Какой скандал Том 1 Глава 62 Глава 62
Императорский указ принёс перемены, и звезда императора вновь засияла. Марс, покровитель сердца, оказался на грани добра и зла. Когда пять планет собрались в одном созвездии, невзгоды должны были уступить место удаче.
Возможно, из-за частых наставлений Безымянного Странника, Ю Вань Инь той ночью увидела сон.
Она шла по длинному, узкому коридору, и каждый встреченный придворный был объят тревогой, словно предчувствуя грядущую беду. Они были так встревожены, что едва кланялись ей; никто не спрашивал, зачем она здесь.
Её рука, скрытая в рукаве, была влажной от холодного пота, и ей пришлось крепче сжать то, что она держала.
Что ей нужно было сделать? — Убить кого-то.
Почему она должна его убить? — Она не помнила, но чувствовала, что это необходимо сделать немедленно.
— Наложница Ю, император ожидает вас, — Ан Сянь открыл дверь и склонился перед ней.
Ан Сянь? Разве принц Дуань не свернул ему шею? И когда она снова стала наложницей Ю?
Ю Вань Инь смутно понимала, что это сон, но её тело в нём не слушалось, и она шаг за шагом приближалась к императорскому ложу.
Не идти туда, остановиться!
Она откинула занавеску и дрожащим голосом произнесла:
— Ваше Величество.
Человек, лежавший на кровати, подобный иссохшему трупу, пошевелился, и пара мрачных глаз устремила на неё взгляд…
Ю Вань Инь вскочила, тяжело дыша.
— Вань Инь? — сонно спросил Сяхоу Дань, открывая глаза и садясь рядом.
Ю Вань Инь всё ещё была в шоке и не могла произнести ни звука.
Сяхоу Дань поднялся, приказал слугам зажечь светильники и проводить их прочь. Повернувшись к ней, он спросил:
— Почему ты так бледна? Тебе приснился кошмар?
— Ты помнишь... — Ю Вань Инь обнаружила, что её голос стал хриплым, — Когда мы только познакомились, я говорила тебе, что в романе «Возлюбленная наложница дьявола» тиран был убит в финале книги?
— Да, но тогда ты не могла вспомнить, кто стал убийцей.
Ю Вань Инь с трудом открыла рот, но снова его закрыла.
Теперь она вспомнила, кто именно это был.
В первоначальном сюжете она была безумно влюблена в Сяхоу Бо, но постоянно уступала Се Юнэр, так и не сумев завоевать его сердце. После нескольких неудачных попыток она лишь вызвала у него отвращение, и он прямо заявил, что больше не хочет её видеть.
В отчаянии она преподнесла принцу Дуаню свой последний «подарок».
Она нанесла смертельный удар Сяхоу Даню отравленным кинжалом, предоставив принцу Дуаню законный предлог для вторжения во дворец и защиты императора.
Тиран скончался от тяжёлых ран, а злая наложница тоже не избежала печальной участи. Принц Дуань, не желая запятнать свою репутацию, даровал ей три фута белого шёлка*, чтобы она могла последовать за тираном в могилу.
(прим.пер.: наложнице была предоставлена возможность покончить с собой, повесившись на шёлковой ленте. Это считалось более «честным» и менее позорным способом умереть, чем быть публично казнённой.)
Да, во всём была виновата коварная женщина, и великий спаситель, не имея выбора, взошёл на трон со слезами на глазах.
Хотя Ю Вань Инь понимала, что это лишь сюжет оригинальной истории, содержание сна и его время сильно её обеспокоили.
Сяхоу Дань спросил:
— Что тебе приснилось? Может, расскажешь?
— Ничего особенного, — Ю Вань Инь не могла подобрать слов и тихо пробормотала, — Просто странно, почему именно сегодня, после встречи с Безымянным Странником…
Только что встретила предсказателя, и вот уже снится давно забытый сюжет. Трудно не воспринять это как знак.
Она не хотела говорить, и Сяхоу Дань больше не настаивал:
— Не переживай, сны — это всего лишь сны. У тебя просто плохое настроение в последнее время.
Он прокомментировал это так объективно, словно её «плохое настроение» было вызвано невкусным ужином, а не тем, что он находится на грани смерти.
Ю Вань Инь вздохнула:
— Давай спать.
Как он и сказал, этот сюжет больше не мог повториться. Се Юнэр мертва, Сяхоу Бо искалечен, все беды из оригинала были предотвращены ещё в зародыше. Они уже изменили судьбу, даже так называемое «собрание пяти звёзд» прошло…
Ю Вань Инь резко вздрогнула и снова села.
Не дожидаясь вопросов Сяхоу Даня, она вскочила с постели и бросилась к окну, распахнув его настежь и глядя наружу.
Сяхоу Дань, ещё полусонный, пробормотал:
— Почему ты даже не надела обувь?
Обзор из окна был ограничен. Ю Вань Инь долго искала, но ничего не обнаружила, поэтому выбежала через заднюю дверь во двор.
Сяхоу Дань, с растрёпанными волосами, бросился за ней и накинул на неё плащ:
— Ну и дела, хотя бы обувь надень.
Ю Вань Инь стояла на холодных каменных плитах двора, застыв, как статуя, и глядя в небо.
Сяхоу Дань последовал за её взглядом и посмотрел вверх:
—…Ах.
На привычном участке ночного неба пять главных звёзд сияли холодным светом, образуя идеальную прямую линию.
Когда они в последний раз проверяли, конец этой линии был изогнут. Тогда она подумала, что бедствие миновало и собрание пяти звёзд больше не представляет угрозы. Но оказалось, что это событие ещё не наступило.
Сяхоу Дань прищурился:
— Если я не ошибаюсь, это знак того, что правитель будет убит?
Ю Вань Инь задрожала, её разум лихорадочно перебирал все воспоминания, связанные с Безымянным Странником.
Будто по мановению волшебной палочки, в её ушах зазвучали слова Линь Сюаньинь, обращённые к Сяхоу Даню: «Передаёт мой учитель: ваша встреча может не принести добра.»
Сердце её рухнуло вниз, словно проваливаясь в бездонную пропасть.
Незнакомец-Странник призывал их следовать небесным указаниям, но неужели эти «указания» означают следование сюжету оригинала?
Этот мошенник намеренно подталкивал её к убийству Сяхоу Даня?
Ярость охватила Ю Вань Инь.
Она огляделась, размышляя, возможно ли призвать Незнакомца-Странника посреди ночи.
Сяхоу Дань взглянул на небо, затем на неё и, казалось, всё понял. Он тихо рассмеялся.
В темноте он выглядел призрачно-бледным, но на удивление спокойным:
— Собрание Пяти Звёзд, невзгоды сменяются удачей. Для этого мира потерять безумного императора и обрести императрицу — действительно удача.
— Не говори ерунды! — сердито возразила Ю Вань Инь. — Только если ты выживешь, это будет удача!
Сяхоу Дань миролюбиво ответил:
— Хорошо, ты права. Надень обувь.
Ю Вань Инь:
— …
С момента их воссоединения Сяхоу Дань перед ней неизменно был… поразительно спокоен.
Он вёл себя как юноша, влюблённый до беспамятства, всегда находясь рядом, разделяя трапезу и напитки, наслаждаясь мирной жизнью, дорожа каждым мгнутием.
Он, казалось, предпочитал не замечать приближение смерти. Порой, когда Ю Вань Инь грустила, он отпускал шутки, чтобы отвлечь её.
Ю Вань Инь наконец надела обувь.
— Так холодно, вернёмся, — Сяхоу Дань повёл её обратно в дом и уложил в постель. — Если не можешь уснуть, может, займёмся чем-то, что согреет?
Ю Вань Инь:
— ?
Ю Вань Инь:
— Ты не хочешь поговорить об этом?
— О чём? Об убийстве? — Сяхоу Дань устроился рядом с ней поудобнее. — Если это случится, я предпочту быструю смерть, нежели агонию, крича десять дней и ночей. Возможно, я сам попрошу тебя сделать это.
Ю Вань Инь почувствовала, как сердце сжалось от боли при его беззаботном тоне:
— Ты думаешь, я смогу это сделать?
Сяхоу Дань задумался:
— Это действительно будет непросто для тебя. Но не волнуйся, для меня это неважно, делай, как тебе будет удобно.
Ю Вань Инь почувствовала, как что-то внутри неё надломилось.
— Как будет удобно… — тихо повторила она.
Сяхоу Дань замер, подбирая слова:
— Я не это имел в виду…
— Ты спрашиваешь, что мне будет приятнее: самой убить тебя или наблюдать, как ты медленно умираешь?
Сяхоу Дань растерялся.
Он неуклюже посмотрел на неё, ища носовой платок.
— Если уж тебе так хотелось, чтобы мне было удобно, ты должен был выгнать меня из дворца в первый же день или позволить прийти лишь после твоей смерти! Мне было бы удобно не знать тебя, не есть с тобой хот-пот, не попадаться на твои уловки, не читать твои письма…
Сяхоу Дань наконец нашёл платок и неловко протянул его ей, но Ю Вань Инь не взяла.
Эмоции, которые она так долго сдерживала, теперь вырвались наружу, она рыдала, её тело дрожало:
— Почему ты так жесток ко мне?
Сяхоу Дань помолчал немного, затем обнял её, мягко произнося:
— К счастью, императрица милосердна и непременно ответит добром на зло, следуя воле небес и поддерживая народ, даруя долгие годы правления.
— Я не могу!
— Ты уже можешь. А-Бай рассказал мне, что до моего возвращения ты справлялась сама. Дальше будет только лучше, — он нежно погладил её по спине. — Не плачь, я прошу прощения. Если есть перерождение, я обещаю вернуть тебе долг в следующей жизни.
— Мне не нужна следующая жизнь, я хочу здесь и сейчас, — Ю Вань Инь не знала, к кому обратиться, её голос был полон отчаяния, словно у ребёнка, просящего луну. — Я хочу, чтобы ты остался, чтобы был со мной…
Сяхоу Дань:
— …
Сяхоу Дань тихо сказал:
— Я больше всего на свете хочу остаться.
Ю Вань Инь всхлипнула, почувствовав что-то странное в его голосе, и вырвалась из его объятий, чтобы взглянуть на него. Глаза Сяхоу Даня были полны слёз, он смотрел на неё с нежностью и беспомощностью.
— Но я тоже ничего не могу сделать.
Ю Вань Инь вдруг осознала, что не должна подводить Сяхоу Даня.
Сяхоу Дань так старался оставить после себя светлые воспоминания, чтобы они могли утешить её. Но она заставила его плакать.
Постепенно успокоившись, она взяла протянутый платок и высморкалась:
— Ладно, тогда просто постарайся как следует мне это компенсировать.
***
После долгой и суровой зимы постепенно начало теплеть.
Ответа на послание, отправленное Туэру, всё ещё не было. Ситуация в Цян оставалась нестабильной, военные действия сопровождались хаосом и неразберихой. Они даже не могли быть уверены, что Туэр получил письмо.
Император, как только появлялось свободное время, использовал любую возможность, чтобы провести его с императрицей. Они гуляли по озеру, любовались луной, бродили по снегу и наслаждались цветами, проводя время с удовольствием.
Состояние Сяхоу Даня заметно ухудшалось. Он всё меньше ел и спал, его глаза превратились в глубокие впадины, всё больше напоминая образ тирана из кошмара. Ю Вань Инь знала, что его головные боли приближаются к критической точке.
Но он никогда не показывал свою боль перед Ю Вань Инь, а когда уже не мог терпеть, исчезал на некоторое время. Ю Вань Инь делала вид, что ничего не замечает. Она уже выплакала все слёзы и не собиралась делать это снова. По указанию императора, был назначен день торжественного бракосочетания. Подготовка к этой грандиозной церемонии потрясла двор и страну. Император, казалось, хотел показать свою власть, отпраздновать своё позднее восшествие на престол и очистить её от клейма «ведьмы-императрицы». Эта церемония должна была стать началом новой эры, поэтому она должна была быть грандиозной и уникальной. Не строго торжественной, а изысканной и роскошной. Недавно назначенные министры усердно готовились к своему первому испытанию. В ворота дворца один за другим въезжали повозки с золотыми и нефритовыми реликвиями и богатыми украшениями, а также редкими цветами и растениями, не встречавшимися зимой. Их везли из дальних уголков страны, чтобы украсить весь дворец, создавая атмосферу праздника. За три дня до церемонии, залы дворца наполнились свежим ароматом цветов, а император с сановниками и воинами постились, возносили молитвы и жгли благовония. В день церемонии звучали мелодии, цветы усыпали путь, ковры тянулись от ворот дворца до зала. Императрица, облачённая в великолепные одежды, шла грациозно, а блеск золота и драгоценностей на её короне феникса переливался, словно потоки света звезд Млечного Пути. Ю Вань Инь, слегка приподняв свою благородную голову, шла через распростёртую толпу. Длинная юбка её церемониального наряда волочилась по земле, словно разворачивая сказочный сон. Ответственный за безопасность Линь Сюаньин со сложным выражением лица наблюдал, как она с высоко поднятой головой идет к одиночеству. После долгой церемонии императрица поклонилась перед алтарем, совершив шесть земных поклонов и три коленопреклонения. Император помог ей подняться и, взяв за руку, встал рядом, принимая поклоны. Восьмилетний наследник с покорностью подошёл и поклонился. С тех пор как умерла вдовствующая императрица, он, возможно, по совету мудреца, стал вести себя послушно. Он не только плакал и каялся перед Сяхоу Данем, но и отправил множество подарков в покои Ю Вань Инь, называя её «матушкой» с таким почтением, словно хотел доказать свою готовность быть послушной марионеткой, чтобы никто не нашёл повода низложить его. Все министры громко приветствовали императрицу, а их лица, склоненные к земле, были полны разных эмоций — от настороженности до уважения. Семья Ю, чудом спасённая от гибели, плакала от радости, а молодые министры, имевшие честь встретиться с императрицей лично, выглядели довольными. По традиции, на этом церемония должна была завершиться. Но Сяхоу Дань явно не был удовлетворён этим и с улыбкой сказал: — Сегодня такой знаменательный день, я и императрица устроили пир в честь праздника, приглашаем всех присоединиться. Итак, дворцовый банкет продолжался с полудня до поздней ночи, с изысканными блюдами, золотым сиропом, нефритовым вином и сладкими фруктами, подаваемыми на ледяной воде, словно бесконечный поток. Эта неумеренная роскошь заставила Ли Юньси хмуриться, он громко заявил, что это неподобающе. Когда настала ночь, Сяхоу Дань, уже наполовину пьяный, вдруг весело сказал: — Императрица, разрешите показать вам немного волшебства. С этими словами, он взмахнул рукой, среди теней деревьев взлетели тысячи ярких огней и расцвели в небе. Модифицированные фейерверки были удивительно красивыми, огненные деревья и серебряные цветы распускались один за другим, затмевая звезды и луну. Министры с изумлением восклицали, кто-то смеялся от опьянения, кто-то сочинял стихи. Ли Юньси, которого Ян Дуоцзе обнял за плечи, громко призывая пить, уже смирился. «Ладно… пусть наслаждаются, завтра будем их отговаривать.» — подумал он. Ю Вань Инь тоже выпила немало бокалов вина, и хотя это было фруктовое вино, она уже сидела, слегка наклонив голову, с туманным взглядом. Сквозь размытое зрение, свет фейерверков освещал раскрасневшееся лицо Сяхоу Даня, и весь шум как будто отступил. Высоко в небе, чистый и яркий серп луны освещал это красивое зрелище. — Ты довольна? — шепнул Сяхоу Дань ей на ухо с улыбкой. Это было и извинение, и подарок, чтобы она могла согреться воспоминаниями даже в самые холодные дни. Ю Вань Инь почувствовала, как вино начало согревать её изнутри, словно нежно обжигало. Сяхоу Дань не стал ждать её ответа, взял её за руку: — Пусть они веселятся, а мы уйдем первыми. *** Покинув шумное место, их уши не могли привыкнуть к внезапной тишине, в них все еще гудело. Император и императрица приказали слугам следовать на расстоянии и медленно шли по коридору, переваривая съеденное. Фейерверки уже угасли, и темно-синий лунный свет снова взял верх, освещая сад, превращая его в прозрачный мир из стекла. Ю Вань Инь понимала, что в такой обстановке они должны говорить о любви, а потом быстро вернуться в комнату и провести ночь вместе. Но алкоголь разжёг в ней жадность и развязал язык, она сказала: — Если бы не эта книга…Она не испытывала удовлетворения, желая большего.
Пророчество Безымянного Странника, в сочетании с навязчивыми кошмарами, вновь повергло её в экзистенциальный кризис. Если всё предопределено, значит ли это, что они лишь следуют сценарию? Сколько в их чувствах было искреннего, а сколько – «предначертанного»?
С момента её появления в этом мире жизнь превратилась в ад, и ей приходилось бороться за выживание. Сяхоу Дань был её единственной опорой, их союз казался неизбежным.
Теперь, когда она наконец могла помыслить о любви, такие вопросы начали её терзать.
К примеру, для Сяхоу Даня их отношения были естественны, но всё же у него не было другого выбора.
Если бы они никогда не попали в этот мир, если бы здесь существовали другие подобные им люди, влюбился бы он в неё вопреки всему?
Сейчас размышлять над такими вещами было уже слишком поздно.
Она не понимала, почему внезапно так сильно жаждет ответа, и не знала, кто мог бы его дать.
Она ещё не успела подобрать нужные слова, как Сяхоу Дань продолжил:
— Если бы мы жили в 2026 году, я бы уже несколько лет работал. Мы, наверное, могли бы встретиться в метро.
Ю Вань Инь:
?
Сяхоу Дань, расслабленно созерцая лунный свет во дворе, мечтательно произнёс:
— В тот день метро было особенно людным. Я стоял, уставившись в телефон, и вдруг заметил перед собой девушку, тоже с телефоном, читающую роман. Не знаю, что именно её развеселило, но она улыбалась, и я невольно устремил на неё взгляд, заметив, что она очень мила.
Ю Вань Инь улыбнулась и, подхватив его мысль, добавила:
— Она наверняка не любит, когда на неё смотрят, так что, возможно, она подняла бы голову и сердито посмотрела на тебя. Но, увидев симпатичного парня, возможно, молча простила бы тебя.
— Тогда я бы воспользовался моментом и попросил бы у неё WeChat. Дала бы она мне его?
…Сложно сказать.
— Пожалуйста, я не странный человек.
Ю Вань Инь не смогла сдержать смеха:
— Ладно, ладно.
— Прекрасно. Я бы начал общаться с ней о книгах, пригласил бы в кино, повел бы её по всем десяти лучшим хот-потам в городе. С каждой встречей она казалась бы всё интереснее. С каждым днём мы становились бы ближе. И если бы я видел, что она не против меня, я бы начал дарить ей цветы, букет за букетом, множество цветов.
Сяхоу Дань неотрывно смотрел на неё, словно обрисовывая сладкий сон словами:
— Интересно, сколько бы я продержался? Три месяца, четыре или, может, полгода? Однажды, возвращаясь домой, я бы крепко сжимал коробочку с кольцом в кармане и сказал бы ей: «Я не представляю своей жизни без тебя». Я бы украдкой наблюдал за её реакцией, и, если бы она не ответила… я бы ещё немного подождал.
Ю Вань Инь рассмеялась:
— Не может быть, чтобы ты был таким трусом.
— Я боялся бы, что она откажет.
Возможно, это было влияние алкоголя, или же ночь была слишком волшебной, но сердце Ю Вань Инь забилось чаще, а щёки вновь порозовели.
Она внезапно не выдержала его пристального взгляда и слегка отвернулась:
— Жаль, что здесь нет метро и кино.
— Но кольцо всё же есть.
Сяхоу Дань медленно опустился на одно колено и протянул ей кольцо.
Ю Вань Инь сразу заметила на нём феникса с расправленными крыльями, готового к полёту. Приглядевшись, она увидела тонкие ветви и листья платана между перьями феникса.
Феникс на платане – олицетворение высшей чистоты и элегантности.
Это древнее благословение, более ценное, чем тысячи изысканных слов любви.
Император в церемониальных одеяниях серьёзно смотрел на неё снизу вверх:
— Ты выйдешь за меня?
Ветер внезапно поднялся, унося их в прошлое. Над головой ярко сияли звёзды, словно звучали величественные колокола.
Она обещала больше не плакать.
Ю Вань Инь подняла руку, чтобы прикрыть глаза:
— Я с самого начала была твоей наложницей. А теперь я твоя императрица…
— Этого недостаточно, — Сяхоу Дань улыбнулся, надевая ей кольцо. — Я хочу, чтобы ты стала моей невестой.
***
Безымянный Странник задержался в столице на несколько дней, до завершения церемонии прощания с телом Бэй Чжоу и его погребения.
Сяхоу Дань, пользуясь тем, что новое поколение чиновников ещё не осмеливалось возражать, распорядился похоронить его с почестями, подобающими принцу.
Бэй Чжоу был торжественно похоронен в императорском мавзолее, однако его гробница оказалась пустой. Его останки были тайно погребены рядом с императрицей Цы Чжэнь.
Таким образом, переворот в столице был успешно завершён.
Линь Сюаньин вновь приступил к восстановлению порядка.
Три армии, сдавшиеся в плен, теперь под командованием новоназначенных генералов направляются на юг, чтобы навести порядок. Все они понимают, что вскоре императорский трон вновь сменит владельца, и для предотвращения беспорядков необходимо заранее подготовиться. Не имея других дел, Безымянный Странник решил сопровождать своего ученика, попутно наставляя его в пути.
Императорская чета провожала их за пределы города. В длинном павильоне Линь Сюаньин поднял чашу вина, обращаясь к Сяхоу Даню. Он понимал, что, вероятнее всего, это их последнее свидание, и не мог подобрать нужных слов. После продолжительного молчания он произнёс: — Не беспокойся, я не отниму её у тебя. — ...Благодарю тебя. Тем временем Ю Вань Инь отвела Безымянного Странника в укромное место для беседы. Ю Вань Инь: — Император уже сделал заявление всему миру. Из братских чувств он не станет убивать Сяхоу Бо, а лишь приговорит его к пожизненному заключению. Мы постараемся избежать жестоких мер, дабы он мог прожить ещё несколько лет. Безымянный Странник поклонился: — Благодарю императрицу от имени всего человечества. Ветер колыхал траву, его белые одежды развевались. Казалось, он готов был уйти, как только завершит свои дела. Ю Вань Инь наблюдала за ним с невозмутимым выражением лица, её взгляд был необычен. Она тихо спросила: — Всё, что вы сделали, было не ради кого-то, а ради этой земли, не так ли? Безымянный Странник погладил свою бороду: — Небеса имеют свои законы, и мы, смертные, можем лишь следовать их воле. Если нам посчастливится увидеть что-то большее, то это тоже будет волею небес, и мы не смеем бездействовать. — Я всё поняла, — сказала Ю Вань Инь. — Вы не указали императору путь к спасению, потому что небеса больше не заботятся о нём. Безымянный Странник напрягся: — Императрица, будьте осторожнее со словами. Ю Вань Инь улыбнулась: — Я лишь говорю правду. Вы заманили его сюда на десять лет, иссушили все его силы, а теперь отбросили, когда он больше не нужен. В небе раздался глухой раскат грома. Ю Вань Инь подняла голову, смотря прямо вверх, и с сарказмом произнесла: — Так вот оно что такое, воля небес. Оказывается, они так жестоки. Безымянный Странник был поражён. Он был мудрецом почти всю свою жизнь, но никогда не встречал столь дерзкого человека. Это самоубийство? Ю Вань Инь вновь обратилась к нему с серьёзным выражением лица: — Может ли учитель предсказать судьбу императора? — …Хоть и безрезультатно, но да, императрица, — Безымянный Странник задумался и добавил: — Императорская звезда нуждается лишь в одной, вы это понимаете? — Конечно, я понимаю. Я здесь, поэтому другая звезда не требуется, — ответила Ю Вань Инь. — Ваш план был хорош. Гром звучал, словно барабаны, приближаясь к ним. Вдалеке лошади в рядах правой армии начали беспокойно метаться. Животные, не обладая разумом, чувствовали нарастающий гнев вселенной. Ю Вань Инь стояла неподвижно, её дыхание стало ровным. Затем она подняла пистолет. Безымянный Странник оставался невозмутимым. Пока она не направила дуло себе в голову. — ? — Если император умрёт, я последую за ним. Найдите себе другого спасителя. Безымянный Странник был шокирован на несколько секунд, а затем снова принял невозмутимый вид: — Императрица не станет этого делать. Ю Вань Инь без колебаний нажала на спусковой крючок. Безымянный Странник резко изменился в лице. Ю Вань Инь отбросила незаряженный пистолет и усмехнулась: — Похоже, учитель тоже может ошибаться. Не давая ему времени на ответ, она подняла второй пистолет: — Не желаете ли предсказать, есть ли в нём патроны? И снова предсказать, выстрелю ли я? — … Безымянный Странник глубоко вздохнул: — Императрица не должна поступать так. Ситуация только что стабилизировалась, это всё, чего император добился, рискуя своей жизнью. Если вы сейчас всё бросите, это приведёт к катастрофе... — Я не должна так поступать, но я хочу. Безымянный Странник наконец запаниковал: — Это против воли небес! — Вы ошибаетесь, это не против воли небес. Это заставит небеса исполнить мою волю. Ветер развевал её волосы и одежду, и Ю Вань Инь говорила чётко и решительно: — Мы, офисные работники, можем терпеть всех наших клиентов, кроме тех, кто не платит. Если хотите, чтобы я занимала это место, дайте мне то, что я хочу.