Принцесса-злодейка хочет жить в кондитерской Том 1 Глава 73 Блинчики и фруктовый компот

— Дело не в этом. Ну, представь, к примеру, что каждый солдат имперской армии решил бы высказаться о том, каким командиром был Карно. И далеко не все отзывы были бы лестными. Кто-то бы сказал: «Не понимаю, почему вице-командующий вечно такой угрюмый и напускает на себя важность», а кто-то: «Терпеть не могу, когда он строит из себя героя».

— Хм.

— Но представь, что на этом всё не закончилось бы, и эти отзывы прочитала бы вся армия. И если там будет написано: «Глаза бы мои не видели этого вице-командующего», то уже неважно, искренне это сказано или нет. Если в тебя одновременно вонзятся сотни, тысячи даже игрушечных деревянных мечей, каково тебе будет?

— ...Хм.

Ася посмотрела на лицо Карно, по которому трудно было понять, согласен он с ней или нет, и уже хотела прекратить объяснения. Но в этот момент он заговорил:

— Я никогда особо и не ждал, что буду кому-то нравиться, так что мне сложно судить... Конечно, когда тебя полощут на все лады, это неприятно. Но чтобы из-за этого...

— Что? Почему? — воскликнула Ася, глядя на него с изумлением.

Карно даже забыл, что хотел сказать, и просто уставился на неё в ответ.

— Что «почему»?

— Почему это люди не должны тебя любить?

— С чего бы им меня любить? Все меня боятся. Разве страх и симпатия могут уживаться вместе?

— Конечно могут! — выпалила Ася. — То, что ты пугаешь до смерти, это одно, но если ты спас кому-то жизнь, ты хороший человек! И тогда тебя будут любить, даже если ты страшный.

— Вот как?

— Да! И вообще, что касается... — Тут Ася понизила голос. — Проблемы с духом. Когда люди узнают правду, всё изменится. Пока это секрет, но всё же.

— Неужели?

— Карно, ты сейчас только делаешь вид, что согласен, просто чтобы я поскорее закрыла тему, да?

— Есть немного.

Ася сердито нахмурилась, но Карно лишь отшутился в ответ.

— Откуда в тебе такая уверенность, что другие меня полюбят?

— Это не я уверена, это просто факт...

— Может, это просто Ваше Высочество меня слишком сильно любит, поэтому так и говорит?

— !..

Ася подскочила и наставила на Карно лопатку для блинов. У неё даже уши покраснели от досады. Так и не найдясь с ответом, она плотно сжала губы и вернулась к сковороде. Как только идеальный блинчик был перевёрнут, она выпалила:

— Вовсе я тебя не люблю! Наоборот, я как раз из тех, кто тебя боится. Я просто оговорилась.

— Ах, вот как?

— Именно! Раз я боюсь тебя до смерти, извольте поскорее съесть свой блинчик, Карно.

Карно обмакнул кусочек в сироп, отправил его в рот и буднично спросил:

— Тебе правда страшно?

— Да, страшно до ужаса.

— Что ж, тогда ты точно не захочешь слушать письмо, которое приготовился прочесть тебе этот страшный Карно Нойштеттер.

— Письмо? Карно, ты написал мне письмо? — Ася от удивления чуть не свалилась со стула, подавшись вперед.

Карно кончиками пальцев мягко отодвинул её от себя и достал из-за пазухи конверт.

— С чего бы мне писать? Это от другого человека. Сказали, что в лавку прислали письмо от кого-то, кто был в восторге от твоего торта. София передала его мне.

— Правда? И что там пишут?

— Ты же сказала, что боишься меня? И всё равно хочешь, чтобы я его прочёл?

— Я сама прочту! Отдай!

— Ты требуешь у меня письмо, хотя только что утверждала, что я тебя пугаю?

— Да кто вообще боится такого дурачка, как ты! Ни капельки не страшно!

Карно со смехом перехватил налетевшую на него Асю, легко подхватил её и усадил на стул у стола.

— Ваши показания постоянно меняются, Ваше Высочество.

— Это потому, что я из тех людей, кто утром думает: «Проснусь и съем булку с клубничным вареньем», а придя на кухню, выбирает яблочный.

— Против такого аргумента не поспоришь.

Карно наконец протянул ей конверт. Он уже был аккуратно вскрыт.

— Отправитель... имени нет? — Ася озадаченно склонила голову и развернула лист.

Письмо, написанное в крайне вежливом тоне, занимало несколько страниц. На первой шли дифирамбы внешнему виду торта, на второй, его вкусу.

В конце этого восторженного послания автор выражал желание отблагодарить мастера. Он писал, что, хоть таланты его и скромны, он умеет лишь рисовать и созидать, а потому, если это не будет сочтено за дерзость, хотел бы написать портрет кондитера.

— О-о-о... — выдохнула Ася, прижимая письмо к груди и замирая от восторга.

— Там ведь написано про портрет? — подал голос Карно.

— А? Да, точно.

— София сказала, что раз портрет предлагается в качестве благодарности тому, кто создал этот шедевр, то рисовать должны тебя.

— Хм? Но тогда пусть лучше рисует Софию. Ведь именно её тортом этот человек так впечатлился.

— Но рецепт придумала ты, и именно ты дала Софии этот шанс.

Ася перечитала строки с описанием вкуса и ответила:

— Если уж на то пошло, шанс дал ты, Карно, ведь ты нас познакомил. Может, тебе пойти и сфото... то есть, попозировать вместе с Софией? Повесим портрет на стену в лавке.

Ася снова засияла, перечитывая начало письма, но Карно произнес странным тоном:

— Пусть рисуют твой портрет. И хватит уже жарить блины.

— Почему?

— Его Величество прислал людей, хочет подарить нашему Высочеству новое платье, пора на примерку.

Проследив за взглядом Карно, Ася увидела у входа на кухню стайку слуг, терпеливо ожидавших её.

Дни становились теплее, а сумерки наступали всё позже.

— Госпожа, вот письма, прибывшие сегодня.

Вдова маркиза Татарича, осматривавшая цветы в саду, разогнулась и вытерла капельки пота со лба. Поднос в руках служанки был завален почтой.

— Батюшки, и откуда столько?

Вдова маркиза Татарича была женщиной с кротким лицом, худощавая, с длинными волосами, заплетенными в косу на одну сторону. Сняв шляпу и садовые перчатки, она передала их другой служанке и направилась в дом, вскрывая конверты один за другим.

— Надо же, внезапный наплыв желающих посетить чаепитие нашей дочери.

— Хм, спохватились... — буркнула служанка, убиравшая шляпу.

Маркиза мягко щелкнула её по лбу: «Не смей так говорить».

— К сожалению, всем, кто прислал заявки так поздно, придётся отказать. Говорят, принцесса Анастасия с самого прибытия в столицу общалась только с наследным внуком. Излишняя суета и толпа могут её разгневать.

Маркиза мягко улыбнулась, просмотрела последнее письмо и решительно отправила всю стопку в камин.

— Но всё-таки, почему принцесса согласилась прийти именно к вам? Говорят, она больше нигде не бывает.

Служанка, протиравшая пустой поднос, поставила на стол чернила и перо, выражая легкое недоумение. Другая горничная, убиравшая вещи, зашептала:

— Говорят, Его Величество император просто души в ней не чает. Она отклонила приглашения всех других аристократов, и он ей ни слова против не сказал.

— А я слышала, это император её никуда не выпускает.

— Правда?

Маркиза лишь понимающе улыбнулась:

— Она ведь единственная внучка Его Величества. Он лучше всех знает, как утомительны для ребёнка светские выходы.

— Если так, то почему она вдруг решила прийти сюда?

— Может, из-за Натальи? Они ведь одного возраста...

Все трое на мгновение замолчали. Вдова маркиза Татарича с серьёзным видом коснулась лба и взялась за перо.

Быстро закончив письмо, она передала его служанке для запечатывания и произнесла решительным тоном:

— За день до чаепития достаньте из кладовой три кожаных мяча и отдайте их трем самым молодым и крепким слугам.

— Этого... будет достаточно?

— До этого момента смажьте все деревья и заборы маслом, чтобы Наталья не смогла на них залезть. Уберите прыгалки и клюшки для крикета. К лошадям её тоже не подпускайте. Скажите, что в конюшне срочно начался ремонт, она должна поверить.

— Слушаюсь, госпожа.

— И ещё... в доме осталось хоть одно целое платье?

— Вы имеете в виду... платье госпожи Натальи?

Маркиза мгновенно прочитала во взгляде служанки ответ: «Вы серьёзно?»

— Эх, я просто спросила на всякий случай. Фух... Праздничный наряд Натальи закажем у Жозе Альмана. Он мастерски умеет кроить брюки... то есть, изящные линии.

— Слушаюсь.

— Цветы готовы, чай выбран. Осталось только подготовить сладости.

Маркиза написала еще пять отказов, взяла новую карточку и продиктовала список кондитерских:

— Обязательно закажите печенье в лавке «Ремеротиль».

Мякоть, сияющая словно красные рубины, россыпь мелких зернышек и свежая зеленая чашелистик-корона. Ася с блаженным видом прижимала к себе корзину с последней клубникой этого сезона, её просто невозможно было не любить. Она планировала приготовить клубничный тарт в подарок на чаепитие у маркизы Татарич.

Однако, стоило Асе поставить корзину на стол, как слова Рис заставили её скривиться так, будто она надкусила кислую кожуру хурмы.

— Неужели это обязательно?

— Да, Его Величество император лично передал это распоряжение. И ещё он сказал, что вы должны сами зайти в казармы и выбрать рыцаря, который будет вас сопровождать.

— Когда я говорила про чаепитие, он ничего такого не упоминал...