Пастух-волшебник Том 0 Глава 33 Южное море (9)

Туран летал до глубокой ночи, а потом всё-таки вернулся во дворец Дома Дирмин. Раз уж его приняли как гостя, следовало хотя бы несколько дней позволить хозяевам о себе позаботиться. Уехать сразу было бы невежливо.

Похоже, в Доме Дирмин решили особенно угодить человеку, который избавил их от неуправляемой птицы. Пока Туран отсутствовал, ему отвели комнату просторнее и богаче прежней. Рядом соорудили подобие гнезда из мягких подушек — отдельную постель для птицы.

— Если вам что-нибудь понадобится, только позовите, господин.

Туран отпустил слуг и посмотрел на птицу, которая уже развалилась в новом гнезде как у себя дома.

— Нравится?

Пи-и!

Птица согласно кивнула. Туран усмехнулся, лёг и почти сразу уснул.

Наутро Туран всерьёз взялся учить птицу грамоте.

Они устроились на небольшой площадке перед гостевым домом. Туран вывел прутиком несколько знаков на земле.

— Попробуй повторить.

Птица провела когтем по пыли. Получилось криво, но вполне узнаваемо.

— Здесь черта идёт вниз. А эту в конце надо чуть задрать, будто царапаешь землю.

По человеческим меркам ученица была не слишком способной. Для птицы — настоящий гений. Она то склоняла голову набок, то снова и снова переделывала один и тот же знак, и Туран невольно вспомнил собственное детство.

Наверное, мать смотрела на меня так же.

Она учила его тем же способом. Пергамент в их глухой деревне был роскошью, а ничего удобнее ровной земли и тонкой палки у них не нашлось.

[Как хорошо запомнил, Туран. Какой же ты у меня умница.]

Он давно считал, что забыл её голос. И всё же сейчас услышал его так ясно, будто мать стояла рядом.

Туран успел погрузиться в воспоминания, когда почувствовал приближение человека.

— Учите её писать?

— Да.

Перед ним стояла дочь главы Дома. Кажется, её звали Ирид; Туран не мог вспомнить наверняка.

Она глядела на птицу с плохо скрытой досадой. Вероятно, её задевало, что птица, отвергавшая всех вокруг, признала какого-то захудалого дворянина.

— Вы хотя бы знаете, что она любит?

— Знаю, что она ест животных.

— Больше всего она любит рыбу. Особенно ставриду, которую ловят у нашего побережья.

Туран перевёл взгляд на птицу. Та важно кивнула.

Ирид принялась перечислять всё, что считала нужным: чем кормить птицу, сколько ей давать спать, как следить за перьями и чего избегать во время линьки. Видимо, линия Укротителя досталась ей не зря. В животных она действительно разбиралась.

— Впечатляет. Вы мне очень помогли.

Ирид вздрогнула и поспешно покачала головой.

— Я уже помолвлена.

Туран не сразу понял, к чему это было сказано. Потом сообразил: обычную благодарность она приняла за попытку поухаживать.

Он едва не рассмеялся. Впрочем, новость была полезной. Значит, повторения истории с Домом Балтас можно не опасаться.

— Я понял.

Почему-то после этого Ирид стала ещё мрачнее.

— Ладно, неважно... У вас есть планы на обед?

— Нет.

— Тогда пообедаете с нами? Остальные гости хотят на вас посмотреть. Разумеется, отказываться вас никто не заставляет.

— Остальные гости интересуются мной?

— Каждый, кто бывал в нашем зверинце, хотел заполучить эту птицу. Людям любопытно, чем вы лучше всех остальных.

Туран был далеко не единственным странствующим дворянином. На окраинах такие гости встречались редко, зато в крупном городе почти всегда находились паломники или искатели приключений.

В Доме Берк он уже сталкивался с подобной компанией и не снискал у неё особой любви. Тогда его невзлюбили за дружбу с Асизом, вторым сыном главы Дома. Какой-то безродный бродяга оказался слишком близок к человеку, которому завидовали другие.

Туран собирался отказаться, но передумал.

— Хорошо. Идём сейчас?

Ему требовались любые сведения о Доме Джахар. Упускать возможность послушать разговоры дворян было бы глупо.

* * *

— Рад знакомству. Туран Брамс.

— Брамс? Не слышал такой фамилии в этих краях.

— Он вроде из земель Камайна.

— Так это почти рядом с Арабионом, разве нет?

Едва прозвучало последнее замечание, все за столом уставились на говорившего. Ирид ответила ледяным тоном:

— Не надо связывать нашего гостя с этими воробьиными ублюдками.

— Прошу простить.

Мужчина сразу отступил. По мнению Турана, ничего особенно страшного он не сказал, но ненависть к Арабиону здесь явно была сильнее здравого смысла.

За столом сидели трое дворян, гостивших у Дирминов: молодая супружеская пара и мужчина средних лет. Супруги принадлежали к Дому Гашуб и приехали в свадебное путешествие, которое совместили с паломничеством. Муж был наследником Дома Гашуб, а жена происходила из боковой линии Джахара.

Третий, как и вымышленный Туран Брамс, был обедневшим дворянином.

— Дольф Мерен. Линия Силача.

— Взаимно.

Они пожали руки. Дольф сразу попытался смять пальцы Турана, но тот успел на полную мощность задействовать магическое устройство Стража.

— Крепкий, как и положено Стражу. Правда, хватка у тебя слабовата.

Довольный своим превосходством, Дольф ухмыльнулся. Туран не стал злиться и ответил так, будто ничего не заметил:

— Я почти не тренировался именно в этом.

— Оно и видно. Мало кто из нас унаследовал нормальную систему подготовки. Хотя тело у тебя не совсем запущенное.

— Занимался сам.

— Сам довёл себя до такого состояния? Вот за что завидую слабакам. Я могу целыми днями таскать валуны и всё равно почти не чувствую нагрузки.

У Дольфа от природы был мощный костяк, но тренированным его тело назвать было трудно. Именно поэтому боевые линии часто приходили в упадок.

Туран когда-то прошёл ускоренную четырёхнедельную подготовку лишь потому, что совпало всё: опытный наставник, подходящее магическое устройство и ученик, готовый терпеть боль. Убери хоть одно условие — и несколько недель растянулись бы на месяцы или годы. Большинству людей не хватало терпения так долго ломать себя через колено. Обладателям крепкого тела такая тренировка причиняла куда больше боли, чем обычным рыцарям.

— Все уже поняли, какой вы сильный, — оборвала Дольфа жена наследника Гашуба. — Где птица? Я пришла посмотреть на неё, а не на ваши мышцы.

На виске Дольфа вздулась жила. Он стиснул зубы, но промолчал. Обедневший дворянин не мог позволить себе спорить с женщиной из Великого Дома.

Туран сделал вид, что ничего не заметил.

— Я отпустил её полетать. Утром она долго занималась и устала сидеть на месте. Позвать?

— Будьте добры, — вежливо попросил её муж.

Туран поднял руку и мысленно позвал птицу.

Связь душ передала приказ. Вскоре в небе появилась тёмная точка. Птица стремительно приблизилась и села Турану на предплечье.

— Вот это да... — выдохнул кто-то.

Птица настороженно оглядела собравшихся. Когда жена наследника Гашуба протянула к ней руку, птица клацнула клювом и отстранилась.

Щёлк!

Женщина скривилась.

— Сраная тупая птица! Какого хрена тебе не хватает? Я бы кормила тебя лучше, чем этот нищий ублюдок.

Она произнесла это прямо при Туране, будто его вообще не существовало. Ему доводилось встречать заносчивых дворян из Великих Домов, но настолько наглую тварь он видел впервые. Даже любопытно. Приятнее она от этого, конечно, не стала.

Птица зло распушила перья. Она понимала, что женщина сильнее, и не бросалась на неё, зато через связь душ настойчиво требовала от Турана отомстить.

— Силла, не надо так. Это невежливо, — пробормотал её муж.

— Невежливо? Я разве соврала?

Мужчина хотя бы знал, как ведут себя люди. Но то ли характер жены, то ли разница в происхождении не позволяли ему её одёрнуть. Даже Ирид, хозяйка встречи и наследница Дирмина, лишь хмурилась и не вмешивалась.

Одной этой сцены хватало, чтобы понять положение Джахара в пустыне Энлиль.

К счастью, еда оказалась превосходной и немного сгладила мерзкое впечатление. Подали острое жареное мясо птицы с восточными пряностями, плоский хлеб, бараньи рёбра с травами, рыбу на пару и раков. В каждом блюде чувствовался Комад — город, в котором пустыня сходилась с морем.

После обеда гости пили чай и болтали. Первым новую тему поднял Дольф.

— На западе нынче неспокойно.

— В Серых землях? — спросил кто-то.

— Ещё дальше. Тёмные эльфы взбунтовались, и Арабион — эти воробьи — собрал большой карательный отряд.

Дольф недавно перебрался в пустыню из тех мест и успел наслышаться свежих слухов. Туран молча прислушался.

— Кто командует войском?

— Молодая наследница.

— Та тощая, как скелет? Как её... Маса?

— Я слышал имя Мередис.

— Кажется, Мейса, — поправил Туран.

Слушать, как посторонние обсуждают его подругу, было странно. Особенно когда четверо дворян наперебой уверяли, будто Мейса — кожа да кости, страшнее покойницы, а её будущему мужу в первую ночь придётся не открывать глаза.

— Может, её заодно прирежут? — мечтательно сказала Силла.

— Джахар не опускается до подлых убийств, — с притворной строгостью возразила Ирид. — Просто несколько наших дворян могли совершенно случайно отправиться в паломничество в тот же край.

— Ну да, конечно. Вот бы эта сука сдохла. Я бы посмотрела на рожи воробьёв.

Силла бросила на Турана и Дольфа насмешливый взгляд. Ложь была настолько явной, что никто и не пытался её скрыть.

Потом разговор неожиданно повернул в сторону, ради которой Туран и пришёл.

— Всё-таки воробьям проще, — посетовала Силла. — Они давно назначили наследницу. А мы который год ждём, кто из троих станет следующим главой.

Значит, в Джахаре ещё не определились с преемником. Секретом это, судя по всему, не считалось, однако услышать подобное от простолюдина или рыцаря было почти невозможно. Они не стали бы обсуждать дела Великого Дома вслух.

— Кто эти трое? — спросил Туран.

Силла посмотрела на него так, будто удивилась самой возможности такого невежества, но ответила. Ей явно хотелось показать, насколько она осведомлена.

— Господин Рахман, двоюродный брат главы Дома. Госпожа Альма, дальняя племянница главы Дома. И господин Перга, внук главы. Каждый прославился в последней войне.

Она с почтением называла всех троих. Значит, несмотря на свои повадки, сама Силла занимала в Джахаре не такое уж высокое положение. Иначе вряд ли вышла бы замуж в другой Дом вместо того, чтобы привести супруга к себе.

Туран сдержал разочарование. Имени Талиса среди претендентов не было.

Ирид тяжело вздохнула.

— Лучше бы господин Талис наконец сам выбрал наследника.

Туран едва не выдал себя. На миг его глаза расширились, но он тут же успокоил дыхание и мысли. Женщина из линии Джахара могла заметить запах тревоги.

— А кто такой господин Талис? — спросил он самым обычным тоном.

Никому вопрос не показался странным.

— Родной брат главы Дома и второй человек в Джахаре, — объяснила Ирид. — По сути, именно он ведёт большинство дел.

Талис оказался настолько похож на Турана, что Кал Дирмин вспомнил о нём при первой же встрече. И он был не просто влиятельным дворянином.

Он стоял у самой вершины Великого Дома Джахар.