Первоклассная удача, спокойная практика на протяжении 1000 лет. (Новелла) Том 1 Глава 578 Прародитель Прародителя. Таинственное нападение

Хань Цзюэ не испытывал никакого сочувствия к нынешнему положению Хань То. Более того, он не слишком беспокоился — лишь бы юноша не погиб.

Разве может кто-то прожить свою жизнь без опасностей и испытаний?

Хань Цзюэ быстро оценил ситуацию и убедился: ни один из Святых, стоящих за спиной Хань То, не строил коварных планов.

Правда, в ближайшее время его сын всё равно не сможет выбраться из неприятностей.

Хань Цзюэ перевёл свой взгляд на юношу из семьи Хань, который всё ещё рыдал, крича в небо.

Сам по себе этот парень раньше не вызывал у него интереса. Хань Цзюэ обратил внимание на ситуацию Хань То лишь потому, что этот юноша был слишком похож на него самого.

Невероятно похож.

Юноше на вид было шестнадцать или семнадцать лет. Его черты лица были необычайно красивы. Хань Цзюэ однажды создал своё собственное отражение с помощью заклинания и прекрасно знал, как он выглядит.

А этот потомок словно вышел из той же самой формы.

Даже Хань То был похож на него меньше.

Конечно, до уровня самого Хань Цзюэ этому юноше всё ещё было далеко.

Но сходство оказалось настолько сильным, что Хань Цзюэ невольно проникся к нему симпатией.

Как это называется?

Особая привязанность к внукам?

Вот только сколько поколений разделяет их?

***

Над пустынными горами и лесами сгущались грозовые тучи.

Хань Юй стоял на коленях перед телами своих родителей. Он уже сорвал голос от плача.

Плакал он не от страха.

От ярости.

Он злился на своего Прародителя, который бросил семью на произвол судьбы. Злился на собственную слабость. Злился на несправедливость Небес.

Когда буря эмоций немного утихла, Хань Юй молча посмотрел на разбросанные вокруг тела.

На горизонте поднялся красный огонь, напоминающий фейерверк.

Сигнал врага.

Его обнаружили.

Ещё каких-то пятнадцать минут назад Хань Юй прибыл сюда и увидел уже эту картину. Враги к тому времени ушли, а теперь возвращались лишь для того, чтобы убить и его.

Род Хань собирались истребить до последнего человека!

В глазах Хань Юя вспыхнул гнев, а затем появилась решимость.

— Если такова судьба семьи Хань, значит, я умру вместе с ней.

Он медленно закрыл глаза.

Свист!

Раздался резкий звук рассекаемого воздуха.

Острый меч пронзил грудь Хань Юя, и кровь брызнула на лежавшее рядом тело.

Со всех сторон на летающих мечах появились культиваторы. Мощной волной они окружили юношу.

Их возглавлял мужчина в синем одеянии.

Он сверху вниз посмотрел на Хань Юя:

— Ты, должно быть, тот самый главный талант семьи Хань, Хань Юй. И вправду красив. Жаль. Не будь ты потомком Хань, я бы ещё мог взять тебя в зятья. Но сегодня ты обязан умереть. Вековая вражда наших родов должна закончиться здесь.

Звяк!

Мужчина вытащил из рукава гибкий меч.

Клинок сразу окутало пламя, осветив тёмный, словно ночной, мир.

Хань Юй голой рукой схватился за торчавший из груди меч и, стиснув зубы, выдернул его.

Грохот!

Чёрные облака заклубились ещё яростнее. Гром бил так громко, что закладывало уши.

— Он ещё собирается сопротивляться?

— Ха! Семья Хань вечно рассказывает, будто у них есть бессмертный Прародитель. Наш Прародитель семьи Ван куда полезнее — по крайней мере он действительно являлся потомкам и передавал методы Дао.

— Род Хань сам заслужил нынешний конец. Когда они были сильны, разве не пытались вырезать нас под корень?

— Добейте его уже!

— Чего бояться? Кто теперь придёт его спасать?

Культиваторы переговаривались, кто-то торопил, кто-то ругался, кто-то насмехался.

Мужчина в синем рубанул мечом вниз.

Из клинка вырвались огненные птицы с крыльями длиной в несколько чжанов и всей стаей устремились к Хань Юю.

Казалось, они собирались заодно сжечь все тела вокруг.

Хань Юй спокойно смотрел на приближающееся пламя.

Он уже принял гибель семьи Хань.

Но прямо у него на глазах десятки огненных птиц внезапно рассеялись.

Грозовые тучи в небе раздвинулись.

Сквозь них хлынули лучи солнечного света и упали прямо на Хань Юя.

На миг ему показалось, будто он очнулся в другом мире.

— Хм. Кто сказал, что Прародитель семьи Хань хуже вашего Вана?

Раздался холодный голос.

Культиваторов семьи Ван словно ударило молнией. Все одновременно задрожали, а из глаз исчез свет.

Зрачки Хань Юя медленно расширились.

Прямо перед ним враги один за другим превратились в серый пепел.

Вмешался Хань Цзюэ.

Уничтожить этих смертных культиваторов для него было проще, чем шевельнуть мыслью. Но он всё же проявил снисхождение: их души отправились в Реинкарнацию и не были стёрты окончательно.

Хань Цзюэ уже достиг Дао. По-настоящему опасаться ему приходилось лишь существ сильнее себя. Смерть нескольких смертных не вызывала у него чувства вины.

Хань Юй пришёл в себя и возбуждённо спросил:

— Прародитель Хань То, это вы?

Прародитель откликнулся!

Следом прозвучал голос Хань Цзюэ:

— Хань То? Я старше его на десятки тысяч лет.

Свою личность Хань Цзюэ раскрывать не стал. Если Хань То когда-нибудь услышит эту фразу, то решит, что речь идёт о каком-нибудь ещё более древнем предке. В его представлении у Хань Цзюэ должны были быть родители, а выше по родословной — и другие представители семьи Хань.

Хань Юй застыл.

Согласно родословной, Хань То был отцом основателя их семьи и считался самым древним Прародителем. Но оказалось…

Спустя бесчисленные годы Хань Юй ещё не раз поведал своим потомкам об этом дне.

Он воззвал о помощи к Предку.

Тот не откликнулся.

Однако отозвался Предок самого Предка.

***

В своей обители Дао Хань Цзюэ перестал отвечать на вопросы Хань Юя.

Одно лишь спасение уже было великой милостью.

В дальнейшем он не собирался помогать.

Если только Хань Юй не проявит стойкость и решимость, достойные восхищения, то расположение Хань Цзюэ останется лишь следствием внешнего сходства.

Он вернулся к своему совершенствованию.

Говорят: один день бессмертного равен году смертного.

Речь идёт не обязательно о разнице в течении времени.

Скорее, это касается плотности самой жизни.

Для совершенствующегося год практически ничего не менял. Для смертного же за год могла кардинально измениться вся судьба.

В мгновение ока пролетело тысяча лет.

Хань Цзюэ завершил очередной этап своего совершенствования.

Его культивация снова возросла. Это было не слишком заметно, но именно такие ежедневные шаги вели к будущим прорывам.

Первым делом он проверил Хань То.

Тот уже выбрался из Чистилища Девяти Преисподних и вернулся в Мир Бессмертных. Его культивация значительно выросла — до Божественной Сферы оставалось совсем немного.

Затем Хань Цзюэ обратил свой взор на Хань Юя.

Этот юноша всё ещё был жив.

Более того — он уже достиг стадии Махаяны.

Сам Хань Юй выжил, а вот семья Хань всё-таки исчезла.

Восстанавливать род он не стал. Вместо этого он полностью посвятил себя совершенствованию. У него не было не только детей, но и даже Даосской Спутницы.

Достойная решимость.

Хань Цзюэ лишь кратко понаблюдал.

Поскольку оба они не находились в опасности, вмешиваться не было смысла.

Он открыл свои письма.

Вскоре одно сообщение привлекло его внимание.

[Ваш друг Цю Силай подвергся нападению таинственного могущественного мастера и получил тяжёлые ранения.]

Кто же смог тяжело ранить Цю Силая?

Хань Цзюэ поднял взгляд.

Цю Силай по-прежнему находился в своей Обители Дао.

За последние годы Хань Цзюэ не ощущал никаких следов битв на Тридцать Третьем Небе.

Странно.

Кто же напал на него?

Ему пришлось снова воспользоваться функцией эволюции.

[Для вычисления потребуется десять миллиардов лет продолжительности жизни. Продолжить?]

Продолжить!

В сознании Хань Цзюэ возник некий образ.

[Святой Почтенный Сюаньду: совершенство Небесного Дао Сферы Святого, главный ученик Жэньцзяо, Великий Император Безмерности, Прародитель человеческой расы]

Святой Почтенный Сюаньду!

Неужели это тот самый великий мастер Сюаньду из «Возведения в ранг духов»?

Хань Цзюэ уже почувствовал: в Обители Дао Ли Муи действительно появилась новая могущественная аура. По силе она почти не уступала Небесному Почтенному Уфа, хотя и не превосходила его заметно.

Но зачем Сюаньду напал на Цю Силая?

Хань Цзюэ не стал снова тратить продолжительность жизни на эволюцию и просто явился Цю Силаю во сне.

Предыдущее вычисление ему было нужно заодно и для того, чтобы узнать точную культивацию противника.

Во сне Цю Силай открыл глаза, увидел Хань Цзюэ и тут же встал, с почтением поприветствовав его.

Хань Цзюэ спросил:

— Почему Святой Почтенный Сюаньду напал на тебя?

Цю Силай удивлённо поднял брови, а затем вздохнул:

— Ваши способности поистине безграничны. Даже это не ускользнуло от вас. Впрочем, нападением я бы это не назвал. Скорее, это был поединок. Он применил особую божественную способность, и мы сражались так, что Небесное Дао ничего не почувствовало.