Ленивый Злодей-Дворянин Том 7 Глава 190 Прямые переговоры с имперской принцессой

Позвав Акари, я направился в индивидуальный тренировочный зал.

Когда я открыл дверь и вошёл внутрь, то обнаружил, что помимо Акари там дожидался ещё один гость.

Юная особа в традиционном восточном наряде — хакама, чьи тёмно-синие волосы были заколоты изящным гребнем. Из-за утончённых восточных черт её лицо казалось совсем детским, почти кукольным.

— Так это ты и есть Люк Хьюго Дескустос?!

Вопреки своей невинной детской внешности, эта девица устремила на меня дерзкий, властный и колючий взгляд. Всё ясно, перед нами первая принцесса Империи Мэй.

— Ха-а... Акари.

— Прости, Дорогуша! Я прекрасно знаю, как ты не любишь подобные неожиданности и лишнюю суету. Но она так отчаянно умоляла меня о встрече... У нас с ней такие отношения, что я просто не смогла ей отказать.

Посмотрев на искренне извиняющуюся Акари, я выдавил из себя ещё один тяжёлый вздох и лениво перевёл взор на высокопоставленную гостью.

— ...Ну? И что тебе нужно?

Я задал вопрос таким тоном, будто передо мной назойливое и жутко надоедливое насекомое. Если честно, беседы с незнакомыми людьми утомляют меня до глубины души.

Тем более когда собеседник изначально источает волны неприкрытой враждебности. Надеяться на конструктивный диалог в такой обстановке глупо. Как же я ненавижу подобные тайные аудиенции.

— Я — Мэй Карла Киёи, первая принцесса Священной Империи Мэй. Благодарю, что соизволил явиться на мой зов.

Я молча опустился на стул, стоявший прямо напротив неё.

Смертельно уставший от пафоса, я вальяжно закинул ногу на ногу, принимая максимально высокомерный и вызывающий вид.

— И всё же? Зачем звала? Лично у меня нет никаких общих тем для разговора с имперской принцессой.

Я мельком взглянул на Акари, но та лишь растерянно покачала гововой. Похоже, она и сама была не в курсе истинных мотивов своей высокородной знакомой.

— Мне абсолютно плевать, как вызывающе ты себя ведёшь в моём присутствии. Я пришла сказать лишь одно: немедленно верни нам Акари Майдо.

Я перевёл взгляд на Акари, и та принялась изо всех сил отчаянно мотать головой в знак протеста. Стало быть, мнение самой девушки эту высокомерную принцессу вообще не волновало.

— Что-то я не замечаю, чтобы сама Акари горела желанием возвращаться.

— Я не имею права оставлять Акари на попечение такому ничтожеству, как ты!

От пронзительного крика Мэй я лишь недовольно поморщился.

— Наша Империя — вовсе не сборище дураков. Мы досконально изучили твоё прошлое и все твои гнусные деяния. Ты, вероятно, и не догадывался, что у нас есть собственная, первоклассная шпионская сеть?

Да шпионы-шиноби у вас, кто же ещё. Вон, у девицы, что замерла за твоей спиной, на лбу крупными буквами написано «куноичи». Да и по специфической одежде всё прекрасно видно.

— Начнём с того, что бросается в глаза в первую очередь: ты окружил себя кучей женщин. Если бы ты искренне любил одну лишь Акари, это ещё можно было бы понять, но сожительствовать сразу с несколькими девами... Какая мерзость!

В Империи Мэй исповедовали строгую моногамию — одна жена, один муж. В плане консерватизма эта Мэй была куда более твердолобой, чем суровая Линьшань. Та хотя бы, будучи уроженкой Алесидаса, с пониманием относилась к многожёнству ради процветания благородных родов и продолжения потомства.

Что ж, у нас кардинально разные представления о нормах морали, так что я вполне могу понять её желание полить меня грязью.

— Дальше что?

— Далее. Твоя успеваемость кажется безупречной, но мы выяснили, что ты нагло отобрал и использовал в корыстных целях конспекты простолюдинки Мирил, которая лидирует на теоретическом потоке!

— Охо. И Мирил сама тебе об этом пожаловалась?

Я снова посмотрел на Акари, и та принялась с удвоенной силой безмолвно отрицать эти обвинения.

— С чего бы ей сознаваться в твоих злодеяниях?! Очевидно, что ты запугал несчастную и давишь на неё своим авторитетом!

Лицо Акари сделалось мертвенно-бледным, она в панике открыла рот, собираясь вслух опровергнуть этот бред, но её тут же бесцеремонно перехватила стоящая рядом охрана. Если бы придерживающей её служанкой не оказалась женщина-куноичи, я бы, наверное, прямо на месте опустил всех троих гостей в пучину своего «Лени».

— Хм-м, ну допустим. Что ещё?

— Также до нас дошли рапорты о твоём бесчинстве и непотребном поведении по отношению к беззащитным девушкам в публичных местах!

— Надо же, бесчинство. И что же такого ужасного я совершил?

— Сама пострадавшая, видимо, скрывает это из страха, но многие студенты-мужчины подтвердили, что во время Кубка Императора Меча ты во всеуслышание тискал по голове зверолюдку Руби, а после этого обращался с ней прилюдно как с послушным домашним питомцем!

Ну да. Наверняка это фанаты Руби из числа парней решили настрочить на меня донос, сойдясь в едином порыве зависти. Что ж, все пункты обвинения мне плюс-минус ясны. Пускай и в дико искажённом, извращённом виде, но доля правды в этих историях была.

— Одного лишь факта, что ты принадлежишь к зловещему герцогскому дому Дескустос, уже достаточно, чтобы видеть в тебе огромную угрозу. К тому же ты сам... Твоё тело буквально источает зловещую скверну маны.

Говоря о «скверне», она, скорее всего, имела в виду ту давящую, непреодолимую тяжесть, что вечно окутывала моё тело. Что ж, если называть проклятие греха «Лени» скверной, то она попала в точку.

— На основании всего вышеперечисленного я заявляю: Акари не останется с тобой. Её редчайший талант — это достояние и истинное сокровище нашей Империи. Она обязана и дальше усердно трудиться во благо своей родины!

Закончив свою пафосную тираду, принцесса с торжествующим и победоносным видом уставилась на меня. Из всей её речи мне по-настоящему не понравилась только финальная часть

— Мэй. Хотя нет, обращаться к тебе по имени — слишком много чести. Послушай меня, девка. Получается, всё, чего ты хочешь — это просто использовать Акари в своих целях?

— Ч-что?! Да как ты смеешь! Это ты её используешь! Мы досконально изучили твои методы и знаем, что ты, заприметив её уникальный дар, превратил Акари в удобный инструмент для ведения своих дел. Пока твоя невеста и Акари пашут на тебя не покладая рук, ты сам лишь бездельничаешь и развлекаешься в компании других девиц! Ты и есть главный кукловод, использующий её!

В ту же секунду из моего тела плотной, тяжёлой волной хлынула скрытая мана. Мэй испуганно вздрогнула, а её личный телохранитель-самурай мгновенно сделал шаг вперёд, заслоняя собой госпожу.

— А ты неплох. Хорошая выправка. К тому же... это ведь Священное оружие на твоём поясе? Как звать?

— Моё имя Ямато, — процедил воин, не снимая руки с рукояти.

— Вот как, Ямато. Если ты прямо сейчас уберёшь руку от катаны, я, так и быть, прощу твою дерзость. Но если ты откажешься...

— То что тогда?

Надо признать, личный самурай принцессы действительно знал толк в боевых искусствах. От него исходила волна силы, ничуть не уступающая, а возможно, и превосходящая мощь Дана. Но если говорить о том, способен ли он раскрыть истинный потенциал Священного клинка — тут ему до идеала было ещё очень далеко.

— Я раздавлю тебя.

Преодолев лимит максимального сотого уровня, я пробудил в себе принципиально новый пассивный навык.

Королевская воля. Это была эволюционировавшая, высшая форма боевого духа и воинской харизмы, позволяющая использовать плотную жизненную энергию для ментального и физического подавления противника.

Потрясающая способность: можно сокрушать врагов даже не двигаясь с места, как раз в моём вкусе.

— Гх-х!.. — Ямато резко побледнел, из его груди вырвался глухой стон.

— Третьего предупреждения не будет.

Я отвёл ледяной взгляд от едва удерживающего равновесие самурая и посмотрел на куноичи.

— Мэй, прикажи своей служанке отпустить Акари.

Под воздействием моей сокрушительной Королевской воли перепуганная принцесса судорожно кивнула своей шпионке. На самом деле куноичи и так не могла пошевелиться от сковавшего её ужаса, но в дипломатических вопросах крайне важно соблюдать видимость того, что враг подчиняется именно твоему приказу.

— Дорогуша! Я никогда, слышишь, никогда не считала, что ты меня используешь! — вырвавшаяся из захвата Акари с разбегу уткнулась мне в грудь.

— Знаю. Я всё знаю.

Я крепко обнял прижавшуюся ко мне Акари и ласково погладил её по волосам.

— Ну а теперь, Мэй, я спрошу тебя ещё раз. Ты считаешь, что талант Акари принадлежит вашей Империи и она обязана пахать на благо твоей родины? Ты ведь именно это сейчас вякнула?

— ...Да, сказала, — прерывистым от страха голосом выдавла принцесса.

— Империя Мэй годами знать не знала про Акари и никак ей не помогала. Но стоило вам приехать сюда и увидеть её пробудившийся дар, как вы тут же заявили свои права, требуя, чтобы она пахала на вас. И при этом вас совершенно не волнует её собственное мнение. Ты явилась сюда, чтобы силой отобрать у меня дорогого человека?

Моя Королевская воля медленно, осязаемо сжалась вокруг шеи Мэй, окутывая её невидимой удушающей петлей и планомерно увеличивая физическое давление.

— Гх... кха!..

— Возможно, в своей стране ты и считаешься великим правителем, но сейчас я вижу перед собой лишь ничтожное, отвратительное существо. Заруби себе на носу: отныне тебе запрещено приближаться как ко мне, так и к моим близким. Если ты посмеешь нарушить этот уговор, будь уверена — тебя и твою страну настигнет такое бедствие, какого мир ещё не видывал.

Я мгновенно развеял ауру Королевской воли и неторопливо поднялся со стула. Удерживая Акари у своего плеча, я подошёл к дверям тренировочного зала и распахнул их настежь.

— Иди и дальше борись за свои великие государственные цели. Но помни: наши дороги с тобой никогда не пересекутся.

Акари с лёгкой тревогой обернулась назад, бросив взгляд на притихшую принцессу. Заметив это, я попытался мягко ослабить хватку и освободить её руку, но Акари лишь крепче, изо всех сил вцепилась в мой рукав.

— Нет! Не отпускай меня! Я хочу всегда быть только рядом с моим Дорогушей! Никогда не отпускай мою руку!

— Твоё желание для меня закон.

Я притянул Акари к себе и нежно, со вкусом поцеловал её прямо на глазах у ошарашенной Мэй, после чего мы с грохотом захлопнули за собой дверь.