Первозданная Лоли: за семью печатями (Новелла) Том 1 Глава 18 Ноу-хау от бывшего доктора
С точки зрения Широ
— Я на такое не подписывался! — прокричал Альберт, с раздражением откладывая посох и делая шаг назад. Его взгляд устремился к повозке, а голос был полон недовольства. — Я не собираюсь жертвовать своей репутацией ради какой-то... бродячей девчонки!
— Не волнуйтесь, — из кареты раздался хриплый, низкий мужской голос. — Мы доплатим вам за этот инцидент, господин Альберт.
Как только голос смолк, эльфы вокруг занервничали и начали перешёптываться. Их взгляды метались между мной и каретой, и я ощущал, как воздух тяжелеет, будто сам лес замер в ожидании. Прислужница-кошкодевочка, стоявшая возле кареты, едва заметно сглотнула, и её ушки прижались к голове — знак, который я уже научился распознавать как признак страха.
«Что за переполох?» — я приподнял бровь, внимательно вглядываясь в приоткрытую дверь кареты. Оттуда, словно из портала в иную реальность, вышел черноволосый мужчина лет сорока, и от него исходила аура чего-то древнего и опасного.
Он был облачён в чёрный смокинг, который идеально сидел по фигуре, и алый галстук, завязанный с безупречной точностью. Его ботинки переливались, как зеркала, а на руках — белоснежные перчатки, отполированные до стерильной чистоты. Выглядело это совершенно чужеродно. Среди стальных доспехов, лесной чащи, эльфийских клинков и запаха крови этот человек в смокинге казался пришельцем из другого измерения. Даже его щетина была подстрижена с такой аккуратностью, что я невольно позавидовал.
«Ну конечно... Спортивные туфли, смокинг, безупречная причёска... Только таблички не хватает для полного комплекта камердинера из элитного отеля, — я мысленно вздохнула, чувствуя, как внутри закипает любопытство. — Интересно, он всегда так одевается, или у него сегодня свидание с местной аристократкой?»
— Юная леди, — его голос звучал мягко, словно тёплый коньяк, но глаза сканировали меня с холодной, профессиональной пристальностью, от которой по спине пробежали мурашки. — Будьте добры, отпустите мисс Элизию.
Он указал на кошкодевочку, как будто представлял экспонат на аукционе, и в этом жесте было столько невозмутимого благородства, что я почувствовал себя провинившимся ребёнком.
Элизия, которую я, кстати, и не держал, даже не стала дожидаться команды. Она быстро поднялась, отряхнула свою клетчатую юбку и подбежала к мужчине, встав прямо за ним, будто ища у него защиты. Я заметил в её взгляде некую... неловкость? Или, возможно, смущение? Она явно чувствовала себя виноватой, и я не мог понять, в чём именно.
— Элизия, где вы были? Госпожа беспокоится. — Чарльз говорил ровно, но в его голосе слышалась лёгкая нотка укора. Он мягко поправил перчатку, затем положил руку на голову кошкодевочки, и в этом жесте было что-то отцовское.
— П-Простите, мистер Чарльз! — пролепетала она, и её хвост нервно дёрнулся. — М-Мои уши... они уловили крики. Девушка... — она бросила на меня виноватый взгляд, словно спрашивая «Можно ли рассказать?», на что я кивнула без раздумий.
— ...она говорила странные слова, — продолжила Элизия, и её глаза загорелись. Она раскинула руки, изображая нечто величественное. — И... ругалась. Очень... изобретательно. Я никогда не слышала таких изысканных ругательных слов, мистер Чарльз! Это было похоже на поэзию! На ритуал! На что-то древнее и запретное!
«Вот чёрт!» — пронеслось у меня в голове, и я почувствовал, как внутри охватывает паника.
— Погоди... — попытался я её остановить, но Альберт уже подлетел, бросив свой посох на землю. Его глаза сияли, как праздничная ёлка, и в них горел тот самый огонь одержимости, который я видела только у коллекционеров и безумных учёных.
— Мисс Элизия! — воскликнул он, подбегая к ней. — Опишите ВСЕ её слова! Дословно! — его голос дрожал от волнения. — Вы же знаете, что я занимаюсь переводом древних и забытых языков! А это... Это же лингвистический феномен! Это может перевернуть всю нашу науку!
От слов мага мой задний проход сжался несколько раз. Я чувствовала, как ситуация выходит из-под контроля, и с каждой секундой это ощущение только нарастало.
— Дядя, не стоит... — попыталась я вмешаться, но Элизия уже разгорячилась.
— «СИСТЕМА, НЕДОДЕЛОЧНАЯ ТВАРЬ!» — внезапно завопила она моим голосом, широко раскрыв глаза и подражая моей интонации с пугающей точностью. — «ЧТО ОЗНАЧАЕТ "СНЯТЬ ПЕЧАТЬ, НЕ РАЗНЕСЯ КОНТИНЕНТ"?!»
Я двинулась. Не со скоростью пули — со скоростью «мысли». Один шаг — и я уже перед ней, едва касаясь её шеи пальцем. Именно касаясь, а не ударяя. Я просто приложил палец к её сонной артерии, слегка надавив, и почувствовал, как её пульс замедляется.
Подул лёгкий ветерок. Элизия мягко осела мне на руки с пеной изо рта. Без сознания, но жива. Всего лишь спит.
— Видно, устала бедняжка, ха-ха... — выдавил я, чувствуя, как рыцари пятились, снова направляя на меня свои мечи. Даже Альберт побледнел, его энтузиазм мгновенно сменился страхом.
Их взгляды были прикованы ко мне, словно я был каким-то демоном. Не страх, а осторожность. Как перед спусковым крючком мины. Они не знали, что я сделаю дальше, и это знание пугало их больше, чем любая открытая угроза.
— Всё в порядке, она лишь немного поспит, и через пару часов снова будет радостно вилять ушками, будто ничего и не было, — пробормотал я с кривоватой полуулыбкой, но напряжённая тишина стала только гуще. Шелест доспехов, скрип кожаных ремней — они готовились. Я видел, как их пальцы сжимают оружие, как напряжены мышцы, готовые к атаке.
Шепотом, чтобы никто не услышал:
— Сири, почему они так напуганы? Я же просто уложил её спать! Никто не погиб!
[Представь: девушка, ростом ниже любого из рыцарей, одним касанием пальца выводит из строя горничную. И от нее исходит... древность. Словно от глубин океана, куда свет никогда не проникал. Это не та магия, которую они понимают. Это — хаос. А хаос пугает их больше, чем любой противник.]
— Вот же дерьмо, — только и смог выдохнуть я.
— В СТРОООЙ! — рявкнул один из рыцарей, и мечи эльфов задрожали, но они не двинулись вперед. Они окружали. Сжимали кольцо, не предпринимая атаки. Просто держали меня в центре внимания, и этот метод был хуже любой атаки.
— Д-демон! Сдавайся! — голос рыцаря дрожал, но ноги его не шагнули. Он боялся подойти ближе.
{Они страшатся подойти... Хорошо. Но этот Чарльз...} — я скользнул взглядом по этому подобию дворецкого. Он стоял неподвижно, руки за спиной, с выражением полнейшего спокойствия на лице. Безоружный. И потому — опасный.
— МОЛЧАТЬ! — мой голос громыхнул, усиленный манной, и несколько эльфийских рыцарей пошатнулись, прижимая ладони к ушам. Но двое не выдержали и устремились на меня.
Подул лёгкий ветерок. Два взмаха рукой — и они рухнули, хватая ртами воздух, их мечи были уничтожены в момент касания. Я чувствовал, что по сравнению с прошлыми противниками эти эльфы были словно муравьи — медленные, слабые, предсказуемые. Но Чарльз не шелохнулся. И это было странно. От него исходила опасность.
— Юная леди, — его голос разрезал тишину, как нож масло, — вы ведь... не демон, верно?
Я едва не рассмеялся, сдержавшись в последний момент.
— В КАКОЙ ВСЕЛЕННОЙ Я ПОХОЖА НА РОГАТОГО УРОДА?! — выкрикнул я, и в моем голосе слышалось искреннее возмущение.
Рыцари переглянулись и смущённо опустили мечи. Чарльз же лишь приподнял бровь, и в его взгляде я уловил интерес.
{Что он там так настырно во мне исследует? — мы немного поиграли в гляделки. — Как-то... странно он на меня смотрит,} — я был настороже.
— Простите нашу поспешность, — на удивление Чарльз не стал нападать. Наоборот. Он по-дворецки поклонился, бросив заинтересованный взгляд в мою сторону. — Чем можем загладить вину?
— О как, — зевнул я, ответив ему безразличием, хотя внутри всё сжалось.
— Вот как-то так, — с улыбкой парировал он. — Документы в налоговую подашь?
— Я всего лишь дворецкий — не налоговый инспектор, — он склонил голову, но уголок его рта дрогнул в едва заметной усмешке.
{У них и такое есть...} — я был в ужасе.
— {Сири, оценим его.} — свет сгустился над моими глазами.
[Оки-доки. Пилик!]
≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡
▪︎ Имя: Чарльз Кранштайн
▪︎ Уровень: 213
▪︎ Раса: Ликан (Небесная ступень)
▪︎ Возраст: ???
▪︎ Титулы: Нет
▪︎ Статистика:
Жизнь: [A]
Мана: [D+]
Сила: [A]
Ловкость: [A]
Выносливость: [B+]
▪︎ Навыки:
Проклятие маломера (Божественный): Непреодолимое влечение к совершеннолетним с ростом менее 165 см. Гномы инстинктивно избегают вас, карлики боятся.
Трансмутация (Расовый): Смена формы. Волк → человек → нечто среднее.
Ликантроп (Расовый): Сила луны. +200% к статам в звероформе.
≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡≡
Ледяная волна пробежала по моей спине. Уровень 213. Это было выше, чем у всех, кого я встречал до сих пор. И этот его взгляд... Он знает, что я сканирую.
— Мистер Чарльз, — голос мой звучал ровно, но внутри всё сжалось, и я чувствовал, как адреналин начинает закипать в крови, — у меня просьба.
— Я весь во внимании.
Прежде чем задать вопрос, я сглотнул.
— Ваше... «влечение». Оно физиологично? Или его можно удалить? — слегка перефразировал я так, чтобы только Чарльз понял, о чём речь.
На секунду вокруг повисла тишина. Даже эльф Альберт замер, не понимая, о чём идёт речь. Все эльфы разом посмотрели на дворецкого, а кошкодевочка, кажется, о чём-то задумалась, съёжившись.
Лицо Чарльза мгновенно побледнело, и он медленно выпрямился. Я видела, как его пальцы сжались в кулак, как напряглись мышцы на его челюсти. Он явно не ожидал, что кто-то узнает о его тайне.
— Это... часть меня. Словно сердцебиение, — аккуратно начал он, рукой приказывая эльфам отойти на шаг. — Но откуда юная леди знает о...
Я не стал дожидаться, пока он закончит. Я сделала шаг и оказалась рядом с дворецким. Рыцари синхронно вскинули мечи! Но не атаковали — они прикрывали его.
— Всем отойти! — громко скомандовал он, холодно взглянув на меня. — Я вас слушаю.
Моё лицо растянулось в широкой улыбке. Не той, что обещает что-то хорошее. А той, от которой хочется перекреститься и заказать мессу в местной церкви.
— Я могу помочь «снять» проклятие, — сказал я шёпотом, — но это будет о-о-о-очень больно. Вы готовы довериться мне?
Эльфийские рыцари как один переглянулись, а Чарльз задумчиво запрокинул голову, положив руку на лицо.
— В-Вы действительно можете избавить меня от этого? — спросил он с неестественной дрожью в голосе, после минуты раздумий.
— Я бы не стала вас обманывать, — моя улыбка уже не напоминала человеческую.
— Тогда сделайте это.
— Обожаю умных мужчин! — подпрыгнув на месте с женским визгом и хлопнув в ладоши, я воскликнул: — Тогда прошу меня извинить!
Резким движением я выхватил меч, который Чарльз носил за пазухой как запасное оружие, и сделал широкий взмах.
Громкий хруст разнёсся эхом в сознании каждого присутствующего.
— ААААРГХ! — Чарльз рухнул на колени, хватаясь за пах.
А все вокруг застыли в ужасе. Поразил их не крик, а безмолвная ярость, вспыхнувшая в глазах дворецкого, которая никак не вязалась с болью.
— Ты... ДЕМОН! — прошипел он, сверля меня взглядом. В том взгляде не было страха. Это был взгляд того, кто жаждет убить тебя при первой же встрече.
{Это мой шанс!} — сдерживая из последних сил желание немедленно сбежать, я наклонился к Чарльзу и прошептал так, чтобы слышал только он: — Я отрезала не «часть тебя». Я отрезала проклятье. Попроси у своего дружка Альберта шарик и проверь «маломера» в статусе.
Его глаза расширились. На мгновение он замер, сканируя себя изнутри. По-видимому, для этого шар ему был и не нужен. Секунда. Две. Минута. На лице Чарльза вспыхнуло яркое недоверие, за которым последовал шок. Настоящий, неподдельный шок, который я видела лишь у тех, кому только что сообщили о выигрыше в лотерею или о неизлечимой болезни.
— Теперь о «заглаживании вины», — громко произнёс я, отступая на безопасное расстояние от дворецкого. — Ваша госпожа ждёт? Так не будем её задерживать. Я поеду с вами, чтобы лично принести извинения за эту ситуацию! — раскинув руки в изображении невинности и не дожидаясь ответа от остальных, я забрался в повозку.
{Это отличный шанс узнать больше о месте, в котором я оказался! Как же чертовски гениально всё получилось! Хи-хи-хи} — мысленно захихикал я, ощущая, как адреналин и страх смешиваются в странный коктейль эйфории.
В этот момент я почувствовал руку, которая меня поддерживала, и обернулся. Элизия среагировала быстрее всех — она, оказывается, уже очнулась и помогала мне подняться, открывая двери повозки.
{К-какая же она всё-таки милашка! Даже в обмороке помогает. Вот что значит настоящая преданность. Или у неё просто инстинкт — всегда быть полезной?}
Ответа, как и ожидалось, я не получил.
Рыцари, всё ещё пребывая в шоке, провожали нас молчаливыми взглядами. Их внимание перемещалось между мной, их командиром... и исчезнувшим проклятием. Они не понимали. Но чувствовали: баланс сил изменился. И они не знали, к добру это или к худу.
Чарльз поднялся. Бледный, но с новым, жгучим интересом во взгляде.
— Повозка к вашим услугам... мисс.
Я улыбнулся в ответ, и в этой улыбке было столько же обещания, сколько и угрозы.
«Игра начинается, дворецкий. Посмотрим, что ты сможешь предложить богине Хаоса.»
---
С точки зрения Чарльза. От третьего лица
Боль. Острая, унизительная, всепоглощающая волна агонии отхлынула, оставив лишь глухое нытьё и ледяной пот на спине. Но это было ничто по сравнению с тем, что «Оно» исчезло. Тот вечный, постыдный зуд в крови, та тяга, что заставляла его избегать целые кварталы, отворачиваться от случайных прохожих, превращаясь в бессловесного зверя от одного взгляда на невысокую фигурку... исчезло. Как будто вырвали клык, сидевший в самой душе, и теперь он был свободен.
{«Отрезала проклятие...» — эхом отозвался в голове шёпот этой странной, опасной девчонки. — {«Не часть тебя. Проклятие».} И пока Альберт суетился вокруг, бормоча о феноменальной манипуляции маной на квантовом уровне, а рыцари украдкой переглядывались, сжимая мечи, Чарльз утонул в воспоминаниях. Не вчерашних, а тех, что были выжжены в нём три века назад.
---
Пустоши Адраса. Три века до основных событий
Холод. Не от ветра, а от предчувствия. Воздух трещал, насыщенный озоновой горечью разрываемой маны и... Кровью. Огромным количеством крови.
Чарльз стоял на скале, обнажённый по пояс, шкура серебристого волка, проступающая сквозь человеческую плоть, слипалась от грязи и засохшей чёрной жижи — останков демонов низших кругов. Его когти, длинные и кривые, как обсидиановые клинки, были обмазаны чем-то едким. Вокруг — хаос, вызванный битвой Богов-Изгоев. Небеса рвали в клочья молнии цвета запекшейся крови — это было знаком «его присутствия» — Мелиодаса.
Вампир-Архитектор, Отступник От Теней. Не Бог в полном смысле, но достаточно древний и безумный, чтобы бросить вызов самим основам. Его цель? Разрушить «Печать Вечерних Сумерек», что сдерживала выход Старших Ужасов из Бездны. И ради этого он призвал армию, пожирающую саму ткань реальности.
Чарльз был лишь пешкой в грандиозной игре титанов, наёмником. Ликан Небесной Ступени — редкая удача для его рода, добытая в тысячах сражений. Он был нанят Гефестосом, Хромым Кузнецом, чьи сияющие доспехи сейчас окутывали Чарльза, словно второе солнце. Суть задания: добраться до Сердца Ритуала — кристалла чёрного звёздного сапфира, пульсирующего в центре лабиринта из костей и теней, — и уничтожить его. Цена — избавление от родового проклятия ликанов... Вечного Голода.
И он верил в это. Глупо верил.
Мелиодас парил в эпицентре, прекрасный и чудовищный до нечеловечности. Его кожа напоминала белый мрамор, волосы текли, как ночная река, а глаза были двумя провалами в пустоту, усыпанными звёздной пылью. Он не сражался мечами; он переписывал законы пространства вокруг себя. Рыцари Гефестоса обращались в песок от одного его взгляда, маги застывали, превращаясь в кристаллические изваяния, издающие вечный безмолвный крик.
Чарльз ринулся вперёд, вкладывая всю ярость ликантропа, всю скорость Небесной Ступени. Он был тенью, молнией, клыком, направленным в самое сердце этого безумия. Проносясь мимо ловушек из сгущённого страха, отражая щитом Гефестоса потоки чистой энтропии, он чудом достиг эпицентра этого хаоса. Прямо перед ним, сияя, как полярная звезда, возлежал магический кристалл.
Клыки вонзились в его металлическую оболочку, и мана внутри взбунтовалась, словно разъярённый зверь. Она металась, рвалась, кричала тысячами голосов. И тут Чарльз замер.
Мелиодас обернулся. Не физически. Его внимание, тяжкое, как погибель галактик, обрушилось на Чарльза.
— Жалкое животное... — раздалось прямо в сознании, ледяным скрежетом по самым костям. — Ты думаешь, твой никчёмный кузнец дарует тебе свободу? Свобода — это иллюзия. Так познай же Истинное Влечение!
Вампир не стал тратить силы на убийство. Лёгким жестом он отбросил атаку Гефестоса и... улыбнулся. Его улыбка заставила кровь Чарльза застыть. Мелиодас указал на него пальцем, чьи ногти превосходили длиной лучшие мечи.
— Пусть твоя плоть жаждет не силы, не крови... а хрупкости. Пусть твой звериный дух стремится к малому, к беззащитному перед твоей яростью. Пусть это станет твоей клеткой, зверь. Наслаждайся... Маломером.
Это не было заклинанием в привычном понимании. Это был... Указ. Божественная Насмешка, вплетённая в саму суть его бытия. Чарльз почувствовал, как в его душу ввинчивается нечто холодное, липкое, невыносимо постыдное. Он завыл — не от боли, но от ужаса перед этим вторжением. Его ярость, его боевой дух — всё было смято под гнётом нового, абсурдного чувства.
В этот миг кристалл под его клыками треснул. Волна чистой силы Ритуала, искажённая и разорванная Указом Мелиодаса, ударила Чарльза. Гефестос что-то кричал, когда молот обрушился на вампира... Дальнейшего хода битвы Чарльз не знал... Пространство взорвалось светом и тьмой...
---
С точки зрения Чарльза. Наше время.
Чарльз резко вдохнул, вновь оказавшись в тряской повозке, пропахшей кожей и лекарственными травами. Его рука непроизвольно сжала подлокотник, и дуб под её натиском затрещал.
«Маломер». Это слово жгло его изнутри триста долгих лет.
Он искал помощи. У магов крови, у жрецов забытых культов, у самих Богов-Изгоев и полубогов, что уцелели после той Битвы. Все лишь качали головами. «Божественное Проклятие, метка самого Мелиодаса. Не снять. Только контролировать. Или смириться». Гефестос, хоть и выполнил обещание, сняв Вечный Голод, лишь развёл руками: «Архитектор силён. Его Указы... они вшиты в нити судьбы».
А эта... девушка. С лицом подростка и глазами древнего чудовища. Она не стала распутывать нити судьбы. Она взяла меч — его собственный меч! — и... отсекла проклятие. Физически. Словно гнилой нарост. Дико и примитивно. Одним словом: невозможно!
Пребывая в прострации, Чарльз взглянул на свою спасительницу. Она устроилась напротив, с видом полнейшего невинного любопытства разглядывая вышивку на подушке, хотя уголок её губ подрагивал — очевидно, она была довольна собой. В её глазах не было страха перед ним, только азарт исследователя и... хищный огонёк.
«Довериться?» — мысленно усмехнулся Чарльз. — «Нет. Никогда. Но теперь у меня появился интерес. Кто она? «Что» она? Как ей удалось сделать то, что оказалось не под силу полубогам? И главное... если она смогла снять проклятие Мелиодаса... что ещё она способна отсечь? И не привлечёт ли это внимание «того самого» вампира, который, как всем было известно, не погиб в Пустошах, а лишь уснул, зализывая раны?»
Боль в паху уже стихла, уступив место странной лёгкости. Игра только начиналась. И его «спасительница» была в ней самой непредсказуемой фигурой.
Чарльз позволил себе едва заметную улыбку — впервые за долгие годы, не искажённую внутренней борьбой с проклятием. Пусть едет к госпоже. Это будет... полезно.
Для всех нас.
---
Поддержать автора можно тут: https://boosty.to/kefir4ek