Непригодный для Академии Владыки Демонов: ~ Сильнейший в истории владыка демонов-прародитель перерождается и идёт в школу потомков～ (Новелла) Том 17 Глава 37 § 37. Вместе по тёмному пути
Ранее в Непригодный для Академии Владыки Демонов: ~ Сильнейший в истории владыка демонов-прародитель перерождается и идёт в школу потомков～ (Новелла)...
Среди облачного неба вращались бесконечные шестерни, притягивающие красные звёзды.
– В чем заключается твоя справедливость? – поинтересовался Справедливый Император Айзел.
Рэй и Миса достигли его.
– Отомстить за вашего прежнего короля Ордова, я полагаю?
– Верно, – спокойно ответил Рэй. Однако за его внешне безмятежным выражением скрывались бушующие страсти. – Мой отец Ордов заботился не только о гармонии мира священных мечей, но даже о своем заклятом враге, мире бедственной пучины Ивэзейно, стремясь к гармонии для всего океана. Ты же, Справедливый Император, отнял его жизнь, продвигая свою однобокую справедливость.
– Ты – справедливость, Святой Король Лебрахард.
Не ожидая, что тот согласится, Рэй с подозрением взглянул на Айзела.
– Точнее говоря, жизнь Ордова забрал прежний Справедливый Император Влад. Но можешь не беспокоиться. Влад был злом. И поэтому я, Справедливый Император Айзел, уничтожил его.
– …О чем ты говоришь? – с полуудивлением произнесла Миса.
– Ты всё тот же Справедливый Император – лишь твоя форма изменилась.
– Не существует двух одинаковых Справедливых Императоров. Само это название указывает не на личность, а на форму справедливости. Когда Справедливый Император заключает, что абсолютная справедливость не может быть достигнута в текущей форме, он переписывает старую справедливость и создает новую. Уничтожая Справедливого Императора, совершившего ошибку, он делает шаг к абсолютной справедливости, – разъяснил Айзел. – Справедливый Император Айзел и Справедливый Император Влад – это разные справедливости. Говоря более понятными вам словами, мы – разные личности. Лично я бы не стал уничтожать вашего прежнего короля Ордова.
Рэй пристально посмотрел на стоящего перед ним человека. В его глазах читался необычный для него гнев.
– Думаешь, такая уловка сработает?
– Это правда. Так устроен механический мир. Если вы не способны понять нашу культуру, то ничего не поделаешь, – сказал он Рэю, смотря на него сверху вниз. – Я не уничтожал вашего прежнего короля Ордова. Я родился только что. Позволь задать тебе один вопрос, Святой Король Лебрахард: если ты собираешься уничтожить меня, то в чем здесь справедливость?
Рэй тихо закрыл глаза, а затем медленно произнес.
– Лучше скажи мне вот что, Справедливый Император Айзел: на основании какой справедливости ты собираешься уничтожить нас?
– Справедливый Император Айзел – это существо, вобравшее в себя всю справедливость среброводного священного океана. Пока вы будете пытаться противиться абсолютной справедливости, вас будет судить эта совокупная справедливость, – заявил Айзел. – Или же вы признаете меня абсолютной справедливостью?
– Нет никаких гарантий, что ты действительно являешься абсолютной справедливостью. Разве нет вероятности, что ты снова создашь нового Справедливого Императора?
– Возможно. Но во всяком случае, пока ты руководствуешься лишь собственной справедливостью, мои действия определяются множеством справедливостей.
– Все же ты ошибаешься, – решительно возразил Рэй. – Сколько бы справедливостей ты ни собрал, тебе никогда не достичь абсолютной справедливости.
– Хочешь сказать, что ты сможешь ее достичь? Какое высокомерие, Святой Король Лебрахард.
Справедливый Император Айзел поднял руку. В ней собрался свет, и был призван Меч Духов, Богов и Людей Эвансмана.
– Почему ты, стремясь к гармонии, не радуешься рождению абсолютной справедливости? – спокойно спросил Айзел, сжимая Меч Духов, Богов и Людей. – Ответ прост. Ты – лицемер, Святой Король Лебрахард.
Облик Айзела размылся, и в следующий миг он, оставляя едва заметные послеобразы, оказался за спиной Рэя.
– А лицемерие необходимо стереть.
– До чего же варварская у тебя справедливость.
Предвосхитив появление Айзела, Миса выпустила туда «Догда Азбедару». Синяя звезда мощно взорвалась, однако Айзел остался невредим.
Радужная Дорога защитила его, словно магический барьер, и полностью заблокировала «Догда Азбедару».
– «Орлоаз».
Айзел нарисовал многослойный магический круг, из которого выстрелил Радужной Дорогой. Быстро отступив, Рэй и Миса развернули магические барьеры.
Снаряд, очень напоминающий белую радугу, с легкостью пробил двухслойный магический барьер, но Рэй заблокировал его Мечом Беспутья Эфеком, бурно рассеивая искры во все стороны. Рэя постепенно оттесняло назад.
– Х-ха!!..
Вложив всю свою силу, ему каким-то образом удалось отбить «Орлоаз».
– «Бэгаро Орлоаз».
Бесчисленные шестерни разных размеров, как и в прошлый раз, образовали многослойный магический круг. Им было трудно заблокировать даже один выстрел из лунки Радужной Дороги, а теперь они были буквально ими окружены.
– Я использую её, – немедленно приняла решение Миса.
Крылья духа за её спиной испустили свет.
– Магия духов «Ри Рено».
Из глаза Мисы упала слеза, которую она поймала ладонью. Эта магия духов являлась силой великого духа и матери всех духов Рено. Её слезы порождали духов на основе слухов и легенд.
Хотя «Ри Рено» не могло породить духов, оно позволяло создавать магию духов, основанную на слухах и легендах. Область слухов и легенд ограничена миром Милития.
Однако, задействовав силу Тени, Миса сломала этот закон, распространив область слухов и легенд на весь серебряный священный океан. И слухи с легендами, которые легли в основу её магических духов, были… – «Цинния Варз». Правый глаз Мисы озарился алым свечением. Это были «Магические Глаза Вечной Тьмы» верховного владыки демонов Циннии Шивахельда. Миса взглянула на снаряды из Радужного Пути, что были выпущены по ним со всех сторон, и в одно мгновение они были поглощены тьмой и исчезли. – «Лэйборд Анджелам». Рэй взмахнул мечом света сверху вниз, прокладывая прямо к Айзелу световую дорогу, однако в следующее мгновение она была разорвана в клочья. – «Небесные раскалывающие клинки». Восемь бледно-синих вспышек меча устремились к Рэю. В тот же миг, когда Миса поглотила их во тьму «Магическими Глазами Вечной Тьмы», «Бэгаро Орлоаз» сфокусировал огонь на ней. – Миса!!! Мощный взрыв сотряс воздух. – …Всё в порядке…?! Благодаря «Магическим Глазам Вечной Тьмы», Миса едва избежала смертельных ран, однако Справедливый Император Айзел уже приблизился к ней и поднял Меч Духов, Богов и Людей. – Справедливость вам не одолеть. Свежая кровь брызнула повсюду. Красная кровь полилась на лицо Мисы. – …Что за?.. В руку Справедливого Императора Айзела вонзилась стрела. Она была окутана белой радугой – Радужный Путь. Айзел сверкнул магическими глазами и посмотрел туда, откуда прилетела стрела. Но там никого не было. Среди облаков, усеянных шестернями, не было видно ни души. Сколько бы он ни искал стрелка по небу мира желаний Равашнейка, он никого не мог найти. Более того, Айзел расширил обзор за пределы серебряного пузыря в воды вокруг мира желаний Равашнейка, но и там никого не было. Справедливый Император Айзел задействовал громадную магическую силу, полученную из «Абсолютного Водоворота», и заглянул ещё дальше. Стрелок оказался в территориальных водах мира реинкарнаций Милитии. На носу серебряного корабля Нэфеуса стоял аристократ-охотник Бальзаронд, вооружённый луком. Его рот двинулся, и Айзел прочитал по губам: – Я, Бальзаронд, никогда не промахиваюсь. Насколько бы далеко ни была моя цель. – «Доул Зонэйд[4]». Айзел начертил магический круг. Появилось пять серебряных шестерней, которые начали резво вращаться. Они вылетели за пределы серебряного пузыря и понеслись по серебряному священному океану быстрее света. Это была магия серебряного уничтожения. Её целью был Бальзаронд, осуществляющий межмировую стрельбу из территориальных вод Милитии. – Сбить несколько шестерней, выпущенных с такого большого расстояния, проще простого! Выпуская одну за другой окутанную Радужным Путем стрелу с невероятной скоростью, Бальзаронд мгновенно пробил пять «Доул Зонэйдов». Серебряные шестерни, в которые вонзались стрелы, тут же взрывались. – Справедливый Император Айзел, твоя справедливость ошибочна! И плевать я хотел на всякие мелочи, что ты – другая, отличная от Влада, личность, и то, что ты – воплощение справедливости серебряного священного океана! Моё чутьё аристократа-охотника кричит мне прострелить твою справедливость!!! Стрелы, выпущенные Бальзарондом, пересекли серебряный священный океан и дождём пролились на Айзела. Обладая свойством ускоряться с расстоянием и пройдя столь большую дистанцию, они достигли такой скорости, что даже магические глаза Айзела едва могли их уловить. Стрела задела ногу отступившего Айзела, и у него хлынула кровь. Он знал, что она прилетит, и всё же не смог от неё уклониться. – Меч Пустоты, секрет первый… – не упустив возможности, предоставленной Бальзарондом, Рэй сократил расстояние с Айзелом. – «Путеводная вспышка»!!! На развёрнутом перед Айзелом барьере из Радужного Пути в одной точке зажёгся маленький золотой свет. Направленный в него выпад Рэя прочертил золотую траекторию. «Путеводный свет» разрушил барьер из Радужного Пути, и клинок вонзился в плечо Айзела. Тот тут же горизонтально взмахнул Мечом Духов, Богов и Людей. Рэй отвёл меч и уклонился от удара. – Позволь задать тебе вопрос, Бальзаронд. Действительно ли твоё чутьё подсказывает тебе верно? Можешь ли ты утверждать, что решение, принятое без здравого смысла, раздумий и мудрости, достойно называться справедливым? Стреляя в Рэя с Мисой «Бэгаро Орлоазом», Айзел снова выпустил «Доул Зонэйд». – Могу сказать одно, Справедливый Император. Ты никак не можешь быть абсолютной справедливостью, ибо не способен даже убедить меня в том, что моё чутьё ошибается. Если я кажусь тебе злом, то твоё существование заставляет меня держать в руках этот лук. Это ты породил зло. Разве можно тогда называть тебя абсолютной справедливостью?! Бальзаронд выпускал стрелы по серебряным шестерням, что летели, преодолевая океан. Всё повторялось, как и в прошлые разы. Стрелы одна за другой вонзались в приближающиеся серебряные шестерни, вызывая взрывы посреди серебряного океана. – Ответь же мне, Справедливый Император Айзе… На серебряном корабле Нэфеусе, на борту которого находился Бальзаронд, разразился взрыв. – Дно корабля подверглось обстрелу!– Мощность невелика, но на восстановление уйдет какое-то время! – доложили аристократы-охотники.
– …Выпустил «Доул Зонэйд» с подавленной магической силой из слепой зоны… – пробормотал Бальзаронд.
Хотя Бальзаронд был гениальным лучником, он не мог видеть всё до мира желаний Равашнэйка. Позицию Справедливого Императора он видел через магические глаза Рэя, а по пути стрелы ориентировался на океаническую карту, магические глаза теневых сов и, самое главное, магическую силу. Если последняя будет слишком слабой, она смешается с другими в среброводном священном океане, и различить её будет очень трудно.
– Когда вершишь абсолютную справедливость, есть лишь одна важная вещь. Нельзя прислушиваться к тем, кто обвиняет других во зле. Ведь всё зло – их собственная ошибка…
Айзел выстрелил ещё большим количеством «Доул Зонэйдов» по Бальзаронду. Хотя стрелы его лука пронзали их, некоторые шестерни, чья магическая сила была ослаблена, было невозможно отследить, и среброводный корабль подвергся обстрелу.
Сила шестерней, хоть и была мала, но исходила от самого Справедливого Императора Айзела. Не трудно вообразить, что случится, если магический обстрел, от которого они не могли уклониться, не прекратится.
– Лорд Бальзаронд, ещё пять… нет, мы даже три залпа не факт, что переживём!..
– Я продолжу стрелять, даже если этот корабль пойдёт ко дну. Мой брат обязательно снесёт голову Справедливому Императору до того, как я паду.
Сразу после чего среброводный корабль Нэфеус раскололся пополам.
Прилетевшая серебряная шестерня разрубила корпус корабля пополам.
– Не хочу огорчать, но столько времени у тебя нет, – произнёс Айзел, и одновременно с этим среброводный корабль Нэфеус мощно взорвался.
Стоявший на носу судна Бальзаронд был выброшен в среброводный священный океан.
– Лорд Бальзаронд!..
Один из подчинённых протянул ему руку, но не успел дотянуться до него, и его тело унесло потоком.
Айзел нарисовал магический круг «Доул Зонэйда», чтобы добить Бальзаронда.
– Не позволю!
Сверкнув «Магическими Глазами Вечной Тьмы», Миса мгновенно поглотила сооружённый Айзелом магический круг во тьму.
– Слишком поздно.
Бесчисленные шестерни, вращающиеся в облаках, так же, как и Айзел, соорудили магические круги «Доул Зонэйда». Сам же Айзел выпустил в Рэя семь «Небесных разящих клинков», блокируя руку Рэя.
В следующий миг он, взяв Меч духов, богов и людей на изготовку, приблизился к Мисе.
– Защити себя или Бальзаронда. Ну же, кого выберет твоя справедливость, Миса?
Пошёл кровавый дождь, окрасивший лицо Айзела в красный цвет.
Уничтожающий владыку демонов священный меч пронзил грудь Мисы и вонзился в её основу. Магический круг «Доул Зонэйда» тем временем не был разрушен и выстрелил в Бальзаронда.
Айзел широко раскрыл глаза.
Миса не защитила ни себя, ни Бальзаронда.
Её магические глаза испустили алый свет и стали куда мощнее, чем когда-либо. Это было сияние последних мгновений, возникающее, когда основа разрушалась…
– Я знаю, – она утратила настоящую сущность, вновь став просто Мисой, и уже даже не могла использовать силу настоящей сущности. – Что мой возлюбленный – настоящий герой, что защитит всеобщую гармонию, даже если придётся пожертвовать собой. Поэтому…
Ахнув, Айзел обернулся.
Рэй нёсся на него с Мечом беспутья в руках.
Миса поглотила семь «Небесных разящих клинков» во тьму магическими глазами в свои последние мгновения.
Он попытался взмахнуть Мечом духов, богов и людей, но Миса схватилась за его лезвие.
– Вам всё равно не сразить меня.
Шестерни в облаках нарисовали магический круг «Бэгаро Орлоаза». В тот миг, когда, сфокусировав свет белой радуги, он собирался выстрелить из них в Рэя, прилетевшие в больших количествах с неба стрелы прострелили и взорвали все шестерни.
– …Бальзаронд?!..
Айзел бросил взгляд вдаль.
«Доул Зонэйд» вгрызлось в его тело и достигло основы. В этот миг Бальзаронд не сбил летящие к нему шестерни, а выстрелил в мир желаний, чтобы спасти Рэя.
– …Вот тебе и ответ, Справедливый Император Айзел! Сколько готовы рискнуть жизнью ради твоей справедливости?!.. – крикнул Бальзаронд, выжимая последние остатки своих сил.
В этот миг, когда шестерни мышления Справедливого Императора издали глухой звук, Рэй вонзил Меч беспутья Эфек в сердце Айзела.
– Справедливый Император Айзел, пришла пора продемонстрировать тебе справедливость моего отца Ордова.
Рэй вогнал Меч беспутья ещё глубже, и у Айзела пошла кровь.
Шестерни в глазах Справедливого Императора, клацая, завращались.
– Я, Справедливый Император Айзел, сотворён «Родниковой Пучиной Радужной Дороги». Я не сгину, покуда хоть кто-то на этом свете верит в справедливость.
Рука Справедливого Императора Айзела пронзила грудь Рэя.
– «Орлоаз».
Выпустив снаряды из Радужной Дороги внутрь его тела, он стремительно уничтожил все семь его основ.
– Кстати, ты тут упомянул справедливость Ордова, – произнёс Айзел, будучи уверенным в своей победе. – Он не знал о шестернях, что Владыка Справедливости Влад встроил в мир священных мечей, и не был уверен в собственной правоте. Его нельзя назвать даже героем, не говоря уже об абсолютной справедливости.
– Ты абсолютно прав, мой отец сомневался, – отрезал Рэй, глядя Айзелу прямо в глаза, пока кровь текла из его рта. – Потому что то, что он чувствовал, расходилось с путём, указанным Радужной Дорогой. Он всегда сомневался в обещании, данном Изаку, Бедствию во Плоти: было ли это истинной справедливостью, или же это было глупое действие, обрекающее на погибель мир священных мечей Хайфолии.
Рэй сделал глубокий вдох и продолжил:
– Именно поэтому я считаю своего отца истинным героем, а его деяния – подлинной справедливостью.
– …Что?
– Справедливость – это не уверенность в собственной правоте. Это сомнение; мысль о том, что ты, возможно, ошибаешься. Даже если собрать всю совесть из всего серебряного священного океана, какой бы великой справедливости мы ни нашли, мы совершим ошибку в тот момент, когда обретем уверенность, что мы и есть справедливость!
– Разве можно назвать столь хрупкую вещь справедливостью?
Рэй решительно покачал головой.
– Нет. Если ты стремишься односторонне одолеть врага, то нет никакой разницы, чем ты это сделаешь, мечом или словами!.. Справедливость должна быть слабой. Ты должен сомневаться, страдать, из последних сил стараться и тревожиться о том, праведен ли избранный тобой путь!! – воскликнул Рэй.
С непоколебимой верой, что все его чувства дойдут.
– В кромешной тьме, без единого луча света, мы должны искать путь, взявшись за руки с теми, на кого направили мечи!!!
Меч беспутья Эфек испустил свет благословения. Не для поражения врага, и не для уничтожения «пучины», а лишь как сила для диалога. Меч для разговора, передающий чувства противнику.
Шестерни с грохотом провернулись.
Тело Справедливого Императора Айзела охватил свет, и из него выпала одна шестерня.
– …Что… это?..
Шестерни падали одна за другой вместе с белым светом.
Механическое устройство и его божественный облик были созданы «Источник Пучины Радужной Дороги». Справедливостью, собранной со всех океанов, и совестью каждого живущего в них смертного.
Их сердца прислушались к обращению Рэя.
Он сказал им не использовать меч для наказания других по справедливости, а признать собственную слабость и найти в себе смелость сделать шаг вперёд.
– Поче…му? – растерянно воскликнул Айзел.
Его шестерни рассыпались, хотя он не получил ни одной атаки.
– Я… исчезаю… Справедливый Император Айзел…
– Может быть, это и есть ответ? Я думаю, что всё в океане… твоё механическое устройство признало, что абсолютная справедливость противоречива.
Шестерни в глазах Айзела, клацая, вращались.
– Н…ет… Я… Справедливый Император… вершащий… абсолютную… справедли… вость…
Словно бумажная поделка, тело Императора Справедливости Айзела разделилось на шестерни, которые полетели вниз к земле.
Рэй тоже потерял силы, и его равновесие нарушилось. Он полетел вниз вместе с бесчисленными шестернями.
– Рэ…й…
Своими затуманенными глазами он увидел девушку, которая отчаянно тянула к нему руку. Он изо всех сил потянулся к её руке, и их кончики пальцев едва соприкоснулись.
– Миса.
Они взялись за руки. По телу Мисы побежали трещины.
– Я так рада.
Облегчённо вздохнув, Миса улыбнулась.
– …И чему же?
– На этот раз мы будем вместе, – сказала Миса, явно вспоминая ту войну между Азесионом и Дильхейдом.
Рэй нежно обнял её. По его телу побежали трещины.
– Я люблю тебя.
Со слезами на глазах Миса пошевелила губами.
Её слова не обрели звука, их тела разлетелись на частицы света и исчезли.
На их месте остался лишь теневой магический круг.
[1] Записано как: «Орудие радужной дороги небесного императора».
[2] Записано как: «Шестерёночное орудие радужной дороги небесного императора».
[3] Записано как: «Рождение магии духов».
[4] Записано как: «Шестерёночная магическая пуля серебряного мира».