Психопат из мурима Том 1 Глава 106 Фея Мурима (1)

С того самого момента, как Хва Ёджи довелось повстречать его, его образ никак не выходил у неё из головы.

Оставленный им образ был слишком неизгладимым.

Он постоянно волновал её сердце.

Что же это за странное смятение?

Именно потому, что она желала разобраться в этом, она и ждала его появления здесь.

И поэтому мысль о том, что он может не появиться, не могла не вызывать у неё беспокойства.

– А? Госпожа, разве это не тот человек? Ну, с того раза. Его имя было…

Внезапно Хва Сонхян, указывая пальцем в сторону внутреннего двора, воскликнула.

Поскольку Хва Ёджи сосредоточенно искала Чон Джихана, она не обратила никакого внимания на её крик и продолжала осматривать район приёмных пунктов.

Ведь внутренний двор — это территория, куда имели доступ лишь гости из Девяти Великих Сект, Четырёх Великих Семей или высокопоставленные чины Союза Боевых Искусств.

Как мог появиться там такой неприметный странник, как Чон Джихан?

– Чон… Чон… как же его…

М?

Чон?..

– Чон Джихан?!

– А! Точно! Чон Джихан! Так вот как его звали… А? Госпожа?

Услышав слова Хва Сонхян, Хва Ёджи резко повернулась в направлении внутреннего двора.

Однако голова Хва Сонхян загораживала обзор, и разглядеть что-либо было затруднительно.

Туд!

Хва Ёджи поспешно переступила через голову Хва Сонхян и перелетела на здание напротив.

Там находился Мужской Павильон Почётных Гостей, но ей было всё равно.

Ещё в секте Хуашань Хва Ёджи привыкла поступать так, как ей вздумается.

Будучи дочерью главы секты, внутри родной обители она не испытывала страха ни перед кем, и эта привычка никуда не исчезла, даже когда она покинула родные края.

Забраться на крышу мужского павильона?

Разве это проблема?

Фью-у!

Изящная техника передвижения «Плывущий ивовый лист» была активирована.

Хва Ёджи была своенравной, дерзкой и гордой.

Но её мастерство боевых искусств было подлинным, достойным одной из Пяти Фениксов.

Однако…

Фью-у!

Кто-то внезапно взлетел ей навстречу.

И не один.

Двое.

Один человек первым приземлился на крышу Мужского Павильона Почётных Гостей.

А второй как раз поднимался вверх, в тот самый момент, когда Хва Ёджи совершала перелёт.

«…!»

Это был мужчина с очень длинной чёлкой.

Во время прыжка его волосы бешено развевались на ветру, и сквозь них его глаза встретились с глазами Хва Ёджи.

Её взгляд был направлен вниз.

Его – вверх.

Его пугающе равнодушные, но в то же время непоколебимые глаза стремительно приближались.

– Ах!

Хва Ёджи уже полностью раскрыла «Плывущий ивовый лист».

Теперь она не могла ни изменить направление полёта, ни вернуться на крышу Женского Павильона, где осталась Хва Сонхян.

Даже её отец, глава секты Хуашань, не смог бы справиться с такой ситуацией.

Ещё одно мгновение – и она столкнётся с этим мужчиной.

Кем бы он ни был.

Но именно в этот момент мужчина с бесстрастными глазами очень точно протянул руку и естественно обнял её.

Его техника была настолько неуловимой, что без всякого сопротивления вплелась в её движение.

Нет.

Не вплелась.

Она растворилась в нём.

Обычно сила его прыжка и поток «Плывущего ивового листа» должны были столкнуться, что привело бы к серьёзным последствиям.

Но он без малейших колебаний подхватил её тело, скользящее, словно ивовый лист, и продолжил собственное движение, не нарушая её потока.

Это плавное движение…

Почему-то напомнило ей «Плывущий ивовый лист».

Или ей показалось?

Фью-у!

Туд.

– Фух… Ты и правда поражаешь. Столкнувшись с «Плывущим ивовым листом», ты за одно мгновение сориентировался и скопировал сам поток движения. Хе-хе. Подумать только, с таким талантом ты занимался наёмной работой. Жаль. Какая жалость.

Мужчина средних лет, который первым оказался на крыше, обратился к тому, кто держал Хва Ёджи.

Поразительно, но он с первого взгляда распознал технику движения Хва Ёджи.

А ещё более удивительным было другое.

«Неужели он скопировал «Плывущий ивовый лист»?»

Она не могла быть в этом уверена.

Но слова мастера, способного с одного взгляда опознать «Плывущий ивовый лист», нельзя было просто так игнорировать.

Даже ошеломлённая, Хва Ёджи с любопытством посмотрела на мужчину, который держал её.

Его лицо снова было скрыто волосами, и те равнодушные глаза, что она видела мгновение назад, больше не появлялись.

У него и вправду было довольно красивое лицо.

И странные глаза.

Не осознавая этого, она долго смотрела на него снизу вверх.

Точно так же, как недавно смотрела на Чон Джихана.

– Хе-хе. Похоже, юная госпожа тебе очень понравилась. Никак не может отпустить тебя.

– …Ой!

Только после слов мужчины средних лет Хва Ёджи осознала, что находится в объятиях совершенно незнакомого человека.

Она поспешно высвободилась.

Туд.

– Ай!

То ли мужчина уже убрал руку, поддерживавшую её спину, то ли она отпустила его слишком резко, но Хва Ёджи беспомощно упала на черепицу, больно приземлившись на пятую точку.

Мужчина взглянул на неё один раз и тут же направился к мужчине средних лет.

– Эй, парень. Разве можно так грубо обращаться с такой красавицей?

– Она сама отпустила руки.

– Ц-ц-ц. Типичный неудачник. Такой за всю жизнь и женскую руку нормально не подержит. Эй, юная госпожа.

– …Д-да?

Хва Ёджи ответила автоматически.

Ситуация, казалось, была настолько нелепой, что слова вырвались из неё сами собой, пока она пребывала в замешательстве.

Она и сама не понимала, почему.

Возможно, потому что в Хуашань никто и никогда не позволял себе говорить с ней так дерзко и грубо.

– Я извинюсь за него. Этот парень вырос на суровом и неприветливом Севере, так что у него совершенно нет манер. Прошу понять его, прекрасная юная госпожа.

– …А, да. Да…

Она кое-как ответила и снова взглянула на мужчину.

Но тот уже отвел взгляд и смотрел куда-то вдаль, на Центральный Великий Тракт.

Хва Ёджи невольно проследила за его взглядом.

И только тогда она вспомнила, зачем вообще пыталась сюда попасть.

«Чон Джихан!»

Мужчина смотрел на Чон Джихана.

Действительно, стоило только перейти с крыши женского павильона на эту сторону, к мужскому Павильону Почетных Гостей, как подавляющее присутствие Чон Джихана стало ощутимо.

И…

«Или он смотрит на ту женщину?»

Рядом с Чон Джиханом шла женщина такой красоты, что словами это было почти невозможно описать.

Поскольку прядь волос скрывала глаза мужчины, Хва Ёджи не могла определить, на Чон Джихана ли он смотрит, на ту женщину, или на них обоих.

«Но… она вообще человек? Фея?»

Женщина, шедшая рядом с Чон Джиханом, была прекрасна.

Нет.

Слово «прекрасна» даже близко не подходило.

Темные брови, словно ясное ночное небо.

Переносица, будто отполированная вечным мастером.

Губы цвета вишни, разбавленные водой ровно настолько, чтобы оттенок стал нежным.

Подбородок с четкими линиями, округлый, но не чрезмерно.

Длинные волосы, отливающие блеском.

Кожа с легким розовым свечением.

Длинная шея.

Изящная фигура.

Красива.

Совершенна.

До такой степени, что трудно было поверить, будто подобное существо принадлежит этому миру.

Лицо Хва Ёджи внезапно залилось краской.

Сам факт того, что кого-то вроде неё когда-то называли первой красавицей Шэньси, показался жалким.

Даже то, чем она гордилась, стало стыдно вспоминать.

Эта фигура, грациозно ступающая в бело-голубом шелке…

Разве она не была настоящей феей?

В груди Хва Ёджи словно образовалась тонкая царапина.

Всего от одного взгляда.

– Хи-я-а… Стоило выйти в Центральные равнины, и уровень сразу другой, да? Эй, ублюдок. Знаешь, кто эта юная госпожа?

На вопрос мужчины средних лет мужчина на мгновение бросил туда взгляд, а затем медленно произнес:

– Знаю. Очень хорошо.

Он сказал это, подняв руку и слегка отведя челку.

Он, Дон Бон Су, знал эту женщину…

Нет.

Этого парня, скрывающегося под видом женщины, здесь знали лучше всех.

– Намгун Хе.

«До Хо Ок.»

***

Фея Мурима.

Так называют женщину, подобную фее из мира боевых искусств.

На первый взгляд звучит просто, но это выражение заключает в себе множество смыслов.

Обычно в Центральных равнинах самую красивую женщину определенной местности называют «первой красавицей» этого места.

Но что, если вместо названия местности там стоит слово «Мурим»?

Весь Мурим.

А после этого используется не «первая красавица», а «фея»?

Величайшая красота и талант Мурима.

Самая прекрасная женщина мира боевых искусств, к тому же выдающаяся по своим дарованиям.

Именно это и означало звание Феи Мурима.

В каком-то смысле это был чрезвычайно громкий титул.

Однако за всю историю существовало лишь несколько женщин-мастеров, удостоенных этого имени.

Затем, когда активность женщин в боевых искусствах почти на столетие пошла на спад, этот титул исчез.

И вот недавно появилась женщина, вновь унаследовавшая его.

Намгун Хе.

Женщина, которая в один день, накануне собственной свадьбы, потеряла всю семью и горячо любимого жениха.

Её род был уничтожен внезапным нападением Замка Небесного Демона и Восемнадцати водных крепостей Янцзы.

Женщина, будто одна вобравшая в себя все несчастья мира.

Естественно.

Как и следовало ожидать, поначалу никто не знал, насколько она выдающаяся.

Возможно…

Она была такой с самого начала.

Просто её семья была слишком велика и сияла слишком ярко, и её собственный талант терялся в этом блеске.

До Великой резни в Аньхое о Намгун Хе было известно лишь то, что она – первая красавица Аньхоя.

Или добрая, добродетельная вторая дочь главы семьи Намгун.

Вот и всё.

Поэтому, когда она поклялась отомстить за семью и жениха и решила стать одной из рук Союза Боевых Искусств…

Люди говорили:

«Такая, как ты?»

«Даже если ты унаследовала искусство внутренней энергии До Хо Ока, разве женщина способна использовать Громовой клинок – боевое искусство крайнего Ян?»

«Что ты можешь сделать одним лишь красивым лицом?»

И тому подобное.

Кто-то пытался отговорить её от безрассудства.

Кто-то насмехался.

Никто не ожидал от неё великих свершений.

Однако…

Намгун Хе разрушила естественные ожидания мира.

Самым неестественным образом.