Первозданная Лоли: за семью печатями (Новелла) Том 1 Глава 11 Последствия #1

— Ладно. Двигаемся. Кто бы там ни был, он уже осознал, что его замысел провалился. Следовательно, он либо отступит, чтобы залечить раны, либо предпримет что-то новое. Оба варианта меня не устраивают, но второй — особенно.

Анабель, пошатываясь, но удерживая равновесие, оттолкнулась от стены и встала рядом. Её взгляд встретился с моим, и в нём я увидел то же, что чувствовал сам — изнеможение, но не сломленность. Мы были живы. Мы выбрались из этой западни. И теперь у нас была цель — выжить и обрести ответы.

— Выход находится на этаже выше, — произнесла она, и уверенность послышалась в её голосе. — Я ощущаю запах свежего воздуха. Пахнет травами и свободой.

— Веди, — кивнул я, поддерживая Рудеуса, который, пусть и медленно, но постепенно обретал способность стоять сам.

Мы двинулись втроём.

[Широ, — раздался голос Сири, и в её механическом тоне прозвучала нотка гордости, — ты всерьёз напугала того, кто контролировал Рудеуса. Его магия рассеялась в прах, как только твоя рука коснулась меча. Пилик!]

«Отлично. Значит, у нас есть хоть какое-то преимущество. Если он меня опасается, то будет действовать осмотрительнее.»

[Или же он просто отступил, чтобы как следует подготовиться. Пилик.]

«Ты умеешь портить самые лучшие моменты, это так?»

[Это входит в мои базовые функции. Пилик!]

«Я запомню твоё «пилик». Как напоминание, что даже в самые светлые моменты есть место для неприятностей.»

---

Мы преодолели ещё несколько десятков метров в молчании, когда я почувствовал это. Сначала — лёгкое покалывание в затылке, будто кто-то провёл по нему ледяным пальцем. Затем — нарастающее давление, заложившее уши. Всё вокруг, казалось, замерло на мгновение, и тишина стала звенящей, как натянутая струна.

Я обернулся.

Рудеус стоял не двигаясь. Его руки, которые ещё недавно опирались на моё плечо, безжизненно повисли вдоль тела. Голова была опущена, а плечи расслаблены, и в этом расслаблении чувствовалось что-то неестественное, почти кукольное. Я хотел что-то сказать, но слова застряли в горле, когда он медленно поднял голову.

Его глаза снова стали белыми. Абсолютно белыми, без малейшего намёка на зрачок или радужку. Пустыми, словно двери в никуда.

— Н-не может быть, — выдохнула Анабель, и в этом «не может быть» я услышал столько боли, сколько не слышал ни от кого другого за всю свою жизнь. — Руди... нет... только не снова...

Рудеус — или то, что теперь им управляло — растянул губы в улыбке. И это было чертовски жутко, будто улыбка манекена на витрине.

— Де~е~евочки, я соску~у~учился — произнёс он голосом Рудеуса, но это был уже не он. — Вы слишком доверчивы, мои дорогие~. Этот болван мог вырваться на мгновение, но я всегда возвращаюсь. Это моя игрушка. Моя собственность. Как и ты, Широ~о~чка! ТЫ ТОЛЬКО МОЯ!

— Н-Ненормальный... отпусти его! — крикнул я, отталкивая тело вампира от себя подальше и чувствуя, как сердце начинает учащённо биться. — Отпусти его, и я не причиню тебе вреда.

— Ты? Ха~ха~ха~ха! — голос внутри его тела усмехнулся. — Ты — ошибка, Широ. Вредитель, которого следовало уничтожить с момента пробуждения. Я не знаю, отчего ты жива, но я это исправлю. Ты — аномалия, и я — инструмент твоего устранения.

— Чёрт, сколько можно повторять? — выплюнул я, чувствуя, как внутри закипает ярость. — Это уже откровенно бесит. Что ты, по-твоему, должен делать — стоять и ждать, пока ты меня прикончишь? Нет уж, извини. У меня другие планы на сегодня.

Я бросился вперёд — не для атаки, а чтобы отвлечь внимание от Анабель, которая уже начала медленно обходить нас сбоку, сжимая в руке кинжал. Но Рудеус двигался быстрее. Он просто испарился с места и оказался передо мной, словно призрак, и его рука уже занесла меч для удара. Я не успел увернуться. Не успел среагировать.

Удар пришёлся в плечо, и я почувствовал, как лезвие вонзается в плоть. Боль обожгла меня, но я заставил себя не отступать. Вместо этого я схватил его руку свободной ладонью и сжал.

— Слушай меня, — прошептал я, глядя в его белые глаза. — Ты внутри. Слышишь меня, Рудеус? Ты сильнее его. Ты не марионетка. Ты мужчина, который дал клятву защищать свой клан.

Он снова замер. На его лице промелькнула та же рябь, что и в прошлый раз, но теперь она держалась дольше. Целая секунда, в течение которой я видел, как внутри борется чужак с его собственной волей.

— Я... я не... — его голос дрогнул, и в нём послышались нотки отчаяния. — Широ... п-помоги... он сильнее...

— Держись, — сказал я, чувствуя, как его рука начинает дрожать. — Ты сможешь. Я знаю.

Но чужая воля оказалась сильнее. Его лицо исказилось, и он оттолкнул меня с такой силой, что я пролетел несколько метров и врезался спиной в стену.

— Широ! — крикнула Анабель, бросаясь вперёд.

Рудеус встретил её ударом меча. Она парировала, но он лишь оскалился. Анабель даже не успела среагировать, когда Рудеус отпустил меч и точным движением выхватил из-за пазухи кинжал.

— Сдохни наконец, сука! — взревел он, вгоняя кинжал в бок Анабель уже в третий раз.

— Анабель! — выдохнул я, поднимаясь. В глазах темнело, но я заставил себя встать.

Однако к этому моменту Рудеус уже повернулся ко мне.

— Ты слишком долго медлил, — прозвучал чужой голос. — Пора исправить ошибку, совершённую тысячу лет назад!

«Сейчас или никогда.»

Я не знал, откуда берутся эти силы. Возможно, это был адреналин. Или моя система, которая наконец решила, что я достаточно долго бездействовал. А может, просто упрямство, которое я нёс сквозь жизнь и смерть. Так или иначе, я ощущал, как внутри меня разливается холод — не от страха, а от сосредоточения.

Когда Рудеус ринулся на меня, я не пытался уклониться; я бы всё равно не смог. Я принял его удар, можно сказать, с гордостью. Кинжал снова вонзился в моё предплечье, но боли я не почувствовал — лишь спокойное, холодное понимание того, что нужно сделать. Мне хватило доли секунды, чтобы схватить его руку и дёрнуть на себя.

Раздался треск. Мы столкнулись лбами, оказавшись лицом к лицу. Его белые глаза встретились с моими золотыми, и в этом взгляде не было ни капли жизни.

— Ты — ошибка, — прошипел он, и в его голосе слышались ненависть и страх. — Тебя не должно существовать!

— Возможно, — усмехнулся я. — Но я здесь. И уходить не намерен.

Я вложил в свой взгляд всю силу, на которую был способен. Не магию — просто волю. Просто желание, чтобы он отступил. Чтобы он понял, что не сможет меня сломить.

И в этот момент что-то произошло.

Тело Рудеуса затряслось, и я увидел, как из его глаз начал сочится чёрный дым — густой и вязкий, подобно жидкой тьме. Он хрипел, извивался, и его лицо искажалось от мучительной боли.

— Нет! — вскрикнул он, и в его голосе уже не было прежнего холода. — Ш-Широ, прошу, продолжай!

Я видел, как чёрный дым вырывался из его носа, рта, глаз — казалось, его тело извергало ту самую сущность, что держала его в плену. Рудеус закричал — и в этом крике я услышал и боль, и облегчение.

— Убей меня! — прохрипел он, его голос сорвался на шёпот. — Ш-Широ, убей меня! Я не могу с ним справиться... Он вернётся, если я останусь жив... П-Пожалуйста...

— Нет, — сказала Анабель, подползая к нам. Её лицо было бледным, как мел, а по щекам текли слёзы. — Я не позволю тебе умереть! Просто подожди! Мы найдём выход! Правда, Широ?!... — она схватила мою ногу, безумно уставившись мне в глаза. Нет. В этот момент она смотрела прямо в душу.

Моё лицо стало каменным. Я... был напуган. Чёртовски испуган. Меня трясло изнутри, каждый раз, когда я вспоминал, сколько раз сегодня чуть не погиб, решив сыграть роль героя. И тело подчинялось этому страху. Я сам не заметил, как оттолкнул руку Анабель.

— Ш...Широ? — её лицо исказилось.

— Нет времени, — произнёс я, переводя взгляд на Рудеуса. — Внутри него сидит дрянь, с которой нам не совладать. И если мы не остановим его сейчас — он нас убьёт. Не знаю, как ты, подруга, а я на тот свет не тороплюсь.

— Широ... ты... — прошептала она с недоверием.

— Чёрт, да я знаю, что ты хочешь сказать! Но прости, слышишь?! Прости, что я такая трусливая! Но здесь мы бессильны, — сказал я без тени сомнения в голосе. — Это единственный выход, понимаешь?! Он сам об этом просит!

Рудеус поднял на меня глаза, и в них не было осуждения, лишь слёзы.

«Чёрт... чёрт, чёрт, чёрт, чёрт! Ну не смотри ты на меня так! Я всего один день в этом мире!»

— С-Спасибо, Широ, — проговорил он тихо, отчего моё лицо исказилось до неузнаваемости. — С-Спасибо... что даёшь мне шанс... умереть... вампиром...

«Хватит, замолчи, ублюдок! Просто сдохни уже... ИЛИ БОРИСЬ, МАТЬ ТВОЮ!» — мои мысли, чёрт бы их побрал! Я говорил одно, но в душе корил себя, проклинал. Душа рвалась на части и собиралась вновь раз двадцать за эти короткие секунды.

Я говорил себе остановиться, и голос в голове лихорадочно перебирал тысячи — десятки тысяч — вариантов:

«Убить. Одолеть. Оставить в живых. Нельзя. Убьёт. Ошибка. Прошу. Пожалуйста. ХВАТИТ!»

— Прощай, Руди, — ответил я холодно. Моё лицо... не выражало ничего. Я был... пуст.

Мои движения были точны... а мысли... Отошли на второй план. Я медленно вытащил застрявший в плече кинжал. Вытер его от своей крови об обрывки одежды, которые на мне были, а затем вложил кинжал в руку Рудеуса... Положил свою руку сверху... Сжал его кулак так сильно, как только мог, а затем поднёс кинжал прямо к горлу вампира.

Секунду мы смотрели друг на друга, а после он сам совершил движение...

Противный, до боли в ушах мерзкий звук рвущейся плоти... эхом разнёсся на задворках сознания... Тело Рудеуса... обмякло.

До самой последней секунды он не дрогнул. Даже не застонал. Лишь выдохнул и пронзил себе горло.

На мгновение в коридоре повисла звенящая тишина.

— Нет... — прошептала Анабель и рухнула рядом с ним на колени, глаза её были широко распахнуты, а по щекам рекой текли слёзы.

Она притянула обмякшее тело к себе, прижала к груди, обняла, бесконечно колотя кулаками по остывшему телу — Руди... зачем ты... почему...

Её плечи содрогнулись от рыданий, и я видел, как она качает мертвое тело в своих объятиях, словно мать качает спящего ребёнка. И в этом жесте было столько боли, сколько я не видел никогда.