Повелитель тайн Том 5 Глава 1092 Смешной человек

Бернадетт, одетая в белую женскую рубашку в интисском стиле, сидела спокойно. Её каштановые волосы свободно ниспадали на плечи, а прямые брови были ровными и чёткими, что придавало ей вид деловой женщины с Земли, занимающей высокий пост.

Император оказал немалое влияние на эстетические вкусы Королевы Мистик, хотя из-за окружения это и не может проявиться в полной мере… — Клейн снял шляпу, прижал её к груди, слегка поклонился, а затем небрежно отодвинул стул и сел.

Бернадетт окинула его взглядом своих лазурных глаз, подобных сгустившемуся морю, и произнесла мягким, спокойным голосом:

— С какой целью ты так срочно связался со мной?

Ты же Мастер Пророчеств, неужели не получила никакого откровения? — подсознательно ответил про себя Клейн, но тут же почувствовал, что, кажется, слишком зазнался.

Должно быть, это побочный эффект от долгого общения со злым духом Красного Ангела… Его ранг и уровень таковы, что он естественным образом влияет на окружающих. Если бы он захотел, это влияние определённо могло бы превратиться в осквернение… — Клейн быстро провёл самоанализ и пришёл к определённому выводу.

Он немного помолчал, а затем спросил, не отвечая на её вопрос:

— Ты закончила свои дела в Баклунде?

Бернадетт медленно покачала головой:

— Нет. Можно даже сказать, что я потерпела неудачу.

— М-м? — выразил Клейн своё удивление и недоумение одним звуком.

Бернадетт взглянула на него и произнесла ровным, размеренным голосом:

— У зелья Последовательности 2 Пути Жреца Тайн есть странное название — Мудрец. Чтобы достичь этого ранга, необходимо предотвратить катастрофу с участием сил высокого уровня.

Мудрец… Так вот откуда взялся Мудрец у Сокрытого Мудреца… — Клейна осенило. Он уже собирался задать уточняющий вопрос, но Королева Мистик продолжила:

— Я предвидела, что в Баклунде появится такая возможность, поэтому за много лет до этого начала здесь подготовку, а в последнее время и вовсе подолгу тут находилась. К сожалению, моё пророчество указывало на вторую половину этого года. В конце прошлого года меня не было в Баклунде, и я не смогла предотвратить Великий смог. А в этой войне я изо всех сил пыталась что-то сделать и добилась определённых результатов, но не смогла предвидеть, что Фейсак нанесёт прямой авиаудар по Баклунду. Катастрофа в итоге всё равно разразилась.

Поэтому ты и сказала, что потерпела неудачу… — Клейн незаметно кивнул и с ноткой вздоха сказал:

— Я тоже не ожидал, что войну начнут фейсакцы.

Говоря это, Клейн внутренне поражался. Ритуал продвижения Королевы Мистик, с одной стороны, был невероятно сложным, а с другой — не таким уж и трудным, всё зависело от обстоятельств.

Ведь я, ещё не будучи полубогом, дважды предотвратил пришествие Истинного Творца, фактически спасая Тинген и Баклунд, что определённо соответствовало требованиям ритуала для становления Мудрецом. Но в обычных условиях где найти столько подобных катастроф, да ещё и таких, которые можно было бы относительно легко предотвратить.

Как и в этот раз. Брат Амона планировал это тысячу или две тысячи лет. Даже если бы у короля Георга III возникли проблемы, война всё равно разразилась бы так, как Он и предсказывал, потому что узел с Уникальностью Пути Смерти было невозможно развязать.

Это заставило меня заподозрить, что жизнь господина Азика на Северном континенте всегда была подстроена братом Амона. Иначе как бы Он, потеряв память после утраты маски, меняющей облик, смог избежать внимания всех церквей?

Что ещё важнее, в этой своей жизни Азик по какой-то причине использовал своё настоящее имя!

И это тоже не вызвало ни у кого подозрений и не привлекло расследований!

И это всё было в твоих планах? Старший брат Амона… — при этой мысли у Клейна снова проявилось некое подобие посттравматического стрессового расстройства, его тело едва не задрожало.

Он беззвучно вздохнул и, глядя на Королеву Мистик, добавил:

— В этой войне замешаны сын Творца, Короли Ангелов и истинные боги. Ты бы никак не смогла её остановить.

Даже для Бернадетт, с её знаниями, кругозором и опытом, услышанное вызвало лёгкое изменение в выражении лица. Она тихо повторила ключевые слова:

— Сын Творца… Короли Ангелов… истинные боги…

Она не была слишком удивлена, словно уже что-то предвидела, но даже Мастер Пророчеств не мог по-настоящему заглянуть в «сценарий» брата Амона.

Повторив слова, Бернадетт помолчала две-три секунды и с лёгким вздохом пробормотала:

— Так вот оно что…

Клейн сменил позу и, переключив мысли, сказал:

— На самом деле, для тебя эта война — тоже возможность. Впереди будет много, очень много бедствий, в том числе вызванных столкновениями сил ангельского уровня. Я думаю, у тебя должен быть как минимум один Запечатанный Артефакт класса 0, чтобы в критический момент ты могла вмешаться. Конечно, нужно будет правильно выбрать время и способ.

Бернадетт слегка кивнула, соглашаясь со словами Клейна и тем самым подтверждая, что у неё есть как минимум один Запечатанный Артефакт класса 0.

Конечно, для дочери главного героя прошлой эпохи, для самой любимой дочери императора Розеля, было бы невероятно, если бы отец не оставил ей один-два Запечатанных Артефакта класса 0.

Что ещё важнее, Бернадетт уже готовилась к ритуалу становления Мудрецом, а это означало, что у неё наверняка была соответствующая Потусторонняя Черта Последовательности 2, что в некотором роде приравнивалось к Запечатанному Артефакту класса 0.

После молчаливого согласия мягкий, но лишённый эмоций голос Королевы Мистик Бернадетт неуловимо изменился:

— Тем не менее, я по-прежнему не люблю войну, хоть она и даёт мне возможность. Когда-то я очень его ненавидела, не могла понять, до такой степени, что много лет не называла его папой. Всё потому, что в старости ради становления Чёрным Императором он совершил слишком много поступков, идущих вразрез с веяниями времени и причиняющих вред невинным людям. Я не могла смириться с тем, что мой отец, который был для меня героем, превратился в безумного тирана… А теперь, после ответа того, кто стоит за тобой, и после собственных расследований, я начинаю понимать его положение, понимать, что он испытывал отчаяние, боль и одиночество, понимать, что он был как утопающий, который лишь инстинктивно и отчаянно барахтался.

…Клейн слушал, и на душе у него было тяжело и неспокойно.

Возможно, в этом мире только двое сидящих здесь по-настояшему понимают Хуан Тао, Розеля Густава.

Конечно, эти чувства не помешали ему заметить, что состояние Королевы Мистик Бернадетт сегодня было несколько иным. Во время предыдущих встреч эта принцесса никогда не говорила так много, никогда так открыто не обнажала свою душу, максимум — играла мелодию, сдержанно и завуалированно выплёскивая толику печали.

Подумав, Клейн сделал вид, что ничего не заметил, и спросил:

— Когда он начал меняться? Как ты думаешь, были ли этому какие-то предзнаменования или заслуживающие внимания события?

Глубокие лазурные глаза Королевы Мистик Бернадетт дрогнули, словно она погрузилась в долгие воспоминания.

Спустя некоторое время она медленно произнесла:

— Незадолго до этого он с некоторой гордостью сказал мне одну фразу: «Ты ведь всегда хотела знать, что находится на нашей Луне и других планетах? В будущем, возможно, наш путь будет лежать к звёздам и морям».

Звёзды и моря… что находится на Луне и других планетах… — Клейн обдумывал слова Королевы Мистик и вдруг вспомнил одно ключевое слово и одно событие.

Ключевым словом было:

«Звёздное небо»!

А событием было то, что Господин Дверь однажды сказал императору Розелю, что когда у того появятся силы и возможность, он может слетать на Луну и посмотреть — это развеет многие его сомнения.

Император в итоге полетел? Тот истеричный дневник был написан после этого путешествия? В итоге он незаметно изменился, стал радикальным, экстремальным? — Клейн вспоминал соответствующие записи и под взглядом Королевы Мистик Бернадетт осторожно произнёс:

— Достигнув твоего уровня, ты так или иначе должна знать, что из Звёздного неба исходит осквернение.

Бернадетт кивнула, не став задавать уточняющих вопросов, словно зная, что сидящий напротив Герман Спэрроу тоже не в курсе, и зная, что только полубоги ангельского ранга могут заметить и противостоять этому осквернению.

Клейн и она молча смотрели друг на друга секунд десять, после чего он перевёл разговор к цели своего визита:

— Одной из причин этой войны стало то, что король Лоэна Георг III обнаружил девять тайных гробниц, оставленных Кровавым Императором Тюдором, и вознамерился перейти на Путь Чёрного Императора, чтобы стать Последовательностью 0. Ради этого он отменил Закон о Зерне…

Клейн, не обращая внимания на то, знала ли Королева Мистик об этих делах, в своём темпе, кратко, но не упуская важных деталей, изложил всё и в конце добавил:

— У Чёрного Императора действительно есть способность к воскрешению, но как только появится новый Чёрный Император, предыдущий окончательно погибнет.

Под «предыдущим» подразумевался император Розель, который, возможно, преуспел, но «погиб в результате покушения».

Иногда я даже подозревал, что Розель специально дал другим шанс и поэтому погиб на месте. Таким образом, когда он воскреснет из Астрального Мира, вернёт себе Уникальность и притянет три черты Последовательности 1, он уже не вернёт черты других путей, таких как Император Знаний и Учёный Тайн, что позволит ему очиститься и избавиться от безумия.

Это был способ найти жизнь в смерти, но при условии, что ритуал Розеля тогда увенчался успехом, и он умер во время или после ритуала, а не до него.

Королева Мистик Бернадетт молча выслушала и медленно произнесла:

— Ты хочешь помешать Георгу III?

— Да, — честно кивнул Клейн.

— Почему? — без изменения тона спросила Бернадетт.

Клейн усмехнулся:

— По нескольким смехотворным причинам, не стоящим упоминания.

Взгляд Бернадетт задержался на его лице на несколько мгновений, после чего она сказала:

— Достаточно. Я тоже действую ради чего-то туманного и призрачного. В деле противостояния Георгу III мы можем сотрудничать.

Все мы «смешные» люди… — мысленно вздохнул Клейн и сказал:

— Я дам тебе ритуал для призыва моего посланника.

— Хорошо, — Бернадетт протянула правую руку и легонько хлопнула по столу.

Перьевая ручка, лежавшая сбоку от неё, внезапно подпрыгнула, словно её держал невидимый дух, и свободно и плавно заскользила по бумаге.

— Это способ призыва моего посланника, — спокойно сказала Бернадетт.