Номенклатура ночи (Новелла) Том 3 Глава 371 Заслуга следования за драконом
Ранее в Номенклатура ночи (Новелла)...
Глава 371. Заслуга следования за драконом
(Перевод: Ориана)
Заслуга следования за драконом.
Эти слова звучат особенно заманчиво.
(п.п. – заслуга следования за драконом – исторический термин, который описывает особые заслуги тех, кто поддержал будущего императора в борьбе за трон до его восшествия на престол)
В этот момент все, кто был как-то причастен к Битве за Тень, думали об этих четырех словах.
Как только один из кандидатов успешно займет должность Тени, всю систему власти в семье Цин ждут новые перестановки.
В отличие от тишины вокруг Цин Чэня, вокруг остальных Теневых кандидатов семьи Цин было очень оживленно.
В Третьем районе Цин И послушно сидел на диване в своих роскошных апартаментах, принимая гостей одного за другим.
Пришли силы его отца Цин Куня, находящиеся в городе 10, а также коллеги из Третьего отдела разведки, где он в скором времени займет должность.
В Центральном разведывательном управлении Федерации инспектор занимает второе место после директора, и в его подчинении находятся 36 рядовых агентов.
Поэтому, узнав, кто их новый начальник, эти хорошо информированные агенты поспешили нанести визит, даже если Цин И и другие еще официально не вступили в должность.
Под предлогом «отчета о работе».
В гостиной Цин И держался скромно, обращаясь к гостям «старший брат» и «старшая сестра», без намека на высокомерие, присущее важным фигурам консорциумов.
Только ему вдруг стало очень скучно. Он затосковал по тем временам, когда он практиковался во дворе Опавший лист.
Он даже скучал по Цин Чэню, Ли Кэ, Ли Тунъюнь, Нань Гэнчэню, Ли Ино…
По какой-то причине именно во дворе Опавший лист он страдал и перенес больше всего обид с тех пор, как был ребенком.
Но Цин И чувствовал, что то время было самым беззаботным. Поначалу ему приходилось притворяться, однако позже он практиковался вместе со своими братьями и сестрами по ученичеству, обедал вместе с ними, а после практики они вместе возвращались домой, любуясь закатом в поместье Баньшань.
Вспоминать об этом было довольно приятно.
Особенно ту ночь после избиения других Теневых кандидатов.
Цин И немного разочаровало, что после смерти главы Ли учитель из двора Опавший лист тоже исчез, и у них больше не было причин собираться вместе.
Учитель слишком несправедлив. Уехал в путешествие и взял с собой только Ли Кэ, а раньше говорил, что относится ко всем ученикам одинаково.
«Инспектор?» – один из агентов осторожно окликнул задумавшегося Цин И.
Цин И опомнился: «М?»
Агент прошептал: «Нам всем очень любопытно. Все остальные Теневые кандидаты стали инспекторами-стажерами, а вас сразу назначили инспектором. И говорят, что вы единственный, кто одержал победу во втором раунде Битвы за Тень…»
В этом и заключается преимущество победы во втором раунде Битвы за Тень. Цин Чэнь и Цин И, как победители, перескочили этап стажировки и сразу стали настоящими инспекторами.
Цин И улыбнулся и сказал: «Моя тетя из семьи Ли. Она уговорила нескольких младших помочь мне, заявив, что заключила со мной союз, что и помогло мне победить».
Агенты остолбенели. Все думали, что это жестокий и расчетливый человек, а оказалось, что он выиграл благодаря отношениям со старшими.
Это разочаровало их. Никто из Теней не добивался победы, полагаясь на родственников.
Если Цин И не был тем самым легендарным гением, его преимущество во втором раунде не сделает его в итоге Тенью.
Один из агентов улыбнулся и сказал: «Уже поздно, пусть инспектор отдохнет. В любом случае, завтра инспектор вступит в должность, и нам еще предстоит провести много времени вместе. Не волнуйтесь, инспектор, мы будем сотрудничать с вами и служить вашим авангардом».
Цин И вежливо улыбнулся: «Спасибо, братья и сестры. Буду на вас рассчитывать».
Спустившись вниз, агенты начали перешептываться: «Из всех Теневых кандидатов нам достался самый младший. Вы видели, как он сейчас отвлекся? Явно был рассеян».
Другой опытный агент вздохнул: «В конце концов, он слишком молод. Помните, после того, как завтра Теневые кандидаты вступят в должность, мы не должны вступать в конфликты с другими группами. В любом случае, я не думаю, что этот Цин И способен победить. Нам бы не упустить возможность получить заслугу следования за драконом, а то следуя за ним еще и не повезет пострадать во время чисток».
Агент сказал: «Да, верно. Но нам все равно придется внешне быть вежливыми с Цин И, просто не станем работать».
«Кстати, я слышал, что в Первом отделе разведки тоже появится новый человек. Он сразу стал инспектором. Судя по всему, Тень снова собирается устроить кипиш в Первом отделе».
«Хе-хе, кто посмеет вмешиваться в дела этих исчадий ада? Пусть сами разбираются».
После ухода гостей Цин И облокотился на диван в гостиной и закрыл глаза.
Спустя долгое время на его телефон пришло сообщение. Содержание сообщения представляло собой запись разговора агентов после того, как они ушли.
Сообщение отправил сокол Цин И.
Прослушав запись, Цин И снова закрыл глаза: «Скучно».
Едва он сомкнул веки, как в ушах снова раздался радостный смех его братьев-соучеников, возвращавшихся с тренировок во дворе Опавшего листа. Сегодня вечером в домах шести оставшихся кандидатов — Цин И, Цин Ши, Цин Юаня, Цин У, Цин Сина и Цин Вэня — разыгрывалась почти идентичная сцена «отчета о проделанной работе», но настроение у каждой группы «отчитывающихся» было совершенно разным. На самом деле, некоторые хотели найти Цин Чэня, чтобы отчитаться перед ним, ведь именно он был настоящим инспектором, наделенным полномочиями назначать и смещать. Однако агенты седьмой группы Первого отдела разведки с изумлением обнаружили, что никто не может отыскать адрес их нового начальника! После прибытия в город 10 этот инспектор тут же исчез! … Цин Чэнь прогуливался по оживленной улице. Приближался Новый год, и повсюду сияли огни, висели украшения. Во Внутреннем мире Новый год был столь же важным праздником, как и Праздник Весны. В отличие от города 18, здесь существовала уникальная улица в стиле Камиширо. Вся улица была украшена длинными, узкими красными винными флагами. На каждом шагу предлагались суши, темпура, такояки. На первых этажах высотных зданий располагались идзакая и рестораны с синтетическим якинику. (п.п. – якинику – обжаренное на гриле мясо в стиле барбекю; идзакая – питейные заведения, где также можно перекусить) Отличительной чертой были девушки в кимоно, сидящие на коленях в витринах, скромные и исполненные достоинства. Пьяные мужчины, обнявшись за плечи, заходили сюда, выбирали девушку и уводили ее в комнату. Выйдя, они получали леденец на палочке от владелицы заведения. Когда владелицы других заведений видели этот леденец, они понимали, что этот мужчина уже «отстрелялся», и нет смысла тратить время на привлечение такого клиента. Цин Чэнь пришел сюда не ради развлечений, а потому, что на улице в стиле Камиширо было меньше всего камер видеонаблюдения в Пятом районе, а развевающиеся флаги питейных заведений и многочисленные неоновые голограммы помогали ему скрыть свое местонахождение. Проходя по этой улице, девушки в кимоно в витринах не могли отвести от него глаз. Обычно здесь собирались потрепанные жизнью толстые мужики, а такого элегантного юношу здесь видели редко. Неужели этому чистому парню тоже нужно было заходить в такое место? Однако, к разочарованию девушек, он не остановился и быстро скрылся в конце улицы. Цин Чэнь вернулся в здание «Утопия». Прежде всего, он осмотрелся, не видно ли машин Комитета безопасности, и лишь убедившись, что никого нет, вошел в лифт. Он очень опасался, что та звезда могла вызвать агентов Комитета безопасности. Хотя его личность сотрудника Центрального разведывательного управления была достаточной для решения проблемы, он не хотел получить дурную славу еще до официального вступления в должность. Он нажал кнопку 112-го этажа, и прозрачный лифт начал стремительно подниматься по закрытой шахте. На 66-м этаже шахта лифта с одной стороны внезапно превратилась в прозрачную стеклянную стену. Перед ним раскинулось море огней, а прямо перед носом проплывали летающие машины. Киберпанковский мир за стеклом предстал как на ладони. Цин Чэню показалось, будто он внезапно вырвался из бездны и взмыл в небо, перед ним открылся целый мир. Прямо перед ним звезды падали в мир людей. Подойдя к своей квартире, Цин Чэнь лишь взглянул на следы у двери и вздохнул. Открыв дверь, он ощутил в комнате аромат чая и услышал кашель. Все освещение было выключено, и лишь неоновые огни с улицы слабо освещали комнату, не достигая лица господина Тени. Цин Чэнь беспомощно произнес: «Вы слишком быстро освоились. Я даже чайник не успел купить, а вы уже пришли пить чай?» Тень семьи Цин улыбнулся и указал на чайный столик перед ним: «Вот, я уже купил. Считай это подарком на новоселье». Цин Чэнь представил, как этот человек выходит из Теневой двери с чайником в руке, и внезапно почувствовал себя очень странно. Это так приземленно. «Подарок на новоселье от величественной Тени семьи Цин должен быть чем-то как минимум на уровне запретного предмета. Как это может быть чайник?» – спросил Цин Чэнь. Тень сменил тему и спросил: «Какое у тебя впечатление о Янь Чуньми?» Цин Чэнь немного подумал и ответил: «Она скрывает свою силу». «О? – с некоторым удивлением произнес Тень. – Я удивлен, что ты это заметил. Как ты думаешь, почему она скрывает свою силу?» «Может быть, она боится, что я буду завидовать ее способностям? Или опасается, что я пошлю ее на опасное задание?» – предположил Цин Чэнь. Тень семьи Цин улыбнулся и спросил: «И что ты думаешь о ее поведении?» Цин Чэнь сказал: «Это не имеет значения». «Неплохо. Начальник должен быть выше таких вещей. Неважно, что она думает или делает. Тебе нужно лишь знать, чего хочешь ты», – похвалил Тень. Цин Чэнь вдруг подумал: Ли Шутон учил его совершенствованию, Ли Сюжуй учил его сохранять изначальное намерение, а Тень семьи Цин хочет научить его быть квалифицированным руководителем.Но зачем? Почему этот человек обучает его всему этому?
У Цин Чэня имелись некоторые догадки, но ряд предположений казался настолько невероятным, что ощущался нереальным.
«Как ты собираешься использовать остальных соколов?» — спросил Тень.
Цин Чэнь немного задумался: «Поверите ли вы мне, если я скажу, что пока не планировал их использовать?»
Тень Цин слегка скривил губы: «В любом случае, я передал их тебе. Использовать их или нет — это уже твое дело».
Цин Чэнь внезапно задал вопрос: «Кроме Общества Взаимопомощи, наверняка существуют и другие странники семьи Цин во Внешнем мире. Не желаете заключить еще одну сделку и передать этих людей мне?»
Тень улыбнулся: «Не думай о них. Для этих людей у меня есть более ответственное поручение. Я отправил их за границу. Это самое важное задание по сравнению с остальными».
«Хорошо, — сказал Цин Чэнь и задал следующий вопрос, — это вы убили семью старины Шэня?»
Тень не знал, смеяться ему или плакать: «Кого ты обо мне думаешь? Чтобы заполучить преданного координатора и архивариуса, я бы стал убивать всю его семью? Ты слишком недооцениваешь мое личное обаяние. К тому же, старина Шэнь просидел под землей 32 года. Мне было всего два года, когда он туда спустился… Ох, ты пытаешься выяснить мой возраст?»
Цин Чэнь был слегка удивлен молодостью Тени. Это также опровергало некоторые его предположения.
По крайней мере, Тень не являлся отцом «Цин Чэня» из Внутреннего мира.
Если, конечно, он не женился и не завел ребенка в 15 лет. Это слишком рано…
Цин Чэнь спросил: «Почему старина Шэнь согласился просидеть там 32 года?»
Тень долго размышлял: «Ничего страшного, если я расскажу. Старина Шэнь был Тенью три поколения назад. Ты, должно быть, слышал, что Тень того поколения уже очень стар и доживает свои дни в поместье Гинкго».
Цин Чэнь был поражен.
Он совершенно не ожидал такого ответа. Старина Шэнь на самом деле является Тенью определенного поколения!
Каждый, кто был Тенью, держал в руках жизнь и смерть бесчисленного множества людей, наслаждаясь славой, богатством и всеми желаниями мира.
И такой человек добровольно заточил себя под землей?
Тень улыбнулся: «Не стоит недооценивать решимость и веру людей клана Цин. Мы ничем не уступаем вам, Рыцарям. Ты не понимаешь истинной причины, по которой клан Цин обосновался на этой земле».
В полумраке комнаты Тень включил проектор, встроенный в стену. У проектора было три объектива. Три луча света сошлись, образуя голографическое изображение.
Это был сериал с участием той самой звезды первого уровня, на которую Цин Чэнь недавно направил пистолет.
Атмосфера внезапно стала неловкой.
Цин Чэнь указал на звезду на голограмме: «Ты что, ее фанат? Ты специально узнал адрес, где она скрывалась, чтобы подловить меня?»
В этот момент Тень поднял брови: «У тебя гость».
Он неторопливо допил чай из чашки, затем бросил пачку чая и сказал: «Вот чай, только что собранный для тебя. Хотя он может улучшить зрение, употребляй его умеренно. Чрезмерное потребление может вызвать проблемы. Кстати, Цин Чжо, о котором говорила Янь Чуньми, не пропал без вести. Как ты и предполагал, Янь Чуньми ранее была шпионкой. А Цин Чжо был ее соколом. Позже, обнаружив, что Цин Чжо был соблазнен женщиной и намеревался сбежать, она устранила его. Эта пачка чая была выращена из Цин Чжо».
Сказав это, Тень Цин открыл Теневую дверь и вошел внутрь, словно растворившись в пустоте.
Цин Чэнь смотрел в эту пустоту и вдруг почувствовал легкую тошноту. Неужели нельзя было просто передать чай, не произнося перед уходом ничего столь отвратительного? Да еще и намекнул, что Янь Чуньми не всегда говорит правду.
Но он внезапно осознал, что Тень действительно пришел, чтобы принести ему чай.
Может быть, он видел, как старики в запретной зоне № 002 давали фрукты, и решил, что если он ничего не принесет, это будет невежливо?
Цин Чэнь знал, что влияние чая из запретной зоны на зрение превосходит всякое воображение.
Он задумался. Сначала он укрепил кости и улучшил слух, а теперь выпьет чай для улучшения зрения. Что произойдет, если однажды он попробует все дары из запретных зон, способствующие укреплению тела?
Размышляя об этом, Цин Чэнь уже предвкушал угощение, обещанное Дин-Доном.
Тук, тук, тук. Трижды постучали в дверь. Цин Чэнь встал и вопросительно спросил: «Кто там?»
Снаружи донесся приглушенный голос: «Это я».
Цин Чэнь открыл дверь и увидел стоящего за ней Ли Дунцзе. Тот был одет в элегантный костюм и изысканный галстук-бабочку, будто только что прибыл со званого ужина.
Казалось, этот человек всегда наряжался, готовясь к любым торжественным мероприятиям.
«Почему ты пришел?» — спросил Цин Чэнь.
Цин Чэнь не удивился тому, что Ли Дунцзе знал его адрес, ведь Ху Сяоню мог ему сообщить, но его озадачило, почему тот пришел к нему домой.
Ли Дунцзе, с черным пакетом в руке, прямо спросил: «Где кухня?»
Цин Чэнь ошеломленно указал ему направление.
Затем он наблюдал, как Ли Дунцзе вошел на кухню, включил индукционную плиту и поставил кастрюлю с водой.
Ли Дунцзе извлек из чёрного пакета упаковку сладких клейких рисовых шариков с чёрным кунжутом, раскрыл её и без колебаний высыпал все белые шарики в кастрюлю.
И в тишине стал ждать, пока они сварятся.
Он стоял абсолютно неподвижно, словно изваяние.
На кухне царила невыразимая тишина.
Цин Чэнь недоуменно спросил: «Чем это ты вообще занят?»
Ли Дунцзе промедлил, а затем ответил: «Босс сказал, что тебе не с кем встречать Новый год, поэтому он велел мне прийти».
Цин Чэнь: «...Рисовые шарики едят не на Новый год, а на Праздник фонарей».
Ли Дунцзе нахмурился, с сомнением и неуверенностью спросил: «Правда? А что тогда едят на Новый год?»
Цин Чэнь задал вопрос: «Неужели наставник послал тебя сюда только из-за такой ерунды? Главное, ты очень заметен, а вдруг кто-нибудь тебя узнает?»
«Нет, – Ли Дунцзе покачал головой, – я действовал очень скрытно. Перед моим приходом босс просил передать тебе: когда ты прибудешь в Город 10, Тень клана Цин наверняка будет ежедневно пытаться склонить тебя на свою сторону. Наша собственная семья не должна отставать от Тени».
С этими словами он поставил перед Цин Чэнем тарелку с рисовыми шариками.
Затем, не испрашивая согласия Цин Чэня, он уселся рядом, сделал селфи и немедленно отправил снимок Су Синчжи.
Цин Чэнь: «...»
Он посмотрел на дымящиеся перед ним рисовые шарики. Прошло уже несколько лет с тех пор, как кто-то встречал с ним Новый год.
В этой неловкой атмосфере чувствовалось тепло.
Он поднял голову и серьёзно произнёс: «Спасибо».
Закончив с сообщением, Ли Дунцзе внимательно взглянул на Цин Чэня и продолжил: «В Четвёртом районе также присутствуют люди из Хэнше. Хотя Хэнше здесь не имеет главенствующего положения, в случае возникновения трудностей они смогут оказать некоторую помощь. Кстати, Ло Ванья — твой человек?»
Цин Чэнь кивнул: «Да».
Ли Дунцзе задумался на мгновение и произнёс: «Он слишком быстро развивается. Хоть он и действует весьма скрытно, его всё равно будут ненавидеть».
«Кто именно будет ненавидеть?» – спросил Цин Чэнь.
Ли Дунцзе ответил: «Он переманил к себе целую ветвь Механического культа. Теперь эти фанатики из Механического культа ищут его повсюду».
Цин Чэнь: «...»
Эта информация действительно ошеломила Цин Чэня. Какая операция — переманить целую ветвь Механического культа напрямую?..
Как известно, Механический культ во Внутреннем мире представляет собой влиятельную религиозную организацию. Если Ло Ванья сумел переманить её членов, это означает, что Змей из Лочэна должен был предварительно как минимум разрушить веру в одной из ветвей!
Что за чертовщина?
«Я ухожу», – Ли Дунцзе бросил взгляд на рисовые шарики. – «Обязательно доешь их».
«...Хорошо!»