Мой возлюбленный угнетатель Том 1 Глава 126 Бонус — Amor fati (3)

Аннет заворочалась в его объятиях. Хайнер инстинктивно прижал её ближе, прежде чем отпустить, прошептав «подожди».

Его руки опустели, а последнее тепло рассеялось в воздухе. Он нахмурился, наполовину открыв глаза, и увидел её округлые плечи в тусклом жёлтом свете.

Её длинные золотистые волосы волной спадали на одно плечо, обнажая изящный вырез, тонко очерченные лопатки и гладкую спину...

Лампу щёлкнули, погасив свет, и в одно мгновение комнату окутала тьма. Хайнер притянул к себе её стройное тело, укрыл одеялом и почувствовал, как все тревоги улетучиваются, а чувство безопасности возвращается.

После нескольких мгновений беспокойного сна Аннет перевернулась, уткнулась лицом ему в грудь и выдохнула. Наступила комфортная тишина.

— Аннет. — Хайнер, поглаживая её по спине, внезапно заговорил. — Не хочешь поехать в столицу?

Он ощущал, как её тело реагирует на каждое его слово. Аннет, лежавшая в изнеможении, медленно подняла голову и спросила:

— В столицу?

— Конечно, я не имею в виду переезд, а скорее небольшое путешествие.

— Ну, мы ездили туда однажды, в начале прошлого года…

— Ты тогда была на конференции, а я остался в отеле. Сразу после твоего возвращения мы сели на поезд и уехали.

— Да, всё так и было.

Аннет могла отправиться в столицу по двум причинам: её поездки были связаны либо с музыкой, либо с Джозефом.

Даже в этом случае это случалось лишь раз в год. Аннет была одной из первых членов Общества женщин-композиторов Падании, но редко посещала столичные собрания, за исключением своих регулярных сольных концертов.

Что же касается Джозефа, он и так приезжал в Санта-Молли и оставался на все каникулы, так что не было никакой необходимости ехать к нему, кроме как на выпускные церемонии.

— Почему вдруг столица? Тебе нужна партнёрша для чего-то?

— Не совсем... и даже если бы мне нужна была партнёрша, я бы не поехал без малейшего желания.

Хайнер прикоснулся губами к её лбу, а затем слегка отстранился.

— Мне нужно быть там в конце месяца на заседании комитета, и я подумал, не хочешь ли ты поехать со мной.

— О, комитет… — пробормотала Аннет.

Хайнер был назначен неисполнительным советником Главнокомандующего после своего ухода в отставку. Несмотря на то, что он считался гражданским лицом, иногда он присутствовал на заседаниях комитета и важных собраниях, давая советы военному правительству, когда это требовалось.

Для этих целей он периодически приезжал в столицу и оставался там на несколько дней. До этого момента Аннет никогда не сопровождала его.

Хотя война существенно изменила реальность для многих людей, в том числе ослабила враждебность к Аннет, Ланкастер по-прежнему оставался для неё местом, связанным с болезненным прошлым.

— Я просто предложил. Если не хочешь, тебе не обязательно ехать.

— Я давно не была в столице.

— За площадью Бретани есть новый универмаг, и там недавно открыли большой современный кинотеатр. Знаешь, если тебе нужно купить новую одежду, косметику, или… Всё, что только пожелаешь.

Аннет задумчиво промычала в ответ. Её сосредоточенное лицо почти не выражало никаких эмоций.

Он задал вопрос в непринуждённой манере, но, честно говоря, Хайнер беспокоился, что ей здесь будет скучно.

Санта-Молли была курортным местом с красивыми пейзажами и видом на море, но это, по сути, была деревня вдали от шумных городов. Даже самые захватывающие пейзажи могут наскучить, если видеть их каждый день.

Конечно, он нисколько не возражал против идеи поселиться в сельской местности с Аннет до конца своих дней. Нет, он сам скорее приветствовал это.

Однако он не был уверен, что Аннет будет полностью счастлива. Хотя это и было очень давно, его жена с юных лет воспитывалась в великолепии светского общества.

На самом деле, если копнуть глубже, то больше всего мужчину беспокоило то, что она может утомиться от скуки однообразной рутины… а вслед за этим ей может наскучить их брак. Осознавая, что это глупое беспокойство, он всё равно ничего не мог с собой поделать; он всегда был чрезмерно чувствителен, когда дело касалось её. Это был инстинкт.

— Ну, я не знаю, я…

Хайнер слушал её слова с лёгкой нервозностью. После минуты раздумий Аннет коротко зевнула и уткнулась носом в его шею. Полусонный шёпот сорвался с её губ:

— Вообще-то… мне нравится жить с тобой в Санта-Молли…

Глаза Хайнера слегка расширились. Это не было признанием, но её слова приятно отозвались в его груди.

Дыхание Аннет щекотало его шею. Хайнер слегка поиграл с её волосами, затем повернул голову и мягко поцеловал жену в губы.

Аннет тихо застонала от изнеможения. Время от времени тишина в комнате нарушалась влажными звуками их слившихся в поцелуе губ. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем их губы разомкнулись.

— Но... раз уж ты собираешься туда, было бы неплохо посетить больницу. Президент ассоциации предлагал мне встретиться на днях, а у меня всё руки не доходили. А ещё... я бы тоже поехала с тобой... — ответила Аннет, учащённо дыша.

— Как пожелаешь.

Хайнер поцеловал её в лицо, затем притянул к себе обмякшее тело женщины. Их тела соприкоснулись, и жар любви бушевал между ними всю ночь, рассеявшись лишь с наступлением рассвета.

***

После войны кинематограф расцвёл вместе с коммерциализацией. Возводились целые кинодворцы, оснащённые передовыми технологиями, и начали появляться актёры-звёзды.

Супруги Вальдемар направились к внушительному кинотеатру в районе Бретани, в сердце Ланкастера, где некогда располагался столичный особняк рода Розенберг.

Выйдя из такси и крепко придерживая шляпку, Аннет огляделась по сторонам. Положив ладонь в протянутую руку Хайнера, она прошептала:

— Кажется, мода изменилась. У всех стрижки короче.

Хайнер не сразу понял её слова, пока не бросил взгляд вокруг. Его взгляд беззаботно скользил по оживлённым улицам столицы.

Большинство дам в столице теперь предпочитали платья или костюмы без пышных рукавов, а их коротко стриженные волосы волнами ниспадали до плеч. Шляпки дам были представлены моделью «клош» с узкими полями.

— Все выглядят так утончённо, — восхищённо заметила Аннет.

Хайнер внимательно изучил её наряд; платье не выглядело устаревшим, лишь слегка не соответствовало изменчивым столичным трендам. Когда-то Аннет была частью светского общества Ланкастера, следившего за модой.

Её лицо излучало чистое веселье, но по какой-то причине он ощутил едва уловимую горечь.

— После сеанса зайдём в универмаг.

— Универмаг? Хочешь что-нибудь приобрести?

Не давая ответа, Хайнер провёл жену внутрь кинотеатра. Оказавшись в сияющем современном вестибюле, она тут же забыла о своём вопросе, с восторженным вздохом осматривая всё вокруг.

***

— Боже мой, последний фильм пролетел так стремительно! Они действительно достигли невероятных высот. И как актёры так естественно двигаются на экране?

Сразу после окончания сеанса Аннет взволнованно защебетала высоким голосом. Хайнер мог судить о её возбуждении, ведь обычно его жена вела себя тихо и сдержанно.

— Теперь я понимаю, почему фильм так знаменит, хоть и чёрно-белый, он выглядит так… — её голос затих.

Хайнер усмехнулся и, нежно взяв её под локоть, вывел из зала. Честно говоря, он даже не помнил сюжет картины, ведь всё время просто наблюдал за своей восхищённой женой. Он был рад видеть, что она хоть раз искренне насладилась развлечением, словно ребёнок. Он был рад, что они посетили кино вместе.

Когда они подошли к выходу, до их слуха донеслись обрывки мужских разговоров.

— Она была хороша, очень красива…

—...Несомненно, достойна титула самой красивой женщины...

Хайнер осторожно повернул голову в ту сторону. Его внезапное движение заставило Аннет склонить голову, задаваясь вопросом, что происходит. В поле зрения появилась группа джентльменов, которые дымили сигарами и оживлённо беседовали.

— Это невероятно... такая молодая звезда...

— Ей всего шестнадцать...

Они обсуждали актрису, исполнившую роль в просмотренной киноленте.

Хайнер небрежно махнул рукой и повёл супругу к выходу. Покинув кинотеатр, они направились прямиком в ближайший универмаг «Ла Луиза». Интерьер магазина, заставленный экстравагантными товарами, выглядел ещё роскошнее, чем фойе кинотеатра.

Аннет была немного удивлена, когда сотрудница тут же подскочила и, словно это было обычным делом, сняла с неё мерки.

По просьбе Хайнера продавец вынес несколько комплектов модной одежды, подходящей ей по размеру, однако Аннет отказалась от примерки, сославшись на то, что будет носить их крайне редко.

В итоге, вопреки своему первоначальному решению, Аннет всё же выбрала два наряда. Это были элегантные костюмы, подходящие для посещения собраний или церкви.

После недолгих покупок супруги направились в Центр слуха, где Хайнеру ранее настраивали слуховой аппарат. Ему предстоял быстрый плановый осмотр.

— Ухудшений с прошлого визита не зафиксировано, а уровень шума заметно снизился. Если продолжите регулярно проходить осмотры и не перегружать слух, дальнейшей потери слуха можно избежать.

Аннет напряжённо выслушала слова доктора, затем перевела взгляд на Хайнера, и её лицо немного просветлело. Для них это была отрадная новость, поскольку они опасались дальнейшего ухудшения слуха, вплоть до его полной потери.

— Если вы выработаете привычку концентрироваться на звуках, которые желаете слышать, например, на репликах в общем фоновом шуме, это будет способствовать вашей реабилитации.

Завершив осмотр, они покинули Центр, держась за руки. Как только пара оказалась на главной улице, их оглушил оглушительный шум толпы и рёв автомобилей.

— Слава Богу, — крикнула Аннет сквозь какофонию. Хайнер повернулся к ней. — Правда, я очень волновалась… Я так рада, что с тобой всё в порядке.

Сквозь посторонний шум её голос звучал на удивление чисто. Хайнер сжал её сомкнутые ладони в своих.

Реабилитационные техники, рекомендованные врачом, оказались весьма кстати. Звуки, которые он желал слышать, всё это время были рядом с ним.