Психопат из мурима Том 1 Глава 124 Дон Бонсу против Мурон Бёна (2)

Он намеренно промахнулся?

Нет, это не похоже на правду.

Неверие застыло на лице Мурон Бёна, словно он и сам не понимал, что произошло в этот момент.

«Ч-что?.. Как?..»

Однако это выражение быстро исчезло, уступив место прежней ярости.

Мурон Бён мгновенно выдернул меч из земли и на этот раз со всей силы рубанул Дон Бонсу по боку.

Но….

Чем ближе клинок подступал к телу Дон Бонсу, тем сильнее он замедлялся. А затем и вовсе остановился.

– А-а-а-а!

Мурон Бён напрягся до предела, пытаясь продвинуть меч вперёд, но клинок не сдвинулся ни на миллиметр. В прошлый раз удар, казалось, соскользнул вниз, как по мокрой скале. Теперь же меч словно упёрся в вековую твердыню.

– Полезно.

Дон Бонсу произнёс это совершенно обычным, почти ленивым тоном.

– А-а-а-а!

Мурон Бён выжал всё, что мог, и наконец с трудом выдернул меч из «пустоты».

Звучит странно, но для очевидцев всё выглядело именно так: Мурон Бён изо всех сил пытался вытянуть клинок, застрявший в пустом пространстве рядом с Дон Бонсу. Если бы это было шоу, лучшим актёрам Центральных равнин пришлось бы немедленно уступить ему своё место.

– Ха-а… ха-а…

Всего лишь вытащив меч из пустоты, он уже промок от пота, а его дыхание стало тяжёлым и прерывистым.

– Чёрт! Что это такое? Колдовство?

Из уст Мурон Бёна, который до этого старался держаться вежливо, вырвалось ругательство. Настолько всё было нелепо. Настолько непостижимо.

Подобных боевых искусств он никогда не видел и даже не слышал о них. Нет, вопрос был уже в другом: являлось ли это вообще боевым искусством?

Нет.

Это должно быть колдовство.

Иначе всё, что он копил и оттачивал всю жизнь, превращалось в насмешку.

А может…

насмешкой становились все, кто находился здесь.

Люди всегда боятся того, что отличается от привычного. Боятся того, чего не понимают. Так было, когда впервые появилась наука. Так же происходит при встрече с такими существами, как он.

Дон Бонсу всего лишь испытывал разными способами боевое искусство, к которому пришёл сам, – поле истинной ци.

Оно просто немного отличалось от того, что знали остальные.

Он просто открыл путь, о существовании которого другие ещё не догадывались.

– Чёрт!

Немного отдышавшись, Мурон Бён снова выругался и бросился на Дон Бонсу.

Шшшшк! Шшшшк!

Первая форма Меча Небесной Сети – Пять рассеянных сетей.

Вторая форма Меча Небесной Сети – Небо, покрывающее тёмный мир.

.....

Тхуд.

– …

Он применил все формы Меча Небесной Сети.

И всё равно Дон Бонсу не сдвинулся с места ни на шаг.

Изнурённый Мурон Бён рухнул на колени прямо перед ним.

– Хаа… хаа…

Вокруг арены стало настолько тихо, что слышался каждый его сдавленный вдох.

Тап. Тап. Тап.

Дон Бонсу двинулся с места.

Кинжал Данмок Гу всё ещё был у него в руке.

Он подошёл к Мурон Бёну вплотную, наклонился и приблизился к его лицу — на расстояние всего одного цуня.

Мурон Бён заметно вздрогнул.

Свист.

Дон Бонсу поднёс кинжал к его лбу. Мурон Бён даже не осознал, что произошло и когда, но позволил лезвию коснуться его кожи.

Тонкая струйка крови скатилась со лба, прошла по переносице, собралась каплей на подбородке и упала вниз.

Свежая кровь чистыми алыми точками легла поверх засохших, уже почерневших пятен крови Данмок Гу.

– …

Площадь погрузилась в абсолютную тишину.

Это была не та тишина, что повисла после лёгкой провокации Намгун Хе. И не та, что возникла во время одностороннего избиения Данмок Гу.

Другая.

Тяжёлая.

Непривычная.

Словно все разом увидели нечто, совершенно не вписывающееся в их миропонимание.

Даже сам Мурон Бён не понимал, что происходит и что ему теперь делать. Он не мог говорить. Не мог отвести взгляд.

Потому что прямо перед ним, всего в одном цуне*, были глаза Дон Бонсу.

– Это боевые искусства. Не колдовство.

– Просто ты видишь их впервые, – произнёс Дон Бонсу.

***

Над ареной перед Внутренним двором тоже воцарилась напряжённая тишина.

– …

Чон Джихан бесстрастно стоял в центре площадки, держа Великий Небесный Непоколебимый Меч. У его ног лежал без сознания мужчина.

Па Хорын из Восьми Абсолютов Чжэцзяна.

Без сомнения, он был первым среди молодых звёзд Чжэцзяна. Если не учитывать его происхождение, он был выдающимся мастером, о котором говорили, что он почти не уступает даже Девяти Драконам.

И такой человек пал от одного удара Чон Джихана.

Точнее, удар даже не достиг его напрямую.

Па Хорын, очевидно, заблокировал меч.

Но всё равно потерял сознание. Это означало, что сила, заключённая в одном ударе Чон Джихана, оказалась чудовищной.

Теперь уже пятеро противников подряд потеряли сознание от одного его удара.

– М-молодой… великий герой Чон Джихан проходит в финал!

Тот, кто подряд побеждал пятерых претендентов, проходил в финальный этап.

Согласно новому правилу, Чон Джихан стал первым финалистом на арене перед Внутренним двором.

– Ва-а-а!

– Лучший! По-настоящему лучший!

– Появился сильнейший претендент на победу!

Зрители, только что ставшие свидетелями его подавляющего выступления, кричали изо всех сил.

Сам Чон Джихан никак на это не отреагировал. Спускаясь с арены, он всё время смотрел на север.

Потому что Великий Небесный Непоколебимый Меч дрожал именно в том направлении.

– Что это?.. Почему Великий Небесный Непоколебимый Меч так плачет? Кто там может быть?..

А направление было…

***

– Должно быть, Центральный большой тракт? Там, где Дон Гванчхон?

Ён Ёнха произнесла это, едва шевельнув губами.

Если Чон Джихан смотрел на север, то она смотрела на юг.

Две пары глаз были обращены в разные стороны.

Но смотрели они в одно и то же место.

На арену Центрального большого тракта.

Несколько мгновений назад Ён Ёнха почувствовала оттуда очень сильный поток энергии. Сейчас он уже стих, но такое мог сделать далеко не каждый.

И главное – в этом потоке совсем не ощущалось эмоций.

Дон Гванчхон.

Это был он.

– Хия-а-а!

Противник, до этого только и ждавший удобного момента, бросился в атаку, пока Ён Ёнха отвлеклась.

Но…

Скучно.

Так же скучно, как с предыдущими четырьмя. Хотя этот, пожалуй, был особенно унылым.

Тхвак.

Её рука двинулась вперёд, и перед противником возникла завеса ци. На мгновение она преградила ему путь, а затем обернулась вокруг лица.

– Хе…

В один миг лицо противника превратилось в кровавое месиво. Он даже не успел громко закричать и рухнул без сознания.

– Не то. Я ошиблась?

Она не видела технику Дон Гванчхона своими глазами, но была уверена: всё выглядело иначе.

То, как он применил энергию, и то, что только что сделала она, отличались слишком сильно. Между ними была огромная разница.

Ён Ёнха надула губы, а потом вдруг ярко улыбнулась.

– Ничего. Увижу своими глазами – пойму.

Она присела на корточки и приподняла лицо противника, уткнувшегося головой в пол.

Все зубы выбиты, нос смят. Крови тоже было немало. Кровь предыдущих четырёх уже въелась в пол арены, а поверх неё ложилась новая.

Ён Ёнха небрежно опустила голову противника обратно и обратилась к судье, который оцепенело смотрел на неё издалека:

– Эй, господин. Ты чего стоишь? Этот, который только что упал, разве не пятый?

– А… а, д-да. Молодой герой Ха Ёнён проходит в финал!

– Ва-а-а-а!

Стоило судье произнести эти слова, как Ха Ёнён… то есть Ён Ёнха стала первой финалисткой на арене у Врат Боевого Сияния.

Скучно.

Скучно.

До безумия скучно.

Так скучно, что можно взорваться.

«Терпи. Потерплю ещё немного. Там меня ждёт Дон Гванчхон. Когда я увижу его, это возбуждение немного уляжется. Хотя, может, случится наоборот».

Ён Ёнха спустилась с арены у Врат Боевого Сияния и направилась на юг.

Турнир продолжился.

Здесь – на арене перед Внутренним двором, где был Чон Джихан.

И там – на Центральном большом тракте, где стоял Дон Бонсу.

***

– …

В отличие от двух других арен, вокруг центральной площадки на Центральном большом тракте, где стоял Дон Бонсу, всё оставалось подавленным и тихим.

Люди просто смотрели на него с раскрытыми ртами.

Хва Сонхян – с крыши.

Намгун Хе – с судейского места.

Пэн Хорю – снизу, у арены.

Мурон Бён – на коленях прямо перед ним.

– …Я… проиграл…

Мурон Бён едва выдавил признание, избегая бездонных глаз Дон Бонсу.

Потом поднялся и бессильно спустился с арены.

Переворот.

Один из Девяти драконов, которого считали претендентом на победу, слишком легко пал в незапланированном предварительном бою.

– Т-т-т…

Он был настолько силён!

Хва Сонхян от потрясения села прямо на крышу.

Она удивилась ещё тогда, когда он внезапно прыгнул на арену. Зачем ему без нужды встречаться с мастером вроде Мурон Бёна? Ведь можно было просто подождать и получить противника полегче.

Теперь она поняла: ждать ему было незачем.

Этот человек был куда большим мастером, чем думали они с Хва Ёджи.

Настолько большим, что его уровень трудно было измерить.

Тук-тук.

Сердце, которое ещё недавно едва не лопнуло от тревоги, теперь забилось уже по другой причине.

Имя Дон Гванчхон всё глубже вырезалось в нём.

Сердце Пэн Хорю тоже колотилось бешено.

Даже когда он получил пустую славу одного из Трёх звёзд, он ничего не почувствовал. Просто захотел встретиться с двумя другими молодыми звёздами.

Он уже встречал нескольких из Девяти драконов, включая Мурон Бёна. Но название «Девять драконов» оказалось таким же пустым, как и «Три звезды».

Красивые снаружи, но безвкусные яблоки.

А этот человек…

Дон Гванчхон.

Он был другим.

Ощущение, исходившее от него. Его мастерство. Странная, непонятная таинственность. От всего этого у Пэн Хорю по телу пробегала дрожь предвкушения.

Тап.

Он сам не заметил, как уже оттолкнулся от земли.

Вжух.

Холодный весенний воздух ударил по телу, но Пэн Хорю не почувствовал холода. Не успел даже осознать движение – и уже опускался на арену.

Его шаг был слишком лёгким для такого мощного телосложения.

Именно этот звук заставил противника повернуть голову.

– Пэн Хорю.

При упоминании имени Пэн Хорю толпа снова зашевелилась.

П. п.: Цунь (китайский дюйм) – в современной КНР с 1984 года чи принимается равным 1/3 метра; соответственно, цунь равен 1/30 метра ≈ 3,33 см.