Пастух-волшебник Том 1 Глава 270 Рассвет богов (4)

С истреблением великанов на суше не осталось никого, кто мог бы серьёзно тягаться с игроками. Величайшие воины кентавров, повелители токкэби и короли эльфов были повержены, а уцелевшие мелкие существа либо разбежались, либо скрылись.

Совсем иная ситуация была в море. Там ещё обитали великие морские змеи, чудовища, которым поклонялся морской народ. Каждый из них обладал достаточной силой, чтобы одолеть обычного игрока, а в родной стихии становился ещё более опасным. Правда, среди змей не нашлось ни одного, равного царице великанов: ни один не представлял угрозы для лучших игроков. К тому же, они жили обособленно и не были способны к объединению. Змеи держали морской народ в подчинении и использовали его в бою, но это мало что меняло. Правители морского народа могли трансформироваться в чудовищ, однако даже они не могли соперничать с игроками.

— Разойдись!

Главным охотником на великих морских змеев стал Мэб — игрок с классом Короля Бедствий. Его излюбленным оружием являлся одноимённый трезубец. Стоило ему ударить им о дно, как море вздымалось стеной и отступало, обнажая тёмные глубины. Со стороны это выглядело так, будто сам Посейдон вернулся на землю.

Во время войны с великанами Мэбу пришлось сражаться в пустыне, где он не мог проявить всю свою мощь. Теперь же он наверстывал упущенное: неустанно перемещался между Северным и Южным морями, истребляя змеев вместе с их прислужниками.

Пока наиболее сильные бойцы бороздили моря, остальным досталась куда более сложная задача: решить, что делать с полумиллионом людей, которых удалось отбить у других народов. Этих людей нужно было обеспечить пищей, защитой и обучить заново.

— Нам нужно название для единственного государства в мире, — задумчиво произнёс Ром.

— Давайте назовём его Священной Римской империей.

— В нём не будет ни святости, ни Рима, ни самой империи.

— Насчёт первых двух пунктов не спорю. Но если поставим императора — тогда хотя бы империя появится.

Идея объявить их владения империей принадлежала Рому, одержимому историей. Название было принято быстро. С императором же возникла заминка.

Все взгляды обратились к Отасу. Тот незамедлительно покачал головой.

— Даже не думайте об этом.

— Почему? Ты же здесь самый сильный.

— И что с того? Чемпион UFC в тяжёлом весе тоже не обязан становиться президентом. Власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно — эту фразу придумали не просто так. Во время войны единоначалие было необходимо. Теперь достаточно свободного союза.

Никто не осмелился спорить с сильнейшим. Так у них появилась империя, лишённая императора. Некоторым такой вариант даже пришёлся по душе: теперь она действительно не была ни священной, ни Римской, ни империей.

Однако одним названием сыт не будешь. Требовалось наладить хозяйство и дать полумиллиону людей возможность добывать пропитание. На данный момент игроки разделились на несколько отрядов и разошлись по различным землям. Люди были слишком слабы для охоты, а земледелию их никто не обучал. Игрокам приходилось добывать мясо магических существ. Если бы все собрались в одном месте, дичь в окрестностях очень быстро бы закончилась.

Отас и несколько его соратников выбрали пустыню Энлиль, где раньше обитали великаны. Возле места гибели их царицы он возвёл крепость из гигантских костей. Огромную воронку, образованную его стрелой, наполнили водой, превратив её в озеро.

Но нельзя было вечно кормить людей с рук. Игроки не собирались посвящать всё своё время охоте, а население продолжало расти. Следовательно, рано или поздно такая ноша стала бы непосильной.

Они перебрали всё, что приходило на ум. Пытались ускорить научный прогресс и вооружить людей огнестрельным оружием, но знаний не хватало, а создать чёрный порох в этом мире не удавалось. Затем они обратились к магии души, знания о которой люди тайно передавали из поколения в поколение. И всё же решение пришло оттуда, откуда его совершенно не ожидали.

— Это правда твой ребёнок?

— Возможно?..

— А чей же ещё? От семени игрока — вот и появилось такое чудо.

— Да он же летает!

Игроки со смехом наблюдали, как младенец кружится под потолком.

В игре «Песнь Солнца, Луны и Звёзд» большинство доступных персонажей были мужчинами. Среди игроков было немало тех, кто после вселения в тело начал спать с местными женщинами. Отас и другие лидеры сурово наказывали насильников, но не запрещали женщинам добровольно вступать в связь с теми, кого они считали богами.

Примерно через полтора года после появления игроков у них начали рождаться дети. Они с первых дней демонстрировали невероятную силу и проявляли разнообразные сверхспособности.

Так появились первые маги.

— Ты предлагаешь намеренно увеличивать число детей игроков... полубогов, получается? А затем доверить им защиту людей?

— Именно так. Только воспитывать их придётся нам самим.

Отас кивнул в ответ. Его взгляд невольно опустился к её правой ноге. Ступня была неестественно вывернута и покрыта тёмно-красными рубцами — след старой игровой особенности. Из-за этого люди прозвали женщину Хромой Богиней.

Другим игрокам также нравилось, что названия их классов трансформировались в божественные имена. Их прежние никнеймы далеко не всегда звучали достойно.

— Почему обязательно самим?

— Потому что эти дети обладают слишком большой силой. Оставишь такого с обычными людьми — и он, ещё не научившись говорить, может убить сотню человек.

Даже полубог-младенец превосходил взрослого мужчину. В моменты испуга или гнева он мог поджечь комнату, отбросить человека к стене или силой мысли разрушить мебель.

Хромая Богиня тяжело вздохнула. «Я тоже беременна. Не знаю, смогу ли выносить ребенка нормально. С моим телом может случиться что угодно».

— Беременна? От кого? Неужели от игрока?

Отас на мгновение потерял самообладание. Он слишком отчетливо помнил, что эта рыжеволосая красавица на Земле когда-то была мужчиной.

— От местного. Раньше я и с игроками развлекалась, но, похоже, между игроками дети не рождаются.

Отас не удержался и усмехнулся. С ней все было очевидно: еще на Земле она притворялась женщиной и обманывала доверчивых мужчин, выманивая у них деньги. Но кто соглашался с ней спать, зная, что раньше она была мужчиной?..

И ведь никого это не смутило...

Впрочем, по меркам местных жителей, она действительно выглядела как богиня. Большинство женщин здесь выросли в нищете и не умели ухаживать за собой. Ей же досталось прекрасное игровое тело, доведенное до совершенства долгими настройками.

Заметив его отвращение, женщина пожала плечами. «Тело у меня женское. Почему бы не жить так, как ему подходит? Не я одна решила принять нынешний пол. А ты что, смог бы полюбить Цезаря только потому, что в душе он женщина?»

Отас покосился на Цезаря, который стоял неподалеку и разговаривал с кем-то из игроков. «Закроем эту тему».

«Ладно. Просто подумай. Точно не скажу, но чем сильнее родитель-игрок, тем сильнее оказывается и ребенок».

* * *

Когда с аналогичным предложением выступили лидеры других земель, Отас все же согласился завести детей. Иные народы и магические звери по-прежнему населяли мир. Игроки не могли вечно прочесывать всю территорию и лично защищать каждую деревню.

Женщин, желавших близости с великим Ночным Охотником, в пустыне Энлиль было предостаточно. Жизнь здесь протекала сурово, и местные женщины редко могли соперничать с красавицами из игры. Но стоило некоторых девушек отмыть и нарядить, как они начинали выглядеть весьма привлекательно.

После первой такой ночи Отас встретился взглядом с Цезарем и невольно замер. «А…»

Все игроки обладали обостренными чувствами. У Ночного Охотника, чья сущность произошла от архетипа Следопыта, особенно развитым было обоняние. Цезарь немедленно уловил на Отасе женский запах. Его лицо помрачнело.

«Ты как?»

«В-все хорошо. Конечно. А почему должно быть иначе?»

Он ответил через силу и, понурив плечи, удалился. Отас проводил его взглядом и тихо вздохнул.

Теперь он точно знал: Цезарь видел в нем не просто близкого друга или старшего товарища. Обостренные чувства порой позволяли им улавливать даже чужие эмоции — возможно, из-за гормонов или каких-то иных изменений в теле.

Но ответить на эту привязанность Отас не мог. Цезарь жил в мужском теле, а Отаса мужчины не привлекали. Сам Цезарь тоже понимал, что надежды нет, и молча переживал это в одиночестве.

Из-за этой перемены пола любовь Цезаря так и осталась безответной. А время неумолимо шло вперед.

Полубоги достигли подросткового возраста. Игроки надеялись, что те станут защитниками человечества, однако вышло все наоборот. Перед могущественными родителями они склоняли головы, а обычных людей считали грязью под ногами. Унижали, избивали, убивали за один лишь косой взгляд. Некоторые уничтожали человека одним лишь взглядом. Вскоре люди стали бояться детей богов сильнее, чем иные народы.

Несколько полубогов хотя бы делали вид, что слушаются. Большинство же превратилось в безжалостных тварей. Игрокам пришлось уничтожать собственных детей.

«П-подожди, Отас. Дай ей еще один шанс…»

«Не дам. Она убила более трехсот человек. Сколько еще должно погибнуть?»

«Они же NPC! А она, в отличие от них, моя дочь…»

Игрок не успел закончить. Когти теневого волка одним ударом отсекли девушке голову.

Казни отбившихся от рук полубогов легли на плечи Отаса и других сильнейших игроков. Некоторые родители отказывались отдавать своих детей и ненавидели палачей, но большинство смирялось. Слишком многие заводили детей от местных жительниц не из любви. Для них это был способ утолить похоть и получить удобную боевую единицу, на которую можно было свалить неприятную работу.

Первое поколение магов оказалось страшной, чудовищной ошибкой.

Тогда Монарх собрал игроков и предложил новый выход.

«Ты хочешь сдерживать их магией души?»

«Можно немного изменить их характер и насильно привить им чувство морали. Причем это будет передаваться по наследству…»

«Откуда ты это знаешь? Экспериментировал на людях?»

Отас перебил его и мрачно уставился на Монарха. Монарх обосновался на северо-западной равнине, вдали от пустыни, и Отас не мог за ним следить. Теперь стало ясно, чем тот занимался, оставшись без присмотра.

Он знал об Оке Истины и не решился солгать.

«Сейчас это не главное».

«Еще как главное! Я прямо запретил ставить опыты на людях!»

«А как, по-твоему, вообще делаются открытия без опытов?!»

Грохот!

Отас вскочил так стремительно, что кресло отлетело назад. Монарх закусил губу и отступил.

Хотя он был ниже ростом — наследие класса Повелителя, — дело было не только в этом, и уж точно не в том, что Отас мог уничтожить его в мгновение ока. За годы, прошедшие с тех пор, Ночной Охотник привык вести за собой людей, и в его голосе и взгляде появилась такая уверенность, что спорить с ним становилось трудно.

Монарха пугал не столько сам Отас, сколько его внутренняя сила.

— Это последнее предупреждение.

Отас произнес это тихо. Монарх вспыхнул от унижения, но все же кивнул.

* * *

Каким бы отвратительным ни был путь к такому открытию, придуманная Монархом «узда» оказалась действенной. Новое поколение полубогов обрело необычайные силы, которые теперь именовались магией. Они слушались своих родителей, встали на защиту слабых людей и шаг за шагом расширяли границы владений человечества.

Отас настоял на том, чтобы на его детей и прочих полубогов пустыни были наложены самые мягкие ограничения. Он опасался непредсказуемых последствий. Кроме того, было бы наивно полагать, что Монарх не оставил бы себе лазейку в заклинании.

Отас неоднократно проверял Монарха с помощью Ока Истины. В результате ограничения, наложенные на детей пустыни, оказались значительно слабее, чем на остальных.

Вражда между Отасом и Монархом быстро перекинулась и на их последователей. Впрочем, Цезарь и раньше не испытывал симпатии к Имиру, Хапсу и всей их военной клике, так что существенных перемен никто не заметил.

Последней каплей стала ссора, произошедшая спустя более чем столетие. Между землями Отаса и Монарха располагались Серые земли, служившие убежищем для гномов. Монарх принял решение их уничтожить.

— Я уже ответил. Своих я не отдам.

— Если позволить этим ублюдкам и дальше развивать свои технологии, однажды они станут невыносимо опасны!

Большинство иных народов не достигло даже средневекового уровня развития. Гномы были исключением. Они строили паровые машины, совершенствовали механику и создавали сложные механизмы. В первые годы они по глупости оказали сопротивление игрокам, а когда поняли, что победа невозможна, ушли в глубокие ущелья.

Монарх желал истребить их всех. Чтобы выследить гномов, ему требовались Ночные Охотники или хотя бы их дети, унаследовавшие способности Следопыта.

— Я не прошу тебя идти самому. Выдели хотя бы нескольких полубогов, способных брать след.

— В прошлый раз ты забрал моих детей на войну с темными эльфами, и они вернулись в виде трупов.

— Теперь мы будем действовать осторожнее.

— Осторожность здесь бессильна. Я не намерен рисковать детьми пустыни. У меня и у других Следопытов нет времени на твои войны. Уходи.

После очередного отказа Монарх побагровел. Уходя, он пробормотал:

— Вот же зажравшаяся свинья, блядь...

Отас не стал вступать в дальнейшую перепалку. Он выпроводил гостя и вернулся к своим делам.

Работы хватало. Необходимо было продвигать науку, строить города для растущего населения и отправлять туда полубогов. Он просматривал папирусные свитки, когда Цезарь, исполнявший обязанности секретаря, принес новые документы.

Отас поморщился.

— Неужели местные жители действительно не способны ничего изобрести?

— Похоже на то.

Люди были освобождены более века назад, но их цивилизация развивалась мучительно медленно. И дело было не только в том, что среди игроков почти не нашлось учёных.

Со временем выяснилось: местным не хватает творческого склада ума. Им объясняли законы природы и демонстрировали готовые устройства — они всё запоминали и старательно повторяли. Но сделать следующий шаг, усовершенствовать известное или придумать что-то новое не мог практически никто.

Поэтому весь прогресс зависел от игроков, но нужными знаниями обладали лишь немногие. Стоило удивляться тому, что за сто с лишним лет им вообще удалось поднять первобытные племена до нынешнего уровня.

Это была еще одна причина, по которой Отас отказался уничтожать гномов. Даже среди других народов гномы почти не практиковали людоедство, а после своего поражения они признали превосходство игроков и скрылись. Когда человеческая цивилизация окрепнет, их можно будет вывести из ущелий и наладить обмен знаниями.

Отас развернул следующий свиток и с удивлением приподнял брови.

— Любовь-Настоящая-Любовь собирается проложить дорогу через всю империю.

— Да на нее уйдет прорва ресурсов Архитектора.

Архитектор был подклассом Бога-Кузнеца. Этот подкласс позволял создавать сооружения с особыми свойствами, но каждое из них занимало часть ограниченного ресурса. Вернуть его можно было, лишь разрушив постройку. Даже для создания дороги такой протяженности, не подлежащей разрушению, потребовались бы колоссальные затраты.

— Видимо, у нее хватает, — произнес Отас. — Все ее прежние постройки тоже целы.

— Она трудится без отдыха, хотя и рожает детей одного за другим.

В голосе Цезаря послышалась нотка зависти. На Земле он был женщиной, а здесь оказался в мужском теле. Хромая, Богиня прошла обратный путь и не просто приняла новое тело, а явно наслаждалась жизнью в нем. Цезаря это задевало.

За прошедшее столетие он так и не лег ни с одной женщиной и не завел детей. Возможно, он не желал, чтобы любимый человек видел в нем мужчину.

Отас не мог разделить его чувства. Оставалось лишь неловко улыбнуться.

* * *

Прошло около трехсот лет с тех пор, как игроки оказались в этом мире. Империя достигла расцвета.

Полубоги ежедневно уничтожали магических зверей и остатки других народов. За их спинами люди осваивали новые территории. Казалось, лишь закроешь глаза, а там уже выросла новая деревня. Еще сутки — и по соседству появлялся целый город.

Даже если возникал враг, способный угрожать человечеству, паниковать не было причин. На помощь всегда могли прийти выдающиеся представители божественного народа Преа — бессмертные спасители человечества.

Игроки не старели. За три столетия у них не появилось ни одной морщины. Люди считали их вечными, и сами игроки давно уверовали в это. Если тело не изменяется сотни лет, смерть от старости кажется чем-то настолько отдаленным, что о ней можно не размышлять.

Поэтому, когда ушел из жизни первый игрок, никто не связал это событие с возрастом.

— Жизнь-Инструмент скончался?

— Да. Просто улегся спать и больше не пробудился...

Вслед за ним один за другим начали погружаться в сон и другие игроки — и уже не возвращались к бодрствованию.

Людям было объявлено, что боги проходят Вознесение. Между собой игроки лихорадочно искали причину. Вскоре Хромая Богиня обнаружила закономерность: продолжительность жизни в новом мире зависела не от нового тела, а от возраста игрока на Земле.

Первыми скончались те, кому тогда было за пятьдесят. Следом пришла очередь сорокалетних.

— Какого черта? У нас новые тела, а умираем мы из-за возраста на Земле? Как это вообще работает?

— Почему именно так?..

Игроки метались в поисках спасения. Некоторые обратились к магии души, которой прежде всерьез занимались только Монарх и пара таких же чудаков.

Цезарь тоже ухватился за эту надежду. Один из первых скончавшихся владел пространственной магией, поэтому путь в дальние земли теперь занимал значительно больше времени. Цезарь вернулся весь в пыли и тут же бросился к Отасу.

— Отас, братец... Нет, милый.

— Не смей называть меня «милым» таким голосом. Меня передергивает.

— Поговори с Монархом. Пусть переселит тебя в другое тело. Метод еще не отточен, но другого выхода может и не быть...

Когда начали уходить из жизни те, кому на Земле было за тридцать, Цезарь почти потерял самообладание. Взгляд его блуждал, руки дрожали. Можно было подумать, что смерть пришла за ним самим.

Отас горько улыбнулся и несколько раз похлопал его по голове.

— Хватит. Моя жизнь не настолько драгоценна, чтобы ради нее отнимать чужое тело. А если опыт провалится и погибнут двое, будет еще хуже.

— Но это всего лишь NPC...

— Не говори так. Мы обустраивали эту землю и правили этими людьми. Даже если ты прав, мы обязаны обращаться с ними как с людьми.

Он до сих пор помнил полубогов, которых пришлось казнить, и своих первых детей. Иногда они приходили к нему во сне.

При других Отас не демонстрировал слабости, но жителей этого мира считал такими же людьми, как и игроки. Поэтому предложение Монарха вызывало у него ужас. Перемещаться из тела в тело и жить за счет потомков, словно злобный дух, — это был бы жалкий конец для спасителя мира.

Он успокоил Цезаря, пообещал поискать иной способ продлить жизнь и остался в одиночестве.

Отас откинулся в кресле и устремил взгляд в потолок. Его тело никогда не знало усталости, но сегодня веки почему-то налились тяжестью.

Ночной Охотник закрыл глаза и погрузился в глубокий сон.