Инструкция по эксплуатации Регрессора (Новелла) Том 1 Глава 871

'И чего он такой серьезный?'

Конечно, не было ни единого раза, чтобы Ким Хёнсон не был серьезен, но сейчас его лицо казалось еще более решительным, чем обычно, и это заставляло меня нервничать.

'Ну, серьезность — это хорошо. Так лучше погружаешься в атмосферу.'

Глядя, как он с широко расправленными крыльями цвета заката смотрит на огромного злодея прямо перед собой, я отчетливо понимал: мы и в самом деле подошли к концу сценария.

Он, должно быть, и сам понимает: на этот раз права на ошибку нет.

Неудивительно, что он напряжен сильнее обычного. В конце концов, эту возможность совместными усилиями создали члены гильдии Паран.

Может показаться, будто им всё дается легко, но гильдия Паран не всесильна.

В отличие от Чон Хаян, способной постоянно восполнять ману, ресурсы остальных членов гильдии были ограничены.

Запас святости Элены и Сон Хиён тоже имел предел, не говоря уже о мане Хван Чонён. Нельзя было списывать со счетов и физическое истощение бойцов авангарда.

Как и ожидалось, многие из них выглядели совершенно вымотанными. Повсюду на телах виднелись раны, которые еще не успели исцелить святостью, а состояние снаряжения оставляло желать лучшего.

Им стоит поаплодировать уже за то, что они сумели довести Ким Хёнсона до этого этапа, сражаясь со столь высокоуровневым монстром.

'К тому же, их миссия на этом не заканчивается.'

Цель группы — максимально устранить препятствия и всецело помогать Ким Хёнсону, чтобы он мог сражаться в благоприятных условиях.

А значит, тяжелая битва предстояла не только ему.

Члены гильдии, выстроившись в защитное построение, тут же приготовились к следующей схватке. Продолжать бой в окружении, находясь в самом центре вражеского лагеря, не любят даже самые опытные авантюристы.

И гильдия Паран — не исключение. Пространство для маневров Чо Хеджин будет ограничено, и защитить весь арьергард в одиночку ей не под силу.

То, что Сон Хиён и Хван Чонён надели экипировку для ближнего боя, было вынужденной мерой, минимумом для самообороны.

— Братец. Возвращайся целым.

— Мы рассчитываем на вас, гильдмастер.

— Сил тебе, оппа.

— Гильдмастер. Тогда увидимся чуть позже.

— Гав!

Каждый провожал Ким Хёнсона по-своему. Даже Белыш.

Он слегка кивнул и снова широко расправил крылья.

Сон Сугён продолжал что-то болтать, но Ким Хёнсон оставался непоколебим. Его цель была ясна, а всё остальное просто не имело значения.

Стоило Ким Хёнсону рвануть вперед, как члены группы тут же возобновили бой.

Вернее, не только гильдия Паран. Никто не собирался отступать в битве, определяющей судьбу континента.

Отовсюду доносились звуки взрывов и крики.

Лица солдат, выкрикивающих имя Сына Света и раз за разом бормочущих имя Бога Закатного Света, были напряжены. Жрецы, сами того не осознавая, не сводили глаз с мечника закатного света, излучающего ослепительное сияние.

Наверняка этот вид вселял в них мужество.

Давал силы сражаться.

Дарил надежду.

Сейчас Ким Хёнсон казался существом, более близким к богу, нежели к человеку, но в то же время он оставался человечным как никогда.

Одно лишь выражение его лица и его действия обладали непреодолимой силой, заставляющей людей невольно следовать за ним и верить в него.

Становилась понятна и одержимость Сон Сугёна. Конечно, его мотивы были несколько иными, но Ким Хёнсон...

'Ты — настоящий герой.'

Ким Хёнсон и впрямь был героем.

Причем самым идеальным и потрясающим. Чёрт.

С оглушительным «БУМ!!!» мечник закатного света столкнулся с Сон Сугёном, поглотившим душу Сына Света.

Казалось, сияние заката разливалось повсюду, где проносился Ким Хёнсон. То, как этот красноватый свет раз за разом заливал пространство, было красиво до потери дара речи.

'А зрелище-то неплохое.'

Огромное щупальце метнулось в его сторону, но Ким Хёнсон даже не обратил на него внимания.

С громким хлопком оно отскочило от магии Чон Хаян и безвольно повисло.

— Киён.

А?

— Спасибо.

Чего это он? Внезапно...

— Правда... Я получил от вас так много, что даже не знаю, какими словами выразить свою благодарность.

Слава богу, что ты это понимаешь. Я вложил в тебя немало. И как раз сейчас рассчитываю получить отдачу. Какой молодец.

Он что, продолжает вещать через «Руководство пользователя для регрессора»? Специально, чтобы я услышал? По идее, сейчас я вообще не должен был этого слышать. Но даже если я не отвечу, он поймет.

Ким Хёнсон взмахнул мечом. Десятки лучей света вырвались из лезвия и глубоко вонзились в тело красного демона.

— Я получил столько всего, что и не перечислить. Если сравнить то время, когда я только прибыл на континент, с нынешним, изменилось невероятно много. Вы и сами как-то упоминали, но тогда я...

Да. Было дело.

— Тогда у меня просто не было моральных сил задуматься о том, почему я регрессировал. Я лишь тревожился о будущем и сетовал на свою судьбу... Больше я ни на что не был способен. Как вы знаете, я немного глуповат и не умею глубоко анализировать вещи.

Да брось, не такой уж ты и глупый. Чрезмерное самобичевание — тоже ничего хорошего.

— Именно вы заставили меня понять, что я способен на многое. Помогли осознать, что и здесь можно наслаждаться жизнью. Стоило мне изменить точку зрения, как многие вещи начали приносить радость. Экспедиции и зачистки подземелий, которые раньше лишь раздражали. Даже такие мелочи, как бесполезные собрания или тренировки — всё стало доставлять удовольствие. У меня появилось хобби. Нашлись вещи, которые захотелось коллекционировать, и появилось много дел, которыми мне хочется заниматься.

Да, да. Я всё это уже слышал.

— Рыбалка на Зеркальном озере, регулярные походы на аукцион — всё это тоже стало отличным источником жизненных сил.

Выходит, в конце концов, ты делал всё это не ради подарков для меня, а чтобы снять стресс?

— Смотреть на небо, летая на грифоне, вкусно обедать и пить кофе в хороших заведениях, читать газеты или обсуждать новости с окружающими. Такие мелочи, как отправка сообщений или простое времяпрепровождение с членами гильдии — абсолютно всё стало в радость.

Ага.

— Вокруг меня тоже появилось много людей. И не просто товарищей по оружию, а тех, кого я с уверенностью могу назвать семьей. Они стали для меня ближе, чем я мог себе представить.

Мне даже неловко от того, как ты меня расхваливаешь. Хотя, признаться, я и вправду много для тебя сделал. Пусть ты слегка и преувеличиваешь...

Но вообще-то да, я крут. Взял и с легкостью растопил наглухо заледеневшее сердце регрессора.

Впрочем, всё это было не в тягость. Может, и не в такой степени, как тебе, но мне тоже было весьма весело.

Хоть он и говорил на удивление спокойно, Ким Хёнсон продолжал крепко стискивать зубы.

Я видел, как он стремительно взмыл в воздух, широко раскинув крылья.

В одно мгновение на ставшего мишенью Ким Хёнсона обрушился град атак, но он легко уклонялся, изворачиваясь всем телом, или отбивал их мечом.

Поднявшись еще выше, чем поглотивший душу Сон Сугён, он перехватил меч и камнем бросился на демона.

— Всё это благодаря вам, Киён. Да... всё это исключительно благодаря вам.

— Не смеши меня! Хватит нести чушь, чёрт возьми!

Ах да, если подумать, я ведь был связан и с ним.

Пусть он и не мог расслышать всё так же четко, как я, но, похоже, Сон Сугён подслушивал эту искреннюю исповедь, которую Ким Хёнсон адресовал мне. Потому-то он так и взбесился.

Голос Ким Хёнсона продолжал звучать в голове. Слушая, как он выкладывает всё, вплоть до самых незначительных мелочей, честно говоря, я и сам находил это забавным.

Ведь нас связывали крепкие узы. Наверное, поэтому слушать его было так увлекательно.

— И насколько я благодарен, настолько же велико моё чувство вины. Не раз я думал: «Будь я немного сильнее, будь я чуть умнее...». Мне кажется, я думал о вас не так много, как вы обо мне. Возможно, я и сам не заметил, как привык только получать.

Чего только он не наговорил.

— Мне жаль, что способы отплатить за всё полученное были так ограничены. Если бы у вас, Киён, не было хобби коллекционировать сумки, наверное, тяжесть на моем сердце была бы еще больше...

Да нет у меня такого хобби, чёрт возьми!

— Всё это благодаря вам. Вы изменили меня, Киён. Вы научили меня жертвовать. Я научился общаться с людьми и старался понимать их. И пусть я не смог в полной мере воплотить в жизнь ваши уроки, но, глядя на вас, я многое прочувствовал и переосмыслил. И всё же мне до сих пор горько. Почему именно вы должны выносить эти страдания, почему именно вы, почему вам приходится приносить себя в жертву ради континента? Я многого не могу понять, но, кажется, я наконец осознал, почему вы так любите это место и этих людей.

Я видел, как щупальца со свистом проносятся мимо лица и тела Ким Хёнсона. Быстро, как только возможно. Он продолжал двигаться так, словно пределов его скорости не существовало.

Изворачиваясь в воздухе, он непрерывно излучал ослепительный свет.

Множество взглядов было приковано к нему. Люди завороженно смотрели в небо, наблюдая за Богом Закатного Света, который на их глазах творил историю.

С какого-то момента громкий рёв демона стих. Он тоже молча взирал на Ким Хёнсона.

— И тот факт, что именно вы, Киён, должны всем этим наслаждаться. Не я, а именно вы достойны всего этого. Поэтому... поэтому... я хочу вернуть всё то, что получил.

Правильно. Отличный настрой. Одобряю такой подход.

— Мне страшно.

Чего это?

— Меня пугают вещи, о которых раньше я даже не задумывался.

И чего же ты боишься? Выражайся яснее, чтобы я мог понять.

— Раньше я иногда ловил себя на мысли: скорей бы всё просто закончилось. Но теперь мне до одури страшно от того, что я больше не смогу делать того, что хочу.

Ну чего ты. Будешь жить и делать всё, что душе угодно. Когда всё это закончится, мучения останутся позади, и начнется счастливая жизнь.

— Ведь я, в отличие от вас, Киён, самый обычный человек. Но даже я способен осознать, насколько ценно пожертвовать собой ради чего-то. Я не могу отдать жизнь за континент, но я готов пожертвовать собой ради вас, подарившего мне так много. Наверное, это сродни тому чувству, с которым вы смотрите на этот мир и на этих людей. Пусть мои мотивы не столь возвышенны, для меня это важнее всего на свете.

Да. Жертвенность — отличное слово. Будешь предан мне до конца своих дней.

КРА-А-А-А-А-А-АХ!!!!

Раздался оглушительный грохот, и я увидел лицо Ким Хёнсона, с размаху врезавшегося в красного демона.

— ...

— Уа-а-а-а-а-а-а-а!!!

Послышался типичный боевой клич.

Казалось, весь мир озарился ярким светом.

В мгновение ока лицо Ким Хёнсона оказалось прямо передо мной.

Вонзив меч в грудь демона... он разжал пальцы и протянул руку ко мне.

'Отлично.'

Я силой отдирал от себя щупальца, которые продолжали цепляться и никак не желали меня отпускать.

— ...

— Я... Я просто...

— ...

Его лицо, лихорадочно выискивающее мой взгляд, уже давно было залито слезами.

Тихо кивнув, он заговорил на удивление спокойно:

— Огромное спасибо вам за всё это время.

Ага.

— Простите мне моё косноязычие.

А-а, да хватит уже извиняться!

— За то, что пытались защищать меня до самого конца... огромное... огромное...

Это ещё что значит?

Ким Хёнсон улыбнулся.

— Прощайте.

Крепко сжимая кулон на груди.

'А?'

Дрожащим от слез голосом он произнес снова:

— Прощайте...

'Э-э...'

— Надеюсь... надеюсь, что когда-нибудь мы сможем встретиться вновь...