Инструкция по эксплуатации Регрессора (Новелла) Том 1 Глава 814

— Ты слышала? Чтобы подземелье было пройдено, Оппа должен ожить. Со-Сора. Говорят, только тогда мы снова увидим небо!

— Ох! Это… ка-какое облегчение!

— Мир без О-о-оппы лишен всякого смысла, он заслуживает лишь разрушения. Похоже, система тоже так рассудила. Вот почему она превратила континент в подземелье.

«И когда ты только успела…»

— П-поэтому нам явно дали выбор. Д-думаю, все будут сотрудничать. К-конечно, я не верю, что эти тупицы и идиоты на что-то способны… н-но всё же на кону их жи-жизни. Будет очень смешно, если они в-все умрут. Правда же?

— А… да.

— Сора не умрет, так что можешь не волноваться.

— Да… спасибо вам, Чон Хаян-ним. Но важнее другое… вы сейчас в порядке?

— А?

— Ваша мана.

— Н-неважно. Т-такое количество восстанавливается быстрее, чем тратится… Сора, скоро ты тоже станешь такой.

Чон Хаян тихо закрыла книгу и посмотрела в окно.

— К-к-красиво. Правда?

Хан Сора, глядя на пейзаж за окном, тоже едва заметно кивнула.

Сложно было подобрать эпитеты, чтобы описать этот пир падающего света и череду взрывов в иссиня-черном пространстве ночи.

Монстры и нежить, осаждавшие ворота Линделя, гибли с истошными криками, взрываясь один за другим, но на лице Чон Хаян не дрогнул ни один мускул.

Видя, как она поддерживает магию высшего порядка, параллельно читая книгу, Хан Сора смотрела на неё со смесью благоговения и страха.

— В Магической башне ведь молятся, да?

— Да… скорее всего, сейчас они возносят молитвы. Ах! Кстати, говорили, что скоро будет собрание… мне передать, что вы заняты поддержанием заклинаний?

— Кто-кто придет?

— Придут гильдмастер и Пак Докку-ним.

— Т-тогда пойдем.

— Да. Тогда я все подготовлю.

— А! Подожди, Сора. Там п-появилось что-то крупное…

Глядя на то, как гигантская молния падает с небес и испепеляет тело огромного монстра, понимаешь, что титул «Богиня Магии» — это вовсе не преувеличение.

— П-прямое попадание. Теперь пойдем.

— Хорошо.

«Наверное, у всех сейчас одно и то же».

Естественно, все гильдии и группы сейчас проводят экстренные совещания. Когда меняются условия выживания, меняется и направление действий.

Случившееся можно назвать радикальной сменой среды обитания, так что во всех организациях объявлена чрезвычайная ситуация.

Особенно учитывая, что гильдия Паран была вовлечена в это настолько глубоко, что ее можно считать эпицентром инцидента.

Однако меня не покидало беспокойство о том, в какую сторону может свернуть их обсуждение.

«Черт…»

Я переживал о том, к каким выводам придет Ким Хёнсон.

Он не может не понимать, почему условий для прохождения подземелья именно два. Он наверняка осознал связь между воскрешением Святого Света и концом всего живого.

«Из-за того, что он это явно скрывает, я волнуюсь еще сильнее».

В целом считается, что континент, на котором был принесен в жертву Сын Света, — это подземелье, созданное специально для Ли Киёна.

Вероятность мала, но если Хёнсон решит, что вариант «конец всей жизни» — это путь к началу 3-го раунда, то дело примет скверный оборот.

Сколько раз он говорил, что хочет увидеть закат и просил убрать тьму?

Сейчас он изо всех сил защищает континент с мечом, который я ему дал, но если он решит, что надежды нет, я боюсь, что он выберет первый вариант.

Даже не имея уверенности, что гибель всего живого запустит 3-й раунд, в худшем случае Ким Хёнсон ухватится за эту призрачную надежду.

Тогда может родиться тот самый «Черный Хёнсон» из моих кошмаров.

«Этому не бывать. Нельзя этого допустить».

И дело даже не в том, что все пойдет прахом, а в том, что сам Ким Хёнсон никогда не сможет себя простить.

Наш регрессор и так достаточно настрадался, и если он собственными руками уничтожит человечество, я гарантирую: он не выдержит этого груза, даже если действительно начнется 3-й раунд.

«Нет, ладно, пока не будем об этом».

По крайней мере, внешне казалось, что он не воспринимает нынешнюю ситуацию слишком трагично.

Если спросить, как он к этому относится, то больше всего подошло бы «ему всё равно».

На самом деле, не только ему. Было стойкое ощущение, что Чон Хаян, Пак Докку и все остальные члены гильдии даже рады такому повороту.

— Нуна! Садись здесь. Я видел, как там снаружи всё полыхает. Ты как, нормально себя чувствуешь, если постоянно так колдовать? Благодаря тебе солдатам на стенах стало гораздо легче… А, кстати, ребята просили обязательно передать тебе благодарность.

— Про… про Богиню Магии… говорили что-нибудь?..

— А как же, я их уже просветил. Сказали, что всё поняли и обязательно заглянут в святилище в подвале Магической башни.

В дверях показался Пак Докку. Он был весь в крови — видимо, только что вернулся с передовой.

Похоже, он был искренне рад видеть Чон Хаян. А может, он тоже по-своему ликовал из-за случившегося.

— Чувствую, у нас наконец появилась надежда. Подземелья ведь созданы для того, чтобы их проходили, верно? Если условие победы — воскрешение Братана, значит, точно есть способ его спасти. Это доказывает, что всё, что делали наш Братишка, Нуна и наша гильдия, было не напрасно. Братан обязательно оживет.

— Я тоже думаю… что так даже лучше. С того момента, как всё началось, нам постоянно шлют официальные письма. Спрашивают, можно ли осмотреть тело Ли Киёна-аджосси. Предлагают вместе искать решение. Вдруг, мол, есть другой путь.

— …….

— Не понимаю, по какому праву люди, которым до этого не было дела, пытаются влезть к нам. Бесит. Сначала смотрели на нас как на безумцев… Твердили, что Хёнсон-оппа должен смириться, что пора пережить смерть аджосси… А теперь посмотрите на них. Стоило их собственным шкурам оказаться под угрозой, как они тут же стали такими жалкими.

— Ха-ха… ха. Я понимаю твои чувства, но… не стоит их так сильно ненавидеть. Всё это лишь из-за страха.

— Ан Гимо-аджосси, ты слишком мягкий. Когда нужна сила, они бегут к Хаян-онни и Хёнсону-оппе с просьбами. А когда опасность минует — игнорируют и ни во что не ставят. Я всё же считаю, что хорошо, что так вышло. Наступили времена, когда без нас они — ничто.

— Кхм… Ну, нет нужды говорить так резко…

— Докку-аджосси ведь в душе со мной согласен.

«Эту малявку тоже надо будет как-нибудь воспитать».

Я прекрасно понимал, о чем говорит Ким Йери и что у неё на уме, но меня пугало, насколько она озлоблена.

Не то чтобы она была неправа, но здоровым такое мышление точно не назовешь. Ю Аён, которая до этого молча наблюдала, тоже медленно подала голос:

— Вообще-то… я согласна с Ким Йери-ним. Слишком много грубости. Многие ведут себя так, будто защита их жизней — это прямая обязанность гильдмастера. Словно он должен им это по умолчанию.

— Герой по определению обязан нести это бремя.

— Но, Чханнёль-а.

— Мне это тоже не по душе… но таков порядок вещей.

— …….

Когда атмосфера стала совсем гнетущей, Хван Чонён с улыбкой вмешалась:

— Что-то у нас совсем невесело. Конечно, я знаю, что снаружи всё плохо, но именно в такие моменты нужно улыбаться. Как сказал Докку-сси, сам факт существования подземелья официально подтверждает, что вице-гильдмастер может вернуться. Высказывать мнение — это хорошо, но не позволяйте личным обидам мешать делу… вы ведь все это понимаете?

— …….

— О дальнейшем курсе гильдии сейчас совещаются тимлид Ким Миён, гильдмастер и Хеджин-сси. Давайте лучше подождем их, болтая о чем-нибудь приятном.

За исключением Альпс, которая, будучи самой младшей, просто испуганно следила за реакцией остальных, все понемногу разговорились.

— Кстати, кто-нибудь слышал, как там Нуна Элена?

— Кажется, она сейчас ищет, к кому бы примкнуть. Ей, должно быть, сейчас непросто.

Чон Хаян не слишком активно участвовала в беседе, но, похоже, ей нравилась эта оживленная обстановка, которой в гильдии не было уже давно.

Она сидела рядом с Хан Сорой, иногда вставляя короткие замечания, и даже пообещала, что сама приведет эльфов в Линдель.

Спустя некоторое время в зале появились Ким Хёнсон, Чо Хеджин и Ким Миён.

Ким Хёнсон и Чо Хеджин заняли свои места, а тимлид Ким Миён сразу начала готовиться к брифингу. В этот момент я заметил, как Чон Хаян мельком взглянула на мое пустующее кресло, и у меня защемило в груди.

Разумеется, это место до сих пор никто не занял. Если бы кто-то другой сел туда или если бы кресло убрали, мне, наверное, было бы чертовски обидно.

Вскоре Ким Миён начала говорить, и атмосфера мгновенно стала серьезной.

— Как вы все и предполагали, приоритетная цель гильдии Паран — прохождение подземелья мифического ранга «Континент, где был принесен в жертву Сын Света». Никакая другая задача не может стоять выше этой.

— …….

— До тех пор, пока не будет собрана точная информация о методах прохождения, мы сосредоточимся на защите континента от внешних угроз.

— Ты про волны монстров?

— Про все угрозы, включая волны монстров. В широком смысле — это Теократия, в более узком — Линдель, и в самом приоритетном — защита интересов гильдии Паран.

— Что это значит на практике?

— Велика вероятность начала полномасштабной войны.

— …….

— Другие города и страны, скорее всего, придут к тем же выводам, что и мы.

— То есть…

— Мы полагаем, что уже через несколько месяцев на всем континенте начнется голод. В малых городах с плохой логистикой склады опустеют меньше чем за месяц, да и в крупных городах ситуация не лучше. Начиная с Федерации, которая едва восстановилась, хаос охватит все земли. В связи с этим гильдия Паран намерена подготовиться к худшим сценариям.

— …….

— А как же голод?.. Разве Комитет по защите нового континента не должен взять это под контроль?

— Теократия не примет политику, продвигаемую Комитетом. Они не доверяют системе, которой те управляют, и считают, что должны сами реагировать на любые перемены. Союзные отношения с нейтральной страной Райос сохранятся, но госпожа Оскар официально… точнее, неофициально определила Федерацию, Королевский Альянс и Республику как потенциально враждебные силы.

— …….

— Возможно, большой войны и удастся избежать, но гильдия Паран будет действовать, исходя из худших прогнозов. Мы будем наращивать мощь, держась заодно с нашими вечными союзниками — Черным Лебедем и Красными Наёмниками.

— Красные Наёмники… а что Красная Нуна?..

Пак Докку, вероятно, получил ответ на свой вопрос в ту же секунду.

*Ква-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-анг!!!*

Раздался оглушительный грохот, от которого содрогнулся весь город.

Сидящие в зале рефлекторно вскочили, но быстро поняли, что этот звук издал не враг.

В поле зрения появился красный зверь, с головы до ног залитый кровью, неистовствующий у внешних стен.

Похоже, магия, которую поддерживала белая волшебница, его совершенно не смущала.

Зрелище того, как зверь сражается, принимая удары на себя, круша и разрывая врагов на части, было по-своему прекрасным.

Красный зверь, вызывающий скорее восхищение, чем страх, и восторг, чем ужас, наконец замер на горе из тел врагов, превращенных в кровавое месиво.

Издав яростный рев, она наконец заговорила:

— …….

— …….

— Кажется, теперь я окончательно протрезвела.