Клуб историй о привидениях Том 1 Глава 308 Интерлюдия — Квест воспоминаний (1)
┌─ ОКНО ХАРАКТЕРИСТИК│ Имя: Ин Хаюн LV.2 [0/100]│ Возраст: 17│ Титул: завидная невеста│ Характер: отрешённость│ Особая способность: Обаяние [C-ранг]│ Причуда: Вечность ◁ NEW!│ Понимание: 50/100└─
— Открыть «Причуду».
Вспышка.
[Причуда: Вечность]
Больше ничего не появилось.
Естественно.
Я пока ничего о ней не знал.
Как и раньше, когда повышал понимание остальных, теперь мне предстояло самому догадаться, что означает это слово, наблюдая за Хаюн.
— Уже неплохо, что хотя бы название узнал.
Не такой очевидный ключ, как «яндере» у Соны, «отрицание реальности» у Кёнвона или «одержимость» у Хваын.
Но если теперь внимательно следить за Хаюн, держа в голове слово «Вечность», понять её будет проще.
А показатель понимания в сто процентов означал, что в характере человека для меня больше не осталось неизвестных.
Если я полностью понимаю человека, могу точно предсказывать, как он поступит, и больше не ошибусь.
«Например, прямо перед важным делом меня внезапно не зарежет Сона».
Особенно важно было понять Хаюн.
Ин Тхэсан вроде бы существует, но будто бы и нет, а фактически Культом Пустоты, похоже, руководит именно она.
Я закрыл окно характеристик.
И тут одно за другим вспыхнули новые сообщения.
[Поздравляем. Вы выяснили причуды всех членов клуба.]
[Вы испытываете безграничную благодарность к членам клуба, которые ради вашей миссии преодолевают собственные причуды и готовы жертвовать даже жизнью.]
[Исполните их желания.]
[Получен квест.]
┌─ КВЕСТ · Воспоминания о летнем море│ Узнайте желания членов клуба.│ Награда: +1 слот окна навыков└─
В тот же миг зазвонил телефон.
Ин Хаюн.
Я немного поколебался и ответил.
Щёлк.
[Сильно заболел, Джун-а?]
Несколько секунд я просто стоял с телефоном у уха.
Не отвечал.
Короткая пауза.
Всего несколько секунд.
Но в моей голове за это время успели пронестись тысячи фраз.
Щёлк.
Связь оборвалась.
Хаюн положила трубку первой.
Мне почему-то показалось, что этих нескольких секунд ей хватило, чтобы всё понять.
Я стоял и вспоминал её.
Как после дела в косивоне ехал в машине детектива и рассказывал, что у Хаюн нет семьи, а впереди, на заднем сиденье машины Чан Хваын, видел её затылок.
Как она одна тихо читала книгу в классе под колышущейся занавеской.
Её едва заметную улыбку.
Розовые уголки губ.
Очки.
Длинные прямые волосы.
Белую кожу.
Как незнакомый ей парень признавался в любви.
Как она вытягивала шею, словно олень.
Непонятную улыбку.
Поддразнивающий голос.
Лицо, когда она шутила.
Я просто стоял.
⁂
В зале собраний особняка Культа Пустоты преподаватели сидели вокруг длинного стола.
Все нервно поглядывали на часы.
Перед ними давно остыл самгетхан с морским ушком, но никто не осмеливался первым взять ложку.
Никто не решался даже взглянуть на сидящую во главе стола девушку с бесстрастным лицом.
Учителя то и дело смотрели на часы и на дверь.
Время тянулось мучительно долго.
Наконец классный руководитель Пак тихо кашлянул.
— Кхм… Похоже, он не придёт…
— Господин Джун… то есть…
Остальные осторожно закивали.
Обед давно прошёл.
Если они прождали столько — очевидно, что он уже не придёт.
Но никто не решался сказать это вслух.
Все продолжали смотреть куда угодно, только не на Хаюн.
— Д-да…
— Похоже… не придёт…
Девушка во главе стола молчала.
Классный руководитель покосился на остальных, набрался храбрости и осторожно сказал:
— Вы, должно быть, проголодались… Может, хотя бы вы начнёте есть, госпожа?..
Остальные поспешно закивали.
Хаюн в кимоно лишь сидела, чуть откинувшись, и молчала.
Снова потянулось неловкое ожидание.
Еда остыла окончательно, жир уже начал застывать сверху.
У преподавателей затекли ноги; они украдкой меняли позы.
Наконец Хаюн едва заметно указала на ждавших снаружи старух.
— Уберите всё.
Старухи молча поклонились, вошли и унесли нетронутую еду.
У преподавателей заурчало в животах, когда прямо из-под носа исчез самгетхан, но ни один не показал разочарования.
Наоборот.
Все словно испытали облегчение: наконец это мучительное ожидание закончилось.
Когда стол очистили и прошло ещё немного времени, заместитель директора Чан Ёок решила, что можно уходить, и поклонилась.
— Мы тоже откланяемся, госпожа.
Хаюн ничего не ответила.
Лишь подперла подбородок.
Чан Ёок поклонилась ещё раз, глазами велела остальным выходить, и преподаватели, стараясь не показывать, как затекли ноги, бесшумно покинули комнату.
Тр-р-р. Хлоп.
Хаюн ещё долго сидела одна.
Поднялась только тогда, когда солнце уже клонилось к закату.
Обычно у двери всё ещё ждали бы старухи с лёгкой закуской, но Чан Ёок, похоже, заранее поняла настроение госпожи и отослала всех.
Когда верующие разошлись по домам, в огромном особняке осталось лишь несколько старух-служанок.
Хаюн медленно шла по пустым коридорам.
В горах темнело быстро.
Свет не включали, и коридоры уже погружались в темноту.
Закат за горным хребтом окрашивал пространство в глубокий сине-серый цвет.
Хаюн шла.
И вдруг остановилась.
Кровь словно застыла в жилах.
Откуда-то доносился голос главы культа, который исчез несколько месяцев назад.
— Юн-а… Юн-а…
Хаюн быстрыми короткими шагами подошла ближе и начала одну за другой открывать двери.
Тр-р-р. Хлоп.
Тр-р-р. Хлоп.
Тр-р-р. Хлоп.
И действительно.
В тёмной комнате сидел старик.
Верхнюю половину тела скрывала темнота.
Но худые, сморщенные ноги, сложенные в позе лотоса, были едва различимы.
— Юн-а…
— …Дедушка?
Хаюн не вошла внутрь.
Она держалась за дверь и хмурилась.
Голос старика был слабым, слова местами распадались и тонули в темноте.
Хаюн стиснула дверь так сильно, что из белых пальцев ушла кровь.
— Где вы были? Верующие вас ищут. Возвращайтесь.
Старик, сидевший в позе лотоса, пробормотал что-то о том, что вернётся позже.
Хаюн попыталась разглядеть лицо далёкого предка, но оно оставалось скрыто тьмой.
Он снова заговорил — бессвязно, обрывками, будто предупреждая, что пока не может вернуться.
БАХ!
Хаюн резко распахнула дверь шире и включила свет.
Комната была пуста.
Старика, только что сидевшего там, не осталось и следа.
⁂
— Стыковка полезной нагрузки и двигательного блока завершена около шести вечера. Жидкий кислород и топливо в пути. Стартовый комплекс будет готов завтра к полудню, запуск возможен до полуночи. После старта два ударных спутника выйдут на разные орбиты вокруг Луны. Конверты депутатам Национального собрания уже разнесены, разрешение будет получено завтра.
— Сам выступишь в новостях.
— Да, председатель.
Сотрудники стояли длинным строем по обе стороны коридора и не смели поднимать глаза на своего молодого председателя.
Так и не увидев его лица, они дождались, пока хозяин закроет дверь, выдохнули и поспешили обратно к работе.
⁂
— А-а! Дасом! Что с тобой?! Проснись!
В это же время Со Дасом из Forincess проснулась от криков остальных участниц.
Одеяло промокло от крови из носа.
— А… Что со мной…
— Ты в порядке?! Вот салфетки! Салфетки!
— Онни, всё нормально… Почему это…
— Завтрашние дела отменяем, идёшь в больницу!
— Мы сами всё решим!
— И почему именно в новом общежитии такое…
— Нет… С общежитием, кажется, не связано. Наверное, просто устала… Утром сразу схожу в больницу…
Пока в Каннаме участницы Forincess носились вокруг Дасом, далеко отсюда, в своей квартире-офистеле в Силлиме, Чан Хваын тоже торопливо искала салфетки.
— Салфетки, салфетки… Где…
Она зажала хлынувшую из носа кровь.
В этот момент позвонила мать.
Хваын ответила гнусавым голосом.
— Алло… Мам, чего?
[Да просто позвонила. Что у тебя с голосом? Пила, что ли?]
— Нет. Нос… кровь идёт.
[Носом кровь? Осторожнее. Я смотрю на то, что в мире творится в последнее время, и мне что-то совсем не нравится. Поэтому и звоню. Будь осторожна. Слышишь? Осторожна…]
⁂
В это же время Соннё-босаль из Каннама прекратила молитву своему божеству и резко поднялась.
Холодный ветер прошёл через ворота.
Дверь задребезжала.
Хотя она была всего лишь ученицей средней школы, девушка с жёстким, пронзительным взглядом посмотрела на ворота, а затем в ночное небо.
Там сияло созвездие, которого она никогда прежде не видела.
Люди с духовной чувствительностью постепенно ощущали перемены, приближавшиеся к миру.
⁂
[Четверг, 1 августа 2019 года, 06:00]
[Ли Джун: второй заход]
[Очки страшилок: 497]
[Причинность: 41%]
«А-а, это был совершенно законный пук, господин Джун. Пф-ф-ф~»
— Сын, вставай~ Ты же сегодня едешь с друзьями из клуба на море!
Мне снился безумный сон, где я спорил с классным руководителем о морали. Мама разбудила меня.
— Уа-а-а…
По привычке я вызвал статус.
Месяц уже сменился.
«Август… Каникулы реально заканчиваются.»
Осталось три недели.
Надо успеть и на море, и пожить всем вместе в школе, и вообще сделать всё, что хотелось.
Я сел на кровати.
Мама в гостиной проверяла мою сумку.
— Так, зубная щётка есть, мыло, полотенце… Зарядка где? Ты положил? Не вижу.
— Мам, да ладно. Если чего не будет — куплю на месте. Чем больше вещей, тем тяжелее таскать.
— Ты у нас сын богачей, что ли? Я вроде не такие огромные карманные деньги тебе даю.
Мама укоризненно посмотрела на меня.
— Если вещь дома есть, её надо заранее взять. И деньги сэкономишь. Вообще не ценишь вещи…
Она не знала, что у клуба лежит миллиард вон и мне хотелось хотя бы раз съездить куда-нибудь без вечного подсчёта мелочи.
«Я уже попросил Хваын арендовать самый дорогой автодом — три миллиона вон за сутки.»
За спиной у мамы я показал два пальца буквой V и ушёл в ванную.
Отец уже собирался на работу и, похоже, только что принял душ: внутри было жарко и влажно.
«И летом горячей водой моется.»
Когда я вышел, мама уже собрала сумку и заворачивала кимпаб.
— Мам, я не первоклассник на экскурсии. Зачем кимпаб? В Пусане столько ресторанов, мне потом места не хватит.
— А ты до Пусана телепортируешься? В дороге проголодаешься — поешь. И учителя угости.
Отец, переодеваясь, рассмеялся.
— Ваш учитель тоже едет, Джун? У человека, наверное, семья.
— Нет семьи. Она ещё не замужем.
— Вот как? Всё равно могла бы отдохнуть, а едет с детьми. Хороший человек.
— И ты там не балуйся. Учителю весь путь вести машину, устанет. Обязательно скажи спасибо и никаких глупостей ночью, алкоголя там…
— Ха-ха. Если учитель рядом, они разве смогут выпить, дорогая? Хотя в их возрасте самое интересное — как раз выпить тайком.
— Ха-ха… Наверное…
Я невнятно отмахнулся и застегнул сумку.
Мама напихала туда столько, что та едва закрывалась.
— Незнакомых людей остерегайся. На пляже один не шатайся. Не ругайся с людьми. От группы не отходи. И кимпаб не отдавай весь учительнице, раз сам не хочешь — Соне тоже обязательно дай. Она с утра, наверное, голодная.
— Да-да. Я пошёл!
— Хорошо.
— Отдохни как следует!
Под напутствия мамы и отца я вышел из дома.