Цветы — это приманка Том 1 Глава 114

— У-у-угх!..

В подвал, где царила полная темнота, был привязан к ржавому стулу мужчина. Его конечности крепко стягивали верёвки, а голову окутывала чёрная ткань. Он тихо постанывал, беспокойно ворочая головой, совершенно не понимая, что происходит вокруг.

— П-простите... П-пощадите меня!..

— Это он?

Квон Чэ У бесстрастно щёлкал зажигалкой, сидя на ветхом диване. Вспышки пламени выхватывали из мрака его лицо, будто высеченное из камня.

— Да. Пока она училась за границей, он некоторое время встречался с дочерью нашего важного клиента, — отчитался один из его подручных. — Её семья оказала ему существенную финансовую поддержку, около семисот тысяч долларов. Но потом он бросил её и порвал отношения. Незадолго до её свадьбы он появился снова, начал шантажировать, отправляя видео и требуя три миллиона долларов, приложив к сообщению фрагмент записи. Клиент попросил разобраться тихо, без лишнего шума.

Мужчина в ужасе замотал головой.

— П-пожалуйста, отпустите меня! Я был неправ, ничего такого...

— Людей не шантажируют по ошибке. На такое способен только зверь.

Чэ У поднялся с дивана, поднимая облачко пыли. Под ногами захрустело битое стекло, а из-под чёрных волос блеснули карие глаза.

— Говорят, ты неплохо снимаешь.

— Я-я больше не буду!

— Дело не только в ней.

— В чём же?

— В записях, которые нашли у тебя в сумке.

Плечи пленника вздрогнули.

— Ты столько людей держал на коротком поводке, а теперь из-за такой мелочи умоляешь о пощаде?

— Ух...

Казалось, он наконец осознал свою участь и судорожно сжал кулаки.

Квон Чэ У взял топор. Присутствующие подручные переглянулись с любопытством: почему-то на этот раз он даже не искал верёвку.

Внезапно пленник закричал:

— В-вы хоть знаете, каково это — не получать желаемое?!

От частого дыхания чёрная ткань прилипла к его лицу.

— Вы вообще когда-нибудь любили?!

Под ладонью Чэ У ощущалось грубое дерево. Его лицо на мгновение изменилось. Удобнее перехватив топор, он снял лезвие с рукояти.

— Я просто хотел сохранить воспоминания о своей любви! Кто вы такие, чтобы...

— Ты мне противен.

— С-сволочи! Если вы такие смелые, снимите с меня эту тряпку! Хватит прятаться...

Ткань тут же сорвали с его головы.

— Откуда ты знаешь, что мы сволочи?

Губы Чэ У дрогнули, но улыбки на них не было. Как только пленник встретился с ним взглядом, мужчина, казалось, забыл обо всём на свете.

— Не смей лгать мне в лицо.

Чэ У наклонился, заглядывая ему прямо в глаза. Тот сглотнул.

— Для тебя это был бизнес, а не любовь.

В ответ — тишина.

— Ты хотел схватить её за горло и заставить делать всё, что тебе вздумается?

Квон Чэ У резко вывернул ему руку в плечевом суставе.

— А-а-а!

Пленник взвыл от боли, но Чэ У оставался безразличен. Раньше чужие крики приносили ему удовольствие, теперь — нет. Его снова охватила та же апатия, что и после известия о смерти Юн Чжу Ха, когда из жизни будто ушла вся музыка.

Он снова ударил по повреждённому плечу, но внутри ничего не отозвалось. Даже это наскучило; казалось, будто перед ним уже безжизненное тело.

— П-прекратите... Простите меня... А-а-а! Г-господин, пощадите! Это несправедливо! Я правда их любил! Мне было больно, потому что я не мог с ними видеться... Угх!

Чэ У схватил пленника за голову, заставляя смотреть себе в глаза.

— Тогда я позволю тебе их увидеть.

— Что...

Чэ У принялся бить его по лицу топорищем. Брызгала кровь, но Чэ У оставался совершенно спокоен; лишь растрёпанные волосы падали ему на глаза.

— Если однажды станешь калекой — начнёшь видеть всякое.

Он покосился на стол. На нём, свернувшись калачиком, спала женщина. Увидев её лицо, Чэ У невольно ослабил хватку. Охотничьи псы проследили за его взглядом, но перед ними был лишь старый пустой стол.

— Ты не смог защитить женщину, которую любил, а вместо этого...

Голос прозвучал глухо.

— заставлял других склонять головы от стыда.

Чэ У пнул пленника. Пока тот корчился, он достал из кармана нож и быстрыми, точными движениями перерезал ахилловы сухожилия, связки в коленях и сухожилия на запястьях.

— А-а-а!

— До конца жизни помни, чего ты лишился.

«Ты, наверное, всё ещё спасаешь деревья. А я всё так же убиваю людей».

К горлу подступила тошнота. Чэ У взглянул на окровавленный нож и отбросил его.

— Сфотографируйте и отправьте клиенту. С остальным разберитесь сами.

— Да, молодой господин.

Не оборачиваясь, Чэ У подошёл к сломанному стеллажу и дрожащими пальцами достал сигарету. Зажигалка никак не срабатывала. Он нахмурился и щёлкнул ещё несколько раз. Наконец вспыхнул огонёк. Чэ У глубоко затянулся; дым наполнил лёгкие, и напряжение понемногу отпустило.

Вернувшись домой, он быстро вернулся в прежний ритм: восстановил физическую форму, вновь взял под контроль своих подручных и вернулся к обычным заданиям.

После потери виолончели ему не осталось ничего, кроме этой жизни. И всё же...

— Чёрт…

Он стиснул сигарету пальцами. Время тянулось мучительно медленно. Запах крови вызывал отвращение, временами раздражала даже тишина. От самой изысканной еды его мутило, а вода казалась странной на вкус.

В такие моменты Чэ У наблюдал за теми, кто был поглощён алкоголем, азартными играми или наркотиками. Их восторг от пустых вещей почему-то приносил ему некоторое утешение.

Иногда он размышлял: что, если бы осталась только одна половина его памяти? Воспоминания словно разделились на две несовместимые части — словно день и ночь. Чэ У ненавидел И Ён, но в то же время мучительно тосковал по ней. Он хотел верить каждому её слову, однако ненависть не отпускала. Эти противоречивые чувства истощали его день за днём.

— Если будешь так дремать, шея затечёт.

Когда обе части памяти наконец слились воедино, ему начала мерещиться Со И Ён. В первый раз Чэ У был настолько ошеломлён, что несколько секунд не мог осознать происходящее. А затем что-то внутри него словно надломилось.

— Хм... Галлюцинации часто случаются у людей после амнезии. Представьте, что вы бросили камень в спокойное озеро. По воде расходятся круги, верно? Здесь происходит что-то похожее. Возвращаются забытые воспоминания или, наоборот, снова ускользает то, что уже начало возвращаться. Такой сбой может порождать зрительные образы — будто круги расходятся уже в вашем сознании. Это признак того, что ваше состояние нормализуется, так что волноваться не стоит. По мере того как психика будет успокаиваться, видения станут появляться всё реже.

Ни в коем случае Чэ У не мог позволить Квон Ги Соку узнать о его галлюцинациях, а тем более о том, кто именно ему мерещился. Поэтому он тайно обратился к врачу, чью лицензию когда-то аннулировали.

— Могу я её потрогать?

— Простите?

— Галлюцинацию.

— Эм... Ну...

— Я и так уже тронулся умом. Если стану ещё немного безумнее, большой разницы не будет.

Врач не смог скрыть своего смущения.

— Это всего лишь временное явление... Хотя у людей, страдающих бессонницей...

— У меня бессонница.

Чэ У ответил мгновенно. Кто бы мог подумать, что однажды эта проблема окажется полезной.

— Эм... Тогда галлюцинации могут стать ещё сильнее.

— Превосходно.

Если слова врача были правдой, недосып должен был усилить видения, и Чэ У это вполне устраивало: ведь каждый раз перед ним представала Со И Ён.

— Не засыпай здесь.

И отказываться от этой иллюзии он не собирался.