Почему это я вдруг ваш муж? Том 1 Глава 112 Взрывной рост

У Тайцзи Шэньцзюня Ли Сон Хи скверный характер.

Чтобы добиться своего положения и силы, ей пришлось многим пожертвовать и отсечь все лишнее.

Жизнь для нее — вечная борьба.

Она заставляет склоняться женщин, дерзнувших пойти против нее, и плетет интриги за кулисами, чтобы заполучить желаемое. Она устраняет соперниц с помощью преувеличенных слухов, а порой решает дела грубой силой.

В тени, скрытой от мужских глаз, она плетет паутину коварных планов, уничтожая врагов, а затем с невинным видом кротко склоняет голову перед любимым мужчиной. Ради его любви она показывает лишь свою светлую сторону, пряча всю жестокость и грязь в самые темные уголки души.

Из-за этой расчетливости и лицемерия другие женщины боятся Аватара.

Когда Ли Сон Хи впервые пришла в дом Ю Джи Тэ, ее переполняли самые разные чувства.

Тревога от того, что рядом с ним крутятся другие девицы. Сочувствие к его тяжелому положению. И, наконец, одержимость.

Как обычно, Ли Сон Хи составила хитрый план. С помощью этих уловок она пыталась привязать Ю Джи Тэ к себе. Мечтая о том, как он окажется в ее власти, она раз за разом манипулировала им, чтобы завладеть его сердцем.

С самого начала она планировала оказывать ему умеренную поддержку, чтобы не вызвать у него подозрений или обиды. И то, что она хотела заставить его приползти к ней и положиться на нее в случае поражения, тоже было чистой правдой.

— Ах... это...

Поэтому она не могла найти оправданий. Ведь изначально она действительно так думала. И приближалась к нему с этим высокомерием тоже она. И ее улыбка, полная лицемерия, о которой говорил Ю Джи Тэ, тоже была настоящей.

Ли Сон Хи порывалась что-то сказать, но при воспоминании о своих прошлых мыслях и поступках слова застревали у нее в горле. Ей хотелось сквозь землю провалиться от стыда.

Наконец Ли Сон Хи выдавила:

— Тогда... тогда все действительно было так. Но сейчас... сейчас все иначе... Правда...

Запинаясь, она крепко обняла Ю Джи Тэ. Всхлипывая от отчаяния, она взмолилась:

— Нет... сейчас я правда хочу заботиться о тебе... Хочу оберегать тебя...

Она говорила сбивчиво и горячо, но нужные слова никак не находились. Она просто не знала, как доказать ему свою искренность.

Однако Ю Джи Тэ оставался холоден.

— Да. Ясно.

Его тон прямо говорил: «Я вам не верю».

«Сейчас все не так! Правда, сейчас все изменилось! Да, сначала я вела свою игру, но теперь все по-другому!!!»

Ли Сон Хи вспомнила день дуэли между Ли А Ран и Ю Джи Тэ. Узнав о его прошлом и увидев шрамы на его теле, она испытала искренний гнев. Наблюдая за его упорством и стараниями, она чувствовала гордость. «Надо же, какой удивительный ребенок. Вот бы он был моим сыном», — думала она, проникаясь к нему все большей нежностью.

Когда он назвал ее мамой, она была на седьмом небе от счастья. Тронутая его доверием, она готова была отдать ему весь мир.

Когда он оказался втянут в инцидент с демонами, она безумно испугалась. Страх потерять его, страх, что он погибнет, заставил ее снова прибегнуть к давлению, лишь бы вернуть его под свое крыло.

А когда он победил на турнире боевых искусств Корейского университета, улыбка не сходила с ее лица весь день.

«Я делаю все это не ради того, чтобы затащить тебя в зятья. Может, поначалу так и было, но не теперь. Я правда люблю тебя. Люблю как родного сына».

Тайцзи Шэньцзюнь заискивающе улыбнулась.

— Пожалуйста, поверь мне...

Ю Джи Тэ промолчал.

В этот миг Ли Сон Хи показалось, будто внутри нее что-то с треском оборвалось. По ее щекам покатились слезы. Ей так хотелось, чтобы он просто понял ее чувства.

Ю Джи Тэ недолго смотрел ей в глаза, а затем отвел взгляд, словно эта сцена тяготила его.

Сердце Ли Сон Хи разбилось вдребезги.

«Он не понимает. Он не верит мне. Он просто... презирает меня...»

— Но ведь не все было ложью!.. Поверь мне! Да, сначала я действительно так думала, но... далеко не все было притворством... Это правда... Пожалуйста, поверь мне... Что мне сделать, чтобы ты поверил?.. Ну же?

Не разжимая объятий, она продолжала отчаянно изливать ему душу.

◆ ◆ ◆

Чужая душа — потемки.

Пытаться угадать чужие мотивы вслепую — значит рано или поздно дорого за это заплатить. Даже когда мне говорили слова любви, я верил им от силы наполовину.

В последнее время я стал доверять людям чуть больше, процентов на шестьдесят-семьдесят, но в глубине души все равно всегда готовился к худшему. Просто чтобы смягчить удар в случае предательства.

Если заранее допускать, что тебя могут предать, боль от этого уменьшается вдвое. Поэтому, доверяя человеку, я одновременно продолжал сомневаться в нем.

Мне казалось, что это разумный подход. Однако теперь я поймал себя на мысли, что поступал довольно бестактно.

Я посмотрел на Тайцзи Шэньцзюня.

— ...Это правда. Пожалуйста, поверь мне!.. Что... что мне сделать для этого?

Обнимавшая меня сзади Тайцзи Шэньцзюнь продолжала тихонько всхлипывать. Ситуация становилась неловкой.

К тому же она была невероятно красива. Белоснежная кожа, миловидное лицо, роскошный бюст и длинные, стройные ноги, как у модели — прикосновение к ее телу невольно будоражило мужское естество.

Эта неописуемая красавица выглядела едва ли на двадцать с небольшим лет, несмотря на свой реальный возраст. И когда такая женщина навзрыд умоляет не ненавидеть ее, это действительно сбивает с толку.

Как мне ее утешить и успокоить?

— Ах... Джи Тэ. Тебе ведь нужны деньги? Хочешь, я дам тебе на карманные расходы?

Тайцзи Шэньцзюнь вытерла слезы рукавом и слабо улыбнулась. Это была вымученная, хрупкая улыбка человека, загнанного в угол собственными эмоциями. И она тут же принялась переводить деньги на мой счет.

«Решила, что все проблемы можно уладить деньгами?»

[Тайцзи Шэньцзюнь Ли Сон Хи перевела Ю Джи Тэ 28 миллиардов вон.]

У меня перехватило дыхание. Двадцать восемь миллиардов вон. Таких денег мне еще никто никогда не присылал.

Разумеется, я был рад, но чувство тревоги перевешивало. Подобная сумма красноречиво говорила о том, что она сейчас находится в глубоком замешательстве.

Я повернулся к ней лицом и встретился с ней взглядом. Мягко подняв руку, я провел ладонью по ее ухоженным черным волосам.

Тайцзи Шэньцзюнь затаила дыхание, не мигая глядя на меня. Она ловила каждое мое движение, готовясь выслушать ответ.

— Я не сержусь на вас и уж тем более не ненавижу. Просто... мне нужно было убедиться.

Я обнял ее за талию и прижался губами к ее тонкой, изящной шее. Едва ощутимое касание.

Я почувствовал нежность ее кожи. Лицо заплаканной Тайцзи Шэньцзюня мгновенно залила густая краска.

[+ Нельзя... Малыш ведь просто беспокоится обо мне... (50 очков)]

Она крепко сжала губы, пытаясь унять дрожь во всем теле.

— Я не знал, заслуживаю ли вообще такого отношения к себе. Поэтому мне так важно было понять, действительно ли я вам дорог.

Слезы Тайцзи Шэньцзюня высохли. Было видно, как она напряглась, боясь упустить следующее слово. Сейчас нужно было сказать самое главное.

— И мне очень приятно, что вы так сильно меня любите.

Из ее глаз хлынули новые слезы — на этот раз облегчения.

— Спасибо тебе... Огромное... М-м...

[+ Какое счастье... Он все еще любит меня... (100 очков)]

[+ Какой же он хороший... Он простил меня... (100 очков)]

[+ Какой же он милый... Умница мой, прелесть... Я готова отдать ему все, что угодно... (100 очков)]

Золотой нимб над головой Тайцзи Шэньцзюня вспыхнул ярче, а сияющие крылья за ее спиной затрепетали, источая теплое, мягкое свечение. Похоже, ей действительно полегчало.

Поправляя челку, она заговорила дрожащим голосом, едва сдерживая новые слезы. Ее шея и щеки пылали от смущения.

— ...Давай... давай продолжим завтра. Завтра, хорошо?

— Хорошо.

Я ласково коснулся пальцами ее щеки.

— Ах?!

От этого простого жеста Тайцзи Шэньцзюнь вздрогнула, выгнувшись всем телом. Прикрыв рот ладонью, она отчаянно пыталась отвести взгляд.

[+ Нельзя... Если я буду испытывать подобные чувства к суженому моей внучки, он снова сочтет меня противной и возненавидит... (50 очков)]

[+ Если я буду радоваться такому, мне будет стыдно смотреть в глаза мужу на том свете... (50 очков)]

Оставлять все так казалось неправильным. Я чувствовал, что должен сделать для нее хоть что-то.

Мои познания о женской психологии были весьма скромными. В основном они ограничивались наблюдениями за Ли Се Рин, Ви Соль А и Хан Е Джин. Пытаясь вспомнить их повадки, я лихорадочно соображал, какому проявлению внимания женщина обрадуется больше всего.

Я медленно приблизился к лицу Тайцзи Шэньцзюня.

Она испуганно вздрогнула, но не сделала ни единого движения назад. Оттолкнуть меня сейчас для нее было бы слишком жестоко. Она панически боялась ранить мои чувства своим отказом — для нее это было бы самым невыносимым наказанием.

От этого внутреннего конфликта она затрепетала всем телом, впадая в легкую панику.

Я мягко улыбнулся и тепло выдохнул ей прямо в лицо.

— Ох... ах... нельзя. Так... так нельзя...

— А, нельзя? Простите. Не хотел доставить вам неприятных чувств...

Заметив мое огорчение, Тайцзи Шэньцзюнь испуганно замолчала.

— ...Ах, нет...

Словно не желая, чтобы я чувствовал себя виноватым, она натянула слабую, неуверенную улыбку:

— Н-нет, все хорошо... Мой малыш, если ты хочешь этого... делай...

И хотя я все еще немного сомневался, желание утешить ее пересилило. Наши губы соприкоснулись.

Когда ее мягкие, податливые губы коснулись моих, по телу разлилось приятное тепло. Тайцзи Шэньцзюнь мелко задрожала. В ее широко распахнутых глазах плескалось невероятное возбуждение, а сквозь прижатые друг к другу тела я отчетливо слышал бешеный, частый стук ее сердца.

[+ Невыносимый восторг (100 очков)]

[+ Невыносимое чувство порочности (100 очков)]

[+ Счастье, от которого плавится разум (100 очков)]

Когда я отстранился, Тайцзи Шэньцзюнь вцепилась пальцами в обивку дивана и вытянула ноги, отчаянно пытаясь совладать с бушующим внутри нее ураганом эмоций. Она изо всех сил сдерживала рвущиеся наружу чувства, отчаянно борясь за остатки самообладания.

— Я люблю тебя, мама.

Из ее глаз снова брызнули слезы, словно внутри нее окончательно рухнула какая-то преграда. Посмотрев на меня, она счастливо улыбнулась:

— Да... Мамочка тоже очень любит своего малыша...

◆ ◆ ◆

Пока Тайцзи Шэньцзюнь приходила в себя, Ли А Ран утащила меня за собой.

Она привела меня в свою комнату. Присев на край кровати, Ли А Ран неловко почесала щеку. Было видно, что она долго не решалась заговорить. Наконец она тихо спросила:

— Джи Тэ... Ты сильно злишься?

— Нет. Вовсе нет.

Услышав мой короткий ответ, она грустно опустила голову:

— А... Вот как...

Похоже, она решила, что я просто отмахнулся, потому что до сих пор злюсь и не хочу с ней разговаривать. Пришлось объяснить подробнее.

Я сделал глубокий вдох, мысленно подбирая нужные слова, и заговорил:

— Я правда не злюсь. Наоборот, я очень благодарен и тебе, и твоей бабушке за все, что вы для меня сделали.

Ли А Ран робко приподняла голову, все еще сомневаясь:

— ...Правда?

— Конечно. Стал бы я приходить сюда, если бы злился? Насчет женитьбы я пока ничего не могу сказать, но ты, А Ран, мой близкий друг, а Божественный владыка Тайцзи — очень дорогая мне наставница. Я никого из вас не ненавижу.

Ли А Ран молча смотрела на меня, а затем крепко прижала ладонь к груди, сминая бело-розовую полосатую пижаму.

— Фух...

Она с облегчением выдохнула воздух, который, казалось, задерживала все это время.

— ...Тогда, Джи Тэ... А кто тебе нравится больше — я или бабушка?

— Ты, А Ран.

— ...Правда?

— Да.

Ли А Ран бросила на меня быстрый взгляд и робко протянула ко мне руки.

«Хочет, чтобы я доказал свои слова объятиями?» — подумал я, но, посмотрев ей в глаза, понял, что ошибся. Ее чистые глаза блестели от слез, а губы были обиженно сжаты.

— У-у...

Видя, что я медлю, она тихонько захныкала.

«Ей просто нужно, чтобы ее обняли».

Мне вспомнилась наша первая встреча. Тогда она тоже сидела на точно такой же кровати. Коснувшись одеяла и матраса, я понял, что это те самые вещи из ее прошлого. Ей просто хотелось почувствовать себя в безопасности.

Мне ничего не оставалось, кроме как подойти и крепко обнять ее. Нежный аромат ее тела, смешанный с запахом шампуня, приятно щекотал ноздри.

Ли А Ран обхватила мою спину обеими руками, а затем буквально повисла на мне, обняв ногами за пояс. Сквозь тонкую ткань пижамы я чувствовал мягкость ее тела.

— ...Я люблю тебя.

Она прижалась своими губами к моим и нежно поцеловала.

[+ Джи Тэ. Я люблю тебя. (100 очков)]

Я повалился вместе с ней на кровать, продолжая крепко сжимать ее в объятиях.

«Да уж, скажи я случайно, что недолюбливаю кого-то из них, беды было бы не избежать».