Первозданная Лоли: за семью печатями (Новелла) Том 1 Глава 55 Добро пожаловать в ад, Шираори-сама

Я возлежал на серых песках, поджав ноги, и с мрачным настроением всматривался в фантомную троицу. Фиолетовый, лишенный звезд небосвод давил на сознание, а вокруг простиралась бескрайняя пустошь — гигантские кости торчали из земли, словно надгробия, повсюду виднелись обломки рухнувших цитаделий.

Мой внутренний тридцатилетний мужик, который за последние сутки пережил потерю товарищей, превращение в чудовище и падение в бездну, жаждал хотя бы глоток горячего чая. Или кружку крепкого эля. Но реальность, как это часто бывает, предлагала лишь пыль да новые неприятности.

— Что ж, раз уж мы все оказались в этой ловушке, давайте представимся, — я устало провел рукой по лицу, стирая засохшую грязь. — Меня зовут Шираори. Бывший аптекарь, ныне — приз житейских бед, исполняющая обязанности Короля Демонов и гордая обладательница билета в один конец на эту помойку. А вы кто будете? Любители настольных игр из соседнего района?

Полупрозрачный старец с густой бородой издал хриплый смешок, опираясь на свой эфирный посох.

— Аптекарь? Демон? Любопытное сочетание. Я — Джин. Когда-то меня знали как Мастера Пустого Кулака. Говорили, я мог одним щелчком пальцев обращать горы в прах. Впрочем, это было так давно, что те горы давно уж обратились в пыль.

— Я Громгор! — прорычал громадный орк, поглаживая лезвие своего призрачного топорища. — Вождь клана Пепельного Крови! Мы крошили богов в капусту, пока они не испугались и не заперли нас здесь!

Высокая эльфийка, за спиной которой колыхались шесть полупрозрачных крыльев, лишь изящно вздохнула, словно само общение с нами было ниже её высокого положения.

— А я — Аэлиана. Жрица Забытых Рун. Моя магия была способна изменять саму суть вещей. И вот мы здесь. Три величайших мастера прошлого... и одна дерзкая девчонка, от которой исходит запах сырой, совершенно неуправляемой мощи.

[Ух ты, Широчка! Пилик!] — голос Сири прозвенел в моих мыслях тихо, без всякого пафоса. — [Я провела сканирование. Их уровни скрыты, но плотность их душ просто запредельна. Они говорят правду. Это настоящие древние существа. Только мертвые.]

{Мертвые, зато болтливые,} — мысленно отозвался я. — {И чего же им от меня нужно?}

— И чего же вам от меня нужно? — повторил я свой вопрос вслух, поднимаясь на ноги и стряхивая пыль с кожаного фартука. — Если вы такие могущественные, почему не сбежите отсюда?

Аэлиана скрестила руки на груди.

— Потому что мы стали прахом, дитя глупое. У нас нет физических тел, чтобы взаимодействовать с барьером этого мира. Это место — тюремная ловушка. Сюда можно попасть, если сдерживающая печать наверху разрушится. Но выход отсюда...

— Выход отсюда возможен лишь одним путем, — её перебил Джин, сделав шаг вперед. Его призрачные глаза горели древней мудростью. — Необходимо ударить по самой ткани пространства с чистейшей, первозданной мощью. Хаосом. Тем самым, что течет в твоих венах.

Я скептически приподнял бровь, удивленный тем, насколько легко раскрылась моя суть, но тут же отмахнулся от посторонних мыслей, встряхнув головой.

— Прекрасно. Тогда я просто врежу по стене этого мира, сделаю проход и уйду. А вы останетесь здесь. Приятно было поболтать.

Громгор разразился хохотом, его смех был подобен раскатам грома.

— Уйдёшь? Ты? Да твоя сила — это как дубина в руках слепого младенца! Мы наблюдали за твоим падением. Ты впустую расходуешь свою ману. Ты не умеешь её концентрировать, не умеешь её направлять. Если ты ударишь по барьеру сейчас, с такой силой — тебя просто разорвёт на части обратным ударом! — он произнес это с такой уверенностью, что я непроизвольно сжал кулаки.

Слова орка задели за живое. Я вспомнил, как не смог защитить Эмилию. Как моя мана, пусть и огромная, но до безумия разрушительная, оказалась бессильна против быстрого и точного удара Короля. Я обладал силой древнего чудовища, но не умел ею управлять. Я был подобен бомбе, взрывающейся во все стороны, и даже время, проведенное в академии, мало что изменило.

— Предположим, вы правы, — мой голос стал ледяным. Воспоминания о гибели Эмилии и Белоснежки придали ему ледяную ярость. — Что вы предлагаете?

Джин улыбнулся, и в этой улыбке не было и следа доброты. Это была улыбка хищника, учуявшего добычу.

— Мы предлагаем сделку. Мы пребываем здесь эоны. Нам смертельно скучно. И мы желаем узреть внешний мир, пусть даже сквозь наши призрачные глаза. Мы обучим тебя. Мы создадим из тебя самое смертоносное, самое точное и совершенное оружие, которое когда-либо ступало по этой земле. Мы научим тебя контролировать каждый миллиграмм твоей маны, каждое движение твоих мышц.

— А взамен? — я прищурился.

— Взамен, когда ты пройдёшь сквозь барьер, ты заберёшь нас с собой, — тихо промолвила Аэлиана. — Мы привяжем остатки своих душ к твоему телу. Мы станем твоими тенями. Твоими советниками и помощниками, наблюдая за внешним миром твоими же глазами.

Мои глаза расширились, когда я почувствовал в их насмешливых голосах нотки... отчаяния. Настолько древнего и глубокого, что я сглотнул, съежившись.

Мои противники там, наверху — это Король, архимаги и целая армия золотой гвардии. Если я каким-то чудом смогу вернуться туда в своем нынешнем виде, меня тут же уничтожат. Мне нужна сила. Не просто разрушительные вспышки и хвастливые крики о всемогуществе. Мне нужен холодный, смертоносный контроль. Я должен стать той силой, которая сможет ворваться во дворец, взойти на трон и заявить: «Вы все уволены. И лишены своих жизней».

{Сири, как здесь течёт время?} — задумчиво спросил я, уставившись в пустоту.

[Я проверила таймеры, Широ. Это карманный мир. Время здесь искажено. Один год во внешнем мире равен примерно ста годам в этом месте. Можешь не бояться, что ты опоздаешь.]

Слова Сири принесли облегчение, и я разглядывал свои руки. Бледная кожа, под которой дремала драконья чешуя.

— И сколько времени займут тренировки? — уточнил я, переводя взгляд на троицу призраков.

— Столько, сколько потребуется, — орк Громгор угрожающе взмахнул своим топором. — Твоё тело не стареет в этом месте. Но мы будем ломать твои кости, рвать твои мышцы и выжигать твой разум каждый день. До тех пор, пока ты не перестанешь быть плаксой и не превратишься в настоящего монстра.

— Хах, кажется, я уже привыкла, — усмехнулся я, но в голосе не было и тени сомнения. — Однако и у меня есть одно условие.

Призраки удивлённо переглянулись.

— Какое ещё условие, малявка? — проворчал Джин.

— Никаких заумных слов, никаких философских загадок про «познай себя, как каплю в море», — я серьёзно посмотрел на старика. — Говорите прямо. Бьём сюда, сжимаем вот так. В противном случае я просто усну на ваших лекциях. Я человек практичный.

Джин хмыкнул, поглаживая свою бороду.

— А ты дерзкая. Мне это нравится, — сказав это, он скрестил руки на груди. — Что ж, ученица. Твой ад начинается прямо сейчас. Громгор! Разминай её!

Едва слова сорвались с губ Джина, как орк напротив меня радостно взревел. В тот же миг рядом со мной что-то мелькнуло, и мои глаза широко распахнулись. Он не стал использовать магию. Он просто ринулся на меня, занося свой призрачный, но вполне ощутимый топор.

Я едва успел увернуться, и лезвие топора вонзилось в песок там, где секунду назад была моя голова, подняв облако пыли.

— Эй, ублюдок, я надеюсь, ты не забыл, что сдохли тут вы, а не я! — крикнул я, отскакивая назад.

— Урок первый! — холодно рявкнул Громгор, снова бросаясь в атаку. — Враг не будет ждать, пока ты завяжешь шнурки! Защищайся!

Так начались мои тренировки.

Это был даже не ад. Ад — это когда тебя просто варят в котле. А здесь меня заставляли бегать от огромного орка с утяжелителями из камней, уклоняться от магических лучей высокомерной эльфийки и часами стоять на одной ноге на вершине острого камня, пока старик Джин бил меня палкой за каждую неверную мысль.

Дни сливались в месяцы. Месяцы — в годы, а годы... в десятилетия.

В этом мире не было солнца, поэтому я перестал считать время. Просто ел спрессованную ману, которую Сири помогала мне собирать из воздуха. Выбирать всё равно не приходилось. Мой навык [Творца] по какой-то причине отказывался работать в этом пространстве, будто его и не существовало вовсе. Мне нужны были силы, чтобы тренироваться...

Сначала я злился, крыл матом всех присутствующих так, что даже Громгор иногда смущённо кашлял, но в какой-то момент... я начал понимать. Даже если и не знал, что конкретно — это был прогресс.

Джин учил меня боевым искусствам. При условии, что удары призрачной палкой, заставляющие забыть о грубой силе, можно назвать обучением.

— Твоя [A+] сила — это мусор, если ты машешь кулаками, как пьяный крестьянин! — ворчал он. — Точность! Вложи всю мощь в одну точку! Не ломай стену, пробей в ней дыру!

Аэлиана учила меня магии. Она заставляла меня плести тончайшие нити из моей золотой первозданной энергии.

— Ты заливаешь всё вокруг светом! Это расточительство! — кричала эльфийка, когда мой очередной фаербол сносил кусок скалы. — Сожми её! Сделай её размером с иголку! Иначе ты убьёшь сама себя!

И я сжимал. Впитывая знания, словно губка. Мой внутренний аптекарь пригодился и здесь. Я начал относиться к мане не как к топливу для взрывов, а как к лекарству. Одна лишняя капля — и пациент мёртв. Идеальная доза — и ты получаешь идеальный результат. Я комбинировал свою магию с теми крупицами алхимии, которые знал, создавая ядовитые иглы из спрессованного хаоса.

Прошли десятилетия.

Моя драконья чешуя больше не появлялась бесконтрольно. Теперь я мог покрыть ею только одну руку, или только лицо, защищая самые уязвимые места. Я научился полностью скрывать свою ауру. Титул Короля Демонов больше не рвался наружу красными глазами. Я мог стоять перед врагом, выглядя как обычная, безобидная беловолосая девочка, а в следующую долю секунды нанести удар, способный пробить сердце дракону.

Однажды, когда я сидел на песке и спокойно крутил на пальце крошечную, но смертоносную чёрную сферу сжатой маны, ко мне подошли все трое мастеров.

— Ты готова, — тихо сказал Джин. В его глазах читалось уважение.

Громгор просто кивнул, а Аэлиана слегка улыбнулась.

— Мы научили тебя всему, что знали сами. Твоё тело и твой разум теперь — единое целое. Ты перестала быть бомбой. Ты стала клинком.

Я встал, развеивая сферу. Мои движения были плавными, экономными, лишёнными суеты. За эти годы я повзрослел внутренне, хотя внешне остался всё той же юной девушкой.

— Значит, пора сдавать экзамен? — спросил я, глядя на призраков.

— Именно, — орк оскалился. — Ты должна победить нас троих. Одновременно. Если проиграешь — тренируемся ещё полвека.

Я спокойно размял плечи.

— Атакуйте. У меня наверху остались несделанные дела.

Трое величайших мастеров прошлого ринулись на меня одновременно. Однако страх больше не сковывал меня. Я видел каждое их движение, каждую вспышку маны.

Внутри меня царила абсолютная тишина. Я знал, что одержу победу. Потому что теперь я действительно управлял своей судьбой.