Инструкция по эксплуатации Регрессора (Новелла) Том 1 Глава 1213
Замок Демонического Лорда Закатного Света, Последняя история (6)
Я как раз подумал, что не помешало бы включить какую-нибудь обнадёживающую музыку. Атмосфера постепенно накалялась.
Хотелось бы, чтобы создалось ощущение, будто герои, ищущие возможность для контратаки, наносят удар по верхушке замка демонического лорда.
— Мелодия отваги!
«А ведь у нас был музыкант».
Я увидел, как У Хёёль криво усмехнулся. Он так сильно изогнул уголок рта, что казалось, тот вот-вот порвётся.
Было видно, как он без всякой причины напряг руки и ноги.
Другой человек не понял бы, что он делает, но я видел, что парень радуется.
Причём очень сильно.
Мне было непривычно видеть, как он беспокоится обо мне, но, похоже, время, что мы провели вместе и которое оставило глубокое впечатление, не прошло даром.
— Ха… ха… ха-ха.
Надо же, как ему было смешно, раз смех прорывался сквозь стиснутые губы. Хоть времени прошло и не так много, я чувствовал удовлетворение от того, что взрастил его, как драгоценный камень.
Парень тут же поднялся и…
— Умри.
Бросив эту короткую фразу, он с силой топнул ногой.
— Если проблема в глазах, закройте один. Я могу обеспечить вам обзор.
— Глупец. За кого ты меня принимаешь? С этой соплячкой… я и с закрытыми глазами справлюсь.
— Бравада…
— Хм. Посмотрим, бравада это или нет.
Конечно, это была бравада.
Похоже, он всё-таки решил, что закрывать глаза — это перебор. Я видел, как он, широко раскрыв оба глаза, смотрел на ноги Ким Йери.
Хотя даже это уже было достойно восхищения. Фактически, это было равносильно тому, чтобы реагировать на атаки противника, полагаясь лишь на шестое чувство.
— Глупая! Как вы глупы!
Он отбил взмах кинжала Ким Йери, перехватив свой меч обеими руками.
— Как… ты это сделал?
— Хм.
— Как ты смог узнать? Отвечай на мой вопрос, смертный. Если дашь удовлетворительный ответ, я с радостью сделаю тебя своим рабом и заставлю утопать в наслаждении.
— Не самое заманчивое предложение.
— Наглец!
— Если так хочешь знать ответ, я скажу.
— …
— Это талант.
Как бы неприятно это ни звучало, но У Хёёль был прав. Такое мастерство можно было объяснить только талантом.
Среди множества сильных бойцов, которых я встречал, было не так много людей, способных на такое.
Нет, правильнее будет сказать, что их не было вообще. Его стиль боя был слишком уникален.
Ближе всех к нему была Ча Хира, но у этого парня такого рода инстинкты были развиты ещё лучше.
Словно дикий зверь, инстинктивно чувствующий опасность, его способность предчувствовать кризис и чисто физические данные были развиты до непостижимого уровня.
— Какой же вы невыносимый.
— Разве не ты сам хотел, чтобы я выглядел увереннее?
— Я не думал, что вы будете настолько невыносимы. Позвольте дать один совет…
— Хочешь сказать, чтобы я использовал членов группы?
«Если знал, почему не делал?»
— Наверное, ты хочешь сказать, чтобы я использовал свои сильные стороны. Быть упорным и злобным… словно валяешься в грязи. Вот что ты хочешь сказать, верно?
«Нет, я спрашиваю, если вы знали, почему не делали?»
— Противник вымотан. Самый разумный способ — затянуть бой, но у нас нет на это времени, так что…
— Значит, нужно давить, даже если придётся вцепиться в штанину.
— Сражайтесь грязно. Подло и низко. Настолько упорно, чтобы даже тот, кто сильнее вас, господин Хёёль, не хотел с вами связываться. Не нужно вести высокоуровневый бой или ломать голову над тактикой. Утащите противника вниз. На самое дно морское.
Гордец ничего не ответил. Но это не означало, что он проигнорировал мой совет.
Он начал с того, что поднял палец и подал сигнал членам группы. Им Чхэрён скрылась, а Намгун Сон начал читать заклинание. Но Дамхе сменила мелодию, готовясь к совершенно иному бою.
Стиснув зубы, У Хёёль взмахнул мечом. Он нанёс удар, не глядя на противника, но именно в этом и был смысл.
На первый взгляд, это была беспорядочная атака. Хотя Ким Йери явно превосходила его в скорости, он неотступно преследовал её, истощая её силы.
Видеть он мог только её ноги, поэтому катался по земле, полз, едва касаясь пола, поднимал тучи пыли и упрямо целился ей по ногам.
Это был простой приём, который не сработал бы на противнике определённого уровня, — точнее, приём, который использовали бы разве что уличные хулиганы. Но когда его применял кто-то вроде У Хёёля, это создавало давление.
Его действия были непредсказуемы, и невозможно было угадать, что он выкинет в следующий момент. Ким Йери впервые столкнулась с таким типом противника и была озадачена не меньше.
— Ч-ч! Какая недостойная битва.
— Надо же, нашёлся идиот, который ищет в бою достоинство.
Он швырял меч; когда нужно было ударить ногой — бил кулаком; когда стоило разорвать дистанцию — сближался; когда пора было поднять меч — пинал обломки; а когда нужно было взмахнуть клинком — бросался вперёд всем телом.
Эта грязная драка, которую даже я не мог ни понять, ни проанализировать, затягивала королеву суккубов в грязевую трясину.
«Нет, ну если ты так можешь, почему до сих пор этого не делал?»
Даже Уильям вёл бой так уверенно, словно к нему вернулась память, так что моё недоумение было вполне естественным.
— Господин Уильям…
— Да.
«Кажется, тут и комментировать нечего…»
Знаете, бывает, когда растишь двоих детей: с одним куча хлопот, а другой растёт себе и растёт.
Пример не самый подходящий, но именно таким мне и виделся Уильям.
Он понимал себя. Он хорошо знал, что не сможет пойти по тому же пути, что и У Хёёль, и что у него есть фатальный недостаток.
В некотором смысле, он был полной противоположностью У Хёёля. Его основы боя всегда были каноничны, а его сила была выкована не талантом, а упорным трудом.
Не то чтобы у него совсем не было таланта, но…
«Факт оставался фактом: сравнение было не в его пользу».
Он наносил удар мечом, которым взмахивал сотни, тысячи, десятки тысяч раз, по той же траектории и в тот же момент, выстраивал идеальный строй с членами группы… Казалось, каждое его действие было заранее оговорено.
Говоря очевидные вещи, мне больше по душе был Уильям, а не У Хёёль.
«У Хёёля достоинства не просто нет, его нет от слова совсем».
И я не понимал, что в нём крутого.
— Вы отлично справляетесь.
— Хм.
— Нет, я не вам, господин Хёёль.
— …
Он проявлял невиданную доселе смелость, так что я не мог не кивнуть.
Он отказался от маны, защищающей тело, и предельно сконцентрировал её в мече.
С каждым взмахом меча в воздухе расцветал красный цветок.
Пространство, в котором мог действовать безумный от крови священный воин, постепенно сужалось, а территория Уильяма, наоборот, расширялась.
Интересно, понимает ли У Хёёль, что одно лишь понимание «ходов» может дать такое преимущество в бою?
Блокировать и атаковать. Просто, но способность уловить эту простоту даётся не каждому.
«Цветок и Изобилие» двигались как единое целое, словно у них выросли крылья.
«Ты ведь тоже так мог, так почему, чёрт возьми…»
— Для грязного насекомого вы неплохо держитесь.
— Хм.
У Хёёль взмахнул мечом.
— Чёрт! Кровь…
С одной стороны шла битва, в которой продолжали расцветать красные цветы, а с другой — грязная драка, словно кто-то валялся в грязи.
«Может получиться».
Может, и вправду получится.
Дошло до того, что я не чувствовал необходимости их тренировать прямо сейчас.
Пак Докку, Ан Гимо и Ким Йери не поддавались им. Конечно, их тела были не в лучшем состоянии, но Уильям и У Хёёль получали именно то, чего хотели трое из Пакгири.
У Хёёль привыкал к скорости и техникам Ким Йери, а Уильям становился настолько метким, что мог оставить точку на щите Пак Докку.
«Они же эволюционируют».
Они в точности следовали клише о росте во время битвы.
Всё, что я делал, — это время от времени подбрасывал болтовню и шутки.
«Но эффект-то был налицо».
— Господин Хёёль, вы ведь не устали?
— Ха-а… ха-а… не говори ерунды.
— Господин Уильям, ваш меч замедляется.
— Простите. Фу-у… фу-у…
— Нет. Мне не нужны извинения.
«Опыт важен. Опыт».
— Вы помните?
— Что? Конечно… конечно, я помню.
— Тогдашний господин Уильям был поистине силён.
Сказав очередную банальность, я продолжил:
— Я считаю, что настоящая сила господина Уильяма в том, что он никогда не сдаётся. Конечно, это звучит слишком банально и может не тронуть ваше сердце, но…
— …
— …
— Как я это вижу, господин Уильям всегда был претендентом. Всегда в роли того, кто бросает вызов. Даже когда он сталкивался с трудностями, убегал и боялся, он никогда не переставал карабкаться наверх, словно альпинист, который в конце концов достигает вершины и водружает там флаг. Наверное, господину Уильяму трудно представить, насколько это выглядело круто. Насколько возвышенно и прекрасно.
— Такое…
— Падая и терпя поражение, вы всё равно поднимались и готовились к следующему шагу, даже убегая, в конце концов возвращались и продолжали взбираться на гору… Не сдаваться — это величайший талант, что превосходит любой другой.
Как раз в этот момент я увидел, как он, отлетев от щита, покатился по полу.
Естественно, после такой похвалы он не мог просто так лежать. Словно подтверждая правоту моих слов, он тут же вскочил на ноги и нарисовал в воздухе красный цветок.
Казалось, ему точно сломали кость, но он, стиснув зубы, терпел боль.
— Вы меня перехваливаете.
— А мне тебе нечего сказать?
— Нечего.
— …
— А какие слова нужны? Господин Хёёль ведь гений.
— Хм.
«Этот засранец из тех, кого нужно постоянно и утомительно хвалить: "молодец, молодец"».
Словно услышав удовлетворительный ответ, У Хёёль снова с силой топнул ногой.
С улыбкой на губах он подпрыгнул, словно взорвав все мышцы своего тела.
Каким бы ни был процесс, исход этой битвы был уже предрешён.
— А ты замедлилась.
— Чёрт! Как ты, ничтожный смертный, смеешь! Смеешь!
«Ладно Ким Йери, но вот как он умудряется выдавать такие фразы, как «А ты замедлилась», — для меня загадка».
— Крови! Больше крови! Кха-ха-ха-ха-хат!
— Я больше не попадусь на тот же трюк.
— Хм! Прочь с дороги! Я с ней разберусь!
— Не смеши меня, Страж Врат Тёмного Щита! Она — моя добыча!
«Похоже, у них была механика раскола».
Если хладнокровно проанализировать поле боя…
На самом деле, предела достигли как раз трое из Пакгири.
«Они знают, что те растут».
Наверняка им хочется отдохнуть. Ким Хёнсон не стал бы сражаться с ними вполсилы, так что их внутренности, должно быть, превратились в кашу.
Тем не менее, им ничего не оставалось, кроме как продолжать бой.
Ведь они тоже желали, чтобы У Хёёль и Уильям росли.
Они исправляли плохие привычки Уильяма, которому недоставало опыта, и подсказывали, как атаковать более эффективно.
Ким Йери же начала всерьёз демонстрировать фехтование Ким Хёнсона. Это было лишь подражание, но она лучше кого-либо знала, что это им поможет.
Конечно, это тоже было вопросом времени.
«Неизвестно, как долго Чон Хаян, Хан Сора и Чо Хеджин смогут сдерживать Ким Хёнсона…»
Возможно, он уже ищет меня.
— Не-е-ет!!!! Я! Чтобы я! Какому-то жалкому человеку!
«Идеальный момент».
— Чёрт возьми! Глупец! Это всё из-за тебя, Страж Врат Тёмного Щита!
— Это я хотел сказать!
«Отлично».
[Основной сценарий: Раненная королева суккубов Владыки Закатного Света, Очаровательная Йериэль, умолкает.]
[Основной сценарий: Страж Врат Тёмного Щита Владыки Закатного Света, Бакдокку, умолкает.]
[Основной сценарий: Безумный от крови священный воин Владыки Закатного Света, Аргирмо, умолкает.]
Сразу же после этого послышались голоса.
— Ха-а… ха-а… Ли Киён… ты… где ты сейчас?
— Фу-у… ха-а… Господин Ли Киён. Где вы? Отзовитесь немедленно.
И всё же.
«Этого ещё недостаточно».
На этот раз им предстояло пережить настоящие боли роста.