Клуб историй о привидениях Том 1 Глава 292 Двадцать шестая страшилка — «Табу айдолов» (15)
[Оппа? Почему ты там?]
Тук-тук-тук.
Дасом вернулась по коридору и, явно ничего не понимая, постучала в дверь.
[Оппа? Оппа?]
[Джун там, что ли?]
[Да, онни. Мне вдруг позвонили. Я послушала — похоже, он там вместе с кем-то.]
[Правда?]
Цап!
Младшая из Cream Girls, сидевшая на мне верхом, молниеносно выхватила телефон и сбросила звонок, но было уже поздно.
[Джун? Почему ты там? Джун?!]
Бум! Бум!
— Ах ты ублюдок…
Лидер Cream Girls, дрожа от ярости, уставилась на мой телефон, а потом вдруг криво усмехнулась.
— Значит, хочешь, чтобы нуна сделала тебя импотентом?
Длинной стройной ногой она наступила мне прямо между ног.
Лидер принялась изображать ртом звук заводящегося мотора:
— Врум, врум…
— Я тебя предупреждала. Никаких фокусов.
Я облился холодным потом, глядя на её ногу, которая уже «заводилась».
И вот айдол, каждый день до седьмого пота отрабатывавшая хореографию и обладавшая великолепной физической формой, начала свою мотоциклетную атаку — такую, что никакому массажёру на свете и не снилось.
Др-р-р… др-р-р-р-р-р-р!
— У-у… у-у… у-у-у-у…
Др-р-р-р! Тр-р-р-р-р-р-р!
— У… УА-А-А-А-А-А-А-А!
— Сдохни, сука-а-а-а-а-а-а-а!
— УА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!
Тр-р-р-р-р-р-р-р-р-р!
Тр-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р!
Будто молотилка, вытряхивающая из человека саму душу.
Руки сами метнулись вниз, и я вцепился в её ступню, но прогрев уже закончился — мотор вышел на максимальные обороты.
Тр-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р!
— Г-гуэ-э-э-эк…
У меня пошла пена изо рта, глаза закатились.
Я извивался всем телом, пытаясь вырваться, но демоническая вибрация ноги не прекращалась.
Словно мощный механизм, без конца повторяющий одно и то же движение, нога лидера Cream Girls безжалостно вытряхивала из меня простату.
Неужели женщины настолько сильны?
Она вытрясала из меня душу и уверенно несла прямиком к кастрации.
Тр-р! Тр-р-р-р-р-р-р-р!
— Счастливо оставаться~ Чмок!
Пока остальные с довольными ухмылками наблюдали за моей заслуженной, по их мнению, карой, я не выдержал ощущения, будто мои яйца вот-вот раздавят, закатил глаза и потерял сознание.
Впрочем, отключился я всего на несколько минут.
Когда пришёл в себя, ситуация уже изменилась.
[Алло? Полиция? Я звоню, потому что из квартиры этажом выше всё время слышны крики о помощи. Это Vermil Officetel, квартира 501. Можете приехать побыстрее?]
За входной дверью послышался голос Ча Дживон.
Forincess, занявшие позиции в коридоре, умудрились вызвать полицию.
— Блядь, они полицию вызвали!
— Что делать? Что теперь делать?!
Забыв про меня, лежащего без сознания, участницы Cream Girls вцепились друг в друга и чуть не плакали.
— Онни! Сделай что-нибудь, как в прошлый раз! Ты же лидер!
— Эй! Если знаешь что делать — сама делай! Чего ты ко мне доебалась?!
— А-а, блядь, приехали…
В отличие от Forincess, которые дружили ещё со времён стажёрства, Cream Girls наскоро собрали, чтобы присосаться к чужой популярности и заработать денег.
Стоило случиться настоящему кризису — и они только срывались друг на друге.
— А? У него глаза открылись!
— Э-эй, вы меня слышите?!
Младшая заметила, что я очнулся, плюхнулась прямо на меня и впервые сбавила спесь, состроив жалобное лицо.
— Слушайте, оппа… А вы с ними вообще в каких отношениях? Почему они вас так ищут?
— Может, выйдете и объясните им? Скажите, что всё нормально?
— Да-да! Именно! Сделайте так.
— Т-тогда всё решится.
Снаружи Forincess продолжали звать меня и грохотать в дверь.
А участницы Cream Girls снова облепили меня, валявшегося на полу, словно я был их единственной надеждой на спасение.
— Скажите, вы сюда пришли потому, что они попросили? Типа проверить, что творится этажом выше?
— Мы не станем заявлять о незаконном проникновении. Просто выйдите и отправьте их обратно, сказав, что всё нормально! Придумайте что угодно!
— Ну-у-у, ну помоги-и-ите. Вам нас совсем не жалко?
Развязная младшая уселась мне на живот и принялась жеманиться, а две другие прижались с обеих сторон и схватили меня за руки.
— Ну помогите, помогите. Мы с вами на свидание сходим.
— И в общежитие ещё раз пустим. Всю ночь вместе потусим. Фу-у…
Кто-то выдохнул мне прямо в ухо. По коже побежали мурашки, и я дёрнулся.
— Ну-у-у, не помо-о-жете? Мы же так просим. М-м? Ну?
Они тёрлись обо меня, дули в ухо, без конца гладили по волосам, не давая сосредоточиться.
— Помо-о-ги-и-ите-е-е~
— Мы дадим вам сполна прочувствовать наш сладкий, как свежие сливки, шарм~ Так, чтобы вы с головой в него провали… а?
Но я решил: да пошли вы все.
Снова закатил глаза и безвольно уронил голову.
— Э-э? Что с ним?
— Блядь, опять отрубился!
— Это всё потому, что онни ему там всё, нахуй, оттоптала!
— А я-то что?! Чего вы опять всё на меня валите?!
Паршивые девчонки снова принялись орать друг на друга.
А потом отчаянно затрясли меня.
— Эй, что с вами? Очнитесь! Ну же!
— Ну-у, оппа, просыпайтесь… Вы же должны спасти бедных девочек…
— А-а, вы ведь не притворяетесь, да? М-м? Да?
Чмок-чмок.
Меня трясли, гладили, разминали руки и ноги; кто-то даже попробовал поцеловать в щёку.
Но моё беспамятство было непоколебимо.
Наконец они полезли руками под одежду и принялись щекотать меня, а ногтями яростно скрести ступни, приговаривая, чтобы я просыпался.
Я только мучительно постанывал и не переставал косить закатившимися глазами.
— Что делать? По-моему, он реально сломался.
— Блядь, мы теперь в жопе!
— Эй! Открой глаза! Эй!
Cream Girls отчаянно трясли меня.
И вдруг я вспомнил, как точно так же Forincess трясли меня, умоляя очнуться, когда я умирал от яда, приготовленного живым духом этих девчонок.
Правда, атмосфера тогда была прямо противоположная.
— Блядь! Эй! Открой глаза!
— Не откроешь — сдохнешь!
— Эй! Глаза открой! Эй!
Шлёп! Шлёп!
В конце концов они уселись на меня сверху, принялись хлестать по щекам и, запустив руки под мышки, щекотать изо всех сил.
Тем временем в коридор уже прибыли полицейские и разговаривали с Forincess.
[Мы по вызову. Вы живёте этажом ниже?]
[Да. Мы снизу. Всю ночь отсюда слышались мужские крики и вопли «спасите»…]
[А что случилось? Что случилось?]
На шум начали выходить соседи.
Кто-то вдруг изумлённо ахнул.
[Извините… вы случайно не айдолы?]
[Да, айдолы!]
Стоило молодому мужскому голосу задать вопрос, как младшая, Со Дасом, тут же выступила вперёд.
[Мы Forincess! Пожалуйста, помогите! Кажется, в этой квартире кого-то удерживают!]
[Офигеть. Это Forincess.]
[Ничего себе, правда они… Они в этом доме жили?]
[Господа полицейские, эти девочки по телевизору выступают. Не отмахивайтесь тут.]
[Нам тоже всю ночь шум мешал. Разберитесь как следует.]
Похоже, имя популярной айдол-группы действительно имело вес.
Когда соседи оживились и начали активно давить на полицию, те тоже зашевелились куда быстрее.
Кто-то уже просил автограф, вокруг поднялся настоящий гвалт.
— Эти суки ещё и своей известностью у нас под дверью козыряют…
Участницы Cream Girls смертоносно уставились в сторону прихожей.
Тук-тук.
В дверь уже постучали полицейские.
[Эй! Есть кто-нибудь?]
Тук.
Бум! Бум!
[Есть кто-нибудь? Эй!]
Девчонки в комнате обливались холодным потом и переглядывались.
А за дверью гул голосов всё нарастал.
[Да, точно. Мы тоже всю ночь не спали — всё время мужик орал.]
[Сначала подумали, может, супруги там… ну, этим занимаются. Но крики слишком уж долго не прекращались. А потом вспомнили: тут ведь только девушки живут. Странно, что мужик так орёт.]
[Может, грабитель забрался?]
[Точно, грабитель.]
Тётушки наперебой раздували историю перед полицейскими.
[Я точно знаю, тут только девчонки живут! А всю ночь мужик кричал!]
[Да-да! Очень подозрительно.]
[Эй! Ответьте! Вы там?]
Полицейский так яростно дёргал дверную ручку, будто вот-вот собирался вскрыть замок.
Все участницы Cream Girls одновременно повернулись к своей длинноногой лидерше.
Во взглядах читалось одно: разбирайся сама.
Лидер задрожала от злости, но в конце концов раздражённо протопала к интеркому и сняла трубку.
Щёлк.
— Алло? У нас всё нормально. Простите за шум посреди ночи. Ничего не случилось, можете идти.
[Да у неё грабитель за спиной с ножом стоит!]
Одна особо деятельная тётушка тут же выкрикнула это, а остальные согласно закивали.
[Спросите про мужчину! Про мужчину! Быстрее!]
[Там с ними мужчина!]
[Алло? Говорят, слышали мужской крик. С вами всё в порядке?]
— Да, всё нормально. Просто сегодня мы немного бурно занимались сексом.
Сжимая трубку, лидер скрестила длинные ноги и, прищурившись, посмотрела на меня.
— Просто с парнем слегка заигрались. Ему, видимо, слишком уж понравилось. Ничего страшного, можете идти. Извините.
Очередной чит-код лидера Cream Girls.
Сначала она отбилась от жалоб на шум, заявив, что у кого-то проблемы со здоровьем, а теперь — что они просто громко трахались.
Два ультимативных приёма против соседских жалоб.
Я продолжал изображать обморок и осторожно прикрыл рукой всё ещё ноющий пах.
[Ох ты господи, это ж как надо было парня замучить, чтобы он так орал…]
[Мужской голос один, а девчонок смеялось штук шесть. Вместе, значит, заездили.]
[Вот молодёжь бесстыжая.]
После настолько прямых ответов даже полицейские, похоже, не нашли что сказать и на некоторое время замялись.
Я попробовал воспользоваться паузой, вскочить и сбежать отсюда, но после убойного вибромассажа лидерши ноги всё ещё не слушались.
Forincess снаружи тоже растерялись и только шептались между собой.
[…Что делать?]
Конечно, стоило им сказать: «Похоже, там удерживают нашего знакомого, она врёт, откройте дверь» — и дело было бы кончено.
Проблема начиналась после.
Я не должен был никоим образом оказаться связан с Forincess, пока торчал здесь.
Как только история выйдет в новости, СМИ наверняка ещё долго будут мусолить заголовки в духе: «Cream Girls этажом выше и Forincess этажом ниже поссорились из-за шума».
А если при этом выяснится, что я знаком с Forincess, журналисты наверняка насочиняют, будто две группы сцепились из-за одного парня.
«По данным источника в полиции, мужчина, обнаруженный в общежитии Cream Girls, также знаком с Forincess…»
Даже сам факт, что знакомый им парень ночью ошивался у общежития другой женской группы, не должен был просочиться наружу.
Так что здесь я мог быть либо связан исключительно с Cream Girls, либо вообще не существовать.
Среди гомона снаружи Дасом поспешно обратилась к полицейскому:
[Хотя бы проверьте мужчину, который кричал! Попросите его подойти к интеркому и сказать, что с ним всё хорошо.]
[А, пожалуй. Эй, вы там?]
Она думает, стоит мне ответить — и всё решится?
Меня тут вообще-то прямо сейчас угрозами заставляют молчать.
Да, если со стороны посмотреть, пока они лишь издеваются над моим пахом, всё кажется нелепым. Но при желании эти девушки вполне могли приставить к моему горлу канцелярский нож.
[Алло? Вы ещё там?]
— Да, ещё здесь.
На зов полицейского лидер Cream Girls снова обрела уверенность и соблазнительно улыбнулась.
Остальные тоже сжали кулаки: «Так держать, онни!»
[Последняя просьба — и мы уйдём. Передайте трубку тому мужчине. Пусть просто скажет, что с ним всё в порядке.]
— Моему парню?
Лидер потёрла одну гладкую ногу о другую и посмотрела в мою сторону.
На губах сияла улыбка победительницы.
Она смотрела на меня сверху вниз: ноги у меня всё ещё гудели настолько, что даже подняться не получалось.
— Он так хорошо кончил, что до сих пор не просыпается.
[…И всё же попробуйте разбудить его хотя бы на минуту…]
— Ой, а почему-у-у?
Лидер жеманно скрестила длинные ноги и заговорила в нос:
— Я же говорю, всё нормально. Ну почему-у-у? Чего вы всё лезете в чужую половую жизнь~? Интересно~? Хотите узнать, что надо делать с мужчиной, чтобы он так орал~?
— Просто уходите. Мы больше шуметь не будем.
Щёлк!
Договорив, лидер сама оборвала связь и с победным видом вернулась в комнату.
Остальные участницы Cream Girls, до этого нервно грызшие ногти, встретили её ликованием.
— Онни, ты супер! Вот это да!
— Серьёзно, только ты нас и спасаешь!
— Онни лучшая!
— Ах вы ёбаные суки… А минуту назад орали на меня: «Сделай хоть что-нибудь»…
Лидер ругалась, закрывая дверь, но, судя по расслабленной улыбке, похвала ей всё-таки нравилась.
Она уселась на край кровати, достала из-за подушки сигарету и привычно щёлкнула зажигалкой.
Глубоко затянулась, потом вдруг подошла ко мне вплотную и с соблазнительным «ха-а-а» выдохнула дым прямо мне в лицо.
— А ты всё-таки не спал, наш Джун.
Она спокойно уселась мне на бёдра и вызывающе закинула ногу на ногу.
Остальные тоже снова обступили меня, тихо хихикая.
— Вас Джун зовут, да? Ай-ай, наш Джун долго ждал?
— Раз всё это время тихонько лежал, значит, всё-таки сдался.
— Ну что, сильно больно было? М-м?
— Бедненький~
Они снова облепили меня со всех сторон, обнимая и гладя по волосам.
За дверью полицейские пробормотали что-то вроде «мы тут больше ничего не можем сделать» и ушли.
Вскоре снаружи стало тихо.
Похоже, разошлись и полицейские, и соседи, и даже Forincess.
— Фу-у… фу-у-у…
Лидер ещё некоторое время сидела на моих бёдрах, спокойно докуривая.
Потом раскрыла украденные мной бумаги, полученные от шаманки.
— «Позаботьтесь, чтобы всё изложенное здесь не увидел ни один мужчина. Если мужчина увидит, соблазните его силой цветущего персика и доведите его тело до изнеможения».
— «Если мужчина поддастся похоти и разврату, накопленная энергия не рассеется».
Фу-у.
— Ой-ой.
— А он уже не поддался? М-м?
Кто-то демонстративно приподнял задницу.
«Неужели всё так и закончится?»
Я окончательно сдался и медленно расслабил тело.
— Может, опять заставим его орать?
— Только теперь не от боли. От удовольствия.
— Кха-ха! Вы слышали, как он орал? «Гуэ-э-э-эк!»
— А-ха-ха-ха! Блядь, ржака…
— Пиздец…
— Боюсь, завтра он вообще говорить не сможет.
— Друзьям скажет, что простыл. Да?
— А-ха-ха! Не скажет же, что сорвал голос, потому что слишком громко стонал.
— Кха-ха-ха-ха!
Пока эти девчонки сидели на мне, покачивали задницами, хохотали и источали приторно-соблазнительный запах, из маленькой комнаты внезапно донёсся глухой удар.
Cream Girls разом подняли головы.
На лицах читалось: «Что ещё?»
Следом один за другим раздались звуки падающих тел.
[Раз-два!]
[Хватай меня за руку, Дасом!]
[Ух! У-уф!]
Cream Girls ещё пару секунд сидели на мне с ошалевшими глазами.
А потом наконец поняли, каким путём я вообще попал в их общежитие.
— Э-этот ублюдок… Он поднялся по стене здания через маленькую комнату!
— Блядь…
Придавленный девушками, я широко усмехнулся и кивнул.
Из маленькой комнаты уже один за другим донеслись крики Forincess.
[А-а-а! Что это на стенах?!]
[Ч-что?! Кто так изрисовал наши лица?!]
[С людьми, которые тут живут, что-то не так! Оппа Джун полез проверить и попался!]
[Берите всё, что можно использовать как оружие! Быстро!]
За стеной гостиной Forincess поднимали настоящий переполох.
— Э-эти… Эти суки всё-таки…
— До самого конца… До самого, блядь, конца…
Глаза участниц Cream Girls, всё ещё прижимавших меня к полу, вспыхнули.
Руки и ноги задрожали всё сильнее. Несколько девушек стиснули зубы так, что те заскрипели.
— Э-э-эти суки… Они до самого конца будут нам мешать…
— Ебаные… Сколько ещё вы будете лезть в нашу жизнь?!
— Ненавижу…
Лица девушек начали наливаться кровью.
Это была уже не обычная человеческая злость.
Кожа мелко дрожала, на висках проступали жилы, пальцы сжимались так сильно, что ногти впивались в ладони.
Это была настоящая ненависть.
Девушки задрожали всем телом так, словно их вот-вот разорвёт изнутри, а затем одновременно закатили глаза, показав белки, и затряслись, будто в них вселился дух.
Жёлтые талисманы, развешанные по комнате, затрепетали и засветились.
— Ебаные суки! Сдохните!
— Такие, как вы, должны сдохнуть!
Голоса участниц стали хриплыми и чужими.
— Сегодня я вас убью и сама в тюрьму сяду! Где нож?! Н-нож!
— Не мешайте нам, ебаные суки!
Лидер и младшая уже не могли сдерживать ярость и орали сорванными голосами.
Другие две тоже закатили глаза.
— УЭ-Э-Э-ЭК!
От их рёва задрожала вся комната.
— Вам нужно было просто тихо отдавать нам всё, что у вас есть! Зачем вы каждый раз лезете наверх, вмешиваетесь и мешаете?!
— УЭ-Э-Э-Э-Э-ЭК! УБЬЮ-У-У!
— ГУЭ-Э-Э-Э-ЭК!
Одна из девушек внезапно разинула рот и с таким звуком принялась давиться рвотным позывом, будто ярость физически рвалась изнутри.
А в следующий миг из её широко раскрытой пасти выскочило нечто уродливое, похожее на живое существо.
— У-у-у-у-у!
— НЕНАВИЖУ! НЕНАВИЖУ! НЕНАВИЖУ! Я ТАК НЕНАВИЖУ ЭТИХ СУК ИЗ FORINCESS!
— СДОХНИТЕ-Е-Е! ДА СДОХНИТЕ УЖЕ-Е-Е!
Челюсти остальных девушек тоже с хрустом раскрылись до невозможного предела.
Изо ртов, протискиваясь наружу, полезли уродливые, словно сжатые в комок человеческие тела.
Едва выбравшись, они раздулись и быстро приняли облик своих хозяек.
«Ж-живые духи!»
Я отчаянно заёрзал, столкнул с себя тела сидевших на мне девушек и, шатаясь, отполз в угол.
Оттого что они всё это время давили на меня своим весом, руки и ноги онемели. Пах после издевательств лидерши всё ещё болезненно ныл.
Но мне всё-таки удалось выжать из себя последние силы и спрятаться в углу.
— СДОХНИТЕ-Е-Е! НУ СДОХНИТЕ ЖЕ, ПОЖА-А-АЛУЙСТА!
— А-А-А-А-А-А-АК!
— НЕНАВИЖУ-У-У! ХОТЬ РАЗ БЫ ВЫ ОБОСРАЛИСЬ! ПОЧЕМУ У ВАС ВСЁ ПОЛУЧАЕТСЯ-А-А-А?!
— сдохнисдохнисдохнисдохнисдохнисдохни… Бы. Стрее. СДОХНИ-И-И.
Из ртов участниц без конца выползали их двойники.
На этот раз одним дело не ограничилось.
Один, два, три, четыре, пять…
Живые духи лезли и лезли, пока не заполнили всю комнату.
Некоторые из выбравшихся двойников закрывали лица руками и с шорохом ползали по полу.
Другие вдруг начинали подпрыгивать на месте, бешено мотая головой.
— Forincess, повеситься и сдохнуть~
— Депрессия, бритвой по запястьям~
— М-м, м-м, на-на~ на~♪
Некоторые напевали или бормотали песни, другие совершали бессмысленные движения, с хрустом выворачивая руки и ноги.
Но даже когда комната была уже переполнена, шоу с извержением живых духов не прекращалось.
— ГУЭ-Э-Э-Э-Э-Э-ЭК!
— ГЕ-Э-Э-Э-ЭК!
— УГЕГЕГЕГЕГЕГЕГЕК!
От милых телевизионных образов, где дешёвая приторность и кокетство должны были завоёвывать сердца мужчин, не осталось ничего.
Участницы окончательно слетели с катушек и лишь дрожали всем телом, продолжая извергать живых духов.
Когда их число перевалило за двадцать, самих девушек уже не было видно под толпой.
Остались только десятки одинаковых с ними живых духов, которые из-за тесноты толкались, напирали друг на друга и вытягивали руки и ноги уже к моему углу.
— Фо, фо, фо, Forincess. Повеситься — и живо сдохнуть.
— Пластиковые монстры Forincess. Из Апкучжона не вылезают, Forincess.
— На-на~ на-на~ на~♪
— Угх… Отвалите, суки…
А новые духи всё продолжали появляться.
Комната вот-вот должна была лопнуть.
Прижатые друг к другу двойники начали буквально взбираться на меня.
Я несколько раз пнул ближайших, велев не лезть, но их мягкие тела только покачнулись и продолжили наваливаться сверху.
Десятки девушек, беспорядочно размахивающих руками и ногами, уже ощущались не отдельными людьми, а единым роем.
— Отойдите… отойдите… Уф… Уф…
— «Пластиковые монстры Forincess» — поздравляем с первым местом на Inkigayo.
— Они на самом деле друг друга терпеть не могут, травят друг друга и устраивают полный бардак.
[Все оружие взяли?]
[Камеру держи включённой! Снимай всё!]
[Тогда открываю!]
Подготовившиеся Forincess наконец распахнули дверь большой комнаты.
И в тот же миг живые духи, карабкаясь друг по другу, лавиной хлынули в гостиную.
— А-А-А-А-А-А-А-А-А!
— Ч-что это такое?!