Госслужащий в романтическом фэнтези (Новелла) Том 2 Глава 425 Солнце рано или поздно уходит в закат (1)

В самом благородном месте Империи наблюдается странный феномен: люди и звери сосуществуют друг с другом. Это действительно дико, но раз уж сам Император отмахнулся, сказав: «Это раздражает, но нам следует быть осторожными», — что тут поделаешь? Теперь Императорскому дворцу не остается ничего иного, кроме как превратиться в экологически чистое место, обнимающее природу.

По правде говоря, это вполне естественно. Взошедший на престол Император едва ли может прогнать животных, которых содержал его предшественник. Император обязан чтить желания даже своих далеких предков — так насколько же сильнее он должен лелеять питомцев своего предшественника? Их нужно беречь и заботиться о них, словно о памятниках природы.

Это может раздражать и расстраивать, но что поделать? Если человек наследует титул Императора по праву крови, ему надлежит относиться к своим предшественникам с глубочайшим уважением.

Проблема в том, что это уважение распространяется и на питомцев.

«Скорее всего, мне не стоит об этом беспокоиться».

В конце концов, это забота Императора, а не моя. Пока я не посещаю Императорский дворец, мне не придется иметь дело с бременскими музыкантами предшественника.

Конечно, как Крестный отец Наследной принцессы и Назначенный министр, я не могу полностью избежать визитов туда, но инциденты, подобные сегодняшнему, наверняка не будут случаться каждый раз. Имперские рыцари уж точно приложат все усилия ради собственного душевного спокойствия.

Но это и впрямь странно. Что именно произошло, раз курица смогла сбежать? Даже в деревне куры не сбегают, если просто запереть дверь как следует.

«Ее что, накормили каким-то магическим зельем?»

На мгновение я представил курицу, ломающую замки напитанным маной клювом. Если эта птица способна использовать ману, то ее побег придется признать оправданным.

— Ах, кстати, граф. Не могли бы вы уделить мне немного времени?

Как раз в тот момент, когда я воображал курицу, заклевывающую корову своим магическим клювом, Император заговорил со мной обыденным тоном.

— Я кое-что подготовил, зная, что вы придете сегодня. Раз уж вы здесь, я бы хотел, чтобы вы присоединились ко мне.

— Да, Ваше Величество. Будет исполнено.

Я кивнул на то, что по сути было приказом, замаскированным под предложение. Как я мог отказать, когда он фактически говорит: «Тебе сейчас нечего делать, так что давай немного поработаем вместе»? Это не похоже на попытку донимать меня в разгар дел, и, так как он подготовил это специально к моему визиту для отчета о наследовании титула, отказывать было бы неловко.

— Это удачно. Герцог Победы сказал, что освободится только к Новому году, если не сейчас, но на праздниках я сам буду занят. Я волновался, что делать, если вы скажете, что это затруднительно.

От слов Императора у меня по спине пробежал холодок. Значит, дело касается не только нас двоих, но включает и Герцога Победы?

«Что это вообще такое?»

Будь мы вдвоем, я бы решил, что это обычное поручение, но если замешан герцог, дело принимает серьезный оборот. Особенно если это Герцог Победы.

Я занервничал. Насколько мне известно, Герцог Победы в последнее время стал постоянным обитателем Генерального штаба, чтобы не привлекать лишнего внимания в качестве тестя Императора. Если даже он выкраивает время для этого дела, мне страшно представить, о чем идет речь.

— ...Ваше Величество, если позволите смиренно спросить, что именно я должен сделать? — после недолгого раздумья осторожно спросил я.

Раз я не мог догадаться сам, лучше всего было спросить напрямую.

К счастью, выражение лица Императора осталось совершенно спокойным, несмотря на мой вопрос. Не похоже, что это требует секретности или грандиозных приготовлений...

— Мы собираемся засвидетельствовать почтение Имперскому старейшине, так что вам нужно просто пойти со мной и склонить голову.

?...

— Я должен был нанести визит сразу после инвеституры, но Старейшина спал после недавнего извлечения крови. Я не посмел его будить, так что мы идем только сейчас.

Император тихо рассмеялся, но мне было не до смеха.

Имперский старейшина, у которого недавно брали кровь и который всё это время спал... Эти резкие слова сразу дали понять, о ком идет речь.

«Это Владыка Драконов».

Я уверен. Должно быть, он говорит о Владыке Драконов, дитя Императора Эйманкара. В конце концов, это императорская семья, где прямая линия пресеклась, а трон заняла побочная ветвь. В такой семье единственным, кого можно назвать Старейшиной, является Владыка Драконов.

«Твою ж направо».

Ругательство едва не сорвалось с языка, но я успел его проглотить.

Погодите, разве это нормально — вот так спокойно объявлять, что мы идем на встречу с Владыкой Драконов? Разве нам не следует сделать надлежащие приготовления и принести дары?

Конечно, если бы речь шла просто о заборе крови, как в случае с Фенелией, можно было бы пойти и с пустыми руками, но визит Императора — это почтение, которое потомок Великого Императора оказывает Старейшине. Неужели мы не должны подготовить более тщательную и величественную процессию?

— Он не любит шумихи.

Заметив мои мысли, Император усмехнулся.

Раз уж таковы его предпочтения, то ничего не поделаешь...

Скромная по имперским меркам процессия направилась к пещере, где обитал Владыка Драконов. Пещера располагалась на довольно пересеченной местности, так что масштабное шествие принесло бы только неудобства.

— Ждите здесь.

— Да, Ваше Величество.

Даже Имперские рыцари, сопровождавшие нас для охраны, остались снаружи, так что внутрь вошли только Император, Герцог Победы и я.

«В итоге всё всё равно пришло к этому».

Грудь сдавило. Я знаю, что исторически императоры навещают Владыку Драконов сразу после церемонии коронации. Также я знаю, что они идут не одни, а с узким кругом доверенных лиц. Прежний Император ходил с Управляющим Императорского двора, так что статус «подданного, видевшего Владыку Драконов вместе с Императором», является символом высочайшего доверия и благосклонности.

И теперь меня включили в число этих подданных. Я ожидал чего-то подобного с тех пор, как стал крестным отцом Наследной принцессы, но на душе всё равно было немного горько. Теперь даже в глазах Имперского старейшины я — императорский питомец.

— Вы пришли?

Отбросив горечь, мы прошли вглубь пещеры, и внезапно эхом раздался густой голос.

— Я спал, когда вы приходили раньше. Прошу прощения, что не поприветствовал вас.

Затем из темноты появилось нечто массивное.

«Ох».

Золотая чешуя, ослепительно сияющая даже во мраке, и пурпурные глаза, смотрящие на нас сверху вниз. Это несомненно был облик, достойный чада Великого Императора и нынешнего Владыки Драконов.

— Мы сами виноваты, что пришли без предупреждения, как вы можете извиняться? Прошу вас, заберите свои слова назад.

Пока я завороженно любовался обликом Владыки Драконов, Император почтительно поклонился в ответ на его извинения.

Это редкое зрелище, которое вряд ли удастся увидеть дважды за жизнь. Подумать только, существует существо, перед которым Император, стоящий ниже лишь небес, должен смиренно склоняться. Даже Папа был бы в лучшем случае равен Императору, но не выше его.

— Не говори так. Ты глава семьи Рибноман, несущий волю отца, и Император Империи. Если я буду относиться к тебе легкомысленно, отец будет сильно недоволен.

При словах Императора Владыка Драконов мягко покачал головой. Конечно, «мягко» это выглядело только с его точки зрения; с нашей же казалось, будто огромное здание качается из стороны в сторону.

— Кстати, Корвус, как поживает то дитя?

— Да. Он всё еще в добром здравии.

— Этот ребенок многое вытерпел ради Империи. Теперь он заслуживает мирной жизни.

Затем он медленно качнул хвостом. Будто почувствовал облегчение, услышав, что предшественник всё еще жив и здоров.

Возможно, даже с точки зрения Владыки Драконов марш невзгод, который предшественник терпел десятилетиями, был прискорбным делом.

— Гилберт, верно? Сколько ему теперь лет?

— Эйманкар Семнадцатый, сэр.

— Неужели прошло уже столько времени? Кажется, только вчера Десятый взошел на трон.

Мне было жаль Владыку Драконов, погруженного в воспоминания, но это был типичный комментарий глубокого старика. Эйманкар Десятый — это персонаж, который встречается только в учебниках истории. Тоже мне, нашел о ком вспомнить.

— ...Ох, я снова разговорился о былом.

К счастью, он, кажется, осознает, что рассуждает о древней истории.

— Что ж, значит, вы те, кто будет помогать этому ребенку.

Вынырнув из воспоминаний, Владыка Драконов перевел взгляд на Герцога Победы и меня. Пообщавшись вдоволь с Императором, он теперь проявил интерес к нам.

— Да, для нас это великая честь.

Следуя за Герцогом Победы, который ответил со всем почтением, я склонил голову, и наступил момент тишины.

— Белое дитя, этот меч сделан из моего когтя?

— Да, всё так. Это драгоценный дар, которым Его Величество милостиво наделил меня.

Герцог Победы склонил голову еще ниже при вопросе Владыки Драконов.

Меч, сделанный из когтя дракона — вещь, достойная статуса национального сокровища, а не просто имущества герцогской семьи. Герцог Победы смог владеть таким предметом только благодаря Владыке Драконов, который отдал свой коготь людям.

— Используй этот меч, чтобы разить врагов Императорской семьи и Империи. Тогда я не пожелаю большего.

— Я буду помнить об этом.

На немедленный ответ Герцога Победы отозвался негромкий смех. Похоже, дракона радовала мысль о том, что его коготь защищает Императорскую семью.

...Но мне интересно, каково это — видеть, как кто-то другой тщательно вытачивает твой собственный коготь и носит его с собой. Может, у драконов иные чувства, чем у людей...

— Хмм?

Внезапно смех прекратился.

— Черное дитя, хоть я и не разбираюсь в человеческих возрастах — ты кажешься необычайно молодым.

Я вздрогнул от этих слов. Меня много раз называли самым молодым, но неужели я выгляжу исключительным даже в глазах Владыки Драконов, прожившего триста лет? Неужели среди всех доверенных лиц прошлых императоров не нашлось ни одного похожего на меня?

Да ладно, должен же был найтись хоть один человек под тридцать, верно?

— Хотя он молод, его способностям нет равных. К тому же он — Крестный отец Наследной принцессы, что делает его почти столпом Императорской семьи.

— О-хо.

Император вступился за меня, пока я подбирал слова, но я не был ему благодарен.

Этот мерзавец, в его голосе слышны нотки едва сдерживаемого смеха.

— Что ж, тогда в будущем я еще увижусь с Черным дитя.

При этих словах я внутренне разрыдался.

......

Немного вздремнув и проснувшись, я услышал новость, что Гилберт отправился засвидетельствовать почтение Владыке.

Учитывая, что императоры обычно делают это сразу после коронации, визит запоздалый, но для такого существа, как он, месяцы времени практически ничего не значат. Вероятно, он не возражает.

Так что Гилберт, скорее всего, просто выслушает слова благословения и вернется. Мне не о чем беспокоиться.

— Оно почти добралось до Дворца Императрицы?

— Да, Ваш Прешественник.

...О чем мне стоит беспокоиться сейчас, так это не о Гилберте, а об этом существе, переполненном энергией.

Я на мгновение закрыл глаза, выслушав рапорт сира Романа, который оставил пост Командующего Королевской гвардией, чтобы служить моим охранником. Существо, спокойно моргающее у меня в руках, едва не стало причиной крупного инцидента.

Мало того, что оно сбежало, пока я спал, оно еще и устремилось именно к Дворцу Императрицы. Зверь едва не проник туда, где живет юная Наследная принцесса.

— Оно весьма энергичное.

— Это моя вина, что я не уследил за ним должным образом. Прошу, накажите меня.

— Нет нужды в наказании, раз никто не пострадал. К тому же я хорошо знаю вашу преданность, так что, пожалуйста, не говорите таких вещей.

Видя, как сир Роман склоняет голову еще ниже, я поправил перья на шее курицы. Я прикрепил бирки с именами к этим существам как раз на такой случай.

«Значит, это ты».

Наконец-то я смог рассмотреть именную бирку, скрытую в перьях.

«Наггет».

Одна из тех, что усердно несут яйца вместе с Прайдом и Овеном.

Я ослабил бдительность, потому что во время кормления она вела себя тихо. Теперь придется присматривать за ней повнимательнее.

Глава 426