Избалованная жена Великого Секретаря (Новелла) Том 1 Глава 172 Жестокое обращение с хулиганом

Вскоре весть о разрушении веревочного моста докатилась до простых людей, и даже старушка и старый гоцзы цзицзю были в курсе произошедшего.

Однако, поскольку с их детьми все было в порядке, они не придали этому большого значения.

Весенние экзамены приближались, и хотя занятия в Императорской академии Гоцзыцзянь еще не возобновились, Гу Цзяо неустанно убеждала своего мужа заниматься каждый день.

Сяо Люлань, запертый в кабинете, ... не имел иного выбора, кроме как терпеть это молча!

На десятый день первого лунного месяца Гу Цзяо отправилась в поместье маркиза.

Она не стала рассказывать Яо Ши о шокирующих событиях, произошедших в их семье. Старшая служанка Фан, которая время от времени посещала переулок Бишуй, была осведомлена о некоторых деталях, но Гу Цзяо попросила ее ничего не сообщать своей Госпоже.

Старшая служанка Фан теперь проявляла все большее послушание к Гу Цзяо и действительно ничего не сказала Яо Ши.

Яо Ши чувствовала себя хорошо.

Гу Цзяо размышляла, что если так пойдет и дальше, то скоро ей не понадобятся антидепрессанты.

«В сливовом саду расцвели цветы. Пойдем прогуляемся там», — предложила Яо Ши своей дочери.

«Хорошо», — ответила Гу Цзяо.

После небольшой паузы Гу Цзяо неожиданно обратилась к старшей служанке Фан: «Позови Гу Цзиньюй к нам».

«А?» Старшая служанка Фан была ошеломлена.

Разве Старшая Молодая Госпожа всегда не конфликтовала со Второй Молодой Госпожой? Почему она вдруг захотела позвать ее?

Яо Ши тоже с удивлением посмотрела на дочь, а затем сказала старшей служанке Фан: «Иди».

«Да», — старшая служанка Фан отправилась во двор Гу Цзиньюй.

Когда Гу Цзиньюй услышала, что Яо Ши и Гу Цзяо приглашают ее прогуляться вместе по цветущему сливовому саду, она ничего не сказала, переоделась и отправилась туда.

После недавнего инцидента с обрушенным мостом, гарем вел себя сдержаннее, чем в прошлые годы, поэтому императорская наложница Шу, которая обычно приглашала ее во дворец в это время года, на этот раз не сделала такого приглашения.

Гу Цзиньюй прибыла в цветущий сливовый сад.

Увидев Яо Ши и Гу Цзяо, сидящих вместе, она почувствовала укол в сердце, но, улыбнувшись, подошла к ним и поприветствовала: «Мама, сестра!»

Яо Ши взглянула на ее тонкий плащ и с легким недовольством произнесла: «Почему ты вышла в такой легкой одежде? Не боишься замерзнуть? Как тебе служат твои служанки?»

Гу Цзиньюй невинно улыбнулась и ответила: «Я так хотела увидеть маму и сестру, была так рада, что не обратила внимания на одежду».

Яо Ши велела служанке принести меховой плащ, чтобы Гу Цзиньюй могла его надеть.

Гу Цзиньюй посмотрела на Гу Цзяо и нежно, ласково спросила: «Сестре нравится любоваться цветущими сливами?»

«Да», — небрежно ответила Гу Цзяо.

Гу Цзиньюй сказала: «Тогда я сорву несколько веточек, поставлю их в вазу и отправлю сестре».

«Не нужно», — ответила Гу Цзяо, не испытывая особого желания.

Через некоторое время Яо Ши устала и не могла продолжать идти.

Заметив, что обе сестры находятся в хорошем настроении, она сказала им: «Я немного посижу в павильоне, а вы продолжайте прогулку, не беспокойтесь обо мне».

Гу Цзиньюй ожидала, что Гу Цзяо откажется. Ведь Гу Цзяо никогда не любила проводить с ней время.

Но Гу Цзяо не отказалась.

Гу Цзяо молча пошла дальше.

Гу Цзиньюй была слегка озадачена.

Неужели моя старшая сестра сегодня выпила не то лекарство?

Она с подозрением последовала за ней.

Гу Цзяо прошла дальше и вышла из сливового сада.

«Куда сестра хочет пойти?» — спросила Гу Цзиньюй с улыбкой.

«Куда угодно», — ответила Гу Цзяо.

Упомянув об этом, Гу Цзиньюй естественно почувствовала превосходство и заговорила: «Поместье маркиза Динъань очень велико. Говорят, раньше оно принадлежало одному Вану, а затем было пожаловано дедушке предыдущим императором. Дедушке больше всего нравился пруд с рыбками, не хочет ли сестра пойти посмотреть?»

«Угу».

Гу Цзяо неожиданно пошла на сотрудничество.

Гу Цзиньюй снова была поражена ее ответом.

Она отвела Гу Цзяо к павильону у пруда, где круглый год хранился корм для рыб, и где хозяева дома могли покормить маленьких рыбок, когда приходили их посмотреть. Однако теперь, когда пруд замерз, кормить их было невозможно.

Гу Цзиньюй: «Если сестре нравится поместье маркиза, ты можешь рассмотреть возможность переезда сюда. Я могу позволить сестре... взять двор Цинъя Юань...»

«Что там?» — внезапно спросила Гу Цзяо, указывая на заднюю часть холма.

Слова Гу Цзиньюй были прерваны, и она на мгновение почувствовала недовольство, но все же терпеливо ответила: «Это задняя часть холма, куда часто ходят тренироваться трое наших старших братьев».

Гу Цзяо: «Кто сегодня туда пошел?» На задней стороне холма было заметно движение, но уши Гу Цзиньюй не могли уловить ни звука.

«Кажется, это второй брат», — Гу Цзиньюй вспомнила, что когда она только вышла из своего двора, то увидела, как ее второй брат направлялся к задней части холма.

«Госпожа зовет тебя», — сказала ей Гу Цзяо.

«А?» — Гу Цзиньюй оглянулась: «Почему я ничего не слышала?»

Гу Цзяо сохраняла невозмутимый вид, отвечая: «Мне кажется, я это слышала».

Гу Цзиньюй: «Тогда, сестра, ты хочешь вернуться со мной?»

Гу Цзяо: «Вовсе нет».

Гу Цзиньюй: «...»

Вести беседу с таким человеком оказалось невыносимо утомительно, даже если изначально к нему не было никакого предубеждения.

Сжав пальцы, Гу Цзиньюй произнесла: «В таком случае, сестра, можешь подождать меня здесь. Я скоро вернусь».

После ухода Гу Цзиньюй, Гу Цзяо развернулась и направилась к задней части холма.

Гу Чэнфэн в этот момент собирал ягоды на задней стороне холма. Гу Чэнлинь не имел ни малейшего понятия, какой ветер подул на него, но вдруг ему отчаянно захотелось съесть диких ягод с задней стороны холма.

Ягоды на задней стороне холма были алого цвета, немного меньше боярышника, и могли храниться даже в снежные дни. На вкус они не отличались особой привлекательностью, однако Гу Чэнлинь, сохраняя в душе детскую непосредственность, любил употреблять подобные странные и экзотические продукты.

В процессе сбора ягод Гу Чэнфэн внезапно ощутил приближение убийственной ауры.

Он увернулся от удара с молниеносной скоростью своего тела и стремительно развернулся, опираясь на кончики пальцев ног.

Увидев, что напавшей оказалась Гу Цзяо, его выражение лица мгновенно застыло.

Гу Цзяо подняла руку, отломила сосульку длиной с ее руку, свисавшую с ветки дерева, и, используя её как клинок, с силой обрушилась на Гу Чэнфэна.

Гу Чэнфэн, опасаясь, не привела ли она с собой кого-нибудь ещё, едва успел уклониться.

Атака Гу Цзяо не знала пощады.

Поэтому, будь он не столь искусен в боевых искусствах, его горло уже давно было бы пронзено этой сосулькой.

«Что ты пытаешься сделать?» — процедил Гу Чэнфэн сквозь стиснутые зубы.

Гу Цзяо взвесила сосульку в руке, а затем с размаху метнула её в сторону противника.

Гу Чэнфэн, наконец, пожертвовал своим спрятанным оружием.

Один метательный снаряд разбил сосульку вдребезги, а два других устремились к Гу Цзяо.

Её тело изогнулось назад с невероятной дугой, так что метательные снаряды пролетели мимо её плоского живота и с грохотом вонзились в дерево Утун позади неё!

И ты смогла увернуться от них?

Сузив глаза, Гу Чэнфэн спросил: «В тот день… ты украдкой сняла мою маску?»

«Ты ошибаешься», — Гу Цзяо выпрямилась и взглянула на него. — «Я не делала этого тайно, я сделала это открыто и честно».

Гу Чэнфэн: «...»

Внезапно издалека послышались звуки шагов.

Первая мысль Гу Чэнфэна была о спрятанном оружии, воткнутом в дерево, поэтому он поспешно бросился, чтобы забрать его, но был отброшен Гу Цзяо!

Гу Чэнфэн упал на одно колено и, скользя по снегу, отлетел на десяток шагов назад, но нисколько не пострадал.

Гу Цзяо была очень довольна и сказала: «Посмотрим, сможешь ли ты выдержать мои удары».

Гу Чэнфэн: «...!»

Звук шагов приближался.

У Гу Чэнфэна не было никакого желания сражаться, и он попытался уклониться.

Однако Гу Цзяо сделала шаг вперед и, повалив его уже в воздухе, бросила на землю!

У Гу Чэнфэна было слишком много забот, чтобы безрассудно бросаться в бой. В итоге Гу Цзяо затащила его в небольшой домик.

Именно в этом домике Яо Ши отравила наложницу Лин.

Пришедшим оказался Гу Чанцин.

Услышав какой-то шум на задней стороне холма, он пришел выяснить, что происходит.

Оказалось, что там никого не было.

Однако на снегу остались следы, а также следы борьбы.

На данный момент он еще не обнаружил спрятанное оружие, воткнутое в дерево Утун.

Гу Чэнфэн нервно наблюдал за ним из домика, и холодный пот выступил у него на лбу.

«Я дам тебе шанс», — Гу Цзяо скрестила руки и продолжила: «Ответь на мой вопрос. Иначе, раз я смогла спасти тебя, я так же могу и похоронить тебя заново».

Гу Чэнфэн: «Хех, если бы у тебя была такая способность, разве ты бы уже не сделала это?»

Гу Цзяо: «Я осмеливаюсь сделать это, а ты?»

Гу Чэнфэн поперхнулся.

Он бросил взгляд на Гу Чанцина, который снаружи исследовал следы на снегу, и сказал: «Что ты хочешь узнать?»

Гу Цзяо спросила: «В поместье маркиза Сюаньпина есть человек по имени А Хэн, он не слуга, кто он?»

Гу Чэнфэн настороженно посмотрел на нее: «Кто ты такая? Почему ты расспрашиваешь о поместье маркиза Сюаньпина?»

Гу Цзяо равнодушно ответила: «Просто ответь».

Гу Чанцин уже подошел к дереву Утун, и ему достаточно было повернуться, чтобы заметить спрятанное оружие, воткнутое в дерево.

Гу Чэнфэн сжал кулаки и холодным голосом произнес: «В поместье маркиза Сюаньпина единственный, у кого в имени есть слово Хэн, — это покойный Молодой Маркиз Чжаоду, его полное имя — Сяо Хэн».

Гу Цзяо: «Какой именно Хэн?»

Гу Чэнфэн: «Хэн, как в Мэйюй Хэн».

«Хм…» — Гу Цзяо немного поразмыслила и осталась очень довольна значением слова Хэн.

При этом она слегка наклонила свою маленькую головку.

Выглядит весьма мило.

Гу Чэнфэн отвернул лицо, чувствуя, что сходит с ума. Как можно назвать это маленькое существо, свирепое, как убийца, милым?

Гу Цзяо протянула к нему руку.

«Что?» — недоуменно спросил Гу Чэнфэн.

Гу Цзяо перевела взгляд на Гу Чанцина и сказала: «Тысяча таэлей серебра, и я никому не проболтаюсь о тебе».

Глаза Гу Чэнфэна были готовы выскочить из орбит: «Тысяча таэлей?! Это же откровенное ограбление!»

Гу Цзяо многозначительно двинула ногой в сторону двери.

Гу Чэнфэн, затаив дыхание, выдавил: «У меня нет столько денег с собой!»

Гу Цзяо ответила: «Тогда пиши расписку».

Гу Чэнфэн возразил: «Здесь нет ни кисти, ни бумаги».

Гу Цзяо достала самодельный угольный карандаш и небольшой блокнот из кошелька, который ей смастерила старушка. Она перевернула блокнот на чистую страницу и протянула ему: «Вот».

Гу Чэнфэн потерял дар речи.

Если бы взгляды могли убивать, Гу Чэнфэн уже сто раз отправил бы Гу Цзяо на тот свет!

Стиснув зубы, Гу Чэнфэн вывел на бумаге долговую расписку: «Такой формы подойдет?»

Прочитав расписку и убедившись, что в ней нет никаких подвохов, Гу Цзяо удовлетворенно хмыкнула и убрала угольный карандаш с блокнотом.

Гу Чэнфэн с облегчением выдохнул и продолжил наблюдать за старшим братом снаружи.

В следующую секунду Гу Цзяо занесла ногу, целиком прицелилась в его пятую точку и со всей силы ударила!

Я лишь сказала, что не проболтаюсь о тебе, но не обещала, что не выгоню, верно?

_________________________________________________

Примечание:

* - дерево Утун – мифическое дерево, на котором обитает феникс;

** - Мэйюй Хэн - прекрасный драгоценный камень; иероглиф хэн (珩) отличается от тех, что были в словах хэнсин бадао и хэн мэй (横), произнесенных маленьким Цзин Куном, хотя звучание совпадает.

Перевод: Флоренс