Блондинка-элементалист Том 3 Глава 508
Ранее в Блондинка-элементалист...
— Другая история? Если для этого требуются особенные, редкие магические составляющие, то я всё раздобуду…!
— Слушай внимательно, Мута. Волшебство — это деликатная материя. Нельзя просто так взять и уничтожить что-либо, а затем, как тебе кажется, с лёгкостью воссоздать это снова.
[Полная правда. Пусть Мастер и не маг.]
— Это касается самого естественного порядка вещей. Проще говоря: убить легко, а вот оживить — невозможно. Теперь понятно?
— Выходит… вы не можете? А если я найду более могущественного мага, то решение найдётся?
Было очевидно, что он не желал мириться с перспективой поиска нового меча как цену за поражение.
Мута цеплялся за малейшую надежду, но его слова задели мою гордость.
— Во-первых! Не существует магов, превосходящих меня!
[Ещё бы, ведь вы призыватель.]
— Во-вторых! Даже если ты приведёшь сюда Архимага, он не сможет решить эту проблему! Лучше уж поищи хорошего кузнеца!
— М-м? Джини, я ведь умею ковать двуручные… Мпф-ф!
Я вовремя прикрыла рот Маги, который едва не проболтался, и подала Зекару знак: пора уходить.
Мне бы очень хотелось заявить, что мы с Зекаром понимаем друг друга с полуслова… однако на деле он просто обладал сверхчеловеческой проницательностью.
Пока я, погрузив Кенту на Силапхе, растворялась в небесах, все наёмники в зале, включая Муту, не сводили с меня глаз.
Тот факт, что их взгляды были полны недоумения и тревоги, говорил только об одном: они только что ощутили новый вид страха.
Само осознание того, что в мире существует магия, способная бесследно уничтожить меч, было шокирующим. Но мысль о необратимости этого процесса вселяла неподдельный ужас.
[Мастер, вы ведь в курсе, что куда бы вы ни пошли, там тут же возникают жуткие истории?]
(Неужели?)
[Резня в логове Кровавых Крыльев стала только началом… Нет! Всё началось ещё с того момента, как вас похитил дракон!]
(Это скорее относится к легендам. Хотя, признаю, история с исчезающими мечами — отличный рассказ для запугивания койренских мечников.)
Даже если эти слухи разнесутся по всему континенту и доберутся до Юга, мне совершенно всё равно.
Всё равно по одним лишь этим историям никто, кроме одного человека, не догадается, кто это был.
Я не просто так держала свою силу в секрете. Во всём мире только мой дорогой Эш знал, что я способна поглощать металл.
Мужчина, который скорее пронзит собственную руку, чем причинит мне вред.
Возможно, потому что сегодняшний день выдался чрезвычайно утомительным, я вдруг невыносимо затосковала по Эшу.
Ах да, Ровенин тоже осведомлён о моих способностях и вполне мог бы примкнуть к числу жертв Муты. Но этот негодяй сбежал на Север раньше меня, так что о нём можно не беспокоиться.
— Нет! Не может быть! Госпожа, молю вас! Скажите, что у нас ещё есть надежда! Вы же говорили, что на кону лишь моя жизнь, но про меч ничего не было сказано-о-о! Я рисковал жизнью, но не мечом!
— Держись, Мута! Если не можешь починить меч, просто создай клинок из ауры!
[……Самое раздражающее, что вы это говорите искренне… ]
— Когда станешь Мастером Меча, ты скажешь мне спасибо! Трудности закаляют дух!
Чем выше мы поднимались, тем больше снежных змей выходило из-под контроля Груфейна и превращалось в обычный снег. А в самом центре этой картины на коленях стоял Мута, убиваясь так, будто играл в дешёвой мелодраме.
Раз уж я дала ему горькую пилюлю, следовало подсластить её искренними словами поддержки. Правда, мы уже улетели так далеко, что я не была уверена, услышал ли он меня.
— Прекрати кричать! Мы уже так высоко, что он всё равно ничего не услышит!
— Э-эх, как жаль. Я могла бы ещё немного поиздеваться.
— Лучше скажи, в каком направлении находится трактир.
— Вероятно… мм?
Будь у меня зрение, как у Зекара, я бы мгновенно его отыскала. Но с такой высоты все постройки сливались в единое серое пятно.
К тому же, половина города была укрыта толстым слоем снега, что совершенно не облегчало задачу.
И неважно, что этот снег — результат моих действий.
Я на четвереньках проползла по спине Силапхе к Зекару. Интуиция подсказывала, что нам следует двигаться в ту сторону.
Пристально вглядываясь вниз и положив подбородок на плечо Зекару для лучшей устойчивости, я наконец-то заметила знакомую вывеску.
— Нашла. Нам туда!
— ……Отойди.
— Ой, неужели сердце заколотилось из-за меня?
— Это из-за дракона, который прижался ко мне. Чёртов человек.
Если присмотреться, Маги действительно оказался зажат между мной и Зекаром, и вид у него был крайне недовольный.
Ещё бы, кому понравится, когда тебе в спину вжимается дракон. Тут не только мурашки пойдут по коже, но и сердце начнёт колотиться.
Нужно отдать должное дракону: хоть ему и было неудобно, он мужественно терпел и не разжимал объятий.
— Ты сегодня на удивление тих, Маги.
— Ага! Джини же сказала, что если я не буду вести себя по-тихому, она больше не будет со мной играть.
— Какой ты у нас умничка.
— А долго ещё ждать?
— Ещё немного. Вот спасу одного человека, и мы будем играть. Обещаю, это не займёт много времени.
Судя по состоянию Кенты, возни с ним будет на несколько часов. Но для дракона, который расцветает в улыбке от лёгкого щелчка по носу, это время пролетит как одно мгновение.
У драконов ведь своё восприятие времени, отличное от человеческого.
***
Втаскивать покалеченного Кенту через главный вход и взбираться по лестнице было бы слишком рискованно, поэтому мы воспользовались более быстрым и безопасным маршрутом — забрались через окно на втором этаже. Мы выбрали комнату с самым большим окном, которое смогли разглядеть снаружи, и вошли внутрь. На кровати лежали чьи-то вещи, но мы просто смахнули их на пол и уложили Кенту. Раз уж Руго выкупил весь «Чёрный стул» целиком, любая комната здесь была в нашем распоряжении. [Мастер, мне кажется, ваше понимание законности несколько... своеобразно.] — Где его руки и ноги? — Вот они. Как только мы оказались в комнате, всё пошло как по маслу. Я приложила принесённые Зекаром обрубки рук и ног к телу, стараясь ничего не перепутать. Правда, с рукой возникла небольшая заминка — её так изрубили на части, что я чуть не пришила указательный палец вместо безымянного. — Это указательный. — Разве не безымянный? — Они, конечно, похожи, но взгляни: на указательном отпечатки почти стёрлись от постоянного хватания за меч, и вот здесь есть мозоль. А на безымянном мозоль только с левой стороны... — Кха-а! Как обычно, мы начали препираться, но Кента вдруг начал кашлять кровью, и спор пришлось отложить. Решив, что Зекару, как мечнику, в этом вопросе виднее, я доверилась его опыту. Закончив с «пазлом», я приступила к грязным бинтам, которые раздражали меня с самого начала. — Зекар, сними там, пожалуйста. — М-м. — Джини! А я? Что мне делать? Чем могу помочь? — Ты, Маги, высокооплачиваемая... то есть, высокоуровневая рабочая сила. Так что сиди в углу и мысленно болей за нас. Это очень важная роль, поэтому молча. — Пф-ф... Если бы Маги владел исцеляющей магией, я бы нашла ему применение. А так — пусть лучше сидит тихо, это и будет его помощь. То ли Руго перестарался, пытаясь остановить кровотечение, то ли ещё почему, но бинты на плече были затянуты так туго, что я еле их развязала. Пока я возилась, Зекар уже ловко освободил лодыжку от тряпок и направился к двери. Судя по всему, он первым услышал шаги в коридоре. — Кто здесь...! А? Госпожа целительница? — Что здесь происходит? Погодите, это же старший брат Кенты? — Что с братом?! Подчинённые Руго, прибежавшие на шум, сначала приняли нас за врагов и были готовы броситься в бой. Но, увидев меня и Кенту, тут же сменили гнев на милость. Впрочем, сейчас они только путались под ногами. — Зекар? Убери их отсюда. И дверь закрой. Зекар без особых усилий вытолкал в коридор галдящих наёмников, которые пытались прорваться в комнату. Видимо, поняв, что здесь он больше не нужен, он вышел следом и плотно прикрыл за собой дверь. Не знаю, что там произошло в коридоре, но внезапно всё стихло, словно все разом потеряли голос. Глядя на кровь, снова струящуюся из плеча Кенты, я на мгновение задумалась. Прежде чем призвать духа, я должна была чётко осознать свои намерения. Духи будут помогать мне независимо от того, благое дело я делаю или нет. Но чем твёрже моя вера в правильность своих действий, тем мощнее и сфокусированнее будет их сила. Непоколебимая вера — вот что сейчас самое главное. Если я поверю, что смогу спасти Кенту, это станет реальностью. Осознание того, что я живу в мире, где такое возможно, всегда наполняло меня радостью. — О милосердная вода... Даже просто произнося эти слова вслух, я чувствовала, как моё желание обретает форму. Сплетая слова в заклинание, я прокладывала путь для призыва. Стоило мне вспомнить тот глубокий, насыщенный синий цвет и его шёпот о том, как он счастлив, что я не использую его лишь ради убийства... Как я тут же ощущала себя окутанной этой колоссальной, совершенной силой. — Приди ко мне, мой друг. [Ты звала меня. Мой друг.] Эндайрон ещё не успел полностью материализоваться, а в комнате уже начался хаос. Мебель летала, будто подхваченная ураганом, окна дребезжали, а мои волосы растрепались от порывов ветра. Как бы я ни старалась подавить мощь Эндайрона, скрыть её полностью было невозможно, и её отголоски просачивались даже за пределы здания. Одно дело — появиться у водоёма, но в таком тесном пространстве скрыть присутствие духа такой силы просто нереально. — Эндайрон. [Я думал, ты на меня злишься, но, видимо, прошло?] Он имел в виду тот инцидент с Ровенином. Эндайрон, стараясь поместиться в небольшой комнате, максимально сжал свои размеры. Как только он более-менее сформировался, он первым делом обвил меня потоком прохладной воды. Чёрт, это прикосновение было настолько чистым и освежающим, что даже если бы я хотела злиться, у меня бы ничего не вышло. Стоило мне только услышать бархатный голос Эндайрона, шепчущий прямо в ухо, как всё моё раздражение таяло без следа. Может, я просто питаю слабость к воде, а может, изначально и злиться-то было не на что. В конце концов, в тот день он ушёл только ради меня. — Кхм, я и не злилась вообще-то. Я не из тех, кто дуется по пустякам. Я так редко его призывала лишь потому, что его сила была поистине колоссальной. А я, как назло, то и дело ходила с внутренними травмами. Вот и сейчас, стоило мне его призвать, как я слегка запыхалась.Вызвав сильную метель в городе и, кроме того, вступив в бой с Мутой, я потратила значительную часть своих сил, и чувствующаяся усталость стала весьма ощутимой.
[Правда? А я думал, ты будешь сердиться гораздо дольше...]
Как можно сердиться, когда эти прикосновения вызывают столь восхитительные ощущения! Я буквально растворялась в его объятиях.
Эндайрон, обвив меня, навис над Кентой в виде полупрозрачной тени.
[Глядя на этого человека, всё встаёт на свои места. Ты перестала злиться, потому что захотела отвести от него смертельную тень. Я прав, мой добрый друг?]
— Ну, не совсем... Но ты в курсе, что появился ещё до того, как я произнесла твоё имя?
[Конечно. Я ожидал, что ты позовёшь меня.]
— ……
[Я слышал, как моё имя непрестанно звучало в твоих мыслях.]
…И как, скажите на милость, можно испытывать гнев к такому духу? Нет, если я когда-либо и буду сердиться из-за Эндайрона, то только по собственной глупости. В этом можно быть уверенной на все сто процентов.
[Э-э-эй! Это уже чересчур! Мастер! Почему ты относишься ко мне не так же?! Это недопустимая дискриминация по признаку духовной сущности!]
— Я тоже очень скучала, Эндайрон.
[А мы, находящиеся по ту сторону, всегда тоскуем по своим спутникам.]
— Боже правый.
[Безусловно, если уж не прибегать к хитрости, подобно этому металлическому духу, то такова наша доля.]
[Кхе-кхе… Может, хватит прожигать меня взглядом и займёмся делом?]
Мои страхи, что после недавнего происшествия мне будет неудобно просить Эндайрона о помощи, оказались абсолютно напрасными.
Пока мы совместно осматривали Кенту, единственное, что имело значение, — это то, что мы снова были вместе.
Я положила руку на грудь Кенты и мысленно велела его сломанным рёбрам, впившимся во внутренние органы, вернуться на свои места.
Устранив причину внутреннего кровотечения, я затем шаг за шагом очистила места ампутации, чтобы предотвратить возможное заражение, и наполнила всё его тело живительной энергией.
Волшебная сила воды, не зря именуемой Матерью Жизни, проникала в каждую клеточку его угасающего тела, восстанавливая ткани, сращивая кости и возвращая утраченную жизнь. Этот процесс ощущался так отчётливо, словно я наблюдала его собственными глазами. И когда я задействовала силу Эндайрона, концентрируясь на его мощи, эти ощущения становились ещё более явными.
— ……Я смогу… его спасти.
[Даже если бы его раны были куда серьёзнее, это всё равно оказалось бы возможным.]
— Признаюсь, я не так часто спасала людей, поэтому не совсем осознавала масштаб… но, похоже… мои целительские навыки… просто поразительны…? Или это потому, что ты, Эндайрон, являешься столь выдающимся духом?
[Скорее всего, дело в том, что мастер не знает страха перед тенью смерти. Однако, расслабляться пока рано.]
Меня охватило совершенно новое, неведомое ранее чувство, отличающееся от того, что я испытала, когда останавливала берсерка Шака. И оно совершенно не походило на то, когда я что-либо разрушала.
Но вместе с этим на меня навалилась… чудовищная, всепоглощающая усталость.