К Анне (Новелла) Том 1 Глава 5

Я пробудилась в одиннадцать часов дня. Фуджихары рядом не оказалось. Приняв утренние процедуры, я натянула джинсы с футболкой и отправилась в буфет. Время завтрака уже истекло, и вся еда была убрана. Однако, после душевной беседы с тридцатилетней сотрудницей кухни о жизни, работе, судьбе и трудностях ранних подъемов, когда расписание летит под откос, мне удалось улучить себе пару булочек и стакан молока. Мы пообщались, посмеялись, познакомились, поделились историями. Мне дали понять, что если что-то понадобится, я всегда могу обратиться. Вот оно, преимущество жизненного опыта! В юности считаешь себя исключительной личностью, а взрослых — занятыми и важными. С годами приходит понимание, что все мы просто обычные люди. Говори с ними вежливо, с пониманием и долей юмора, но без сарказма, и они, скорее всего, раскроются перед тобой. Разве что, если тебе все еще шестнадцать. В таком случае предвзятого отношения не избежать.

*******

Выйдя на улицу, я сразу же заметила Киоко. Девушка сидела на скамейке у входа в общежитие, погрузившись в книгу. Она резко выделялась на фоне остальных своим форменным костюмом. И это было прекрасно, ведь смотреть на нелепые наряды, кричащие, но глупые образы или мешковатые балахоны, болтающиеся на пару размеров больше необходимого, было просто мучительно. Впрочем, не думаю, что Накано, следующая за своим внешним видом, надела бы что-то подобное.

— Только не говори мне, — произнесла внезапно появившаяся Анна, словно читая мои мысли.

— Именно так, — ответила я вслух, довольная.

Она прекрасно знает, что я собираюсь присесть рядом с Киоко. И этого уже не избежать, ведь мы с девушкой уже обменялись взглядами. Я не вижу в ее холодном взгляде желания к общению. Моя улыбка ее смущает, а потому желание говорить появляется у меня. Почему бы и нет? Выходной день, прекрасная погода, все расслаблены, заняты своими делами. Не так ли, подобная атмосфера располагает к дружескому диалогу? В противном случае, эти будничные разговоры исключительно об учебе — сплошная скука. Но, по правде говоря, мне просто больше нечем заняться.

— Верно! Чего бояться? Чего опасаться и раздражаться? Это же просто змея!

Как игриво, однако. Мило.

— Доброе утро, подруга, — начиная диалог с присущим мне обаянием, я присаживаюсь рядом. — Изучаешь местный контингент?

Она посмотрела на меня с легким негодованием. Это забавляло. Почему такие взгляды, если она сама назвала меня другом?

— Пытаюсь читать, — ответила Накано, кивнув в сторону открытой книги.

— И как, увлекательно?

— Видимо, нет, раз местный контингент изучать мне интереснее, — она, вздохнув, закрыла книгу, будто смирившись с моим присутствием на ближайшее время.

— Присмотрела себе подружку? — предположив, что это ее позабавит, я специально задала этот вопрос, добавляя нотки флирта. — Было бы интересно узнать, кто тебе нравится.

— Мне нравятся люди постарше, а здесь, если не считать персонала, таких немного, — Киоко, убрав прядь волос за ухо, смотрела на меня томным взглядом.

— Все, развлечения закончились? Тебя легко прочитать! У тебя спектр эмоций как у обычного нормиса. Раньше я бы так не сказала, но, начав работать, я стала скучать. Страшно было представить, каким овощем я была бы еще через пять лет. Слава богу, произошла встряска, возвращение в школу, так, глядишь, скоро снова заумнеешь!

Удивительно, как быстро Накано справилась со своим настроением, переключившись. Стоит признать, в ней есть определенное обаяние и задатки актрисы.

— Понимаю, — кивнув, я улыбнулась. — Третьекурсники — люди серьезные, на улицу нечасто выходят, особенно в выходной.

— Просто пытаюсь найти развлечение, — от моей нелепой шутки на ее лице появилась улыбка, после чего она решила пояснить свой предыдущий ответ.

Мне очень понравилась ее улыбка. Она была привлекательно-красивой. У этой дамы такой отрешенный взгляд и в целом слегка недоступный образ, но когда она улыбается, хочется ответить ей взаимностью. Это так необычно.

— Значит, мы с тобой, подруга, в одном положении. Я вот тоже выползла на улицу, потому что не знаю, чем себя занять. Когда работаешь, столько дел, что времени нет. В единственный выходной либо тоже полно занятий, либо нет желания, и тогда ты валяешься, смотришь сериалы и не замечаешь, как все возвращается на круги своя. А тут отсидел пары, и делать нечего, сиди, отдыхай, и в выходной тебя ничего не ждет.

— Так, может, тебе стоит вступить в студсовет? — решив, что мне нравится работать, девушка, поглаживая пальцем обложку книги, предложила мне вариант. — Они, как я вижу, постоянно снуют туда-сюда после учебы и в выходной день сверкают своими значками.

— Нет, я лучше буду страдать, не зная, чем себя занять, — я нелепо рассмеялась. — В этом есть свой особый кайф. К тому же, я уже вступила в компьютерный клуб.

Я до конца не уверена, вступила ли я. После вчерашнего события я даже не уверена, хочу ли вообще.

— Поздравляю, — произнесла она с легкой усмешкой, проведя языком по нижней губе.

— Смотри, рептилоид яд слизывает, — подколола Анна, заметив это.

Можно подумать, я слышу Анну как-то иначе? Если, отбросив все, принять, что Киоко рептилия, то на фоне моей дорогой, в своих изречениях она просто маленькая ящерка.

— А я не говорила, что мне она не нравится, —  присев на корточки, Анна смотрела на Накано. — Имя говорящее, фигура манящая. Все как надо.

Конечно-конечно.

— Ладно, со мной все понятно, я просто отстала от жизни, а что насчет тебя? — шучу над собой я, не желая, чтобы все свелось к обсуждению моей персоны. — У тебя что, нет увлечений? Чем ты занималась в свободное время в школе? Тебе ведь перестраиваться не приходилось, так что и интересы должны остаться.

— То, чем я увлекалась в школе, пусть останется там. Желание заниматься тем же тут у меня отсутствует.

— Радикально, однако, — не ожидая такого ответа, я, на мгновение задумавшись, провела рукой по своим волосам. — Знакомое чувство. Звучит так, словно тебе заставляли делать то, чего совсем не хотелось.

Отчасти поэтому я и пошла работать, а не в академию, как хотел того другой человек. Я никогда не была особо послушной, но выпускалась из школы с чувством, что за меня уже все решили и я кому-то что-то должна. С чувством, что мою жизнь взяли под контроль.

— Какое чувство тогда должно быть у меня, если я даже банально пойти куда хочу, не могу, а?

Зато говорить можешь что хочешь.

— Знакомое? — ее серые глаза смотрели на меня с недоверием.

Мне не верят. Могу понять, но рассказывать историю своей жизни ей не собираюсь. Тем более в ее возрасте свои проблемы воспринимаются всегда куда острее, чем чужие.

— Может, и нет, — я пожала плечами. — Главное, чтобы тебе было по кайфу, и ты не жалела о том, что делаешь, не жалела о том, что не развиваешь какие-то навыки, которые могла бы, но не стала из-за духа бунтарства.

— А ты не жалеешь?

— Да нет. Уже нет.

— Звучит неубедительно, — несколько иронично отметила Киоко.

— Да я ничего не умела в плане каких-то особых навыков, скорее просто были возможности, но я их не пробовала реализовать, поэтому это все на уровне: «А что, если бы…». Глупые мысли, которые первые годы меня волновали. Вот и говорю о том, что, может, стоит пробовать, чтобы потом, как я, не думать о подобном.

Я не жалею о своем решении в целом. Периодами кажется, что с моей первой любовью мы расстались именно из-за него. И ты невольно думаешь, как было бы, если бы ты сделала так, как хотела она. Банально, продолжали бы мы встречаться? Или подобный исход был неизбежен, и ее желание взять мою жизнь под контроль рано или поздно привело бы к расставанию?

— Слушай, думать о подобном — идея отстойная, — читая мои мысли, произнесла Анна.

Она права. Когда начинаю копаться, почти всегда невольно расстраиваюсь. Просто потому что не знаю ответа. Саманта бросила меня, не объясняя конкретных причин. Сказала, что мы расстаемся, заходя в автобус, который увозил ее в одну из академий, подобных этой. Мне остается лишь гадать, что было причиной тому. Вот иногда я и думаю, что она видела во мне перспективы, она желала, чтобы я пошла учиться, она сделала все для этого и все решила за меня, а я сказала «нет».

— Я бы поиграла на скрипке, — выслушав меня, произнесла Киоко. — Только игра на скрипке рождает во мне неприятные чувства.

— Почему? Я бы с удовольствием послушала, — поддерживаю я.

— Не думаю, что тебе понравится. Я предпочитаю классику, а не то, что с удовольствием слушают другие, где инструмент только скрашивает общий бит, — скептично ответила она, смотря в мои глаза.

— Отнюдь. Мне нравится чистая классика. Я в школьные годы встречалась с одной девушкой, она привила мне эту любовь. У меня даже, кажется, остались билеты на концерт, на который я хотела ее пригласить, прежде чем мы расстались. Могла бы их показать в качестве доказательства, но с собой не захватила. Все равно по ним никуда уже не сходить, — иронизирую я. 

— Не, реально, прекращай, — поднявшись на ноги, недовольно произносила Анна. —  Если хочешь поныть, у тебя есть я. Понимаю, я почти не отличаюсь от нее, но все же.

Переживает, что такой прекрасный день, наполненный невероятными приключениями в окружении подростков, может пойти под откос, потому что мне захочется пропустить стакан вина и погрустить о прошлом? Ха-ха-ха.

— Может быть, как-нибудь потом, когда пропадет чувство, что я должна заниматься этим.

— Смотри, я расцениваю это, как твой долг передо мной, — щелкнув пальцами, я беру с нее обещание.

— Чувство того, что я кому-то что-то должна, мне тоже не нравится, — расплывшись в улыбке, девушка развела руками.

— Думаю, ты прекрасно понимаешь, о чем я, — демонстрируя дружеские намерения, отвечаю я.

 Ведь это всего лишь условность.

— Позволь полюбопытствовать, а почему вы расстались?

Я положила руку на плечо девушки и, опершись на него, поднялась на ноги. Была у меня изначально шальная мысль предложить Накано прогуляться, чтобы скрасить как-то отношения, но диалог наш не клеится, не отдает весельем, дружеской атмосферой и в целом идет не туда.

— Взгляни на меня. Очевидно же, что я недостойна того, чтобы ты посвящал мне всё своё время, — обронила я слова, полные сарказма, и в них была доля правды.

— Как же здорово, что ты меня понимаешь. Надеюсь, другие мне сочувствуют.

— Иди к чёрту, — мысленно послала я её, изо всех сил стараясь сохранять внешнее спокойствие.

Добившись такой моей реакции, Анна лишь торжествующе улыбнулась.

— Не буду скрывать, из чистой вредности я присела к тебе, хотя по первоначальному плану собиралась обойти всю территорию академии. Пожалуй, пойду, не буду мешать тебе прокрастинировать, — с наигранной благодарностью за беседу я слегка поклонилась.

— А если я пойду за тобой? — её голос не выказывал ни тени признания моего жеста, и она поинтересовалась.

— Если желаешь, то иди, — развернувшись, ответила я и, не став дожидаться её ответа, пошла прочь.

Госпожа осталась сидеть на скамье.

******

В обычные дни у меня совершенно не хватало времени, но сейчас выдалось затишье, поэтому я решила наведаться к части корпуса, где раскинулись два ряда небольших жилых строений. В одно из них заселилась моя новая знакомая на прошлой неделе. От Фуджино я слышала, что раньше в таких домиках проживали все без исключения ученики. Ныне же большинство из них были снесены, и эти строения остались как дань уважения прошлому. Они рассчитаны на проживание пяти-шести человек, и самым успешным командам специалистов, в качестве поощрения, предоставляется возможность в них обитать, если они изъявят такое желание. Я не знаю, насколько сильно пострадал тот дом, но благодаря усилиям троих рабочих и их талантам, он восстанавливался буквально на глазах.

******

Проходя мимо спортивной площадки, я заметила куратора компьютерного клуба. Он забрался на брусья для тренировки рук и сидел на них, поднимая над головой свой кнопочный телефон. Прикрывая глаза от солнца рукой, он пытался разглядеть что-то на крошечном экране.

— Чёрт возьми! — услышала я недовольное восклицание, когда уже собиралась подойти и поздороваться.

— Ты чего это, решил молодость вспомнить? — чуть ли не со смеху, иронично произнес мужчина, подошедший к нему. Он был худощав, высок и явно старше сорока.

— Очень смешно, Мон Пасье, — недовольно процедил тот, явно искажая фамилию своего знакомого. — Ждёшь его, ждёшь, а он всё ходит и шуточки отпускает, — спрыгивая с брусьев, проворчал он. — Вот не дай бог, ты позвал меня, чтобы какую-нибудь ерунду втюхать и испортить мне единственный выходной…

— Да ладно, не горячись так. Тут моя жена позвонила, и как начала говорить, так её и не остановишь. Всю душу мне вымотала, будь она неладна, — эмоционально взмахивая руками, жаловался мужчина. — Решила ни с того ни с сего, что я в академию эту еду не на работу, а в отпуск. И давай меня пилить, что я её не люблю, от детей устал и только и думаю, как бы побыстрее свалить сюда и домой не возвращаться.

— А ты, значит, не думаешь, хе-хе-хе? — смотря на друга, с явной иронией подмечая, что так оно и есть, подтрунивал руководитель кружка. — Сидишь у себя в подвале, чаёк попиваешь да выжидаешь, пока ученики чего-нибудь учудят, чтобы под шумок найти, что бы конфисковать в пользу Мон Дуна.

— Да ну тебя, скажешь тоже, конфисковать! Кому это надо, — возмутился он и, махнув рукой, повернулся, направляясь к второму корпусу. — Ты послушай лучше вот что. Помнишь, мне позапрошлой весной регулярно поручали чистить канализацию?

— Да как тут такое забудешь? Все уши мне прожужжал! — вспоминал первый, — Говорил, что уволишься, что тебя не уважают, а теперь мы тебя только в канализации и видим.

Сказав это, мужчина разразился хохотом. Я ещё тогда отметила, что он смеётся очень громко, а теперь, находясь от них на значительном расстоянии, убедилась в этом окончательно.

— Нет, ну понятно, не хочешь слушать, значит, на этом и закончим разговор, — выдыхая, отвечал друг.

— Да ладно тебе, чего ты, — подобрев в лице, куратор кружка хлопнул приятеля по плечу, — на правду не обижаются.

— Ладно, слушай, я там тогда кое-что интересное обнаружил, — он наклонился ближе к куратору и что-то проговорил тихим голосом.

Оба они разговаривали довольно громко, но когда они начали удаляться, разобрать их слова становилось всё труднее, поэтому шёпотом сказанную фразу я так и не услышала.

— Так и что? — непонимающе произнёс мужчина.

— Ну так я тебе сейчас эту коллекцию и покажу! — озвучил он очевидный вывод.

Я взглянула на Анну. Она посмотрела на меня.

Нет. Сыграть в детектива я не стану. Не в этот раз.

******

— Вот! — радостно продолжала девушка. — Я не приму отказа! Не отстану. Если, конечно, вы меня не победите. Но первоклашкам это вряд ли под силу.

— По мне, так это отличный повод устроить схватку! Сразу оценим возможности нашей Ханы! На кого делаешь ставку, на внезапно появившегося новичка, — Анна встала между нами, указывая на юное дарование, — или на мухоловку?

Я заметила, что сегодня генерация «прозвищ» пошла полным ходом. В таком случае становится удивительным, что за все годы нашего знакомства у меня оно так и не появилось. Хотя нет, оно есть — бабка…

— Хм-м… — взгляд Анны переместился на меня, а уголки её губ коварно поползли вверх.

Я всё поняла.

— Не уверена, удобно ли это. У нас были несколько иные планы, — Хана ответила не слишком уверенно.

Похоже, она не против позировать. Любит пробовать новое? А может, ей нравятся комплименты? Её подкупают лестные слова? Николь в её присутствии тоже не стеснялась их говорить. Логика ясна.

— Я краем уха слышала что-то про три часа и еду. Не похоже, что вы из тех людей, кто любит контролировать ситуацию, а значит, и едите быстро, — девушка подшучивала над пищевыми привычками, основываясь на том, что видела. — Следовательно, вряд ли вам понадобится на это три часа.

— Если тебе хочется, Хана, то я не против, — я уступила. — Учитывая, что стоять и позировать мне, пожалуй, было бы скучнее, чем ничего не делать, то и незнакомку утруждать не стану.

— Ты что, проиграешь какой-то малявке? Красотку уводят прямо из-под носа, а ты и не против? Разве она не в твоём вкусе? — провоцировала меня Анна. — Просто возьмёшь и уйдёшь?

Сейчас бы разбрасываться симпатиями и бороться за каждого, кто тебе улыбнулся. Какая ерунда. Куда важнее, чтобы дамы получали удовольствие от своих увлечений, открывали новое, раз им этого хочется. Молодость — время открытий!

Кроме того, какая же она малявка? Если мы первоклашки, то она как минимум второклашка, а это уже не какая-то ерунда! А к старшим нужно проявлять уважение и уступать!

— Действительно.

— Только прошу, не оставляй меня одну, — ловко схватив меня под локоток и слегка прижав к себе, прошептала мисс Росс. — Она кажется мне немного странной.

Не знаю насчёт странности, но вот воспитание под вопросом. Честность и искренность — это, конечно, хорошо, но и деликатность не помешала бы. Я — человек понимающий, но у меня об этой девушке сложилось не самое приятное первое впечатление.

— Вот и славно! — девушка засунула кисти за спину в шорты, словно мечи, и сказала. — Идемте за мной!

Казалось, будто она сама не верит в то, что мы так легко согласились.

******

Её шаг был быстр. Мы едва поспевали, и было очевидно, что она испытывает нетерпение. Закрадывались мысли, что она спешит лишь потому, что боится, что мы сбежим. И, задумавшись над этим, я сказала Хане, что надо было брать с неё какую-то плату, ведь именно она была заинтересована в большей степени, а не мы. Но добродушие девушки не знало границ, и ей было достаточно того, что её жизнь скрашивается чем-то новым.

Нетерпеливая художница привела нас к третьему корпусу, где репетировали свой танец девушки, которых я видела раньше. Мольберт с принадлежностями уже были на месте. После рассказа о том, что местные танцовщицы её совсем не вдохновляют, Хану сразу же взяли в оборот. Пять минут, и вот она уже позирует, художница склонилась над карандашом, а я сижу на покрывале сбоку, выполняя поручение — съесть всё и не стесняться. Даже за процессом рисования мне наблюдать запретили, так как это раздражает творца. Спустя полчаса я уже даже начала жалеть, что не ушла.

 — Разве татуировки не запрещены в академии? — Хана пыталась сохранить нужную позу, интересуясь.

Они время от времени разговаривали между собой, иногда обращаясь ко мне, но диалоги были достаточно посредственными. Самое полезное, что мы из них узнали, — девушку зовут Мисук, и она специалист-второкурсница.

— Видимые на лице, шее или ладонях настоятельно предложат свести перед поступлением, но, — девушка на секунду отложила карандаш, облизала свой большой палец, а затем провела им по плечу, смазывая рисунок, — глупо в наше время запрещать подобное. 

— Так это рисунок? Здорово у тебя получается, от настоящего даже не отличить, — восхищалась мисс Росс.

Несмотря на поручение, есть одной было как-то неудобно. Я думала, что смогу дождаться перерыва и уже отобедать в компании, но мною начинало овладевать ощущение, что этот момент не наступит. Я заглянула в корзину. Содержимое не блистало особым разнообразием и больше походило на перекус. Аккуратно уложенные рядком сэндвичи и пара бутылочек с напитками.

— Я больше специализируюсь на нательных рисунках, но холсты, конечно, гораздо удобнее и смущают людей куда меньше, — конец фразы она скрасила смешком.

— Трудно найти здесь того, кто согласится отдаться на эксперименты? — уловив намёк, спросила Хана.

— А ты бы согласилась? — с несколько похабной улыбкой на устах, неоднозначно поинтересовалась Мисук.

Что это, нарисовался конкурент моей Анне? Кажется, это уже не первый пошлый намёк за эти полчаса.

— Соперница? — Хихикнула Анна, наблюдая за тем, как на холсте появляется изображение. — Если бы это было мое желание, тогда, возможно, но у меня нет органов, пробуждающих влечение, из-за чего все и возникает, понимаешь? Я всего лишь твое самосознание, а оно требует от тебя пошлых шуток и намеков. Вероятно, это следствие отсутствия интимной жизни. Сама же я предпочитаю развлечения другого рода, возможно, даже многослойные.

Учитывая, что единственным слушателем была я, можно было заключить, что она — поклонница шуток, понятных лишь самой себе.

— Я не против экспериментов, если доверяю человеку, который их предлагает, — ловко парировала девушка неудобный вопрос.

— Значит, я вызываю у тебя доверие? — самодовольно осведомилась художница.

— Да, настолько, что Элизе из-за меня скучно, — ее слова звучали почти как оправдание.

— А если я приглашу тебя на ближайший концерт, составишь мне компанию?

Я взяла один из сэндвичей и, не глядя, откусила.

— Если осмелишься, я, возможно, отвечу «да», — она подмигнула художнице, отчего той стало немного не по себе. — Пока я свободна.

Классические ветчина и сыр, приправленные кленовым сиропом и какой-то сладкой клубничной помадкой. Вкус был настолько болезненным для моей души, что слезы невольно навернулись на глаза.

— И ты будешь утверждать, что у меня плохие навыки в психологии? По одному лишь взгляду я смогла подобрать верную характеристику для этой художницы, — проговорила Анна, заметив, как слова Ханы заставили девушку смутиться. — Выскочка решил прогуляться. Уверенно вторгшись на чужую территорию, он возомнил себя царем зверей, но его быстро поставили на место.

— А ты, значит, львица? — мысленно спросила я.

— Именно, будучи духом, легко рассуждать, — иронично ответила Анна, уловив ход моих мыслей. — Я не претендую на титулы.

— Наш тренер говорит, что в этом году концерт посетит сама Шико Аглаофотис, владелица академии и всей сети «Пион». Говорят, концерт будет грандиозным, — пытаясь развеять неловкость, продолжила Мисук, отложив карандаш и взявшись за кисти.

Фамилия Аглаофотис — одна из самых уважаемых в стране. Куда ни глянь, везде встретишь название фирмы «Пион», а за ним и эту фамилию. Даже я работала во франшизе, связанной с этой компанией.

— Да, я слышала. Николь упоминала, что из-за этого все будет официально и строго. Без особых сюрпризов. Даже приглашенная звезда будет исполнять песни не в своем обычном стиле.

— Отстой, — протянула Мисук, оценивая полотно. — Хорошо, что я не люблю концерты.

Собравшись с духом, я сделала второй укус, надеясь, что лучше не станет.

Не стало. Но, если сравнивать с баклажанами, это хотя бы было съедобно без физической боли. Просто ожидания от столь аккуратно приготовленных сэндвичей и такой заботы были иными. Скажем так, в моем представлении «пикник с милой дамой» подразумевает несколько иное угощение.

— Слушай, Мисук, не хочешь попробовать сэндвич? — предложила я, то ли из озорства, то ли из научного интереса.

— Можно, — она открыла рот, давая понять, что я должна кормить ее сама, так как руки заняты, и она полностью поглощена творчеством.

— Никакого стеснения, да? — проговорила я, наблюдая, как она откусывает мой сэндвич, протянутый через мольберт.

— Фу! — она немедленно выплюнула его на землю. — Минус балл тебе за это.

— Так это Хана приготовила.

— Она попробовала, а я ощутила привкус яда во рту, — язвительно заметила Анна, показательно вытирая рот.

В таком случае, у меня этот привкус остается на всю жизнь. Я хотя бы делаю это обоснованно.

— Плюс балл Хане за попытку тебя отравить! — радостно заявила она.

— Интересно, сколько у тебя очков по ее системе, некрасивая подруга?

Эх…

От Анны, конечно, другого и не ожидалось, но что за коллективное издевательство? Я иду на уступки, потакая желанию незнакомого человека, развлекая Анну, а взамен — никакой благодарности. Это грустно.

— Так это же она, хоть и не сказала, но имела в виду именно это, а для меня ты — главное солнце в моей жизни. Если я не смогу тебя видеть, то умру.

С такими аргументами, конечно, не поспоришь…

— Почему меня так необоснованно хейтят? — возмутилась я такому хамству.

— Никакого хейта нет, ты просто попыталась язвить, задев меня и Хану, и я ответила в том же духе. Без обид, звездочка.

— Звездочка, — заимствовав слово, моя сущность протянула его, смакуя.

Это совсем не походило на похвалу или комплимент. Именно поэтому оно и пришлось по душе моей горячо обожаемой. Исходя из того, что сегодня день раздачи прозвищ, я предположила, что услышу его еще не раз.

— Сэндвичи невкусные? — поинтересовалась Хана, возвращаясь к покрывалу. — Наверное, дело в кленовом сиропе. Вкус на любителя. Я готовила их, ориентируясь на предпочтения Николь, а ей такое нравится.

Значит, помадка была к месту. Понятно.

— Что вообще означает это слово — «звездочка»? — недовольно спросила я, возвращаясь на покрывало. — Как оно тебе вообще пришло в голову?

— Так вот, за последние дни самая просматриваемая тема на форуме — это твоя фотка. Получается, среди первокурсников ты — настоящая звезда. Ко всему прочему, ты даже в рейтинг лучших девушек академии успела попасть. Ты там в конце списка, на пятидесятом месте, но все же, — достижение, прозвучавшее из ее уст, ощущалось как нечто негативное.

— Вот как, — Анна выразила свое восхищение. — Интересно, сколько копий было сломано за последние дни из-за твоей фотографии?

…

В этом странном и неприятном разговоре можно было найти свои плюсы. К примеру, на фоне всеобщего недопонимания можно было проигнорировать вопрос Ханы. Я видела, что Мисук тоже не хотела акцентировать на этом внимание.

— Правда? И что же там пишут?

Изучая все с момента приезда, я, однако, недооценила местную сеть, полагая, что она вряд ли кого-то заинтересует. Возможно, именно поэтому Фуджи так постоянно залипает в своем телефоне. Мне следует более серьезно подойти к изучению этого вопроса.

— На самом деле, ничего особо интересного. Просто все восхищаются тем фактом, что за последние двадцать лет ты — единственный студент, чей вступительный возраст составил двадцать два года, — Мисук отвечала с явным сарказмом.

Похоже, ей просто очень нравится надо мной подтрунивать. Ее это забавляет. Теперь я хотя бы понимаю, как выглядят те придурки, которые иногда звонят, чтобы просто нести всякую чушь в трубку. Делают вид, что спрашивают о товаре, но задают такие вопросы, о которых ни один здравомыслящий человек, включая менеджера, знать не должен. Как же смешно слушать, как менеджер выкручивается и говорит: «Погодите минутку, я уточню». А мастер, слыша это, отвечает ему кое-как: «Откуда я знаю, ну скажи хоть что-нибудь».

— Полагаю, я начинаю понимать, отчего так сложно найти модель для росписи по телу, — вмешалась Хана с весьма очевидным намеком.

— Позорница, тебя уже защищает девушка, с которой ты знакома всего один день.

С теми, кто похож на Мисук, сделать что-либо практически невозможно. Конечно, можно было бы опуститься до ее уровня и начать шутить по поводу ее немного инфантильной внешности. Мол, обижаешься, что тебя нет в рейтинге и никто тебя не обсуждает, потому что тобой могут заинтересоваться разве что священники. Но какой в этом смысл? Остановить ее могут только давление и авторитет. Если такой стиль общения вам не по душе, то проще всего перестать разговаривать. Да и что плохого в том, что тебя защищают? Разве это не показатель того, что я нравлюсь Хане больше, чем она?

— Есть попадание, — сказала Анна, чувствуя, как внутри меня нарастает напряжение, зажав нос, чтобы придать голосу особый оттенок.

— Нет, это просто констатация фактов, а я всего лишь честный человек, — ее колкие замечания, войдя во вкус, перестали быть завуалированными. Однако, видя, что мы не слишком расположены ее слушать, она добавила: — Прошу прощения, ничего не могу с собой поделать. Ситуация вышла из-под контроля. Иногда просто сложно удержаться. Я и положительные моменты подмечаю. Вот, например, я заметила, что у Элизы очень красивые ягодицы и спина. Не то чтобы я могла видеть сквозь одежду, но в целом. Я бы с удовольствием что-нибудь нарисовала на ее теле.

— И это правда. Я еще не видела никого аппетитнее тебя! Меня даже удивляет, как ты такая, если постоянно сидишь на своей пятой точке.

Значит, страдающей душе, которая неравнодушна к филейным частям, хоть в чем-то повезло.

— А что бы ты нарисовала на ее спине? — с любопытством спросила Хана.

— Ну-у-у, — протянула девушка, на мгновение отложив кисти и серьезно оценивающе посмотрев на меня. — Трехцветного котика.

По возникшей улыбке мисс Росс можно было легко понять, что это слово немного растопило лед в ее сердце. Видимо, она любит кошек. Я тоже. Да и вообще, разве есть те, кто их не любит? Следовательно, удовлетворить ее таким ответом было несложно.

******

Еще через полтора часа первый рисунок был полностью закончен. Она не стала нам его показывать, лишь попросила подождать, после чего достала второе полотно. Сказав, что теперь нужен рисунок для души, она снова принялась за работу. В этот раз девушка с ходу взялась за краски. Ее руки двигались неестественно быстро, что сразу указывало на связь с ее силой. Поинтересовавшись, мы узнали, что Мисук обладает способностью ускорять отдельные части своего тела. Анна, естественно, не могла не высказать свое мнение по этому поводу. И оно настолько очевидно, что нет смысла его здесь описывать.

— Ты постоянно используешь свою силу? — спросила я, поскольку она говорила об этом как о чем-то совершенно обычном.

— Да, а вы что, нет? — она ответила с усмешкой, не отрывая взгляда от картины.

Мы с Ханой переглянулись.

— Я — нет, — призналась моя подруга.

— Серьезно? — художница прервала свою работу и медленно перевела на нас взгляд. — Вы же не хотите сказать, что это из-за браслетов?

— У меня не настолько полезная способность, чтобы пользоваться ею каждый день, но и из-за них в том числе, — ответила мисс Росс.

— Типичная ошибка первокурсников, — самодовольно заявила Мисук. — Конечно, хорошо, что новички думают, будто к ним постучат, если они начнут использовать свою силу, но это же полный бред. Где мы находимся, спрашивается? Тут силу прокачивают, заставляют использовать ее каждый день. И что теперь, за всеми следить? Используйте на здоровье, никто вам ничего не скажет. Это скорее мера предосторожности на случай непредвиденных обстоятельств, нежели какой-то запрет. Но другим об этом говорить не стоит, пусть живут со своими ограничениями, раз слушать не умеют. Хах.

Уточнение достаточно дельное для общего понимания, но лично для меня ситуацию никак не меняет. Мою-то силу зафиксировать невозможно.

******

— Можно смотреть! — приглашала нас Мисук, отходя от мольберта на шаг назад. — Ну, что вы тут видите?

На полотне была просто какая-то непонятная мазня из разных цветов. Смотря на то, с какой скоростью двигались ее руки, что-то подобное и представляешь. Ни о какой точности и изящности и речи быть не могло.

— Вижу отражение души Ханы, такое же яркое и неописуемое, — оригинальничала я, льстя милой даме.

— Неплохой, но довольно очевидный ответ, — отмечала Мисук, но в ее словах даже проскальзывали нотки одобрения.

— Поскольку я смотрела на создание этого шедевра все время, то выражать свое мнение не стану, потому что вы все равно не поверите, сказав, что шутку я выдумала заранее, — держа руки под грудью, спокойно говорила Анна. — Главное, что за ним стоит нечто большее, чем вам кажется.

Как загадочно. Даже думать не буду о смысле этих слов.

— Я даже не знала, что моя душа настолько... хаотичная, — мисс Росс, взглянув на меня мило улыбнулась. — Кажется, сегодня я узнала, что не сильна в абстракционизме. По мне, так это просто несуразица.

— А ты, я погляжу, Хана, реалист, — долька иронии на сей раз досталась мисс Росс. — Так, по сути, оно и есть. Но если без шуток, Элиза почти близка. Это то, как я чувствую Хану. Вы буквально смотрите на мой внутренний мир. Рисунок для души! Прекрасный и непостижимый. Даже для меня. Я просто отключаю мозг и, смотря на объект, который рисую, позволяю рукам творить! Каждый мазок — это часть меня, моих эмоций и мыслей. И в этом вся суть искусства.

— Покупаю! — внезапно выкрикнула Анна, отчего я вздрогнула. — Держите мой миллион. Ее подход не лишен смысла. Кто-то вроде меня, ведясь на такие речи, выкладывает не один миллион есси.

— Но это лишь мечты, а вот в реальной жизни, — взявшись за край рисунка, она одним движением порвала его, показав картину, которую рисовала до этого. — Творчество выглядит вот так!

На полотне была нарисована обнаженная девушка, которая, ублажая себя пальцами правой руки, левой трогала себя за грудь. И она была похожа на Хану разве что относительно размера бюста и пропорциями тела. И все это в стиле аниме нарисовано акварелью.

Мисук, конечно, кадр что надо. Что сказать после такого, не знаю, но отрицать не стану, нарисовано красиво.

— Да, вот оно это «большее», — Анна усмехнулась, а после изменила голос на придурковатый. — Вот такая вот картиночка все время рисовалась.

Я взглянула на модель. Она едва заметно улыбалась, но в ее глазах отражалось недоумение. Я перевела взгляд на Мисук. Наша реакция ее забавляла и явно приходилась по душе. От этой улыбки закрались мысли, словно все, что было до, было лишь для этого момента. Девчонка большая приколистка?

— Я не думала, что картина будет ТАКОГО типа, — первой заговорила Хана. Сделав неловкую паузу, она добавила. — Девушка совсем не похожа на меня.

— Искусство порою бывает неожиданным? — наслаждаясь реакцией, смеялась Анна.

— Понятно дело, я не стану рисовать учеников один в один, — Мисук усмехнулась, а после поспешила внести уточнение. — Предыдущий — то, как вижу я, а это — то, что хотят видеть они.

— «Они» это кто? — слегка наклонившись к Мисук, деликатно уточняла мисс Росс.

— Как кто? Айрараты и парфянцы, — художница озвучивала национальности жителей двух очень религиозных восточных стран. — Но и без них любителей достаточно.

— Только что-то мне подсказывает, что в отличие от «души», этот рисунок останется целым.

Да, видимо, рисунки она рисует все же не во имя искусства, а с оглядкой на предпочтение конкретной аудитории. Делаем вывод, это где-то будет выложено. Современный человек искусства зависит от количества сердечек. Понимаю. Но не до конца.

— Считаешь нормальным показывать нам подобное? — чисто для галочки интересуюсь я ее мыслями.

Мне в целом все равно, я уже приняла расклад, но Хана, кажется, ожидала совсем не того. Она, конечно, по-прежнему улыбается, но не так, как обычно. Кажется, рисунок ее немного огорчил. От этого и мне становится неприятно.

— А что такого? Это искусство, и не каждая модель его достойна. Вы взрослые дамы, наверняка все понимаете. Кроме того, — она указала обратной стороной кисточки на три полосочки на половом органе, — тут есть цензура. После продажи я ее, конечно, уберу, но в целом рейтинг снижается. Уже можно смотреть тем, кто и помладше вас будет!

— Ну, конечно, полосочки — это же как магическая завеса: достаточно прикрыть ими причинные места, и картина сразу становится семейного просмотра, — забавлялась моя особенность. — Прямо как в дорамах-детективах, где достаточно надеть черную кепку, и тебя уже никто не узнает!

Эта фраза заставила меня улыбнуться. Конечно же, Анна не могла не заметить этого. Чтобы сообщить мне о своей победе, она несколько раз довольно подергала бровями.

— Я просто хочу быть честной и скажу больше: своей постоянной модели, которая бы меня вдохновляла, я могла бы отдавать процент с продаж, — не слишком тонко намекала Мисук.

— А потом выяснится, что вместо котика на спине у меня нарисованы гениталии? — вдохновлённая Анной, я не упускаю возможности подшутить над художницей.

— Если хотите, нарисую, но, если серьёзно, на людях я изображаю что-то прекрасное, что-то похожее на то, что у меня на руках. Можете считать это моим фетишем. Я даже денег за краски не возьму, а они, между прочим, весьма дорогие. Только фото сделаю.

— В таком случае, быть может, стоит развивать это направление? — словно пытаясь направить на истинный путь, поинтересовалась Хана.

— Я вижу, что вы впечатлены, но не поймите меня неправильно, художник тоже должен зарабатывать на жизнь. Приходится постоянно находить баланс между свободой самовыражения и необходимостью получать доход. Я бы хотела рисовать лишь то, что мне по душе, но… — она пожала плечами и безнадёжно покачала головой.

Трудности бытия творцов, с которыми не сталкивается обычный человек? Не уверена, что в этих пафосных словах нет доли преувеличения, но, полагаю, и доля правды в них имеется. Остаётся просто принять всё на веру.

— Да я вижу, у нас тут современный герой эпоса. Налицо глубокая моральная дилемма. Вместо мечей — кисти, а вместо поиска принцессы — поиск спонсоров. Можно снимать аниме. Ах да, такое уже существует.

— Я скорее говорила о нашем возможном сотрудничестве, — уточнила мисс Росс.

Мисук искоса взглянула на Хану, после чего её лицо осветила совершенно иная, тёплая улыбка.

— Могу я тебя обнять? — спросила художница, тронутая потенциальным согласием моей подруги.

— Но только в качестве исключения, — открывая объятия, девушка, улыбнувшись, слегка кивнула.

— Я тоже хочу! — наблюдая за объятиями, демонстративно капризничала Анна, придавая голосу недовольный тон. — Почему ты никогда не обнимаешь меня? А?

Даже не знаю, почему.

— Я найду тебя в соцсетях и напишу! — объявила Мисук, выходя из объятий.

— Нам с Элизой пора идти, — скромно сообщила модель о своем намерении удалиться. — Не хотелось бы получить техническое поражение из-за опоздания.

— Ну, понятно… Любви в доме нет!

— Ещё увидимся, — сказала художница на прощание.

— Мне одной показалось, что её фраза о поиске меня прозвучала как-то угрожающе? — спросила меня Хана, как только мы немного отошли от места.

— Не знаю, но ты определённо нашла себе интересную новую знакомую, — не удержалась я от сарказма.

— Прости, что всё так вышло, — извинилась она за доставленные неудобства.

— Да всё в порядке. Главное, чтобы конечный результат тебя не разочаровал.

— Она совершенно точно смогла меня удивить. И думаю, о своём первом опыте позирования я буду вспоминать ещё очень долго!

Позитивное мышление — это прекрасно, ведь мне в какой-то момент показалось, что ей было неприятно. Пусть в итоге все получили свои эмоции, и Мисук в конце не была токсична, но желания встречаться с ней снова у меня нет.

******

Крытый стадион арены на первый взгляд ничем не выделялся среди прочих. Множество овальных коридоров с помещениями, где проводились различные занятия у специалистов. Кабинеты с капсулами виртуальной реальности. Комментаторская рубка. Сама арена представляла собой стандартный овальный стадион с рядами удобных кресел по периметру. С четырёх сторон были установлены большие экраны, на которых транслировались как текущие бои, так и старые записи. Внизу, в самом центре, располагалось два ряда по пять виртуальных капсул в каждом. По количеству человек в команде. Посередине проходил мостик, по которому соперники сходились для пожелания удачи, принятия поздравлений и рукопожатий.

Здесь, проведя инструктаж, Хана оставила меня, а сама отправилась готовиться к бою. Я уселась в одно из кресел, но затем решила взять кофе и вышла в фойе. Здесь также висел большой экран, поэтому я решила не возвращаться в зал и осталась смотреть поединок прямо здесь.

Все сражения обычно проходят в виртуальной реальности. Битвы проводятся раздельно между специалистами и обычными студентами. Первые абсолютно никак не контактируют со вторыми и ведут собственный отдельный рейтинг.

Сегодня Хана выступает против какого-то парня-первокурсника. Рукопашный бой. Использование Qi запрещено. Более никаких ограничений нет. Побеждает тот, кто сумеет одолеть соперника.

Девушка выбрала весьма экстравагантный наряд полностью чёрного цвета, который открывал вид на её ноги и живот, при этом выгодно подчёркивая фигуру и грудь. На её шее красовался чокер с шипами. На фоне парня, облачённого в местную униформу, она выглядела весьма агрессивно.

Выбор сражения насмерть и такой костюм казались мне очень странными и вызывали определённый диссонанс с ранее сложившимся образом девушки.

Битва началась, и Хана, сокращая дистанцию, стремительно ринулась к противнику. Тот занял оборонительную стойку. В последующем обмене ударами, он получил удар в грудь, а затем — коленом левой ноги в голову. Испарив удар коленом, он едва не потерял равновесие, но быстро восстановил позицию. Он отскочил назад, уходя от последующей атакующей вылазки Ханы. Если бы это был реальный мир, бой уже бы завершился, но в виртуальном пространстве они почти не ощущают боли, что позволяет им выдерживать смертельные удары. Заметив, что противник отступает, Хана молниеносно сократила дистанцию и совершила мгновенный захват, обездвижив руки противника, после чего броском через себя впечатала его в землю. Развернувшись, она со всей силы ударила ногой поверженного противника.

— Вот те раз, какая милашка, — восхищенно произнесла Анна. — Сразу понятно, кто в отношениях будет заниматься домашними делами и мыть посуду.

Я думала, зрелище будет довольно унылым. В конце концов, когда люди обладают сверхспособностями, создающими грандиозные представления, от обычной драки не ожидаешь многого, а тут я будто попала на какое-то шоу рестлинга. Только без всякой постановки. Сложно поверить, что подобное — результат всего лишь месячных тренировок.

— Мы как-то часто встречаемся, тебе не кажется? — раздался позади голос Николь.

Она шла в сопровождении какого-то парня, и одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что у нее сегодня далеко не лучший день.

Анна помахала рукой в знак приветствия, а та в ответ как-то невнятно улыбнулась.

— Учитывая, что именно ты всегда находишь меня, можно сделать определенные выводы, — в шутку заметила я.

— А, наблюдаешь за боем Ханы? — ее словно осенило, когда она взглянула на экран, но губы ее скривились, выражая явное неодобрение.

Я взглянула на монитор, где незадачливого парня прижали к стене и буквально избивали.

— Я сказала, что хотела просто посмотреть, что это такое, вот она меня и пригласила. Она ведь довольно хороша, не так ли?

— Судя по всему, отбивные у нее должны выходить превосходные. Может, попросишь ее приготовить? — продолжая наблюдать за экраном, подшучивала Анна.

— Наверное. Вообще, это та часть мисс Росс, которую я бы предпочла не знать, — не скрывая своего отношения, хмыкнула Николь. — Думаю, она и сама это понимает, но мы никогда это не обсуждали, поэтому ты ей об этом не говори.

— Да ладно? Ей вроде как веселье приносит. Разве это не прекрасно, когда у человека есть занятие, которое позволяет ему выплеснуть эмоции, то, что приносит ему удовольствие? — интересуясь ее позицией, я излагала свою точку зрения.

Я, конечно, испытываю странные ощущения от того, что то, что она делает, она делает с легкой улыбкой, но я ее прекрасно понимаю. Мы даже в некоторой степени похожи. Ведь я тоже люблю файтинги! Играя, я иногда улыбаюсь, хотя и избиваю людей, пусть и не настоящих. Эмоции-то реальные, и по действиям я могу почувствовать, как горит чья-то задница по ту сторону экрана.

— Я в целом против любого проявления насилия. Неважно, в реальности или в виртуальности. Будь моя воля, я бы запретила эти дурацкие шоу вроде сражений в башне, которые всем так полюбились, и программу обучения бы кардинально изменила. Самооборона, конечно, важна, но в целом… Не могу не радоваться, что президентам больше не нужна физическая сила. Ты не принимай близко к сердцу, это просто мое личное мнение.

— Решать мировые проблемы будем с помощью рэп-баттлов! Очередная потрясающая идея для аниме, как думаешь? — оторвав взгляд от экрана, Анна посмотрела на меня. — Ах да, такое уже существует. И откуда столько всякого мусора в моей голове?

Меня тоже беспокоит этот вопрос.

— Ты, я вижу, сегодня не в настроении. Что-то случилось?

— Слушай, — обратилась Николь к парню, который явно чувствовал себя неловко, — ты иди по лестнице вверх до самого конца. Там, наверху, будут большие двери, они сильно выделяются, так что не пропустишь. Скажи, что я тебя послала, и объясни все. Я подойду через минут пять.

— Хорошо, — он неуверенно пожал плечами, но последовал ее указанию.

— Да, в выходные работы больше, чем в будни. Я вот, используя свою особенность, решила быть полезной и предложила администрации обратить внимание на некоторых потенциально опасных личностей. В плане того, что их особенности могут привести к дестабилизации и спровоцировать определенные последствия. Мы все обсудили и решили перевести их в другое учебное заведение. Вот, занималась этим. Еще новичка привела, он комментатором стать хочет. Необходимо было решить дела по предстоящим мероприятиям. А еще твоя подруга Киоко тоже доставила проблем.

Выходит, Николь все же обычный человек, который тоже устает? Приятно это осознавать.

— Подруга? — с удивлением уточнила я, желая узнать, почему она выбрала именно это слово.

— Деятельная дама. Похоже, в качестве замены развлечениям с тобой, она нашла кое-что более интересное.

— Разве ты ее так не называла? — задумчиво произнесла Николь, пытаясь придать своему лицу безучастный вид.

— Ты что, подслушиваешь разговоры?! — возмутилась я.

Я назвала ее так всего один раз, и это было сегодня утром!

— Не то чтобы. Просто я проходила мимо и услышала эту фразу, а вы даже не обратили на меня внимания, глядя прямо друг на друга, — она двумя пальцами указала на свои глаза, а затем на мои. — И, между прочим, она тебе улыбалась, а это уже о чем-то говорит.

Звучало так, словно меня подозревают в каком-то преступном сговоре.

— Ах, Киоко, она такая забавная! — Анна беззаботно махнула рукой, пытаясь имитировать мой голос. — Вечно находит время подкинуть пару проблем, лишь бы моя жизнь не казалась слишком пресной. Что бы я делала без ее «чудесных» сюрпризов?

— Значит, подслушивала… — разочарование прозвучало в моем выдохе.

— Ну, чисто технически, конечно, да, — она, переминаясь с ноги на ногу, замялась. — Ладно, считай, что подслушивала! Просто знакомство у нас состоялось при весьма интересных обстоятельствах, и, учитывая последующие события, мне нужно было понимать, что происходит.

— И что же на этот раз успела выкинуть Накано? — умиляясь ее реакции, поинтересовалась я.

— По сути, Киоко не виновата, она все сделала по правилам, — неуверенно протянула Николь. — Это скорее я этим именем условно обозначаю возникшую проблему.

— Все еще осуждаешь меня за идеально подобранное обозначение? — услышав этот тон, самодовольно произнесла Анна.

— Звучит так, будто ты сама в это не веришь и уже пытаешься найти себе оправдание, — иронично заметила я.

— Вселенная полна разнообразных совпадений, — на лице Николь появилась легкая улыбка. — В любом случае, я не должна рассказывать о проблемах совета тому, кого знаю всего неделю.

— Логичная позиция, — усмехнулась я. — Если ты только специально не хочешь заинтриговать меня и уйти.

Раньше это ее, впрочем, не особо волновало, но я, конечно, вспоминать об этом не стану.

— Вообще, об этом уже через несколько дней и так все будут знать. К тому же, ты вроде не похожа на человека, который любит сплетничать, так что слушай. Это все-таки связано с твоей подругой, — она пожала плечами, пытаясь скрыть за этим специально произнесенное слово, на которое я так отреагировала. — Итак, когда она расселила вас, Накано подселила в комнату к одной второкурснице, по имени Уна. Так вот, Киоко за пару дней выяснила, что та посещает мужское общежитие. Проникает туда с помощью силы одного парня, который, когда поднимает предмет или живое существо двумя руками, визуально для всех превращает его во что-то другое. За несколько дней она умудрилась собрать всю информацию и написала жалобу, бросив ее в ящик для проблем и предложений. Такие письма анонимны, их не подписывают, но почерк у нее такой, что любой, кто увидит его хотя бы раз, запомнит. Вот.

— Не слишком-то умная схема, раз кому-то хватило пары дней, чтобы вычислить ее. В таком случае даже удивительно, что вы не узнали об этом раньше, — заметила я.

— Возможно, мы и знали, точно сказать сложно, — словно не желая себя подставлять, отшутивалась президент. — Проблема в другом. Вся эта информация должна была остаться в студсовете, но человек, который занимался разбором писем, оказался чрезмерно болтлив. Хотя, может быть, это был новичок, которого он обучал. Я не уверена, но думаю, все же не новобранец. Вряд ли у того есть интерес рассказывать что-то незнакомым парням. И, как ты понимаешь, информация из письма дошла до ушей тех, кто практиковал подобные проникновения. Те, в свою очередь, рассказали Уне. И сегодня я стала свидетелем сцены, когда та попыталась ударить Киоко. Вот это уже составляет огромную проблему.

— Хочешь сказать, что подрывается твой авторитет и авторитет студсовета? — логичный вывод я сделала.

Где-то я слышала фразу о том, что доносчики хуже нарушителей. Не то чтобы я совсем не согласна, но считаю, что порой лучше рассказать, чем закрывать глаза. Вопрос лишь в том, является ли эта ситуация той, в которой донос приведет к устранению нарушения? Интимные отношения в студенческие годы — это, пожалуй, обычное дело.

— Было бы здорово, если бы это была единственная проблема. Думаю, тебе, мне и другим из этой информации и так понятно, что там происходило в общежитии. Наверное, это даже лучше, чем гасить чувства где-то вне камер, в лесу или еще где. Я по-человечески могу их понять, у самой гормоны не спят, но это нарушение правил, причем многократное. Пока все не выходит за пределы, можно как-то тихо решить этот вопрос, но когда есть огласка с последствиями, уже закрывать глаза не получится. Придется решать целый ряд проблем. Пересмотреть состав студсовета. Сейчас — отселить Киоко от соседки. Выяснить, сколько всего девушек и парней участвовало в этом за все время. Мне придется первой донести всю эту информацию до администрации, а там уже как пойдет, но я уже понимаю, что ничего хорошего ждать не стоит.

— И зачем все так усложнять, когда можно просто выкинуть змеюку из академии, и все, — предложила Анна, чувствуя себя гением.

От одного только того, что я слышу, уже болит голова. Лишний раз убеждаюсь в правильности своего отказа от вступления в совет.

— Могу тебе только посочувствовать, — попыталась поддержать я.

— Я в порядке, — Николь улыбнулась. — Решение столь необычной проблемы должно стать интересным и действительно важным опытом. Но скрывать разочарование своими подчиненными я не стану.

— Интересно, как это выглядело со стороны? — рассматривая свои руки, Анна примеряла различные позы. — Если нужно поднять и пронести человека до комнаты, а ты лишь визуально превращаешь его в крошечный предмет? Идешь такой, держась за яблоко двумя руками, а тебя всего перекособочивает. Один раз — это ладно, но ходить так постоянно! Ни капли не странно. Есть вопросы к коменданту.

— Тут Анна у тебя интересуется…

Я озвучиваю ее слова.

— Можно посмотреть по камерам, но, думаю, это зависит от силы человека. В научных целях, — подставляя руки, чтобы поднять меня, Николь интересовалась моим согласием.

— Если только в научных, — соглашаюсь я, чувствуя себя не слишком комфортно.

Я поставила кофе на подлокотник дивана. Она сумела поднять меня, и ее спина тут же немного выгнулась назад от неудобства и непривычки. Президент держала меня уверенно, но двигалась не слишком быстро.

— В принципе, если сделать вид, что твой учитель — фанат излишних нагрузок и дал тебе два бокала весом под двадцать пять килограмм каждый, можно избежать странных взглядов, — наблюдая за нами, шутила Анна.

— Полагаю, у меня недостаточно сноровки и опыта для такого, — Николь опустила меня на пол и, повернувшись ко мне спиной, присела. — В принципе, есть еще такой вариант. Если мне нужно просто держать тебя двумя руками. Так должно быть удобнее.

— Может, лучше ты? — спросила я по инерции, но тут же вспомнила уроки физкультуры. — Хотя лучше не надо.

Я обхватила ее за шею, закинув ноги на ее руки, и она поднялась.

— Так намного легче! И, в принципе, можно менять руки. Пока ты держишься за меня, словно панда, я могу тебя держать и за бока, и за ноги, и за ягодицы, и за плечи, — произнося эти слова, она дотягивалась и касалась указанных мест.

— Правда, большинство из этого будет смотреться странно, — я представляла в голове картины и утверждала. — Ходит какой-то дурак с разными предметами, то так, то эдак их трогает, и все руки тянутся за спину.

— Это моя особенность, моя плата, чего докопались?! — Анна разыгрывала сценку, отвечая. Следя за нами, она уселась на диван, перекинув ногу на ногу.

— Полагаю, классические два варианта лучше всего. Держишь ты пару яблочек возле ляжек, и — что? Сгорбился немного, прогнулся, но кто из нас не сутулится? — Президент крепче обхватила мои ноги. — Зато так мне хватает сил даже побежать.

Она, чтобы подтвердить свои возможности, помчалась со мной по огромному кругу фойе. Бегая, президент вошла в раж и начала сопровождать свои действия звуковыми эффектами на поворотах и при пикировании.

— Похоже, ей не хватало человеческого тепла и эндорфинов, — замечала я, перебирая ногами взад-вперед. — Мило.

Добравшись до коридора, Николь остановилась перед лицом Ханы, которая, стоя возле стены, наблюдала за ними.

— Хана? Мы тут факультет машиностроения обсуждали, — глядя в глаза девушки, президент придумывала на ходу. — Ну там, знаешь, всякие проблемы аэродинамики, обтекаемости, нагрузки на машину и другие важные штуки. Практический эксперимент.

Она не спеша отпустила мои ноги, и я встала на пол.

— Понимаю, обтекаемость бампера, несомненно, важный параметр, — Хана серьезно говорила, намекая, что видела все, что было до этого. — Вижу, ваш «практический эксперимент» прошел без аварий.

— Инспектор, как всегда, прячется за поворотом в ожидании, когда можно будет оштрафовать за превышение скорости. А тут еще в машине его возлюбленная с другим…

— Так! — Николь хлопнула в ладоши, поправляя бабочку. — У меня, вообще-то, много дел! Я хотела попросить Лизу не говорить тебе о том, что я здесь появлялась. Так что давайте сделаем вид, что меня тут и не было, — проскользнув мимо мисс Росс, бодро говорила Николь. После пары шагов она вернулась и, прильнув к уху Ханы, тихо сказала. — Очень мило выглядишь.

И президент исчезла.

— Есть что добавить, Лиза? — девушка, держа руки под грудью, интересовалась. Сокращая мое имя, она обвиняла меня в излишней близости.

— Выбирая слова, помни о том, что было на экране, — Анна подливала масла в огонь возникшей атмосферы.

— У Николь был тяжелый день, выглядела замученной, а я просто хотела, чтобы она улыбнулась, — почти честно отвечаю я, понимая, что все это ради шутки.

— Идем, — девушка, не в силах сдержать улыбку, взяла меня под руку. — Хочу в качестве компенсации попробовать приготовить что-нибудь, что понравится тебе. Расскажешь мне о своих вкусах?

******

Оказалась ли я в выигрышной ситуации, если ужин по вкусу был ничуть не лучше, чем все, что было до, хоть и готовили с учетом моих пожеланий?