Гениальнейший мечник академии (Новелла) Том 1 Глава 459 2-127. Акаша (4)

Акаша вырвался наружу, разрывая разлом.

Кулак, обвитый цепями, с сокрушительной силой врезался в плоскость меча.

— Кх!

От удара, вызвавшего онемение в запястье, меня отбросило назад. Для кого-то, чьи кости были необычайно прочными, его кулак бился на удивление болезненно.

Из-под рукавов и плаща Акаши свешивались десятки цепей, выкованных из его маны.

— ■!

Внезапно он вытянул палец.

Две массивные цепи метнулись ко мне, обвивая мою талию. В тот же миг меня дёрнуло вперёд, а Акаша бросился прямо на меня.

— Заклинатель, тоже мне...

Падая с небес, я стиснул зубы.

Сам факт, что он осмелился вступить в ближний бой, был достоин похвалы. Впрочем, не от храбрости — просто другого выбора у него, похоже, не оставалось. Судя по его отчаянным дёрганиям, маны у него было немного. Вероятно, он не ожидал, что я смогу прорваться сквозь столь мощную технику.

— Ну давай, принимаю!

Я собрался и взмахнул мечом. Цепи, что обвивали мою талию, были мгновенно перерублены. Следующий удар клинком столкнулся с кулаком Акаши. Силы, столкнувшиеся лоб в лоб, отбросили нас обоих.

— Хы-уп...!

— ■■...!

Мы с Акашей почти одновременно перевели дух.

А затем, не сговариваясь, вновь бросились друг на друга.

Началась ожесточённая схватка. Каждый раз, когда мой удар достигал Акаши, вспыхивал яркий свет. Иногда я чувствовал, как рассекаю плоть, но бóльшую часть атак останавливали цепи, извивающиеся, словно живые змеи.

Впрочем, и его удары до меня практически не доходили.

— Акаша! Да кто ты вообще такой, ублюдок?!

Я кричал, размахивая мечом. Из-за рёва ветра приходилось выжимать из горла все силы. Густые волосы Акаши яростно трепетали на ветру.

Он наклонил голову вбок.

— ■?

— Почему ты разрушаешь будущее?! Что тебя не устраивает, раз ты творишь такую мерзость?!

Этот вопрос не давал мне покоя. Странности в его поведении сами по себе были жуткими, но я никак не мог смириться с тем, что злодей способен материализовать столь прекрасное небо силой воображения.

— Какова твоя цель?! Какую такую великую цель ты стремишься достичь, поглощая столько жизненной силы и искажая мир?!

Я не мог понять.

В действиях Акаши было сплошное противоречие.

Если судить лишь по результату, то трём параллельным мирам он почти не причинил вреда.

Нет, его даже можно было бы, без преувеличения, назвать неким тёмным спасителем.

В первом параллельном мире он вернул исчезнувшие жизни. Во втором, распахнув небеса, он дал возможность уничтожить гигантов. А в третьем именно благодаря ему я нашёл зацепку, которая позволила раскрыть тайну Акалусии и снова встретиться с Каином.

Да, по пути он убивал. Но все, кого он убил, были такими же отбросами, как черви из Туманности Клаузиэ, и совершили преступления, за которые им полагалась смерть.

«Почему».

Но его злодеяния в будущем простить было невозможно.

Акаша уничтожил почти всех, кого я знал и любил. Марья, Шуллипен, Эржебет, старшая госпожа Навирозе, Зайпа, Лорхон и другие мои близкие друзья были истреблены. Сокровище, которому не было цены ни в одном городе или цивилизации, было разрушено этим костлявым созданием.

В кармане пальто тихо звякали вещи, оставшиеся после них.

Я вспомнил мелькнувшие перед глазами лица друзей и сжал рукоять меча.

— Тебя, подонок... я сам разорву на куски!

— ■■■■ ■■■■!

— Говори так, чтобы тебя поняли, идиот!!

Мой рёв разнёсся по небу. На Акашу обрушился ещё более яростный шквал атак. Очертания моего Мира, прежде колебавшиеся, словно пена, стали чёткими, как на изображении.

Бам!

Мы перестали падать и приземлились на поле, залитое закатом. Не успев толком выровнять стойку, мы снова сошлись в схватке.

— ■■■■...!!

Равновесие сил начало нарушаться. Поглощённый закатом, Акаша больше не представлял для меня серьёзной угрозы. Удар меча разрывал его тело прежде, чем цепи успевали восстановиться. Уколы пробивали плащ, оставляя в нём дыры цвета заката. Кровь, брызгавшая словно краска, орошала поле.

— ■■! ■■!

— Сдохни!

Развязка приближалась.

Тело Акаши, потеряв равновесие, качнулось вперёд. Я не упустил этот момент и, сделав выпад мечом по диагонали снизу вверх, рассек воздух. Любой бой завершается лишь тогда, когда противнику срубают голову. И в тот миг, когда мой окровавленный клинок уже должен был снести Акаше шею, раздался сухой треск — и его поясница выгнулась назад под углом, невозможным для человеческого тела. Рассекающий удар лишь скользнул по поверхности маски, будто погладив её.

— Бесполезная агония...

Я стиснул зубы. Он был чертовски живуч, но это уже ничего не меняло.

Я снова опустил меч, целясь ему в шею. В этот раз Акаша резко поднял левую руку. Окровавленная ладонь заслонила мне обзор.

— Что?..

И у меня перехватило дыхание.

На костлявом безымянном пальце Акаши красовалось серебряное ожерелье. Скромное, но изящно выполненное, оно было мне до боли знакомо. Незабываемо знакомо. Это было то самое ожерелье, которое я подарил Адешан, когда мы только наслаждались любовью, ещё до того, как у нас должен был появиться ребёнок.

— ...Адешан.

Одна секунда растянулась, как будто прошла целая вечность. На украшении был отпечаток времени, но я не мог ошибиться.

Её лицо возникло перед глазами — то, как она радовалась, даже плакала, ведь это был первый подарок из украшений, который она получила в жизни. Все мысли в голове разом оборвались.

Будущая Адешан тоже умерла.

Траектория меча, опускавшегося вниз, дрогнула.

— ■.

И эта брешь не была упущена Акашей.

Он рывком выпрямил верхнюю часть тела. Под правым плечом, где уже ничего не должно было остаться после отсечения, появилось нечто, похожее на руку. Она была сплетена из сотен больших и маленьких цепей. Над сжатым кулаком, словно бушующее пламя, полыхала тьма Бездны.

— ■■■!!!

Акаша что-то прокричал. Кулак, подхваченный инерцией, стремительно полетел вперёд с чудовищной скоростью. С первого взгляда было ясно: попасть под такой удар — конец всему. Получи я его в лоб — и всё будет кончено.

Но Адешан умерла.

Я понимал, что должен уклониться или защититься.

Но Адешан умерла.

Закат, созданный моим мыслеобразом, пылал ослепительным, прекрасным светом.

Кулак Акаши, прочертив зловещую чёрную линию, глубоко вонзился мне в живот.

— ...Кх.

Мозг ощутимо тряхнуло. Закат погас. Мой Мир, до этого опасно дрожавший, рассыпался и исчез. Я не смог даже застонать. В окутывающем меня мире тьмы у самого уха прозвучал сладкий голос.

— Пока ты не умрёшь, ты будешь нести за меня ответственность.

Адешан, говорившая это, улыбалась. Её уши, словно цветы, алели между прядями волос, которые ещё не до конца высохли.

Утром после нашей первой ночи мы шли по двору Академии Филеон, держась за руки. Солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь листву, играли на земле, мы чувствовали тепло, говорили о том, о чём не успели перед рассветом. Внезапно вспомнив о своей наготе, мы оба покраснели. Услышав мой ответ, который, конечно же, не мог быть иным, она прижалась ко мне,

и мы мечтали о счастливом будущем,

и улыбались,

и улыбались.

***

Тьма взорвалась, уступая место яркому голубому небу. Свет хлынул в мрачное ущелье Да Конья.

Одна чёрная тень, падавшая с немыслимой высоты, с грохотом врезалась в землю.

— ■...■■...!

Когда пыль осела, показался Акаша.

Он тяжело дышал, будто смертельно раненный человек. Правая рука, сотканная из цепей, выполнив своё назначение, начала рассеиваться обратно в ману.

— Ха... ■о■...

Из-под его маски вырывался странный звук — не то смех, не то плач. Под плащом растекалась тёмная лужа крови. Его густые волосы, словно губка, впитывали жидкость.

Он сумел одержать победу благодаря хитрости, но цена оказалась слишком высока.

Почувствовав, что что-то не так, Акаша дернулся.

— ■런...

Подняв дрожащую левую руку, он коснулся внутренней стороны маски. Голос, на мгновение прозвучавший почти по-человечески, вновь исказился до ужаса.

И тут позади раздался глухой звук удара.

— ■■...!

Акаша резко обернулся.

Примерно в десяти шагах лежал Ронан, уткнувшись лицом в землю. На вид он выглядел гораздо лучше, чем сам Акаша. Кровь текла только из его рта.

Но глаза он не открывал.

— ■■■■■■...

Акаша тяжело вздохнул. Прошло пять минут, но Ронан не подавал признаков жизни. Похоже, он умер, так и оставшись лежать ничком. Немного отдышавшись, Акаша, пошатываясь, поднялся на ноги.

— ■■■.

Вид у него был такой, будто песчаный замок, который вот-вот смоет волной.

Он хромал, его худое тело опасно раскачивалось на ветру.

Но он не сдался.

С трудом переставляя ноги, Акаша подошёл к Сениэлю. Священный камень уже перестал извергать жизненную силу и теперь сам восстанавливался. Прежде гладкая поверхность покрывалась неровной каменной коркой, словно заживающая рана.

Наблюдая за этим процессом, Акаша положил ладонь на Сениэль.

— ■■ ■■■■■■.

Затем он начал читать странное заклинание.

Это была та же последовательность слов, которую он произносил в прошлый раз, в другом параллельном мире.

Дремлющая в камне жизненная сила начала втягиваться в него.

Но в этот раз никто не мог его остановить. Акаша вытягивал силу до тех пор, пока не иссякли не только частицы Сениэля, витавшие по всей округе, но и жизненная энергия, исходившая от самого камня. Только тогда он убрал руку.

— ...■■.

Рука Акаши бессильно опустилась.

В его груди теперь пульсировала жизненная сила, которой было бы достаточно, чтобы восстановить даже экосистему, разрушавшуюся веками.

Однако тяжёлые раны, пронзившие его тело, ничуть не заживали.

Такое было бы невозможно, если бы он сам не сдерживал использование этой жизненной силы.

— ■. ■ ■■■■■■ ■■■■.

Пробормотав что-то себе под нос, Акаша бездумно уставился в небо.

В его облике одновременно читались облегчение и глубокое сожаление — как у старика, исполнившего мечту всей своей жизни.

И вот, пока он созерцал необъятное небо Да Конья, за его спиной раздался знакомый голос:

— А... ка... ша.

— ■■.

Акаша застыл на месте.

Скрипя, словно ржавая дверь, он повернул голову.

Ронан стоял.

Он стёр кровь, стекавшую из уголка губ, тыльной стороной ладони и смотрел прямо на него.

Тишина повисла между ними.

Акаша наконец открыл рот.

— ■■■...?

— Я успел... в самый последний момент.

Ронан сунул руку во внутренний карман пальто.

Когда он вытащил её обратно, в ладони лежали три расколотых куска минерала. Осколки Сениэля. Их свежие изломы блестели, словно драгоценные камни.

Именно они задержали последний удар Акаши.

Ронан снова убрал осколки в карман.

— Во многом я тебе обязан.

— ■■!

Акаша поспешно вытянул руку. Все пять пальцев были распахнуты.

Сбережённые им до последнего момента силы преобразились в магию. Мощный поток энергии, подобно приливу, хлынул на Ронана. Невозмутимо выхватив меч, он нанёс вертикальный удар.

Ква-а-а!

Поток силы раскололся надвое, прошёл по обе стороны от него.

— ■...!

Акаша отступил.

Его магия оказалась бессильна.

Меч Ронана засветился цветом, невиданным прежде Акашей. Не багровым сиянием энергии клинка и не алым цветом Мира. По лезвию переливался дивный оттенок, словно золото смешалось с рассветом.

Ронан произнёс:

— Почти всё закончено... жаль, что не до конца... Показывать такое в самый последний момент... это поистине был отличный ход.

— ■■■...

— Видимо, и у меня есть свои слабости. Я знал, что спасти всех можно, лишь сохраняя хладнокровие... но не смог... Всё из-за того, что люблю слишком глубоко.

Произнеся это, Ронан продемонстрировал ожерелье.

Ту самую реликвию грядущей Адешан, оброненную Акашей в момент падения.

— Но теперь я пришёл в себя... получив достойный отпор. И первым делом хочу выразить тебе благодарность.

— ■■■■?

— Да... если вдуматься, именно благодаря тебе удалось спасти три параллельных мира. Это и без того не давало мне покоя, но в конечном итоге всех ждёт счастливый конец... Уверен, госпожа генерал тоже наблюдает за этим с улыбкой.

Акаша хранил молчание.

Лицо Ронана было не просто спокойным — на нём даже появилась лёгкая безмятежность. Совсем не то выражение, что было у него во время смертельной схватки внутри его собственного Мира.

— Поэтому... я могу простить тебя... кх... Грядущая трагедия всё равно исчезнет... Раз уж я зашёл так далеко, никто не умрёт несчастным.

— ■ ■■■■ ■■■?

— Да... я умираю. Но ведь и ты недалеко ушёл... разве не так?

Услышав ответ Ронана, Акаша вздрогнул.

Ронан говорил так, будто слышал его истинный голос.

Акаша ещё даже не успел проверить состояние маски, а сияние, мерцавшее на клинке Ронана, усилилось.

— Так что... закончим одним ударом...

Это было тёплое, как солнечный свет, сияние. Неясное, но полное жизни, оно напоминало зарево, вспыхивающее над горным хребтом. Однако, несмотря на всю свою красоту, исходящая от него сила была весьма внушительной.

— ■■...!

— Можешь не сопротивляться.

Акаша уже готовился к действию, почувствовав надвигающуюся опасность.

Но Ронан взмахнул мечом.

Вспыхнувший свет Рассвета затопил ущелье.

— В конце концов, это... мой дар. От всего сердца, с искренней благодарностью.

Голос прозвучал словно издалека.

И с ощущением, будто что-то гигантское отталкивает его, сознание Акаши оборвалось.

Гениальный мечник Академии — Глава 507