Гениальный профессор в академии для убийц Том 1 Глава 224 Отбор в отряд Героя (10).

Когда освоение техники 『Подмена мира』 приблизилось к завершению, достигнув отметки в 90%, я наконец достиг уровня, позволяющего по-настоящему понять работу с памятью.

Формулы, используемые в технике 『Подмена мира』 для подмены воспоминаний, были почти безупречны. Однако, именно это «почти» являлось проблемой. Полная перезапись человеческой памяти оставалась невозможной даже с моей текущей точностью.

Причина заключалась в процедурной памяти.

В упрощённой схеме, которую я использовал, выделялись два основных вида долговременной памяти: декларативная и процедурная. Первая связана с фактами и событиями, которые человек способен осознанно воспроизвести. Вторая же хранит навыки, привычные действия, автоматические маршруты и другие усвоенные модели поведения.

Нейронные механизмы, отвечающие за эти типы памяти, различаются. Для процедурной памяти особенно важны базальные ганглии и мозжечок; декларативная память, в свою очередь, тесно связана с гиппокампом и другими структурами медиальной височной доли.

Отсюда и возникают известные случаи: человек, страдающий деменцией, может забыть свой домашний адрес, но ноги сами несут его по знакомому пути. Он может не узнать своего взрослого ребёнка, но при этом испытывать рядом с ним необъяснимое чувство близости.

Осознав это, я вернулся к вопросу, который терзал меня с самого первого дня пребывания в этом мире.

<Синхронизация>.

В воспоминаниях, полученных посредством <синхронизации>, Евы не было вовсе. Ребекка же, напротив, присутствовала весьма отчётливо.

От группы «Спящий Дракон» остались лишь отдельные следы. К примеру, как только я впервые увидел Элизу, я немедленно вспомнил о Созвездии Без Тени○.

Таким образом, вырисовывалась довольно ясная картина.

1. Абраксас не обладал информацией о существовании Евы.

2. Он встречался с Ребеккой.

3. Обрывочные сведения о группе «Спящий Дракон» у него сохранились.

Примечательно, что <синхронизация> всегда начиналась после столкновения с чем-то, имеющим отношение к прошлому. Увидел Элизу — и всплыла мысль: «Это дочь Созвездия Без Тени○».

Следовательно, возможна и другая последовательность событий.

1. Абраксас модифицировал собственные воспоминания.

2. Именно поэтому у меня отсутствует осознанная память о том, что я когда-то был Абраксасом.

3. Однако отдельные элементы процедурной памяти служат триггером для восстановления декларативной. → <Синхронизация>

Если <синхронизация> действительно представляет собой постепенное возвращение утраченного, то арест в Управлении общественной безопасности должен был вернуть мне почти всё.

Слишком многое здесь связано с тем, с чем тело и сознание Абраксаса постоянно взаимодействовали в прошлом.

И мои предположения оказались верны.

Пока старейшина Икмумба сопровождал меня в Центральный зал №17, воспоминания нахлынули волнами.

— Иди ровно!

Стражник встряхнул меня за плечо. Я спотыкался, болтаясь в его руке, словно марионетка с оборванными нитями.

В голове одна за другой вспыхивали чужие — и, в каком-то смысле, мои — мысли, решения, намерения. Годы жизни великого Созвездия по имени Абраксас возвращались не в виде повествования, а цельными фрагментами пережитого опыта.

Я узнал его истинный возраст: ему было уже больше ста сорока лет, что превышало предельный срок человеческой жизни.

Вспомнил, как он оказался в Управлении общественной безопасности.

Как на протяжении десятилетий скрывал своё лицо и личность от всего мира.

Как в молодости он ненадолго вступил в брак — и причину, по которой расстался с той женщиной.

Как подобрал на улице нищего мальчишку по имени Агион, сделал его своим учеником, а впоследствии стал жертвой его предательства.

И это было далеко не всё.

«Нет... Даже не половина».

Я ощущал пробелы в памяти почти физически. Самые важные фрагменты оставались недоступными.

О Короле демонов <синхронизация> не предоставила никакой информации.

Это было похоже на то, как если бы на карте завоёванной территории осталась одна большая неизведанная область.

Но если я доберусь до зала №17...

До последнего места, где Абраксас побывал перед тем, как самолично покинуть Управление...

Тогда откроется больше.

Мне нужно было лишь попасть внутрь.

И именно в этот момент из глубины коридора раздался громогласный рёв:

— ДАНТЕ ХИАКАПО!!

* * *

Управление общественной безопасности находилось в прямом подчинении Императорскому дому. Его полномочия, престиж и сама система власти были унаследованы от императора.

Поэтому после нападения на дворец и кончины государя руководство Управления было взбудоражено гораздо сильнее, чем обычные жители.

И это произошло ещё до появления Уки.

— Райзен! Хидикафель! Какого чёрта вы здесь творите?!

Двое генерал-лейтенантов преградили путь по коридору. В руках у обоих находились длинные мечи, относящиеся к национальным сокровищам Империи.

— Немедленно отойдите!

— Не получится, старейшина Икмумба.

Меня вели в Центральный зал №17 для чрезвычайного слушания.

Высшие чины Управления сочли даже такую формальную процедуру непозволительной роскошью.

— Отдайте Данте Хиакапо нам.

— Точно! Я прикончу этого ублюдка прямо сейчас!

То есть, оба явились сюда не ради правосудия. Им жаждалась личная месть.

Икмумба побагровел.

— Слушание назначено Тирианштейном, Созвездием Мира☮, исполняющим обязанности главы Управления! Кто вы такие, чтобы преграждать мне путь?!

— А мне плевать. Отходите.

— Старейшина, я предупреждаю вас в последний раз. Либо вы выдаёте преступника, виновного в убийстве императора, либо погибнете вместе с ним.

Икмумба сжал зубы.

Он понимал, что в одиночку не сможет остановить этих двоих. Но почти век службы всё же чему-то его научил.

— Мы — Управление общественной безопасности! Закон и порядок превыше личных обид! Если вы продолжите мешать исполнению приказа, я, старейшина Икмумба, арестую вас обоих за воспрепятствование служебным обязанностям!

Генералы тяжело дышали, но внезапно замолчали.

Икмумба уже решил, что до них достучался.

Нет.

Они смотрели ему за спину.

— А...

Там стоял старик.

Созвездие Мира☮.

Верховный председатель Солтийской конференции.

Хозяин Башни мудрецов.

Сто тридцать семь лет, великий маг и нынешний исполняющий обязанности главы Управления общественной безопасности.

— Господин Тирианштайн!

Он подошёл в сопровождении двух рыцарей. Райзен и Хидикафель тут же проглотили свою ярость.

— Генерал-лейтенант Райзен. Генерал-лейтенант Хидикафель.

— Да...

— Простите...

Икмумба мысленно выдохнул.

Значит, путь в зал №17 снова открыт.

— Вы двое. И Икмумба тоже. Приготовьтесь к бою.

Старик поднял посох.

Гу-у-ул...

Тяжёлый поток маны втянулся в драгоценный камень на навершии. Тирианштайн почему-то начал разворачивать защитное заклинание.

Офицеры и Икмумба мгновенно последовали его примеру.

ФШШШ! БА-БАХ!

Мир вокруг перевернулся.

Коридор, соединявший главное здание Управления с залом №17, исчез в огне. Целым остался лишь участок под 『Защитным барьером』 Тирианштайна.

— Что?!

— Какого...?!

Даже внутри барьера кожа горела от жара.

В пламени, настолько ярком, что резало глаза, появилась чёрная фигура.

Золотой обруч на голове. Невысокий рост. И присутствие такое, будто к ним приближался великан.

Огонь высотой в несколько десятков метров разом осел. Остался лишь один человек, чьё тело продолжало пылать.

Уки Шун, Звезда Пламени火. Восемнадцатое место мирового рейтинга.

Он завис в воздухе и произнёс всего одну фразу:

— Отдайте Данте Хиакапо.

Этого хватило.

Стражи, сопровождавшие меня, попадали без сознания. У некоторых из ушей и глаз пошла кровь.

На ногах удержались только трое высокопоставленных офицеров, Тирианштайн и я.

— Уки. Что ты вытворяешь?

— До вас мне дела нет, старик. Отдайте Данте Хиакапо.

— Он должен предстать перед старейшинами Управления.

— Это заботы Управления. Очнитесь. Обязанности одного из Десяти Великих Созвездий должны быть для вас важнее временных полномочий главы какой-то службы.

Фш-ш-ш!

Уки поднял национальное сокровище 「Посох Жуи」. Красное пламя поползло по древку и стало синим.

Сверхспособность девятого уровня 『Адское пламя』 могла сжечь даже озеро или реку.

— Я заберу его сейчас же, отнесу к этим психам из Ордена Владычества❆ и сожгу у них на глазах. Лучшего способа заставить имперских тараканов расползтись не существует.

Старейшине Икмумба стало трудно дышать.

Достаточно Уки решить, что старик должен умереть, — и тот умрёт. Давление было таким, будто в горло вдавили кулак.

— Где заканчиваются мои полномочия и обязанности, решаю я сам. Маленький засранец.

Тирианштайн заговорил — и удушье сразу ослабло.

Старик поднялся в воздух. Его окружила плотная, величественная мана. По силе присутствия он ничуть не уступал богу огня напротив.

— Ты пришёл действовать ради безопасности Империи и при этом собираешься перечить мне, исполняющему обязанности главы Управления? Научись уважать учреждение, которое защищаешь.

Огонь вокруг Уки рванулся в обратную сторону.

— УВАЖАТЬ ТЕХ, КТО ДАЛ ИМПЕРАТОРА УБИТЬ?!

Они столкнулись.

Первым ударом стал 『Метеоритный дождь』.

Облака над зданием разошлись кольцами. С неба посыпались десятки огненных глыб.

— Вот поэтому я не люблю людей.

Тирианштайн поднял посох.

Перед ним раскрылся полупрозрачный голубой купол — усиленное посохом 『Поле искажения маны 進』.

ГРОХОТ!

Обычное осадное заклинание такой барьер развеял бы мгновенно. Но метеоры Уки вдавливались внутрь, как камни в стекло. От трения вспыхивало новое пламя, и оно тут же подпитывало своего хозяина.

Тирианштайн накладывал поле за полем, пока огонь не начал тонуть в искажении.

А-а-а!

— Прочь отсюда!

— Пожар!

Стражи и начальство Управления бросились врассыпную.

Икмумба же невольно задрал голову.

Над ним сталкивались два стихийных бедствия. Как будто извержение вулкана встретилось с цунами. Два Созвездия пытались смять друг друга не как люди — как древние божества и чудовища.

— Старик! Все Десять Великих Созвездий уже двинулись! Ты один из них и прекрасно знаешь: Данте Хиакапо всё равно не переживёт сегодняшний день! Сейчас важнее разогнать тараканов из Ордена Владычества❆!

— Потому что примкнувшие к Ордену Созвездия угрожают позициям вашего Пира Стихий. Вот что тебя беспокоит.

— Да нихуя подобного!!

Уки взревел, наращивая пламя.

Тирианштайн держался куда увереннее, чем тот ожидал.

И вдруг оба резко отлетели в стороны.

Между ними возник жнец высотой около тридцати метров.

— Что за...

— Ты...

Небо среди белого дня почернело. Из тьмы медленно опускалась женщина, укутанная огромными чёрными крыльями.

Она не показывалась миру несколько десятилетий.

Созвездие, занимавшее четвёртое место рейтинга.

Глава отряда ассасинов Жнеца, о связях которой с Императорским домом ходили давние слухи.

И когда-то — невеста Абраксаса.

Это была «Ведьма» — женщина, носившая титул Созвездия ЖнецаΩ.

— Где профессор Данте Хиакапо?

* * *

Путь к залу №17 оказался извилистым; меня то вели, то переставали вести, а затем снова начинали, но что-то постоянно мешало.

В конце концов, Уки и Тирианштайн вступили в схватку.

«Может, хоть оба сгинут», — подумал я.

Я наблюдал за их поединком издалека, пока не появилась незнакомая женщина в чёрном.

Я никогда прежде не видел её лица.

Но как только мой взгляд упал на неё, <синхронизация> обрушилась на меня шквалом информации.

— Значит, вот для чего всё это...

Звезда ЖнецаΩ, изначально находившаяся в непосредственной близости к Владыке вечного возвращения, обладала сведениями о Короле демонов.

Абраксас приблизился к ней с целью получения этих данных.

И как только он добился своего — он разорвал их связь.

— Значит, поэтому ты говорил, что любишь меня... Поэтому...

И тут я осознал, почему во время инцидента с Вольфгангом — того самого, с «Слоном» и «Рататуем», — отряд ассасинов ЖнецаΩ так яростно стремился меня уничтожить.

Затем <синхронизация> извлекла воспоминание ещё более давних времён.

Тогда Ведьма ещё не позволяла Абраксасу полностью себя очаровать и держала его на некотором расстоянии.

— Если желаешь получить меня, прими и мою боль.

Они танцевали на балу.

Позже они вышли на тёмную террасу.

Абраксас попытался её поцеловать, но женщина упёрлась ему ладонями в грудь и отстранилась.

— Люди света полагают, что все должны быть откровенны. А ведь без света не пришлось бы никого обманывать...

Она положила ладонь ему на щеку.

— Я хочу увидеть твою истинную сущность.

Чтобы окончательно завоевать её доверие и добраться до правды о Короле демонов, Абраксас впервые — и в последний раз — открыл своё настоящее лицо.

Лицо, которое она увидела тогда...

Я застыл на месте.

Ведьма посмотрела прямо на меня.

И тоже замерла.