Да, я паук, и что с того? Том 1 Глава 1.1 Конец нормальной жизни

В абсолютно обычный, ничем не примечательный день, когда ты идешь в школу, болтаешь с друзьями, сидишь на уроках, а потом возвращаешься домой, чтобы поиграть в видеоигры, поесть и принять ванну перед сном — всё должно было пройти так же. По крайней мере, так планировалось.

Однако в этот день я смог с трудом разлепить веки и до школы добрался с отчаянной сонливостью.

Ночью я задержался, увлекшись онлайн-играми с друзьями, и теперь расплачивался за это.

Войдя в класс, я издал громкий зевок.

— Утречка.

— Доброе утро.

— Утро... Ты чего такой уставший, дружище?

Я поприветствовал своих одноклассников, Кёю Сасадзиму и Каната Оошиму.

Эти двое разделяли мою страсть к видеоиграм, так что их можно было смело назвать моими товарищами по играм.

— Расскажу, ты не поверишь. Вчера я попал в случайную группу с самим Балди!

— Серьезно!?

— Ага, серьезно. Мы играли всю ночь.

— Да ладно, чувак. Что-то не верится. И когда это было? В момент, когда я вышел?

— Блин. Знал бы я, что такое случится, задержался бы.

Он выглядел крайне расстроенным. Но ведь я и искал случайную группу только потому, что он решил уйти. Если бы он остался, я бы, скорее всего, не оказался с ним в одной команде.

— Ну и как, по-твоему, игралось бок о бок с Балди? — вопрос Кёи вернул меня к воспоминаниям о героических приключениях Балди.

— Ну, он просто не человек, — сказал я. — Я знаю, это сложно уложить в голове, но он увернулся от магии Бесбельской ведьмы и просто ринулся на нее!

— Ничего себе, если кто-то и способен на такое, то только Балди. Не зря его Скандой* называют.

— Должно быть, каким бы быстрым и ловким ты ни был, у тебя должно быть отличное снаряжение, чтобы проворачивать такие трюки. В конце концов, всё всегда сводится к этому.

С этим сложно поспорить. Если бы у меня были те же характеристики и экипировка, я, вероятно, тоже смог бы сделать то же самое, что и он.

— Ох... Вот бы переродиться в каком-нибудь игровом мире!

— Не хочешь после школы немного пофармить?

— Да, не против.

— Я тоже с вами. Давайте найдем какое-нибудь место посложнее.

Только наш разговор начал набирать обороты, как прозвенел звонок, и нам пришлось всем занять свои места.

Мы и представить не могли, что не сможем выполнить данное друг другу обещание.

— А?

Устроившись за партой и готовясь к уроку, я вдруг понял, что в моей сумке нет пенала.

После нескольких мгновений размышлений я вспомнил, что доставал его, чтобы сделать кое-какие игровые записи в своем блокноте, и, видимо, совсем забыл положить обратно.

— Черт.

— Что-то случилось? — спросила Юика Хасебе, девочка, чья парта стояла рядом с моей, услышав мой бормотание.

— Я забыл пенал дома.

— А, вот оно что. Ладно, я могу дать тебе эти, — Хасебе протянула мне карандаш и ластик.

— Спасибо.

— Ага. С тебя конфетка.

— Да ты что, жалко, что ли? — простонал я, но все же улыбнулся и махнул рукой, давая согласие. Конечно, теперь я понимаю, что это было еще одно обещание, которое я не смогу сдержать.

Именно тогда, на уроке классической японской литературы, это и произошло.

Так устал... Я боролся с непреодолимым желанием вздремнуть.

— Значит, так. Внимание, пожаааалуйста! Откройте тридцать седьмую страницу ваших учебников, читаем с первого абзаца. Посмотрим... Пусть Шинохара переведет это для нас. Ты ведь знаешь, как это перевести, раз сидишь в телефоне, не так ли?

— Хаа?!

— Услышав свое имя, Мирей Шинохара вздрогнула и попыталась как можно незаметнее спрятать свой смартфон.

Сидевший рядом с ней мальчик, Кенго Нацуме, изо всех сил сдерживал смех, хотя сам вместо учебы бездельничал в телефоне.

— Ну, раз Шинохара не может нам помочь с этим вопросом, то, наверное, Нацуме знает ответ, раз смеется, не так ли?

Наш учитель, Канами Оказаки, которую все ласково звали Окой, заметила телефон в руках Нацуме, что вызвало несколько смешков по всему классу.

Лицо Нацуме мгновенно покраснело, и он насупился, услышав, что весь класс теперь смеется над ним.

Человек, который хохотал больше всех, был ближайший друг Нацуме — Иссей Сакуразаки — он развернулся на сто восемьдесят градусов, указывая на него пальцем и громко смеясь.

— «Так, — сказал бедняга». Всё, посмеялись и хватит. Клаааас, потише. Твой ответ, Шинохара?

В итоге ни Шинохара, ни Нацуме не смогли дать вразумительного ответа, и по классу пронеслась еще одна волна смеха.

Настроение учеников немного успокоилось, когда Ока начала читать вслух.

Вот только для меня ее голос звучал как самая настоящая колыбельная.

Я понимал, что если ничего не предпринять, то я отключусь через пару мгновений, поэтому я поднял голову от учебника.

Большинство учеников сосредоточенно смотрели на страницы своих книг.

Скорее всего, они просто опасались стать такими же объектами насмешек, как Шинохара и Нацуме.

Ока обычно очень добра и дружелюбна, но если она поймает тебя за прогулом или ленью, она становится безжалостной.

Тем временем мой взор упал на одну из учениц.

Девушка, что привлекла моё внимание, располагалась прямо слева от меня. Мы называли её Рихоко, однако это было не её настоящее имя.

Это было сокращение от слов "Real Horror" с добавлением слога "ко" в конце, чтобы придать ему звучание, подходящее для девочки.

Она была ужасно худа: одна кожа да кости, с бледным и всегда безразличным лицом.

Я не люблю сплетничать о людях, но даже так, мне было крайне неприятно сидеть рядом с ней.

В отличие от меня, отважно сражавшегося со сном, она сдалась, удобно устроившись, и дремала на парте.

Зрелище было не из приятных, поэтому я отвернулся от неё.

И тогда я увидел её. Трещину.

Не думаю, что кто-нибудь, кроме меня, её заметил.

Посреди класса, над нашими головами, там, где обычно нет ничего, кроме воздуха, зияла трещина. Я не знаю, как это можно было назвать иначе. Более того, она становилась всё больше с каждой прошедшей секундой. Выглядело так, словно она готова была разорваться в любой момент.

Хотя я смотрел прямо на неё, я был так изумлён, что не смог предпринять никаких действий.

Но, вероятно, даже если бы я и попытался что-то сделать, ничего бы не вышло.

Трещина начала расширяться. В тот же миг я ощутил ужасную, пронизывающую боль.

И тогда я... нет, мы все умерли.

↑ Сканда – бог войны в индуизме.