ПОВ Автора (Новелла) Том 5 Глава 650 Возвращение Рена [4]

Я всё своё внимание направил на Суриёла. Он парил в небе, от его тела исходила необъяснимая, пугающая мощь.

Не отрывая от него взгляда, я ощутил внутри себя колоссальный сдвиг. Внезапно, сам того не осознавая, я почувствовал, как от меня начинает исходить туманная дымка, а прямо над моей головой открывается огромный пространственный разлом.

Треск... треск!

То, что я собирался сделать, не было чем-то, что я когда-либо практиковал. Уверенность в успехе отсутствовала напрочь. По сути, в данный момент я шёл на колоссальный риск.

Стиль Кейки состоял из пяти движений. Каждое следующее движение отличалось от предыдущего, увеличивая сложность и комплексность в геометрической прогрессии. Перед своей смертью Великий Мастер Кейки успел отточить лишь пятое движение. Это был его предел, его последнее творение.

Ранее я упоминал о теоретической возможности существования шестого движения в стиле Кейки. Того самого, которое Великий Мастер Кейки, ныне покойный, так и не смог постичь перед смертью. Последние несколько лет я прилагал все усилия, чтобы попытаться почувствовать это неуловимое шестое движение, но, сколько бы ни старался, не мог сдвинуться с мёртвой точки. Я испробовал все мыслимые способы, но всё было тщетно.

Казалось, с моими текущими навыками это было попросту неосуществимо. Я всё ещё оставался слишком слаб, чтобы уловить его суть.

Конечно, всё изменилось после того, как я мельком увидел его.

«Воспоминания моей другой личности – вот что делает это возможным».

Именно в тот короткий промежуток времени, когда я стал свидетелем истинного масштаба могущества моего альтернативного «я», я краем глаза заметил шестое движение. Тогда я увидел множество поразительных вещей, но именно шестое движение сильнее всего врезалось в мою память. В тот момент я мало что понял, будучи слишком слабым, но сейчас ситуация кардинально изменилась.

Теперь, когда я прорвался к рангу [SS-], все кусочки головоломки сложились воедино. В моём тёмном сознании наконец что-то щёлкнуло, явив чёткий и ясный образ.

Это был одиночный меч.

Один ослепительный, почти материальный клинок с полупрозрачным отливом, казалось, заключал в себе непостижимую, первозданную силу. Один-единственный клинок, способный одним взмахом перевернуть этот мир. Это было оружие неописуемой, колоссальной мощи.

И всё же...

Я отчётливо ощущал, что этот меч всё ещё находился за гранью моих физических возможностей. С той силой, которой я располагал сейчас, я не мог им полностью овладеть. Он казался таким близким и в то же время бесконечно далёким...

Мне хотелось бы провести гораздо больше времени в медитации, чтобы изучить этот меч и лучше понять его структуру перед использованием. Но, видя, как Суриёл перенимает боевой стиль моего другого «я», я понимал, что это мой единственный шанс на победу.

«Я смогу одолеть его только так».

Моё другое «я» было недосягаемо сильным. Это было существо, с которым, как мне казалось, я не смог бы сравниться и за всю свою жизнь.

«Возможно, этот странный меч – единственное оружие, способное сокрушить его».

Способность Суриола ограничивалась лишь тем, что моё тело испытало под контролем моей альтернативной сущности. Даже если он и уловил обрывки шестого движения из моих воспоминаний, он ни за что не смог бы его воспроизвести, ведь такую технику невозможно скопировать мимолётным взглядом. Если бы он поглотил воспоминания моего альтернативного «я», у него мог бы появиться шанс, но он поглотил мои воспоминания, а я сам не обладал о ней глубокими знаниями.

Тем не менее, его боевой опыт и движения теперь полностью копировали мою альтернативную сущность. Из-за этого я твёрдо знал: успешное выполнение шестого движения – мой единственный путь к победе.

Когда я осторожно указал пальцем в сторону Суриола, образ меча, парящий в моей голове, начал обретать более чёткие очертания, а образовавшийся надо мной разлом стал постепенно расширяться. Как только ярко-жёлтое остриё показалось из глубин пространственной трещины, вся растительность за пределами выжженной и выровненной зоны начала сгибаться к нему, словно притягиваемая непреодолимым магнитным полем.

— Какого чёрта?!.. Нет, постой, что ты задумал?! – донёсся сверху потрясённый возглас Суриола, его глаза расширились, когда он уставился на гигантское остриё меча, проступающее из небольшого разлома прямо надо мной.

Он мгновенно попытался атаковать меня, но колоссальное давление, исходящее от формирующегося клинка, полностью уничтожило любые атаки, направленные в мою сторону.

— Нет, нет, нет, что вообще здесь происходит?!

Волны чистой Ци начали расходиться по всему миру, тогда как небеса разверзлись, и на землю обрушилась удушающая, властная аура. Меч продолжал медленно материализоваться, проступая сквозь трещину, и давление, сжимающее саму суть этого мира, становилось всё более невыносимым.

— Кх...

Я сплюнул полный рот крови в тот самый миг, когда остриё меча полностью вышло из разлома, обнажив часть своего полупрозрачного лезвия. Моё тело содрогалось, пока я из последних сил пытался удержаться на ногах, а сам клинок в небе начал нестабильно мерцать, то появляясь, то исчезая.

Суриол, который до этого внутренне сжался в ожидании моей внезапной атаки, резко изменился в лице. Страх на его физиономии мгновенно улетучился, уступив место былому хладнокровию.

— Так вот оно что... Твоё паршивое тело попросту не способно выдержать то, что ты пытаешься провернуть.

Я отчётливо расслышал облегчение в его голосе. Очевидно, мои внезапные действия до смерти напугали его секунду назад.

— Ну что ж, в таком случае я расценю твои действия как отказ от моего щедрого предложения.

С этими словами он плавно вытянул руку вперёд и раскрыл ладонь. Прямо перед его пальцами начала формироваться иссиня-чёрная сфера, пока мир вокруг него стал стремительно терять свои краски. Пространство в его непосредственной близости начало искажаться и скручиваться, словно вся окружающая реальность сливалась с ним воедино. Мощная энергия, по своему уровню сопоставимая с мощью моего меча, начала лавиной растекаться по округе.

Треск! Треск!

Небо прорезали яростные вспышки молний, земля внизу вспыхнула ярким пламенем, а выжившие демоны, пытавшиеся помочь своим раненым товарищам на поле боя, в ужасе бросились врассыпную.

«Всё гораздо хуже, чем я рассчитывал, блять…»

Я мысленно выругался, осознав, насколько сокрушительный приём собирался обрушить на меня Суриол. Вместе с этим пришло и другое понимание: я осознал, какую непомерную цену плачу за технику, которую пытаюсь выполнить сам. Я отчётливо слышал тихий хруст собственных костей, в то время как мышечные волокна в моём теле одно за другим рвались от колоссального перенапряжения.

«На самом деле дело даже не в разрушительной силе этого приёма, а в моём скудном понимании его сути.»

В данный момент я пытался сотворить технику, которую никогда в жизни не практиковал и с которой познакомился лишь поверхностно буквально только что. По сути, я пытался бежать, даже не научившись толком ходить. Я был полным безумцем, раз вообще решился на такое, но...

— Кх... Э-это единственный выход…

Это был мой единственный шанс выжить и победить в этой бойне. Именно поэтому я принял волевое решение полностью проигнорировать ту запредельную перегрузку, которой подвергалось моё тело. Я сфокусировал весь свой разум, всю свою волю исключительно на мече, формирующемся над головой.

Сам того не замечая, я начал плавно отрываться от земли, и мои стопы больше не касались дна кратера.

— Кх-х-х...

Шу-у-у-у…

Весь мир содрогался от невидимого столкновения двух титанических энергий. Моя голова буквально раскалывалась от жара, а каждая клеточка тела пульсировала от невыносимой, жгучей боли.

— Ха-а... ха-а...

Из-за этой запредельной агонии я судорожно хватал ртом воздух. Глаза нещадно жгло, и в их уголках начали наворачиваться слёзы. Моя жизнь, и без того состоявшая из сплошных страданий, вновь подверглась поистине бесчеловечной пытке. Кровь ручьями струилась из моих многочисленных ран. И вот, остриё, зависшее над моей головой, наконец явило миру часть своего лезвия во всём его величественном великолепии. Две колоссальные ударные волны пронеслись по небосводу, уничтожая абсолютно всё в ближайшем радиусе.

Когда я плавным движением повёл руку вперёд, раны на моём теле начали расходиться ещё сильнее, а кости в ладони сокрушительно затрещали и сломались. И всё же, яростно глядя на Суриола, который отвечал мне безумным, диким взглядом, я до хруста стиснул зубы и продолжил давить вперёд.

— Лети, мать твою!

Под мой неистовый крик добрая половина исполинского меча вырвалась из пространственного разлома, из-за чего вся реальность вокруг окончательно утратила цвета и исказилась до неузнаваемости.

— Это моё последнее предупреждение, человек! Сдайся и подчинись, и тогда я сохраню тебе жизнь! Если же ты посмеешь атаковать, я убью тебя и всех тех жалких людишек, которых ты притащил с собой!

Вглядываясь в остриё клинка, нацеленное точно на него, Суриол сощурился, и его взгляд ожесточился, превратившись в яростный оскал. Он почувствовал, как ледяной пот покатился по спине, едва он оценил мощь направленного в его сторону оружия. Одновременно с этим он начал бешено разгонять демоническую энергию внутри своего тела, готовясь выдать свой самый разрушительный, финальный аккорд.

***

«Смерть».

«Ожидание». Именно это слово пронеслось в сознании Суриола, когда его взор остановился на исполинском мече, застывшем прямо перед ним. Одного лишь взгляда было достаточно, чтобы ощутить леденящую до костей, острейшую силу, направленную на него. Сам того не осознавая, он судорожно сглотнул, справившись с нахлынувшим паническим страхом.

«Как… как этот чертов смертный способен высвободить атаку такого масштаба?» — лихорадочно размышлял Суриол, продолжая направлять потоки маны по своим каналам.

Сфера, окрашенная в пурпурно-чёрный цвет и парящая перед его ладонью, стремительно увеличивалась в размерах. Не прошло и нескольких секунд, как она достигла размеров небольшого солнца. Мощь, исходящая от его атаки, казалась столь же ужасающей и смертоносной, как и та, что готовил Рен.

— Кх…

Тем не менее, как и в случае с Реном, применение этой техники потребовало от Суриола колоссальных жертв. Его тело функционировало на пределе, о чём свидетельствовал хлынувший изо рта фонтан крови. Демон пошатнулся в воздухе, а его глаза на мгновение полностью закатились, явив лишь белки.

Хруст!

В тот самый момент, когда он сплюнул кровь, в области его правой грудной мышцы раздался едва различимый, но отчётливый хруст. Как только этот звук достиг его ушей, глаза демона расширились, а лицо исказилось от невыразимого ужаса.

— Нет!..

Внезапно Суриол издал пронзительный, истошный крик, уставившись на свою руку, испачканную его собственной кровью.

— Нет! Нет! Нет!

Он продолжал безумно кричать в пустоту. Глаза его полностью налились кровью, когда он уставился на Рена с неприкрытым, диким намерением разорвать того на куски. Казалось, он окончательно и бесповоротно потерял рассудок.

— Да как ты смеешь?! Это всё из-за тебя! Из-за тебя-а-а!

Ранг Принца.

Высшая ступень, которой мог достичь демон, не считая ранга Короля, достижение которого считалось совершенно невозможным и имело лишь один-единственный прецедент в истории. Джезебет, нынешний Король Демонов. Получение более высокого ранга автоматически даровало демону неприкосновенный, высший статус. И как только кто-то достигал ранга Принца, он фактически занимал самую вершину иерархии.

Конечно, можно было предположить, что демоны рангом чуть ниже, например, Герцоги, также пользовались безграничной властью и почётом. В большинстве случаев так оно и было, но существовали и значимые исключения.

Одним из таких исключений являлся клан, к которому принадлежал демон. Чем сильнее и древнее был клан, тем больше Герцогов в нём рождалось и обитало. А чем более обыденным и многочисленным был этот ранг внутри семьи, тем более низкое и незначительное положение занимал конкретный Герцог в иерархии сородичей.

Другим исключением было совершение тяжкого преступления — к примеру, поглощение ядер других демонов.

Суриол, принадлежавший к самому могущественному клану — клану Зависти — и в своё время поглотивший множество ядер своих сородичей ради продвижения к рангу Герцога, к огромному сожалению для себя, подпадал под обе эти категории. Всё это было следствием его слепого, отчаянного стремления к силе в далёком прошлом. Именно этот грех привёл к тому, что его сослали и заперли на этой никчёмной, полуразрушенной планете под названием Имморра. И лишь его статус Герцога удерживал других демонов от того, чтобы просто казнить его на месте.

Несмотря на это, после более чем шестидесяти лет ссылки на этой проклятой планете, самым заветным, яростным желанием Суриола было покинуть это место раз и навсегда. И всё, что ему требовалось для долгожданного освобождения — совершить прорыв к рангу Принца. Стоило ему преодолеть этот порог, и в мире не осталось бы никого, кто посмел бы ему противостоять.

Он был очень близок. Невероятно, чертовски близок.

И вдруг…

Хруст

Обычный, едва слышный хруст внутри собственного тела — это всё, что он услышал. Но именно этот звук ознаменовал полный крах всех его надежд и многовековых мечтаний. Ранг Принца, к которому он только что прикоснулся кончиками пальцев, в одно мгновение безвозвратно ускользнул из его рук.

Поскольку демоническая энергия Суриола окончательно вышла из-под контроля, а из его глаз ручьями хлынула угольно-чёрная кровь, сфера перед его ладонью сжалась, и вся окружающая реальность скрутилась в тугой узел. Если говорить начистоту, у Суриола были все основания сойти с ума. В конце концов, у него ушло более столетия непрерывных страданий, чтобы добраться до этой точки. Кто бы на его месте отреагировал иначе?

С диким, безумным выражением лица Суриол с огромной силой толкнул руку вперёд, направляя смертоносную сферу точно в то место, где стоял Рен. В тот же миг крылья за его спиной раскрылись на максимум.

— А-а-а-а-а-а-а! — Суриол издал очередной безумный крик, яростно прожигая взглядом фигуру парня. — Сдохни! Сдохни! Сдохни! Сдохни!

В ответ на этот шквал безумной ярости Рен сохранял внешнее спокойствие. Он всеми силами старался унять невыносимую агонию и постоянный хруст ломающихся костей по всему телу. К тому моменту, как до него донёсся яростный рёв Суриола, а смертоносная сфера понеслась в его направлении, тело Рена находилось на пределе: почти все кости были переломаны, а мышцы верхней части туловища разорваны в клочья.

— Ч-чёрт…

К несчастью, когда Суриол начал свою атаку, гигантский меч над головой Рена был обнажён лишь наполовину. Парень прекрасно осознавал, что давно достиг своего физического лимита, и дальше продвинуться физически ему не удастся.

— А-а-а-ах!

Как следствие, издав очередной хриплый крик, Рен резко выставил руку вперёд. Пространственный разлом, из которого появлялся клинок, начал медленно закрываться, грубо перерубая меч пополам и оставляя в этом мире лишь его обнажённую половину.

Но этого оказалось вполне достаточно.

Рен вытянул руку, стиснув зубы до хруста. Затем он поднял голову навстречу приближающейся угрозе и тихо, едва слышно прошептал:

— Лети…

Едва слова сорвались с его губ, как парящий над головой обломок меча мгновенно исчез без следа. Весь мир окунулся в жуткую, неестественную тишину – абсолютно все живые существа на планете замерли от сковавшего их ужаса.

Когда вся реальность замерла, усечённый меч Рена вновь материализовался перед пурпурно-чёрной сферой. Его полупрозрачное остриё мягко, едва ощутимо коснулось края бушующего сгустка энергии.

Сразу после этого весь мир в одно мгновение стал абсолютно серым. От точки соприкосновения двух титанических атак начали плавно расходиться колоссальные круговые импульсы. С каждой новой волной они то возвращали миру прежние цвета, то снова забирали их, заставляя визуальную картинку бешено пульсировать, меняясь от серой к нормальной в непрерывном, пугающем ритме.

Это безумие продолжалось целую вечность, пока внезапно в вышине не проявилось гигантское кроваво-красное облако. Это было зрелище, будто сошедшее со страниц самого жуткого кошмара.

БУ-У-У-У-М!

Ужасающий, первозданный взрыв, казалось, способный расколоть эту планету ровно пополам, громом прокатился по всему миру.

В глазах Рена окончательно потемнело, и весь мир содрогнулся в предсмертных судорогах.