Мой возлюбленный угнетатель Том 1 Глава 124 Бонус — Amor fati (1)

Пять последующих глав являются дополнительным материалом от автора, созданным в знак благодарности читателям новеллы и в честь выхода её адаптации (манхвы).

Неспешные звуки фортепиано, доносившиеся со двора, смешивались с весенним ветерком, создавая лёгкую мелодию. Несколько человек играли разные композиции, глядя в нотные листы, установленные на пюпитрах.

Во дворе мужчина в светлой рубашке, с рукавами, закатанными до локтей, упорно трудился лопатой. Он не обращал внимания на окружающую музыку, продолжая копать землю. Даже в эту безмятежную погоду, его лоб и шея покрылись потом.

Сильные руки мужчины уверенно двигались, набирая очередную порцию земли и выкидывая её из вырытой ямы. Его кожа, закалённая солнцем, приобрела красивый медный оттенок.

В какой-то момент мужчина решительно воткнул лопату в землю, облокотился на неё локтями и выдохнул. По его плечам и спине, пропитанной потом рубашки, побежали складки.

— Почему ты веселишься здесь один?

Внезапно раздался голос мальчика по имени Тео, который присел на корточки возле ямы, наблюдая за работой.

— Потому что… эм… думаешь, это весело?

— Копать интересно… Можно мне тоже присоединиться?

— Если будешь мне помогать, у нас могут возникнуть проблемы с учителем.

— ...Хаа...

Тео печально вздохнул. Его округлое детское лицо выражало явную зависть.

— Ты уже закончил домашнее задание?

— Да, но даже если бы не сделал, мог бы просто раскрасить картинки, и учительница бы не заметила.

Дети, посещавшие бесплатный учебный центр, должны были раскрашивать один «фруктик» под каждой пройденной песней в своем рабочем листе. После завершения десяти «фруктов» учительница проверяла задание.

Обычно после одной песни дети успевали раскрасить два или три «фрукта». Учительница знала об этом, но никто не подвергался наказанию.

Услышав ответ мальчика, мужчина улыбнулся.

— Но когда учительница услышит твою игру, она поймёт, действительно ли ты занимался, верно?

Он вытащил лопату из земли и снова принялся за работу. Тео промолчал, лишь надув губы и обхватив колени руками, положив на них подбородок.

В наступившей тишине шорох лопаты смешивался с пением птиц. Немного покопав, мужчина взглянул на внезапно затихшего ребёнка.

Тео смотрел в яму, подперев щёки руками. Настроение у него было явно испорчено, и не только потому, что ему не разрешили копать.

— Хаа...

Тео разочарованно вздохнул. Ему было всего восемь лет, но казалось, будто он уже познал все тяготы жизни. Мужчина проигнорировал мальчика и сосредоточился на своей работе.

— Хаа…

— ...

— Хаах… Дяденька…

— ...Да.

Получив ответ, Тео посмотрел на мужчину с грустными глазами.

— Что случилось?

— У вас есть девушка?

— Нет, но…

— Тогда вы не поймёте.

Тео говорил с каким-то странным пренебрежением.

— У меня нет… девушки, но есть жена.

— Девушки и жены – это разные вещи.

— Знаю, ведь она была моей девушкой до того, как мы поженились.

— А, точно, вы ведь муж учительницы…

Тео пробормотал, словно что-то понял. Мужчина усмехнулся с недоверием. Дети из учебного центра иногда обращались к нему так.

— Знаете, моя девушка – самая красивая в классе, и она встречалась со мной, хотя нравилась всем остальным мальчикам, а не только мне. Просто я самый быстрый бегун и лучший игрок в мяч.

Тео начал говорить так, что Хайнер не мог понять, хвастается ли мальчик своей девушкой или собой.

— Но она миленькая, поэтому немного гордая, и если я хоть что-то скажу не так, она сразу обижается, и ещё говорит мне…

Хайнер не понимал, как мальчик успел выучить слово «гордая», ведь он только пошёл в школу. У него даже есть девушка. Неужели все современные дети так рано развиваются?

Независимо от того, жаловался он или просто хотел поболтать, Тео говорил серьёзно.

— Мы встречались какое-то время... Но недавно она рассталась со мной, хотя я снова её добился, и мы всё ещё вместе, но потом что-то произошло… Вроде как она стала мне нравиться больше…

— О, у тебя то же самое.

— Дяденька, вам тоже учительница стала нравиться ещё больше?

— Да, но я пришёл к этому со временем. Если влюбился, то ничего не поделаешь. Просто прими это.

— Ну, наша учительница – самая красивая женщина в Санта-Молли…

Казалось, Тео получил бесполезный совет, но мальчик, похоже, почувствовал некую связь.

— А остальные мальчики тоже очень любили учительницу, верно?

— Конечно. Я бегал за ней как сумасшедший.

— А как вы познакомились?

— Я победил всех, потому что был сильнейшим.

— Не врите, я уже не ребёнок и меня не обмануть.

Хайнер покопался в воспоминаниях и неуверенно пробормотал:

— Мне кажется, ей понравилось моё лицо…

— Хм, я вроде симпатичный, но ваше лицо похоже на страшную чёрную картошку.

— Не знаю… о чём ты.

Хайнер, несмотря на все усилия, не производил на детей очень дружелюбного впечатления. Его внушительные размеры и холодное поведение были достаточны, чтобы напугать самых робких малышей.

Конечно, мальчик перед ним не был из пугливых.

— Эм, дяденька.

— Да?

— А вы влюбились в неё первым?

Едва Тео успел задать вопрос, как задняя дверь распахнулась. Тео первым обернулся на звук, и мужчина последовал его примеру.

Перед ними предстала женщина в лёгком платье ниже колен, со светлыми волосами, собранными в низкий пучок. Руки её строго легли на пояс, как только взгляд сосредоточился на мальчике.

— Тео, я так и знала, что ты будешь здесь.

— Учительница, я почти закончил.

— Если почти закончил, то заходи внутрь.

Женщина мило улыбнулась. Тео почесал затылок, встал и послушно направился в дом.

Она пропустила мальчика вперёд и закрыла за собой дверь, даже не взглянув на Хайнера. Хайнер, неотрывно следивший за ней взглядом, снова взял лопату, чувствуя лёгкое разочарование.

Он полагал, что она остановится и перекинется с ним парой слов.

Он видел её каждый день, но когда она ушла, на душе стало немного тоскливо. В этот момент он осознал, что прежние переживания Тео относительно его девушки ничем не отличались от его собственных чувств.

«Может, стоило его утешить?» — Хайнер с досадой щёлкнул языком и принялся копать с удвоенной силой.

Он работал руками, словно заведённая машина. Грязь и комья земли сваливались в кучу у края ямы. Всё это время его взгляд нет-нет да и замирал на двери. Спустя несколько минут эта дверь внезапно снова открылась. Внимательно всмотревшись в ту сторону, Хайнер тут же выпрямился.

Женщина, открывшая дверь, несла поднос со стаканом воды и свежим полотенцем. Когда она встретилась с ним взглядом, её лицо осветила милая улыбка, а светлые волосы засияли на солнце.

«— Эм, дяденька»

На одно мгновение ему показалось, что он ощутил сладкий аромат весеннего ветерка.

«— А вы в нее влюбились первыми?»

Вместе с изменением потоков ветра мужчина внезапно вспомнил что-то из далёкого прошлого. Девушка, за которой он с тоской наблюдал издалека, теперь была не его живой фантазией, а светлым воспоминанием.

Он никогда не думал, что момент, когда он влюбился в неё, был простым совпадением. Он бы влюбился в неё в любое время, в любой день и месяц... даже в этот самый момент. Должно быть, это была судьба, непредотвратимая и неотвратимая.

— Хайнер.

Подойдя ближе, Аннет поставила поднос на землю. Она вытерла его влажный лоб полотенцем, что взяла с собой.

— Ты не устал? Ты ведь работаешь с самого утра. Отдохни немного.

— ...Если я сейчас умоюсь, то потом вернусь к работе и снова испачкаюсь. — ответил он, чувствуя лёгкое разочарование от того, что она вышла лишь ненадолго.

Аннет обвязала его шею полотенцем.

— Просто попроси кого-нибудь закончить здесь, это не стоит таких усилий.

Несмотря на её слова, Хайнер знал, что его жене не очень-то нравятся посторонние в доме. Вместо того чтобы прямо указать на это, он сменил тему.

— Ты говорила, что тебе нужен пруд.

— Я сказала, что хотела бы иметь, а не «мне он нужен».

— Непозволительно так говорить, будучи такой красивой.

Она посмотрела на него с вопросительным выражением, не в силах понять, чем слова «хотела бы» отличаются от «мне нужен». Аннет смущённо улыбнулась.

— Я бы ничего не говорила, если бы знала, что моему мужу придётся так усердно трудиться.

При упоминании слова «муж» Хайнер слегка застыл с отвисшей челюстью. Хотя они были женаты почти год, это обращение всё ещё вызывало у него удивление.

Внезапно из дома донёсся звонкий крик:

— Я закончила, учитель!

Это был восторженный возглас одной из учениц. Аннет встала, отряхивая платье.

— Мне пора идти.

Хайнер неосознанно потянулся, чтобы схватить её за руку, но подавил это желание, осознав, что весь перепачкан грязью.

В этот момент Аннет сама прильнула к нему. Её губы нежно коснулись его щеки. Мягкое прикосновение было столь кратким, что он задумался, не иллюзия ли это, а после она отстранилась.

— Увидимся позже.

Лицо в его поле зрения осветил завораживающий свет. Её свежая, солнечная улыбка мелькнула в его глазах.

Хайнер на мгновение застыл, а затем улыбнулся ей в ответ не только взглядом, но и уголками губ. Его улыбка была столь же нежной, как парящий лист на ветру.

Это был блестящий весенний день в их жизни.

_________________________

П/П: В названии глав "Amor fati" – лат. «любовь к судьбе» или «любовь к собственной участи». Употребляется в речи, чтобы описать определённый подход человека ко всему, что происходит в жизни, в т.ч. к страданиям и потерям. «Любящий судьбу» человек воспринимает все события как нечто хорошее или, по крайней мере, необходимое в силу того, что они являются одними из фактов его жизни и существования.