Друг Детства Сильнейшего Воина (Новелла) Том 1 Глава 330 330 — Посланник. (1)

Пас-с-с-с.

С каждым его движением казалось, что с тела осыпается какая-то труха.

Это был пепел.

Функции живого организма давно угасли. Осталось лишь то, что когда-то было человеком, а теперь превратилось в «нечто» обугленное до черноты.

И всё же, этот след, который, казалось бы, никак не мог двигаться, прямо у меня на глазах шевелился совершенно непринужденно.

Хотя сказать «непринужденно» было бы преувеличением.

То, как он дергался и поскрипывал, выглядело совсем ненормально.

Он осмотрел своё тело, дюйм за дюймом, а затем, склонив голову набок, уставился на меня.

[Впечатляет.]

Первое, что сорвалось с его губ, было похвалой.

[Этот малый не должен был оказаться слабаком. И вот до чего он дошел. Этого я не предвидел.]

В доносившемся голосе сквозило нечто, похожее на удовольствие.

Оставив в покое своё изувеченное тело, он вновь огляделся по сторонам.

Кровавое небо, ветер, пропитанный запахом крови. Гниющая земля и засохшие деревья.

Созерцая всё это, Кровавый Демон произнес:

[Я гадал, почему связь оборвалась. Оказывается, на то была причина. В мире, у которого есть свой истинный хозяин, проникнуть внутрь не так-то просто.]

Пока Кровавый Демон рассуждал с таким видом, будто ему было крайне любопытно, я спросил его:

— У тебя ко мне какое-то дело?

На мои слова Кровавый Демон издал хриплый смешок.

[Ты не выглядишь особо удивленным. Разочаровывающая реакция.]

— Уже проходил через подобное.

После инцидента на турнире и последующих событий я уже давно понял, что Кровавый Демон обосновался в этих землях.

Как и в прошлый раз на турнире, я допускал мысль, что он может снова явиться, вселившись в тело Чан Сонёна.

«Но чтобы именно сейчас…»

Хотя я старался сохранять невозмутимый вид, внутри я был изрядно потрясен.

Я никак не ожидал, что Кровавый Демон доберется даже до этого мира. Что же это за тварь такая?

— Как ты сюда попал?

[Не будь таким суровым. Мне тоже пришлось потратить немало сил, чтобы оказаться здесь.]

— Этот сосуд был настолько ценным?

Не знаю, пришел ли он, чтобы защитить уже сгоревшего Чан Сонёна, или у него были дела лично ко мне.

Но в любом случае, эта встреча не сулила ничего хорошего.

Услышав мой вопрос, Кровавый Демон некоторое время молча смотрел на меня, а затем…

Хе-хе.

Тихо рассмеялся.

[Он довольно ценный малый. К тому же, я возлагал на него большие надежды.]

— Но что же делать, я его уже убил. Собираешься забрать то, что от него осталось, и оживить?

Я бросил это с издевкой, но…

[Ты шутишь со мной, малец.]

Кровавый Демон выглядел совершенно невозмутимым.

[Постичь устройство этого мира для меня не так уж и сложно.]

«Проклятье».

От его слов мне захотелось выругаться про себя.

Это означало, что он уже знает о сути этого мира. И более того, он, похоже, догадывался, что в тот момент, когда я покину этот мир, Чан Сонён воскреснет.

«Неужели Кровавый Демон способен знать даже о таком?»

Пусть он и был чудовищем, устроившим великое Кровавое Бедствие в прошлую эпоху, это совсем не то же самое, что знать устройство этого мира.

[Забавный мир. Разве не так?]

— Если ты явился сюда, значит, собираешься мне помешать?

Поскольку Кровавый Демон сам признал, что дорожит Чан Сонёном, он мог заметить, что я собираюсь с ним покончить, и попытаться вмешаться.

Не знаю, какой силой он сейчас обладает, но…

Если он решит вмешаться, это не приведет ни к чему хорошему.

[Ты встревожен?]

То, как он подпер подбородок обгоревшей рукой, выглядело до жути неестественно.

Я начал собирать свою Ки.

Я уже изрядно потратился, расправляясь с Чан Сонёном.

Было бы лучше просто сжечь его сразу, но я совершил ошибку, решив растянуть удовольствие и контролируя пламя, чтобы жечь его по кусочкам.

[Твой взгляд нехорош. Ты не должен испытывать тревогу, что бы ни случилось.]

— О чем ты вообще?

[Ты сказал, что убьешь этого малого?]

— Я не сказал, что убью. Я уже убил его.

Я сжег его до смерти, заставив страдать. Если следовать законам этого мира, то при возвращении в исходную реальность он должен был воскреснуть, но…

Я уже придумал, как с этим справиться.

Если вдруг метод не сработает и Чан Сонён оживет…

«Придется убить его окончательно».

Это был не лучший вариант, но лучше уж я сам принудительно создам ситуацию, чем позволю всему пойти наперекосяк.

[Должно быть, ты сильно ненавидишь этого малого. Интересно, почему?]

Я смотрел на Кровавого Демона, задавшего этот вопрос, но тут же захотел отвернуться.

Одно лишь его присутствие вызывало отвращение. Это было то самое странное чувство, которое я испытывал с самого начала.

Может, это была аура, исходящая от самого его существа?

Мне хотелось стереть его в порошок прямо сейчас.

Я подавил это чувство и заставил себя заговорить.

— Какова твоя цель?

[Хм?]

— Если ты уже умер и гниешь сотни лет, то сидел бы себе тихо и перерождался. Зачем ты до сих пор существуешь?

[Хе-хе-хе…]

Пятеро мастеров, которые, как считалось, не уступали нынешним Трём Почтенным, утверждали, что это лучший способ запечатать его, раз уж убить не удается.

Говорили, что в результате Кровавый Демон был запечатан и остался в этой земле.

Тогда почему он до сих пор здесь и показывается на глаза?

— Ты что, собрался воскреснуть?

Неужели он действительно планирует вернуться к жизни?

[Забавный вопрос. Воскрешение, значит.]

— Если нет, то почему бы тебе просто не сидеть тихо, вместо того чтобы постоянно мелькать перед глазами?

Есть такие, как Намгун Чхонджун или Чан Сонён, которые впитывают кровавую Ци и используют силу Кровавого Демона.

И неужели эти двое — единственные, кто получил такую силу?

Возможно, их гораздо больше.

«В конце концов, не исключено, что и Альянс Мурима находится в руках Кровавого Демона».

Были причины, по которым я и так не доверял Альянсу Мурима, но теперь поводов для недоверия стало еще больше.

[Хе-хе…]

Кровавый Демон с самого начала чему-то усмехался. Это насмешка?

[Дитя.]

Кровавый Демон позвал меня.

[Ты — великая радость в этой скучной судьбе, что выпала мне. Позволь мне сделать тебе подарок.]

— …Что ты несешь…

[Если бы я хотел воскреснуть, я бы сделал это давным-давно.]

— Что?

[Запечатан, говоришь… Неужели ты думаешь, что я, будучи пойманным в ловушку печати, наложенной жалкими ничтожествами, страдал все это долгое время?]

Мое тело на мгновение застыло от слов Кровавого Демона. Я не знал, правда это или ложь.

Возможно, он пытается меня перехитрить.

Если хитрит, то ради чего?

Пока я лихорадочно размышлял, Кровавый Демон продолжал говорить.

[Я мог подняться в любой момент.]

— …Но почему тогда не сделал этого?

[Потому что в этом не было необходимости.]

— Не было необходимости?

[Именно. Раз в этом больше не было нужды, я и не стал подниматься.]

— Чушь собачья. Если так, то почему ты сейчас творишь эту дичь?

[О чем ты?]

Я знал, что в Чан Сонёне и Намгун Чхонджуне таится сила Кровавого Демона.

И в прошлый раз, и сейчас он разговаривал со мной через тело Чан Сонёна.

— Но к чему ты говоришь это сейчас?

[Я лишь дал им силу, потому что они попросили. Я не протягивал им руку первым.]

— И как мне в это поверить?

[Дитя. Кажется, ты в чем-то заблуждаешься.]

Ку-ку-ку-гун!

— …!

В одно мгновение на меня нахлынул удушливый запах крови.

Я пошатнулся и отступил назад.

Если бы я не окружил себя внутренней Ки, то, возможно, упал бы на пол и меня бы вырвало.

Это определенно была энергия, вырывающаяся из тела Чан Сонёна, стоящего передо мной.

И это при том, что он занял чужое тело?

Когда я, пораженный, расширил глаза, Кровавый Демон сказал мне:

[Я не тот, кому нужно твое доверие.]

Па-с-с-с…

Тело Чан Сонёна постепенно выпрямилось.

Хотя это тело выглядело так, будто развалится от малейшего прикосновения, он всё же поднялся и встретился со мной взглядом.

Поскольку глаз я не видел, было трудно сказать наверняка, но я чувствовал, что он определенно смотрит на меня.

[Разве ты не должен быть мне благодарен?]

— …За что я должен быть благодарен?

[Несмотря на то, что я прекрасно знаю, где находятся мои пять чувств, где спрятаны моя энергия и плоть, я лишь спокойно наблюдал. Разве это не милосердно?]

Пять чувств и энергия.

А также плоть.

Это то, о чем говорил Хван Абульён.

Что все пять чувств Кровавого Демона были разделены и отправлены в Чхонхэ.

И что энергия с плотью также были отделены и запечатаны по отдельности.

«Он знает, где это находится?»

Даже если эти слова — правда, это не добавляет достоверности его утверждению, что он может воскреснуть в любой момент.

Потому что знать, где это, и иметь возможность это найти — разные вещи.

[Я просто жду своего часа.]

Часа… чего же он ждет?

— Значит, когда придет этот час, ты всё-таки собираешься воскреснуть?

[Кто знает… Я еще не решил.]

В моей прошлой жизни, которую я помню, Кровавый Демон не воскресал.

Он был лишь виновником кровавого бедствия, случившегося в прошлом, и тем, кого герои запечатали благодаря своим подвигам.

Размышляя об этом, я спросил:

— Я хочу кое-что спросить.

На мои уверенные слова Кровавый Демон на мгновение издал насмешливый смешок.

[Ты поистине дерзок. Разве это не выглядит так, будто я пришел сюда, чтобы вести с тобой беседы?]

— Разве не так?

[Почему ты так думаешь?]

— В таком случае ты не стал бы тратить время на пустую болтовню со мной.

Про пять чувств, про Ки и бренную плоть.

Про то, что не мечтаешь о воскрешении. И даже про то, что просто ждёшь своего часа.

Поистине пустяковая информация.

Для того, кто пришёл, чтобы спасти Чан Сонёна, он был слишком многословен.

Да и если бы он явился, чтобы убить меня, то его появление было бы куда менее мирным.

— Если не собираешься отвечать, то нам больше не о чем говорить — проваливай.

Впрочем, я и не собирался вести себя с ним любезно.

Кем бы ни был этот малый и какова бы ни была его цель, я понимал: ничего хорошего он мне не принесёт.

Какая бы задача перед ним ни стояла, в конечном счёте, это был тот, кого мне придётся устранить.

[О чём ты хочешь спросить?]

— Ты — бедствие?

Как-то раз, когда ещё звучали остатки воли Ён Ильчхона, он сказал:

Тот Кровавый Демон, которого они сдерживали, был наречён бедствием. Бедствием, что принесёт миру гибель, тем самым «бедствием», которое должно было определить судьбу этого мира.

Более того.

Ён Ильчхон назвал бедствием и меня. Сказал, что у моего перерождения есть причина, и что именно я — то самое бедствие, которое в конечном итоге приведёт мир к разрушению.

Старик Шин велел мне обрести уверенность, но это было не так просто, как кажется на словах.

И раз уж Кровавый Демон сам явился, чтобы побеседовать со мной, я решил спросить его напрямую.

Спросить, является ли он бедствием. И прав ли был Ён Ильчхон.

Услышав мой вопрос, Кровавый Демон на мгновение умолк.

Несколько секунд тишины, а затем он произнёс:

[Не ожидал, что услышу от тебя подобный вопрос. Забавно.]

— Я спрашивал не ради твоего развлечения. Отвечай.

[Бедствие, значит…]

Кровавый Демон сделал шаг в мою сторону. В тот же миг я заметил, как по его телу пошли трещины.

[А как это видится твоими глазами?]

— Если судить по нынешнему облику, то похоже, что ты и есть бедствие.

Вселиться в омерзительную оболочку, лишившуюся души, и явиться ко мне в таком виде — даже для меня это было зрелище неприятное.

[Бедствие… Кто же тебе такое сказал?]

— Просто ответь: да или нет.

[Нет, отвечать незачем. В конце концов, такой человек лишь один.]

Он протянул руку. Я нахмурился, глядя на приближающиеся чёрные кончики пальцев.

Оттолкнуть?

Или раздробить?

[Это был Ён Ильчхон, верно?]

Похоже, Кровавый Демон с первого раза догадался, кто вложил мне в голову эти мысли. Стоит ли мне отрицать?

С моей точки зрения, Ён Ильчхон тоже не был тем, кому можно безоговорочно доверять.

[Глупец, он до сих пор не отбросил свои привязанности и продолжает строить козни. Похоже, этот приятель затуманил тебе взор.]

— Моё зрение в полном порядке.

[Нет, твой взор ослеплён призраком прошлого. Я должен помочь тебе прозреть.]

Кончики пальцев Кровавого Демона приблизились к моим глазам.

Они были уже совсем близко, почти касались век, но я не шелохнулся.

Я понимал, что если позволить ему продолжить, он может что-то сотворить, но я не сдвинулся с места.

И в тот самый миг, когда кончики пальцев Кровавого Демона были готовы коснуться моих зрачков…

Ква-д-д-д-д!

Реакция, которую я ждал, проявилась мгновенно. Нечто, вырвавшееся из-под земли, разделило нас.

[Вот как.]

Кровавый Демон издал звук, полный досады. Я посмотрел, что же это вылезло наружу.

Это был гигантский древесный корень. Увидев его, Кровавый Демон слегка отступил.

[Похоже, я потратил слишком много времени.]

Кровавый Демон протянул руку к корню, но не успел он коснуться его, как кончики его пальцев бессильно рассыпались в прах.

[Ты на это рассчитывал?]

— Не то чтобы рассчитывал, но раз уж ты подошёл так близко, я решил проверить.

[Смелости тебе не занимать. Хотя, судя по всему, двигаться ты не собирался.]

Я был уверен, что он явится.

У «этого» определённо была цель, связанная со мной, и я был ему нужен, так что я не думал, что он оставит всё как есть.

[Жаль… Я хотел поговорить подольше, но хозяин этого места, похоже, не рад моему визиту.]

По всему телу Кровавого Демона начали расползаться трещины.

[Пусть результат и неудовлетворителен, надеюсь, этот разговор сделал нас чуточку ближе.]

— Ты оказался куда более мерзким типом, чем я думал, аж тошно. Если уходишь, исчезай по-тихому.

Я прорычал это сквозь зубы, но Кровавый Демон, казалось, не придал моим словам значения.

Даже наблюдая, как тело Чан Сонёна стремительно разрушается, я не терял бдительности. Кровавый Демон всё так же пристально смотрел мне в лицо.

[Мои прежние слова остаются в силе. Если встретишь танцовщицу, разыщи меня.]

Ха.

От его слов я лишь горько усмехнулся.

— И что, по-твоему, я должен сделать, когда найду?

Я понятия не имею, что это за «танцовщица», и почему он так настойчиво просит меня явиться. Чего он ожидает, постоянно приглашая меня к себе, если я приду и разнесу всё в щепки?

Неужели он настолько в себе уверен?

— Если я когда-нибудь и приду, то уж точно не с добрыми намерениями.

[Это тоже хорошо. Что угодно, лишь бы оно вышло за рамки привычного — нет ничего лучше этого.]

Сказав это, Кровавый Демон лишился нижней части тела, и его торс осел на землю. От удара о поверхность плоть разлетелась на куски.

Тело, разделившееся на фрагменты, подхваченное порывом ветра, превратилось в пыль и рассеялось.

Даже в такой ситуации Кровавый Демон оставил мне послание.

[Увидимся в следующий раз.]

С этими словами ветер стер тело Чан Сонёна с моих глаз.

— ...Фух.

Только убедившись в этом, я выдохнул. Я наконец-то смог сбросить напряжение, доведенное до предела.

— Проклятье. Вечно так: стоит мне что-то задумать, как обязательно кто-то вмешивается.

Можно ли назвать это невезением? Голова раскалывается. И надо же было Кровавому Демону появиться так некстати.

«Что вообще происходит?»

Стоило мне попытаться вспомнить информацию из прошлой жизни, как обнаружилось, что секреты, о которых я не подозревал, теперь всплывают один за другим.

Я задаюсь вопросом, есть ли во всем этом хоть какой-то смысл.

Что это за судьба такая? Каковы грехи, накопившиеся в этом мире?

И что это за «семя», о котором говорил клан Гу?

Поскольку одна гадость следовала за другой, даже если бы была всего одна, у меня на душе было крайне неспокойно.

Вот почему я пришел сюда. С того самого момента, как посетил Шинрёнван.

С того самого момента, как подтвердил существование Чхольчжисона.

Это место, куда я хотел прийти.

Я полагал, что если что-то здесь и есть, то оно должно знать ответы.

Я обернулся и произнес:

— Если собирался появиться, мог бы сделать это раньше. Почему ты показываешься только сейчас?

Там, куда я направил свое раздражение, вместо бесконечной иссохшей равнины, простиравшейся до горизонта, передо мной возвышалось нечто огромное, закрывающее собой небо.

Я видел это и в прошлой жизни, но размеры его просто не укладываются в голове. Называть это просто деревом было бы слишком примитивно.

Атмосфера и величие, которые от него исходили, были совершенно иного уровня.

Более того.

У этого дерева было собственное имя.

Когда-то давно оно представилось мне так.

Оно именно так и сказало.

Что оно — пятое мировое древо, пустившее корни в этом месте.

Муа. Вот как оно назвалось.

Са-а-а-а...

Словно реагируя на мои слова, ветви, раскинувшиеся выше облаков, разом пришли в движение.

Поскольку листья, казалось, давно опали и остались лишь сухие ветви, оно выглядело еще более пустынным.

В этот момент.

[Рад тебя видеть.]

Голос раздался прямо у меня в ушах.

Голос, полный пустоты и бесконечной печали. Тот же самый, что я слышал тогда.

Приветствие было таким же, как и в прошлый раз, но...

Вторые слова были иными, не такими, как в прошлой жизни.

[Мой апостол.]

Услышав это, я нахмурился.