Похоже, мой любимый муж собирается со мной развестись Том 2 Глава 297

«Хах, сейчас он ухмыляется, но посмотрим, какое у него будет лицо, когда он услышит моё предложение», — подумала я. Слегка задетая его реакцией, я надула губы и произнесла: «Может, вы сначала изволите выслушать, о какой именно услуге идёт речь, а уж потом будете ломаться? Разумеется, я позабочусь о том, чтобы моё вознаграждение было более чем щедрым».

— …Щедрым, говоришь?

— Более чем.

— Хм.

Наблюдая за тем, как Латель задумчиво потирает подбородок, я мысленно хихикала. Это было уморительно: я ведь прекрасно знала, что ради Юрихи он готов на всё, но при этом он упорно разыгрывал из себя прожжённого дельца, делая вид, что всё дело в деньгах, и скрупулёзно подсчитывая выгоду.

На самом деле, о том, насколько искренне Латель был предан Юрихи, можно было судить уже по ассортименту Магической башни. Помимо мана-карет, Башня торговала самыми разными артефактами — от детекторов лжи до записывающих кристаллов. Однако некоторые изобретения поставлялись исключительно Дому Рудион. Самым примечательным из них был артефакт связи. Это невероятно удобное устройство, позволявшее общаться на огромных расстояниях, принесло бы Башне баснословное состояние, если бы его начали продавать императорской семье или высшей знати. Единственная причина, по которой эта технология до сих пор держалась в строжайшем секрете, заключалась в том, что этот артефакт был нужен мне, и Юрихи попросил Лателя его достать. А Латель пообещал сделать это в обмен на продажу особого ручного зеркальца.

«И кто бы мог подумать, что за этой алчной маской скрывается такая преданность?»

Я тепло улыбнулась, чувствуя одновременно и лёгкую вину за то, что раньше считала Лателя обычным скрягой, и глубокую благодарность. Латель же, не подозревая о моих мыслях, недовольно косился на меня, всем своим видом спрашивая: «Чего это ты лыбишься?»

И вдруг он вздрогнул и резко мотнул подбородком в сторону. Я проследила за его взглядом и увидела Эвклида. Муж смотрел на нас со своей привычной мягкой улыбкой.

— Супруга. Я тут присмотрелся и понял, что вы, кажется, весьма близки с главой Башни.

Услышав его тихий, глубокий голос, я честно ответила: «На самом деле мы знакомы уже очень давно».

— Эй! — воскликнул Латель, едва не подпрыгнув на месте. — С чего ты вообще это взяла?!

Я прекрасно понимала причину его паники. Он до одури боялся, что, пустившись в объяснения, я случайно проговорюсь о Юрихи и прошлой жизни.

«Он что, держит меня за дуру?»

Бросив на Лателя успокаивающий взгляд, я с улыбкой повернулась к Эвклиду: «Я ведь уже рассказывала тебе, помнишь? О том, что именно я — владелица гильдии «Золото». Так что по долгу службы мне частенько приходилось вести дела с Магической башней, и я лично приобрела у них немало артефактов».

От золотых кандалов для подавления маны, в которые я заковала Ричарда, до защитных браслетов — добрая половина магических предметов в моём тайнике была куплена именно у Башни.

— Ясно, — с пониманием кивнул Эвклид.

Однако Лателю этого объяснения показалось мало, и он торопливо встрял: «Вот именно! Герцогиня была нашей почётной клиенткой ещё с тех пор, как стала леди Базилиан! Но это вовсе не значит, что между нами есть какая-то особая близость, так что не пойми превратно. Усёк?»

…Не пойми превратно? Только услышав эти слова, до меня дошло: Латель паниковал не только из-за того, что я могла проболтаться о прошлой жизни.

— Да о чём вы вообще?! Когда вы так говорите, это звучит только подозрительнее!

Эвклид физически не мог понять нас «превратно», и я искренне не понимала, зачем Латель пустился в эти нелепые оправдания, создавая такую неловкую атмосферу. Я раздражённо нахмурилась, а Латель в ответ наградил меня таким же кислым взглядом.

— Ты что, в упор не видишь, что у этого парня на уме? Думаешь, я просто так распинаюсь?

— Что за бред...

В полном недоумении повернув голову, я с запозданием заметила, что улыбка Эвклида казалась слегка натянутой.

«Серьёзно?»

Так вот что он имел в виду под словом «близки»?! Богиня всемогущая, да я до сегодняшнего дня воспринимала Лателя исключительно как надоедливого друга Юрихи и ни на секунду не задумывалась о нём как о мужчине! Да и сколько времени мы вообще провели втроём в прошлой жизни?

Но, поразмыслив над этим, я поняла свою ошибку. Мне казалось, что я держу ситуацию под контролем, делая скидку на отсутствие воспоминаний у Эвклида, но один крошечный нюанс я всё же упустила.

«Хотя с его точки зрения всё действительно выглядит иначе».

Для Юрихи Латель был самым близким и незаменимым другом — ровно до тех пор, пока он не встретил меня. Было даже забавно наблюдать за тем, как Эвклид, лишённый воспоминаний о прошлом, ревнует меня к Лателю.

— Какой же ты всё-таки идиот, — прошипел Латель, как будто поражаясь моей глупости. — Ты реально веришь, что суть его изменилась? Ты вообще представляешь, как сильно такие мужчины, как дра… кхм, как мы, цепляются за своё?! — Латель, поспешно прикрыв рот, чтобы не проговориться о «драконах», снизил голос и зашипел, обращаясь только ко мне, и всё это время его настороженный взгляд был прикован к Эвклиду: — Ты думаешь, это простое совпадение, что он появлялся каждый раз, когда я приходил?

— …Что?

Смысл его слов достиг меня лишь спустя мгновение, и я изумлённо распахнула глаза.

— О чём это вы там шепчетесь? — Эвклид, до этого тактично молчавший, тут же прервал наш разговор. Судя по его тону, ему было невыносимо неловко от того, что его уличили в ревности. Хотя он и не слышал ни слова из нашей перепалки, выглядел он так, будто мы только что его раскрыли. Я невольно нахмурилась, подозрительно изучая его лицо, но… — Супруга?..

Глядя в эти невинные глаза, в которых отражалась лишь лёгкая, почти детская грусть, я тут же пожалела о своих подозрениях.

«Не может быть. Мой чистый и скромный Юрихи никогда бы не прибегнул к таким низостям».

Подумать только, Латель попытался внести раздор между нами, стоило мне начать испытывать к нему тёплые чувства! Я посмотрела на него, как на подлого и коварного злодея. Его обиженные слова: «Я же говорю тебе, он коварен, как лис!» — я демонстративно пропустила мимо ушей.

— Герцог, не обращайте внимания. Это был совершенно бессмысленный разговор, который не заслуживает вашего внимания. Мы не близки с главой Башни, поэтому не придумывайте лишнего.

— Тем не менее, вы общаетесь очень… по-дружески.

— Это лишь потому, что мы давно знакомы по делам. И на этом всё. Вы же сами видите, какой у него противный характер. А мне нравятся добрые, мягкие и заботливые мужчины, как вы.

— …Я постараюсь стать ещё лучше.

Куда уж мягче? Я искренне сомневалась, возможно ли это в принципе. Но лицо Эвклида, когда он так робко и искренне давал эту клятву, было настолько трогательным, что мне оставалось лишь с ласковой улыбкой позволить ему попытаться.

— Ты что, позвала меня сюда только для того, чтобы поглумиться надо мной?! И после этого ты смеешь просить меня об услуге?! — взъярился Латель. Он нахмурился так грозно, словно наши с мужем нежные слова причиняли ему физическую боль.

Он возмущённо пыхтел, заявляя, что, сколько бы золота мне ни предлагали, он ни за что не станет мне помогать, раз я веду себя так бесстыдно. Но, будь он действительно так обижен, разве он не ушёл бы ещё полчаса назад?

Мысленно усмехаясь, я приняла самый льстивый и подобострастный вид, чтобы немного погладить его самолюбие:

— Ну что вы, как я могу издеваться над вами? Я же сказала: компенсация будет более чем щедрой. Умоляю, вы — моя единственная надежда.

— Кхм-кхм. Ну ладно, так и быть. Говори, что тебе нужно.

Как говорится, если проблему нельзя решить деньгами, значит, нужно предложить гораздо больше денег. Прокрутив в голове сумму, от которой Латель не смог бы отказаться, я начала говорить:

— Я хочу попросить вас об услуге в День священного поминовения…

Глава Башни с готовностью принял предложение Евгении. Оба выглядели чрезвычайно довольными, словно предвкушали грандиозное зрелище, и только Эвклид был совершенно сбит с толку. Он так и не понял, чего именно Евгения добивалась от главы Башни. Но прежде чем он успел разобраться, жена потянула его в свою гардеробную.

— Супруга? Зачем мы…

Одарив недоумевающего мужа едва заметной улыбкой, Евгения привычным движением перевела стрелки старинных часов и коротко постучала по стене массивного платяного шкафа. В тот же миг пространство исказилось, и перед ними открылся скрытый магией потайной ход.

Челюсть Эвклида отвисла — он-то был твёрдо убеждён, что знает в замке Рудион каждый потайной уголок. Евгения смущённо улыбнулась и извинилась:

— Прости. Я позволила себе небольшую вольность и проложила тайный ход за пределы замка. Как только всё закончится, я обязательно верну всё на свои места.

— А… — только и смог пробормотать рассеянно Эвклид.

Словно желая доказать, что этот ход был проложен не только для извинений за самоуправство, Евгения провела мужа внутрь. Подойдя к одной из полок, где ровными рядами лежали магические артефакты, она взяла чёрный бархатный мешочек, расшитый золотыми языками пламени, и бережно извлекла из него прозрачную стеклянную сферу. Протягивая её Эвклиду, Евгения произнесла голосом, звенящим от напряжения:

— Это всё, что осталось от твоего отца и старшего брата.