Игрок, который вернулся спустя 10 000 лет (Новелла) Том 1 Глава 749 Пусть завтра будет таким же, как сегодня (2)
— Слушай, я давно хотел с тобой поговорить, — начал Кан У, прищурившись.
Он с укором посмотрел на жену.
— Тебе не кажется, что ты немного обнаглела? Даже если ты глава гильдии, уходить с работы в час дня — это уже перебор.
Кан У прекрасно понимал: Ёнчжу была прирождённым бойцом, а не управленцем. В коммерческих и организационных вопросах она разбиралась из рук вон плохо, поэтому основную работу за неё выполнял заместитель главы, Пак Хёну.
Но ведь и боевой командир должен подавать подчинённым хотя бы минимальный пример дисциплины. Что о ней станут думать рядовые члены гильдии, если их начальница даже видимость работы создать не старается?
— Не требую, чтобы ты была образцом трудолюбия, но какие-то рамки должны существовать. И вообще, детям такой пример ни к чему.
Как муж и отец Кан У чувствовал себя обязанным хорошенько отчитать супругу.
— Ну извини, — пожала плечами Ёнчжу. — Это ты у нас все разломы позакрывал. Мне теперь чем заниматься?
— Н-ну…
Некоторое время назад, после появления на Земле чужеродной сущности, которую игроки называли созвездием, Кан У занялся разломами особенно усердно. Теперь он закрывал даже те, которые прежде оставлял другим игрокам, и объездил всю страну.
В результате открытыми оставались разве что крошечные разломы в несколько метров поперечником. Привлекать к ним Ёнчжу было бы всё равно что выжигать таракана в квартире огнемётом.
Иными словами, жена сидела без дела потому, что муж слишком усердно работал.
— Ну ладно, с разломами сейчас тихо, — не сдавался Кан У. — Но должны же быть и другие обязанности! Управление, дела гильдии…
— Этим всем Хёну занимается.
Пак Хёну. Заместитель главы «Красной розы», на котором, по существу, и держалась организация, пока Ёнчжу числилась руководителем.
— Нашла оправдание! — возмутился Кан У. — Он же за тебя работает, потому что сама ты в управлении ничего не смыслишь! По сути, бедняга вынужден выполнять обязанности главы гильдии.
И тут же припомнил услышанное от сына:
— Канхён говорил, что у Хёну в неделю больше двадцати часов сверхурочных. Это правда?
— Ну да. Когда дел много, он задерживается.
Заместитель пашет по двадцать часов сверхурочно каждую неделю, а глава упорхнула домой в час дня?!
— Ёнчжу, даже самый ответственный человек не станет бесконечно работать за других без соответствующей оплаты…
— У Хёну зарплата сто двадцать миллиардов вон в год.
— …Ты бы ему хоть кровать в кабинет купила.
Десять миллиардов в месяц, значит. Что ж, иногда приходится практически жить на работе.
— К тому же никто не заставляет его столько вкалывать, — добавила Ёнчжу. — Он сам просит побольше работы.
— Сам? С какой радости?
Неужели ему мало забот в чужой гильдии?
— Потому что я ему долю выделила.
— А-а…
Сто двадцать миллиардов в год плюс доля в бизнесе. И это в «Красной розе» — одной из пяти сильнейших гильдий мира! Стоимость такой доли и представить страшно.
— Кстати, у тебя тоже акции имеются, — как бы между прочим сообщила Ёнчжу.
— У меня?
С чего вдруг у Кан У появилась доля в «Красной розе»?
— Ты мой муж, дубина. Вот я и отписала тебе кусочек своего пакета.
— Ох, бедная моя трудяжка! В такую жару на работу ездила, устала, наверное? Может, тебе плечики размять?
— Хе-хе. Сначала душ приму, — довольно отозвалась Ёнчжу и поставила сумку.
— А Лилит с Сольа где?
— Лилит по делам вышла, а родная с детьми в универмаг отправилась. Обещала поздно вернуться.
— Вот как?..
Значит, впервые за долгое время они остались с мужем совсем вдвоём.
— Хм-м…
Ёнчжу удовлетворённо промурлыкала и чуть потянула его за руку.
— Чего?
— Да ничего… Сейчас пойду мыться. И подумала: а не согласится ли мой любимый муженёк наконец-то сам помыть мне волосы?
— М-м?
— Ну пожалуйста. Я ведь тебе акций подарила, а?
Она искоса поглядела на него, в голосе прозвучала соблазнительная просительная нотка. Кан У не удержался от улыбки.
— Да я бы тебе волосы вымыл и без всяких акций, женщина ты моя.
— Хи-хи. Тогда вместе в душ!
— Ладно, идём.
Как же меняется наша Ёнчжу наедине с мужем! При всех язвит и дерзит, а вдвоём только и ищет повода поластиться.
Ш-ш-ш…
Под горячими струями душа клубился белый пар.
— На улице жарко, говоришь, а сама горячей водой моешься?
— Не знаю, как ты, а я даже в такую жару люблю под горячим душем постоять.
— Тут согласен.
Лето летом, а горячая вода в душе — святое.
— Муж, ну помой мне голову.
Ёнчжу прильнула к нему, точно ребёнок, выпрашивающий игрушку. От нежных прикосновений её тела он на мгновение едва не потерял голову, но насыщенное утро с Лилит обеспечило ему неожиданное спокойствие. Можно сказать, состояние мудреца, постигшего тщету плотских желаний.
Кан У щедро выдавил шампунь на ладонь и начал массировать ей волосы.
— А-ах, как приятно…
Ёнчжу довольно улыбнулась, откидываясь ему на грудь. Есть ведь разница между тем, чтобы разминать плечи самому, и тем, чтобы тебя разминал кто-то другой. И с мытьём головы то же самое. Особенно когда ласковые руки принадлежат любимому мужу.
— У-у… Я сейчас просто растаю…
Ощущения были несравнимы даже с посещением дорогого салона. Его сильные пальцы осторожно нажимали на кожу головы, и от макушки до самых лопаток растекалось сладкое тепло.
— Вода нормальная? — спросил Кан У.
— М-м… Это просто рай на земле…
— Я про температуру воды спросил.
Кто её просил описывать небесное блаженство?
— А-а! Просто вода так шумит, я н-не расслышала!
Ёнчжу покраснела и поспешно отвела глаза. Кан У усмехнулся и снова зарылся пальцами в её волосы.
— Сильно отросли.
Когда они познакомились, волосы Ёнчжу едва доходили до плеч.
— А что? Тебе больше нравится, когда у меня короткая стрижка?
— Даже не знаю.
Ёнчжу с короткими волосами или Ёнчжу с длинными… И тот и другой образ был по-своему прекрасен.
— Хотя давненько не видел тебя с короткими, — признался он.
— Так подстригусь.
— Вот так сразу решаешь?
Разве женщины не дорожат волосами чуть ли не больше всего на свете?
Ёнчжу улыбнулась, заметив его удивление.
— Для меня куда важнее, чтобы моему мужу нравилось.
— …
Вот поэтому оставаться с ней вдвоём так опасно. Контраст с её обычным задиристым характером просто убийственный.
— Ой, а это что там меня в попу тычет? — лукаво спросила Ёнчжу.
— Кхм.
— Хе-хе. Что, мерзавец, нравится с женой мыться? А? Признавайся!
Она вызывающе покачала бёдрами. Кан У невольно сглотнул. Мудрость, добытая в утренних объятиях Лилит, стремительно растворялась в накатывающем желании.
«Нет, надо поберечь силы…»
Сегодня ведь вечером очередь Сольа. Днём следовало отдохнуть и восстановиться и физически, и душевно.
— М-м… Чего ты застыл? — протянула Ёнчжу.
«Надо отдохнуть…»
— Муженёк, ну пожалуйста-а…
«Да, именно отдохнуть…»
— Я столько дней тебя не видела… Так скучала…
«Чёрт…»
— А ты? Ты совсем по мне не скучал?
— А, к дьяволу всё!
Ну и ладно! Будь что будет!
— У-ух! Как же хорошо!
После долгого-долгого душа супруги включили кондиционер на полную мощность и без сил рухнули на диван. Ёнчжу схватила лежавший рядом тонкий плед и завернулась в него, словно в кокон.
— Хи-хи. Вот что на свете лучше всего: врубить кондиционер, чтобы зуб на зуб не попадал, и залезть под одеяло! Правда, муж?
— Ага… Правда.
— Ты чего такой квёлый?
— Из-за тебя, бессовестная женщина.
После долгой разлуки Ёнчжу явно решила восполнить все упущенные возможности, и её пыл превзошёл даже привычный уровень.
«Чувствую, скоро от меня одни кости останутся».
Сначала Лилит, теперь Ёнчжу. Даже его легендарной выносливости это начинало казаться чересчур.
— Н-ну… — Ёнчжу смущённо хихикнула. — Я и правда увлеклась. Давно ведь не виделись…
Она подползла к нему, накинув плед на плечи, словно королевскую мантию.
— Иди ко мне. Давай вместе укроемся.
Она устроилась спиной у него на груди и накрыла их обоих. Мягкое прикосновение, запах свежевымытых волос, лёгкое тепло пушистого пледа… Всё это было удивительно уютным.
— Ну как? Хорошо?
— …Кхм.
— Ха-ха, смотрите-ка, муж покраснел! Ути-пути, какой у меня милый муженёк!
Ёнчжу повернулась и игриво похлопала его по ягодице. Кан У смотрел на неё с противоречивыми чувствами.
«И до чего я докатился?»
Некогда он властвовал над Девятью кругами ада, а теперь жена щиплет и шлёпает его по заднице, сюсюкая, будто с младенцем. Демоны, знавшие своего Повелителя прежде, наверняка попадали бы в обморок с пеной у рта, увидев такое зрелище.
«Хотя какое это имеет значение?»
Пусть называют королём, пусть обращаются как с ребёнком. Главное — быть счастливым.
— Может, посмотрим что-нибудь на Netflix?
— Давай. Что включим?
— Не знаю. В последнее время там нечего смотреть.
Обнимая Ёнчжу сзади, Кан У долго листал каталог. В конце концов они выбрали какой-то голливудский боевик и включили его скорее для фона, наслаждаясь объятиями друг друга.
— Во! Давай! Круши их! Всех поубивай! — орала Ёнчжу.
— Да с чего они вообще дерутся?
— А чёрт их знает.
— Не знаешь — так чего орёшь, чтоб всех поубивали?
— Да ради этого голливудские боевики и смотрят!
На экране гремели взрывы, машины летали, точно игрушечные. Герой и злодей, чьи мотивы уже никто из зрителей не понимал, с остервенением палили друг в друга, попутно разнося полгорода.
И тут в самый опасный момент на мотоцикле эффектно появилась героиня, спешившая на выручку главному герою.
— О-о…
Да уж, у западных актрис действительно встречаются весьма выдающиеся достоинства. Взгляд Кан У невольно задержался.
— Эй!
— Ай!
— Значит, любишь смотреть на большие сиськи? А?! Настолько любишь?!
— Да нет, я не…
— Даже не отпирайся! Ты только что сказал «о-о»!
— Я… хотел сказать «о, как здорово, что мы наконец-то вдвоём кино смотрим».
— Да не вешай ты мне лапшу на уши!
Ёнчжу фыркнула и демонстративно отвернулась.
— Ну ладно тебе, родная. Подумаешь, у той актрисы грудь большая. Зато она и рядом с тобой по красоте не стояла.
— …По-моему, она симпатичная.
— А ты в тысячу раз красивее.
— …Правда?
Ёнчжу слегка повернула голову.
— Простила?
— Нет ещё.
— Ну а что мне…
— Сиди смирно.
— А?
Ёнчжу забралась ему на колени и поцеловала. Поцелуй длился долго, пока у обоих не перехватило дыхание.
— Фу-ух…
Она отстранилась, коснулась губ пальцами и застенчиво улыбнулась.
— Теперь простила.
Кан У молчал. От её ласки он на мгновение совсем забыл, как разговаривать.
Ёнчжу подтолкнула его назад, заставляя откинуться на диван.
— До возвращения детей ведь ещё… есть время?
«Чёрт. Нет. Только не снова».
Он и правда больше не мог.
— М-м…
Не мог…
— Хе-хе. Руки холодные? Давай согрею.
Точно не мог.
Ни в коем случае.
— Люблю тебя, муж мой.
…А может, всё-таки мог.
Определённо мог.
Ещё как мог.