«Чёрт… Что же со мной случилось? Помню, как искал выход из этой проклятой клиники, и в одном из коридоров мне случайно встретилась какая-то странная девушка в медицинском халате.
Хотя, возможно, называть её девушкой — это слишком смело. Я ведь даже не уверен, человек ли она вообще. Скорее уж — горилла с внешностью маленькой девочки.
Как только она меня увидела, тут же начала кричать и предъявлять претензии. Я пытался объяснить, что просто ищу выход и не хочу никаких проблем, но она, казалось, меня совершенно не слышала. Всё продолжала кричать, чтобы я немедленно возвращался в палату.
В какой-то момент она даже попыталась ударить меня, но, к счастью, мне удалось увернуться от этой атаки. Похоже, именно это стало последней каплей.
Когда я уклонился от её удара, в её глазах вспыхнула ярость — резкая и обжигающая. Казалось, она восприняла мой манёвр не как попытку защититься, а как насмешку, как дерзкий вызов её авторитету.
В следующий момент она снова набросилась на меня, но уже с куда большей яростью. Удары посыпались один за другим — тяжёлые, быстрые и практически непрерывные. И именно тогда я ощутил нечто странное: воздух вокруг неё начал дрожать, словно раскаляясь от невыносимого жара.
До этого момента я был уверен, что она, хоть и выглядела ненормально сильной, всё же оставалась обычным человеком. Она настолько умело подавляла свою ману, скрывая истинную силу, что казалась относительно безобидной. Но теперь, когда её ярость вырвалась наружу, всё изменилось.
Из её тела хлынула энергия — дикая, необузданная, почти осязаемая. Казалось, от этого выброса маны содрогнулась вся больница. Именно тогда я наконец осознал, что передо мной не просто разъярённая медсестра, а самый настоящий маг, причём, судя по всему, чрезвычайно высокого уровня.
Когда это произошло, я, наверное, впервые за очень долгое время испытал настолько сильный страх, что по всему телу невольно прошла дрожь. Руки предательски тряслись, ноги будто налились свинцом, а сердце колотилось где-то в горле, не давая нормально дышать.
Не думая — действуя чисто на инстинктах, — я активировал покров молний. Воздух вокруг сразу зашипел, по коже пробежали электрические разряды, и на краткий миг мне даже показалось, что я смогу выдержать это давление. Что, возможно, всё не так безнадёжно, как казалось на первый взгляд. Но, к сожалению, это было лишь иллюзией...
Молнии вспыхивали и гасли на моих руках, а перекачанная медсестра даже не двинулась с места. Она стояла напротив, спокойно и почти лениво наблюдая за мной с тем выражением, с каким хищник смотрит на добычу, уже понимая, что той некуда бежать.
Я ринулся вперёд, вложив в удары всё, что у меня было, но, к сожалению, это не возымело совершенно никакого эффекта. Каждый мой выпад разбивался о её защиту, словно волна о скалу. Она двигалась быстрее, чем я успевал моргнуть. Её шаги почти не издавали звука — лишь едва уловимые колебания воздуха.
Она превосходила меня во всём — в скорости, силе и технике. Каждый её удар был точным и выверенным. В какой-то момент мне даже начало казаться, будто она способна видеть будущее, предугадывая каждое моё движение ещё до того, как я успевал его совершить.
Я уже почти не помню, чем именно закончился наш бой. В памяти осталось лишь то, как в какой-то момент мир перед глазами резко померк. А последним, что я увидел, стало её лицо — спокойное, холодное и абсолютно безразличное.
Скорее всего, она разобралась со мной всего одним движением. Наверное, даже не воспринимала меня как достойного соперника. Интересно… Когда меня вообще в последний раз так легко вырубали?
Поскольку она не понесла никаких последствий за нападение на союзника, я могу лишь предположить, что у неё нет контракта с Диреклией. А это значит, что фактически она избила меня абсолютно безнаказанно!
Печально, конечно, но, думаю, я должен радоваться хотя бы тому, что меня оставили в живых. Ведь если у неё не было контракта, то теоретически она даже могла меня убить. И, учитывая, что это маг высокого уровня, вряд ли ей вообще были бы предъявлены хоть какие-то обвинения.
Скорее всего, на этот инцидент просто закрыли бы глаза. Всё-таки я всё ещё слишком слаб. И винить в этом могу лишь себя самого! Если бы у меня было достаточно сил, всего этого легко можно было бы избежать».
Внезапно поток мыслей Энеля оборвался, что-то резко выдернуло его из сна. Тихое, но ощутимое присутствие мага второго уровня, который всё это время мирно дремал на соседней койке, окутало комнату. На самом деле он давно наблюдал за Энелем, приоткрыв один глаз, как осторожный хищник, тихо оценивая каждое его движение.
Как только Энель проснулся, Клаус сразу захотел обсудить с ним некоторые моменты. Однако стоило ему взглянуть на него, как лицо Энеля исказилось от дикой головной боли. Каждый вздох и каждое движение давались ему с явным трудом, и тогда Клаус понял: в таком состоянии нормальный разговор попросту невозможен.
В тот момент он решил отложить свои вопросы, оставив их на потом, пока состояние Энеля хотя бы немного не стабилизируется. И вот теперь, когда напряжение постепенно исчезло с его лица, а болезненные спазмы в голове начали понемногу утихать, Клаус почувствовал, что подходящий момент наконец настал.
Он медленно повернул свою массивную голову в сторону мага первого ранга — словно тяжёлый камень, наконец достигший точки равновесия. Его взгляд на несколько секунд задержался на юноше, и только после этого Клаус заговорил:
— Послушай, парень, — начал он ровным и холодным голосом, — думаю, ты уже и сам понял, что покинуть больницу раньше времени будет, мягко говоря, слегка затруднительно. Даже я, маг второго уровня, вынужден подчиняться здешним правилам, не говоря уже о таком незначительном персонаже, как ты.
— Ха-ха-ха! Ты только посмотри на него! — неожиданно раздался насмешливый голос с соседней койки. — Вчера его так отдубасили, что, естественно, теперь он всё прекрасно понял!
— Да уж, полностью с тобой согласен, брат, — хмыкнул другой квази-маг, дополняя его слова. — После такого даже умственно отсталый сделал бы определённые выводы.
— Кто разрешил вам вмешиваться в наш разговор? — холодно проронил Клаус.
Его голос прозвучал тихо, однако в этой тишине ощущалось нечто ледяное, отчего воздух вокруг будто бы на мгновение застыл. После этих слов два брата молча переглянулись, и их лица заметно побледнели. Больше ни один из них не осмелился произнести ни звука.
— Итак… На чём это я остановился? Ах да, я говорил о правилах. — Клаус на мгновение замолчал, словно давая Энелю время осмыслить его слова. — В этой больнице действительно существуют законы, которые нельзя нарушать. И вчера ты, как назло, переступил самый важный из них.
Клаус слегка прищурился, после чего продолжил уже более тяжёлым тоном:
— Запомни раз и навсегда: никто не имеет права покидать это место, пока его лечение полностью не закончится!
Сказав это, гигант на мгновение умолк, будто внезапно вспомнив что-то важное. В палате повисла короткая тишина. Из другой части комнаты донёсся тихий шёпот — Изабель что-то пробормотала себе под нос и вновь стихла.
Клаус неспешно сменил позу, устраиваясь удобнее, словно готовясь к долгому разговору. Когда он вновь заговорил, его голос мягко разнёсся по комнате — ровный, уверенный, чуть уставший, но всё ещё удивительно живой.
