подземелья. Я правильно понял?

— Именно так.

— А если бы там были ловушки? Это же безумное безрассудство…!

— Я не просто их толкала. Я даже пыталась обрушить на них атакующее заклинание, чтобы сломать, но они не поддались.

По моим меркам, я применила довольно мощные атакующие заклинания, но лишь убедилась в том, что врата защищены еще более сильной магией.

— И тем не менее вы вернулись живой. Неужели мысль о ловушках даже не возникла у вас в голове?

— Я решила, что в любом случае это не имеет значения.

— У вас напрочь отсутствует чувство самосохранения.

— А нельзя ли назвать это храбростью?

[Или тем, что ваша печень болтается снаружи.]*

Ах ты мелкий паршивец — кто бы говорил! Хотя, по правде говоря, у Лая печени-то и не было... ой. Действительно нет. На мгновение ко мне пришло странное осознание.

[Если подумать, я не припомню, чтобы когда-либо видел вас сильно напуганной, Мастер. Может, когда вы были ребенком и столкнулись с огра, или недавно с Золотым Драконом Аделаидой? Да, для человека вы определенно бесстрашный тип.]

Иногда я и сама задавалась этим вопросом.

Что из человеческого опыта могло по-настоящему меня напугать?

Существовало ли вообще что-то, способное вызвать у меня искреннее беспокойство?

Говорят, что любовь — единственная вещь, достаточно сильная, чтобы сокрушить тех, кто кажется кем-то большим, чем обычный человек.

Любовь к семье, к возлюбленному или к самому человечеству. В таком случае, полагаю, у меня нет уязвимостей.

На мгновение мои глаза встретились с глазами Эша сквозь мерцающее пламя костра. Как и остальные, он внимательно слушал мой рассказ.

— В любом случае, суть такова. Давайте завтра соберемся и отправимся туда вместе. Я знаю, что для вас это важно, поэтому я вас проведу.

Я сказала это так, словно оказывала им огромную услугу. Локс выглядел недовольным, но сейчас именно я здесь распоряжалась.

Кто еще, кроме меня, мог исследовать бескрайние глубины этих вод?

— Так где именно это находится?

— Видите то место, где озеро сливается с морем?

Я указала на озеро, держа в руке шашлык из рыбы.

Небо перед наступлением ночи было глубокого сине-фиолетового оттенка, и хотя было сумеречно, мы всё ещё могли видеть. Локс поправил очки.

— Да, это бурлящее течение, прикосновение к которому выглядит как верная смерть.

— Вот там.

— ……

— Где-то глубоко под ним.

И это то лицо, с которым они смотрят на меня после того, как я им всё рассказала?

— То есть… мы будем нырять в эту воду?

— Есть идея получше? Я же сказала, сокровище там.

— Каким образом?

— Я использую призыв, чтобы проложить водный путь сквозь толщу.

Кхм. Далеко не каждый способен на такое!

Я напыжилась от гордости, но реакция была довольно слабой.

Они должны были бы мне поклоняться, но вместо этого выглядели как коровы, которых ведут на бойню.

Первым нерешительно поднял руку Энк.

— У меня есть вопрос.

— Говори.

— А что именно означает «водный путь»?

— Это буквально путь сквозь воду. Разве ты не понимаешь общий язык?

— Эмм… нам стоит заранее написать завещания…?

— Как насчет того, чтобы прокопать туннель под землей? Если уж нам всё равно умирать, то какая разница.

Чед разделял те же пессимистичные взгляды. Эти парни, похоже, испытывали необычайный страх перед водой.

Интересно, почему. Путешествовать с кем-то вроде меня и всё ещё бояться воды?

Ах. Это из-за меня?

— Боже, вы все ведёте себя как большие дети.

— Ну конечно мы боимся! Нас же сейчас утопят заживо!

— Я не боюсь.

— Это потому, что вы какая-то там водная!

— Джини! Если нам действительно необходимо пересечь озеро… разве мы не можем просто пойти по воде, как ты делала раньше?

— Слишком много хлопот. Отклоняется.

Затраты маны и ментальной энергии на то, чтобы провести шестерых человек по воде, были бы гораздо менее эффективны, чем просто проложить путь. Это похоже на выбор: катить один большой шар или шесть маленьких. Один большой шар катить явно проще.

— Вы всё ещё мне не доверяете?

— А когда это вы давали нам повод доверять?

— Ну, тут ты не ошибся. Признаю.

— …… И тем не менее вы ожидаете, что мы доверим вам свои жизни?

— Давайте сделаем так. Вы можете не доверять мне, но вы же доверяете Эшу, верно? Я ставлю на кон Эша — он поручится за меня.

Я оглядела сомневающиеся лица группы.

Эш был единственным, кто слегка улыбался, и это немного подняло мне настроение, пусть и совсем чуть-чуть.

— Суть в следующем. Без меня никто из вас живым в это озеро не спустится.

— Это... похоже на правду.

— Вы знаете, сколько на континенте призывателей Воды?

— Без понятия. Может... тысяча?

— Неверно. Всего магов призыва нет и 500 человек. Из них специализирующихся на воде — менее 70. И большинство из них — низкоуровневые. А низкоуровневым такое не под силу.

Гарантирую: если бы низкоуровневый маг призыва попытался это провернуть, у него либо закончилась бы мана и он утопил бы всех, либо его Ундина бы истощилась и развеялась, утянув призывателя за собой на дно. Одно из двух.

Чтобы добраться до подземелья и вернуться обратно, нужно поддерживать призыв Ундины как минимум два часа и иметь достаточно выносливости и ментальной концентрации, чтобы всё это время обеспечивать дыхание шести человек.

Как и с любой магией, чем больше целей задействовано, тем выше нагрузка.

Прямо как с катящимся шаром — неважно, насколько он большой, важно то, хватит ли у тебя сил его катить. В этом вся суть.

Так что да, я не могу не быть самодовольной на этот счет.

— На этом континенте очень мало таких талантов, как я. Теперь-то вы осознаете, как мало уважения вы мне выказывали? Ну же, кто я?

— Безумная нарцисска.

— Леди Джини.

— Диктаторша.

— Раздражающая, но компетентная.

[Мастер Лая!]

Принимаются только два ответа. Не больше.

***

Единственный момент, когда я всерьез задумываюсь о том, чтобы бросить это совершенно не подходящее мне путешествие и вернуться в Дмитри — это сейчас.

Лежа на земле в хлипком спальном мешке, чувствуя, как камни впиваются мне в спину.

Сколько бы раз я это ни делала, я никогда к этому не привыкну. Как бы я ни легла, я чувствую холодную, твердую землю.

Но если бы я взяла спальный мешок потолще, он бы занимал слишком много места, так что для долгих поездок этот тонкий был оптимальным вариантом.

Это был компромисс.

Готова ли я мириться с паршивой постелью ради свободы и легкости? Или предпочту мягкую перину, но буду терпеть бесконечное вмешательство и контроль?

— *Вздох*…

Возвращение означало, что директор или аристократы снова начнут меня доставать, и от одной мысли об этом мне хотелось застонать.

Они попытались бы втиснуть каждый мой шаг в рамки «Святой», а я бы сопротивлялась, но даже это означало бы, что свобода уже выскользнула из моих рук.

Я даже подумывала о том, чтобы построить замок в лесу и уйти в затворничество, но какой смысл не наслаждаться богатством и властью, которые я наконец-то заработала?

К тому же, я городской житель — я не могу жить в глуши.

И почему никогда не бывает золотой середины?

Я не создана для путешествий, но и на роль какой-то там благородной святой тоже не гожусь.

Я знаю себя.

Мое истинное призвание — абсолютно ничего не делать и просто дышать.

— Джини.

Пока я ворочалась в спальном мешке, пытаясь найти менее мучительную позу, ко мне подошел Эш.

Он навис надо мной тенью и протянул миску с подозрительным черным жидким супом.

Если бы мне это дал Локс, я бы решила, что это яд.

— Выпей это.

— Что это?

— Зелье восстановления. Ты выглядишь уставшей.

— …… Правда?

Я ответила небрежно, но, честно говоря, была удивлена.

Я не думала, что подаю какие-либо признаки, но Эш как-то заметил, что я на исходе сил, и принес мне зелье?

— Сегодня было жарко, и мы постоянно двигались. Ты вызвала дождь над полем утром, создала тот водяной мост у каньона и исследовала озеро под водой. Разве это не слишком много?

Тихо слушая, я поняла — этот парень действительно обращает на меня внимание.

— Я мало что знаю о магах призыва, но я точно знаю, что если бы классический маг сделал хотя бы одно из этих дел, он бы весь день провалялся в постели. Так что пей до дна.

Может, дело было в цвете, но пить его было всё равно что принимать горький яд. И всё же я не думала, что Эш стал бы меня травить, поэтому взяла миску.

Я слабо улыбнулась и сделала глоток — а затем выплюнула всё, как разбрызгиватель.

— Пффф.

— Это полезно для тебя.

— На вкус как дерьмо!

Это было настолько омерзительно, что будь на его месте кто-то другой, я бы заподозрила попытку убийства и сунула бы его лицом в миску.

— Просто выпей. Завтра тебе станет гораздо лучше.

[Да! Пейте, Мастер!]

(Чего это ты так радостно звучишь? Тебе нравится смотреть, как я страдаю?)

[Немного, но это не так уж и смешно. К тому же, Учитель, вы всегда скрываете свои травмы, а потом идете с кем-нибудь драться. Лучше уж принять то, что дают.]

Это был Лай, вспоминающий случай десятилетней давности.

Может, это только моя заморочка, но признаваться в том, что мне больно, кажется чем-то постыдным.

Словно я прошу жалости из-за своей слабости. Это для детей. А я взрослая.

Взрослая... я повторяла это как мантру, заставляя себя пить противное зелье маленькими глотками.

А затем я случайно взглянула на лицо Эша и с удивлением увидела, что он выглядит обеспокоенным.

— Ты предложила подождать до завтра... это потому, что ты уже была вымотана? Ты потратила сегодня все свои силы?

— Не-а? Вовсе нет?

Я же непобедимая Джини Кроуэлл, помнишь?

— Джини, иногда бывает полезно быть честной. Если бы ты просто сказала Локсу правду, думаю, он бы понял...

— Разговоры о слабостях — это всё равно что рекламировать свои уязвимые места. Это значит напрашиваться на то, чтобы тебя съели заживо. Я так не делаю.

— …… Ты и правда из тех, кого вечно понимают неправильно.

— Я просто не притворяюсь.

Я фыркнула и выпила еще немного этого мерзкого зелья, но, честно говоря, я чувствовала себя немного виноватой.

Ps

* эта корейская идиома имеет два основных значениях:

1. «Ты совсем страх потерял?» — говорится о ком-то, кто ведёт себя необычайно дерзко, безрассудно или бесстрашно, делая то, на что нормальный человек не решился бы из страха.

2. В более буквальном смысле это может означать «очень испугаться» — от сильного страха печень «выпадает» или «переворачивается» (в корейской народной медицине печень считалась вместилищем страха/смелости).

По сути, Лай говорит: «Ты вообще не знаешь страха, да? У тебя, видимо, даже печени нет, чтобы её вытащить — настолько ты безрассудна».

Можно было бы перевести более естественно для нас как: «Ты вообще ничего не боишься?». Оставила вариант с печенью, чтобы сохранить корейский колорит и её буквальный смысл.