Re:IF. Если начать жизнь в альтернативном мире Том 1 Глава 7 Последний месяц

Пожилой маг бросил взгляд на доставленную к нему Рем, неодобрительно окинув бледную девушку, и произнес...

Доктор: Неужели перерывы между схватками могут быть настолько короткими в самом начале? Что происходит?!

Рем: …Хаа.

Доктор приложил руки к животу тяжело дышащей Рем, отслеживая частоту болезненных спазмов, пронзающих измученное тело девушки. Он раздраженно цокнул на растерянного Субару и произнес...

Доктор: В норме, перерывы между схватками большие. Это признак того, что роды скоро начнутся, и процесс набирает обороты. Но реакция вашей жены НЕНОРМАЛЬНА! ЭЙ! ЖИВО ЕЕ СЮДА!!!

Маг внезапно крикнул своему помощнику, чтобы тот позвал акушерку. Старый целитель покинул палату, и паника начала расползаться по всей клинике.

Рем: Субару…-кун……

Субару: Рем! Рем, ты в порядке… Конечно же нет. Черт, вот дерьмо… Не волнуйся, я буду рядом…

Субару испытывал сильное раздражение от того, что, держа страдающую Рем, он не мог подобрать никаких утешительных слов. Женская ладонь так крепко сжала его руку, что он ощутил тупую боль, но это было лишь ничто по сравнению с тем, что сейчас испытывала Рем.

Субару всерьез был готов к тому, что она раздавит его руку, лишь бы ей от этого стало хоть немного легче.

Рем: Рем не… сделает этого. Это… Все-таки, это… Рука ее любимого мужа… Хи…

Уловив взволнованные мысли Субару, Рем слегка улыбнулась. То, как сильно она выглядела сейчас, заставляло Субару дышать все более прерывисто.

Он должен был сказать что угодно, сделать что угодно, лишь бы Рем стало комфортнее. Почему же в итоге она заботилась о нем?

Рем: Тия…-сама……

Субару: …Рем, не думай сейчас об этом. Сосредоточься на себе.

Рем: Рем не… об этом… Тия-сама ведь сказала это раньше? Что ребенок внутри пытается выбраться из-за того, что… оковы разума Рем… спят…

Субару: Да… Она так сказала…

Услышав это неуверенное замечание, Субару действительно задумался о смысле сказанных тогда слов.

Срок, оговоренный между Рем и Тией, длился… до рождения ребенка. Тия должна была ничего не предпринимать, лишь следить за возможными промахами Рем.

Но, тем не менее, это был абсолютно бессмысленный договор, не возымевший никакого эффекта.

Рем: Сделка закончилась, и теперь… ребенок, наконец-то, лезет наружу…

Субару: ……Ты можешь не верить мне, но это лишь совпадение. Эти события просто сошлись по случайному стечению обстоятельств, не стоит так об этом беспокоиться.

Самоубеждение, конечно, может влиять на состояние человека, но точно не на длительность беременности. Да, они, конечно, рожают раньше, чем это предсказывали маги, но…

Тем не менее, роды – это не какой-то пустяк, их нельзя так просто предсказать или сдержать.

Рем: Это… Это беспокоит Рем. Потому что… Рем…

Субару: Рем? Что такое? Говори мне все. Давай, я выслушаю все, что ты хочешь сказать.

Рем: … Рем… боялась. Рем боялась, что ребенок… родится.

Рем невероятно сильно сжала ему руку, говоря это со слезами на глазах.

Субару на мгновение перестал дышать, и Рем, продолжая изливать слезы, с закрытыми глазами произнесла…

Рем: Рем была так счастлива, что ты был рад ребенку. Рем правда была… Рем правда была счастлива. Но… Рем очень боялась ребенка. Потому что…

Субару: …

Рем: Потому что… Рем… Рем не смогла стать хорошим ребенком… когда она сама была маленькой. Рем подвела… маму и папу… и жителей деревни… они все думали, что… Рем безнадежный ребенок…

Неконтролируемые потоки слез ручьем текли из глаз Рем. Прильнувший к ее откровениям Субару даже не успевал вытирать их с ее милого, раскрасневшегося лица.

Она не смогла стать хорошей дочерью. Эти сожаления сковали ее сердце тревогой.

Рем: И несмотря на все это, у Рем будет ребенок… и Рем так волновалась, она не могла перестать нервничать. Быть хорошей дочкой… хорошей младшей сестрой! Рем не могла стать никем из них… и не знала… сможет ли Рем стать хорошей… мамой…?

Субару: Рем……

Рем: Рем не хотела… расставаться с Тией. Рем мечтала, чтобы никаких сроков не было, чтобы мы день ото дня сидели вчетвером в том многоэтажном доме, чтобы это счастье длилось вечно… но Рем ошибалась.

Рем волнительно трясла головой, разбрасываясь слезами и своими сокровенными тайнами.

Словно она наказывала себя за какие-то ужасные грехи.

Рем: Рем была так… напугана, что станет родителем. Рем боялась… встретиться лицом к лицу с ребенком. Рем, правда, боялась все это время. Рем думала, что она не сможет стать хорошей мамой!

Субару: ……

Рем: Потому что, Рем всегда… разочаровывала… всех прекрасных людей… вокруг нее…

Дыхание Рем стало тяжелее, а лицо покраснело от волнений и печали. Она подняла свободную руку и, вытерев пролитые слезы, не смогла убрать ладонь с лица, продолжая плакать.

Душераздирающие порывы Рем разрывали сердце Субару.

Это было так ярко. Так естественно. Но, при этом, так ужасно печально.

Субару: ……

Субару беспокойно сглотнул слюну и, пытаясь подобрать слова, погрузил свой разум в абсолютный хаос.

Что он мог ей сказать? Он не знал. «Прости, что побеспокоил тебя»? «Прости, что не заметил твоих душевных переживаний»? Или осудить её, посоветовав: «Не будь столь самокритична»? Ни одна из этих фраз не казалась ему подходящей.

Всё дело было в том, что она открыла ему свои самые сокровенные чувства, излила всю ту ненависть и разочарование, что накопились у неё от близких ей людей.

Именно так всё и обстояло. Рем сама сказала, что разочаровывала каждого, кто был рядом с ней. Она призналась в этом после того, как решила подтолкнуть Субару к нужным вопросам.

Но всё же, о чём он думал? Была ли Рем расстроена им?

Субару: Рем.

Рем: ……

Услышав своё имя, Рем повернулась к Субару, не убирая дрожащую руку от своих заплаканных глаз. Схватки и скорбь терзали её сердце, в голове царил полный сумбур, и это было очевидно.

Субару тоже испытывал волнение, размышляя о том, что ему следовало бы сказать в такой момент.

Поэтому Субару взял Рем за другую руку, отодвинул её в сторону и ласково погладил по голове, произнеся…

Субару: Я понимаю, что ты чувствуешь. ……Правда.

Рем: Субару…-кун……?

Рем медленно подняла свои блестящие глаза, словно удивляясь такому нежному тону своего мужа. Интересно, насколько жалко он выглядел в её глазах в этот момент.

Тревога Рем, казалось, полностью и безоговорочно отражалась в Субару, будто они были неразумными зеркалами друг для друга.

Субару: Знаешь, со мной… ……схожая история. Нет, у меня даже хуже. Я никогда не был хорошим ребёнком. Я… не ценил… …папу или маму.

Рем: ……

Субару: Они были просто чудесными родителями. Мои мама и папа, вероятно, были лучшими во всём мире. Они любили друг друга, они были так добры ко мне… Они постоянно говорили, что любят меня…

Слёзы потекли и из глаз Субару.

Он прожил с Рем полтора года, а в этот мир попал около двух лет назад. Всё это время Субару никому не рассказывал о своём прошлом… Ни разу.

Причина крылась в том, что это было связано с теми временами, о которых Субару отчаянно старался не думать. Они жили с Рем так хорошо и счастливо, что ему было страшно даже вспоминать что-либо.

Субару начал ценить своих родителей… Но было уже слишком поздно… В глубине души он жалел, что ему вообще пришлось стать их ребёнком.

Его добрые и строгие родители дарили ему гнев, радость, счастье, любовь, подарки… Но их жалкий сын не смог им ничего отплатить взамен. Он был просто отвратителен.

Как Нацуки Субару, будучи таким отвратительным сыном, мог вообще возомнить себя хорошим отцом? Именно этого он боялся всё это время.

Субару: Но я не могу… показать тебе, кто я есть на самом деле. Это я… это я привёл тебя сюда. Я хочу сделать всё возможное, чтобы ты была счастлива. Я пообещал себе, что ты будешь счастлива…

Именно поэтому он так долго скрывал своё волнение, старался на работе, усердно заботился о Рем.

Он надеялся, что, став хорошим мужем, он сможет стать и хорошим отцом.

Субару: Но… это не так просто. Конечно, не просто. Ты же знаешь, я стану чьим-то родителем. Я не могу решать все проблемы с помощью холодной логики. Всё же я…

В последний момент он выплеснул всё, что накопилось в нём, будто в знак раскаяния за то, что ничего не знал о переживаниях Рем.

Они оба понимали, что не были идеальны. Они боялись, что забота о ребёнке окажется им не по силам.

Они были так напуганы. Так сильно напуганы. Они боялись даже того, что признались в своих страхах…

Рем: Субару…-кун… ты сожалеешь, что мы… оставили ребёнка?

Субару резко поднял голову, направляя свой точный взгляд на заплаканное лицо Рем.

Её глаза сияли горем и отчаянием. В её животе был их ребёнок. Схватки уже начались, и до родов оставалось совсем мало времени.

После всего, что с ними произошло, она сказала такое… Желала ли она вообще ребёнка?

Субару: ……

Он знал, что Рем сама не знала ответа на этот вопрос.

Он и сам не был уверен. Субару, преследуемый сомнениями, сожалениями, волнениями, зашёл слишком далеко. Он винил себя за эту неточность. Он винил себя за это бездействие. Он винил себя за вечные «лёгкие» пути, которые он выбирал.

Субару только и делал, что убегал… Убегал от своих родителей, убегал от реальности, убегал от этого мира, убегал от своего обещания, убегал от близких людей. Он боялся потерять то… чего у него и так не было.

Неужели он зашёл так далеко, чтобы просто всё потерять?

Субару: Нет… Рем, я ни о чём не сожалею. Я… я спасён.

Рем: Субару-кун……

Субару: Я постоянно убегаю от проблем. Я снова бросил всё тогда и сбежал вместе с тобой… Но когда я услышал о ребёнке, я был спасён. Даже после череды побегов у меня ещё осталось что-то позади… И это он.

Субару волновался. Он просто не мог лгать. Субару, не ценивший своих родителей, всегда боялся стать таким же. До сих пор. Этот страх никуда не делся. И, возможно, никогда и не исчезнет.

Но, в то же время, Субару понимал ещё кое-что. Он познал любовь лучших родителей на свете.

Субару: Я был… ужасным сыном. Но мои родители были лучшими. Думая об этом… Не бойся, что бы ни случилось, я буду любить нашего ребёнка.

Рем: ……

Субару: Раз мама с папой смогли полюбить такое ничтожество, как я… Я уверен, я смогу полюбить ребёнка… полюбить свою семью.

Улыбки родителей всплывали в сознании Субару... и он тоже улыбался. Он гордился ими, теперь он понимал это.

Нацуки Субару был благословлён лучшими родителями на свете... до 17 лет.

Рем: ……

После того, как Субару сказал это с улыбкой, Рем, ещё больше покраснев, потеряла дар речи, широко раскрыв свои заплаканные глаза в изумлении.

Струйки слёз слились в один бурный поток, и тогда с лёгкой и милой улыбкой Рем произнесла:

Рем: …Ты фанатичен, как демон (Они).

С такой прекрасной улыбкой она пробудила в его сердце не самую приятную ностальгию.

Должен ли был Субару кивнуть с той же улыбкой, что и в тот день в особняке?

Но вскоре…

Доктор: …Акушерка здесь. Начинайте подготовку к родам. Ты выходи. Иди молись.

Старый маг вернулся в палату с какой-то женщиной средних лет. Субару подумал, что доктор подозрительно точно выбрал время, чтобы их прервать, но тот лишь нетерпеливо смотрел на него с кислой минной.

В любом случае, время пришло. Субару взглянул на Рем и напоследок ещё раз сжал её ладошку.

Субару: Рем, всё то, что я тебе сейчас сказал… было правдой. Пожалуйста, поверь мне.

Рем: ……Рем…всегда…верит Субару-куну.

Субару: Оох, это прекрасно.

В помещение вбежал помощник с нужными инструментами, акушерка принялась давать ему указания, что с ними делать, а доктор лишь раздражённо кивал Субару, указывая ему на выход.

Субару: Я не могу остаться?

Доктор: Ты серьёзно думаешь, что мужчина, стоящий рядом, чем-то нам поможет? Я позвал лишь помощника и акушерку. Даже я здесь на всякий случай, от меня не так уж много зависит.

Старый волшебник фыркнул на Субару и отвёл от него свой взгляд. Хоть он и вёл себя так прямолинейно, ему можно было доверять.

Субару: Доктор, позаботьтесь о Рем.

Доктор: Скажи это акушерке.

Старик небрежно помахал ему, отчего на его лице появилась улыбка.

Субару: Рем, я буду ждать. …Моя жена и ребёнок в ваших руках.

Рем: Да, твоя Рем всё поняла, и… ……Про Тию-саму…

Субару: Я знаю.

Услышав его мягкое одобрение, Рем закрыла глаза и тяжело задышала.

Битва, которую могла выиграть только Рем, началась.

???: Выйдите!

После негромкого крика акушерки Субару окончательно вышел из комнаты. Как только дверь захлопнулась, он услышал пронзительный вопль Рем, наполненный болью. Её долгое, долгое сражение началось.

По правде говоря, он собирался продолжать следить за этой схваткой, хоть и за дверью в палату.

Халибель: …Су-сан

Но как только Субару вышел в коридор, с ним заговорил Халибель. Это не было такой уж неожиданностью, ведь, всё-таки, он предупредил его, куда именно он понесёт Рем.

Халибель был единственным человеком, кто понимал сложившуюся ситуацию, не включая Субару и Рем.

Халибель: Как Рем-чан?

Субару: Она только на начальной стадии родов. Они сказали, что мужчина лишь помешает и вышвырнули меня за дверь. ……Я, и правда, бесполезен в подобной ситуации.

Халибель: Я тоже. Это задача Рем, и ничья другая. Тем более, у нас ещё есть много незавершённых дел. ……Су-сан, ты же понимаешь, о чём я говорю?

Субару криво улыбнулся на пониженный тон Халибеля с многозначным "Дааа".

По физиономии Халибеля и по всему тому, что произошло с ними ранее, он спокойно мог выявить их проблемы.

Субару: Человек, похитивший светящуюся сферу, пришёл в город, чтобы убить меня. А что насчёт Тии……

Халибель: Взгляни на это.

В ответ на слова Субару Халибель вытащил что-то из рукава своего кимоно. Эта вещь, сделанная из чёрных ниток, была похожа на нечто, что можно было обвязать вокруг руки. …После, он всё понял.

Субару: Это тот браслет удачи, который ты подарил Тие.

Халибель: Браслеты удачи - парные волшебные артефакты из чёрной оплётки. Не буду объяснять, как это работает, но… Если с владельцем одного из браслетов что-то произойдёт, то.....

Сказав это, Халибель покрутил сплетённым кольцом в руке. Артефакт рассыпался в его руках.

Субару: Это значит, что Тия…

Халибель: Она проиграла битву, которую сама и начала. Даже зная, что она не победит… Она решилась на это, когда уже почти собиралась вручить это дело мне. Что за глупая девчонка!

Халибель сунул косички в свой карман и громко рассмеялся, обнажив свои клыки. Наверное, это было его особым проявлением грусти по отношению к Тие.

Тем не менее, он вытащил из того же кармана своё кисеру и зажёг его во рту, пустив лёгкий дымок.

Халибель: Я собираюсь выполнить просьбу Тии-чан. Су-сан…..

Субару: Я знаю.

Субару резко прервал Халибеля своими словами…. Прямо как с Рем.

Его глаза воспылали решительностью, и он воскликнул…

Субару: …Нам больше некуда бежать.

***

Халибель: Говоря о той девчонке……давай будем звать её "враг". Говоря о враге, она была снаружи города. Я пытался нанести по ней удар, но это было плохой идеей. Если мы будем сражаться с ней вполсилы, это приведёт только к большему количеству смертей.

Халибель выдохнул очередное серое облачко в небо. После этого Субару непонимающе сморщил лоб и со словами "Удар?" спросил…

Субару: Под "ударом" ты подразумевал драку? Вы дрались?

Халибель: Если бы я и правда, дрался, думаешь, я вернулся бы без ран? Нет, я говорил о своей команде. Ну, или твоими словами - я использовал свой отряд шиноби.

Субару: Отряд шиноби всё-таки существует! И ты — их предводитель! Ты же говорил, что их нет!

Халибель: Шиноби умеют хранить секреты, не так ли? Ты ведь сам это говорил?

Халибель, расстроенный, схватился за лоб, слушая неумолкающего Субару.

В такой ситуации у них совершенно не было времени ни на скрытые поселения шиноби, ни на их отряды. Намного важнее было обсудить дальнейшие планы.

Халибель: Она выглядит точь-в-точь как Тия-сама, но её кожа абсолютно чёрная. Мы можем атаковать её вместе, сосредоточившись на сдерживании. Что же нам делать?

Субару: Что вам делать, говоришь? Неужели у тебя совсем нет идей?

Халибель: Самый простой способ — запереть тебя с ней, а потом уже покончить со всем.

Халибель поднял палец к небу, представляя Субару самый простой и надёжный план. Однако, прежде чем Субару успел что-то сказать, Халибель согнул поднятый палец и…

Халибель: Но это не выход. Я не собираюсь терять друга, тем более, мне будет больно осознавать, что из-за меня Рем и ребёнок останутся без отца. Да и, к тому же, это не соответствует обещанию, которое я дал Тие-саме.

Субару: У тебя действительно сильное чувство долга. Особенно для Плейбоя.

Халибель: Ты не можешь играть без правил. Даже Вечный Плейбой должен их придерживаться, чтобы не вылететь из игры.

Халибель спокойно ответил на шутки Субару и вместе с ним расплылся в улыбке. Субару даже похлопал себя по щекам, осознавая, что сегодня его не принесут в жертву.

Субару: Давай обсудим это получше… Что ты знаешь о Зарестии?

Халибель: Я уже всё рассказал в доме. Как и сказала Тия, она — один из четырёх великих духов, убийственное создание, «фантомный потрошитель», «Красивейший Шинигами». Она всегда спит в своём логове на территории Карараги. Иногда она расчленяет тех, кто слишком быстро приближается к её убежищу… И ещё, она связана с какой-то древней песней.

Субару: Древняя… песня?

Когда он поднял бровь, Халибель лишь глубоко кивнул в ответ на его вопрос.

Халибель: Я не знаю точно, но тот, кто слышал эту мелодию, сможет её легко узнать. Если я правильно помню, как же это было… это похоже на колыбельную.

Субару: Песня ветра? Колыбельная ветра?

Халибель: О, да, точно, Су-сан, удивительно, что ты знаешь об этом, даже не будучи жителем Карараги.

Субару: Конечно, я знаю. Как ты думаешь, жителями какой страны я окружён каждый день на работе?

Субару, благодарный своим коллегам, с ухмылкой ответил восторженному Халибелю. Именно эти любопытные дамы научили его домашним делам, рассказали многое о семейной жизни и не только. Среди всего этого была и «колыбельная ветра».

Это было как-то связано с древней победой над неким чудовищем.

Субару: …Хал-сан, ты говорил о сдерживании, верно? Как долго вы сможете её удерживать?

Халибель: ……С жертвами — полдня. Без жертв — 6 часов.

Хоть Халибель сначала и замялся, но под напором решимости Субару он выдал эту оценку.

Субару размышлял о «колыбельной ветра», об их враге, о Тие, и неожиданно ему пришла в голову гениальная идея.

Оставалось только найти время, деньги и помощь.

А потом уже…

Субару: …Господи, да я так никогда в жизни не выплачу все долги!!!

***

Она взмахнула рукой, и ветер, рассекающий всё на мелкие пылинки, собрался у её ладони.

???: …Умри.

Краткий приказ, быстрое исполнение. Менее чем через секунду разрушительный укус пронёсся по воздуху и рассек небо.

По воздушным потокам прошлись сталью, и следующий за ним ветер погас на полпути. Со всех сторон в неё летели удары, но ветер лишь отталкивал лезвия клинков, делая эту схватку бесполезной.

???: …Умри.

Она снова метнула воздух во врага, но было неясно, что именно произошло, когда воздух соприкоснулся со сталью. Воздух превращался в мощные клыки, но затем так же быстро рассыпался в стороны, не давая мстительнице ни шанса рассмотреть причину отражения атаки. Она должна была увидеть это сама.

Тем не менее, была ночь. Окружающие враги были неуловимы и умели скрываться во тьме.

???: …Умри.

Нельзя было даже сказать, попадала ли она хоть кого-то из них. Даже если враги и умирали, то делали это так незаметно, что она не слышала ни воплей, ни криков. По всем показателям, они были наихудшими противниками.

Голос: Убить, убить, убить, убить, убить, убить, убить, убить.

Я слышу голос в моей голове. Я знаю. Я чувствую то же самое. Я хочу убить их всех.

Но перед этим мне нужен труп кое-кого другого. Здесь есть враг, который должен быть уничтожен. Я чувствую его мерзкий запах. Я знаю, где он, но эти надоедливые тени не дают мне приблизиться.

???: ……

Внезапно в её наполненном гневом взгляде промелькнуло несколько теней. Она пыталась осознать, что происходит, в то время как тени одна за другой исчезали с поля боя.

Они сдались. Внезапно. Ситуация никак не изменилась. Она размышляла над их поступками, над их мотивами. Её инстинкты подсказывали ей использовать этот шанс и следовать за запахом Ведьмы. Однако, если это была тщательно спланированная ловушка, это было бы настоящей глупостью. Что ты думаешь? Ты обладаешь достаточной силой, чтобы сокрушить их.

Совершенно разные выводы её сердца и разума неизбежно столкнулись. Я хочу убить их. Я должна убить их, но с осторожностью. По мере развития боя она решила успокоиться…

??? : …

В следующий миг её мозг пронзил отвратительный, тошнотворный запах.

Её глаза распахнулись, а ужасный аромат продолжал наполнять ноздри. Несомненно, эта мерзкая, омерзительная вонь была запахом Ведьмы – миазмами, за которыми неизбежно следовала смерть.

Инстинкты подстёгивали тело, эмоции будоражили разум, а ноги всё глубже впивались в землю.

Голос: Убей! Убей! Убей! Убей! Убей! Убей!

??? : …Умри, умри, умри, умри, умри, умри, умри!

Её ликование, слившись с ликованием того, кто обитал в её черепе, перекрыло всё, и она без колебаний бросилась вниз, к своей цели. Она ворвалась в город, ломая черепицу за черепицей, перепрыгивая с крыши на крышу, углубляясь всё дальше и дальше, пока не…

Субару: …Насчёт твоего лица…

Она опустилась на колени и устремила свой взор вверх. Там стоял мужчина в синем кимоно. Исходящая от него вонь пронзила всё её тело необычайной дрожью.

Лицо того, кто пах как Ведьма… Когда-то жалкое и беспомощное лицо, теперь смотрящее на неё с вызовом.

И в этот момент…

Субару: …Ты милее, когда улыбаешься. Может быть, даже так же мило, как улыбка моей жены и ребёнка.

??? : …Умри!!

Широкая, злобная улыбка появилась на её лице, и яростные потоки ветра должны были стереть это убожество с лица земли… По крайней мере, так должно было быть.

Халибель: К сожалению, я не позволю тебе этого сделать.

??? : …

Раздался ровный голос, и потоки воздуха рассеялись неподалеку, оставив зловонного ублюдка невредимым.

??? : …Умрииии!

Непростительно. Поддавшись жажде крови, она подняла сгустки воздуха титанических масштабов и со всей силы направила их в сторону врагов.

Произошёл взрыв. На месте, где только что стояли двое, образовался глубокий кратер, но сами они остались невредимы, пока получеловек разбрасывался кунаями.

Она посмотрела вверх. Взобравшись на крышу, она увидела убегающего получеловека с её жертвой на руках.

…Я не позволю тебе уйти. Я хочу убить тебя. Будто кто-то разрешал тебе уходить. Я хочу убить тебя.

??? : …Умри!

Она преследовала получеловека, металась между крышами, пока к городу медленно приближался рассвет. Она сама стала ветром, смешавшись с потоками воздуха, перемещаясь из стороны в сторону с дуновением смерти.

??? : …!

Со временем в ветре появился и другой запах. Это был запах человека, он был сильным. Там было много людей. Она не заметила, как они скрылись… как они затерялись в массе других запахов.

Она колебалась, входить ли туда. Но там была жертва. Там было возмездие…

Субару: …Я могу вернуться.

??? : …!!

После этих слов вся её сущность взбесилась и налилась кровью. Её осторожность улетучилась вместе со здравым смыслом. Она настигла их и устремилась к бегущему получеловеку с жертвой на плечах.

Она прицелилась и выпустила разрушительные, абсолютно неотвратимые потоки воздуха со всех возможных сторон.

Халибель: Прости, Су-сан!

Увидев неизбежно приближающуюся полосу ветра, получеловек схватился за тело мужчины и со всей силы метнул его в сторону, обезопасив от удара… Однако сам он не спасся.

??? : …Умри.

Ветер безжалостно рассек его, раскромсал на мелкие ломтики и стёр остатки его плоти с лица земли. Получеловек был мёртв. Она пребывала в экстазе от убийства, но это ещё не было концом.

Мужчину подбросило в небо. Она подпрыгнула к нему и расправила руки.

Может, раскромсаем его тело на части и принесём останки той женщине. Может, мы научим женщину с такой же кровью, что не стоит связываться с людьми.

Это месть. Это возмездие. Это искупление за их кровь.

…Это месть за счастье, которое я так и не почувствовала!

??? : …У.

Субару: Сейчас…!!

Когда её ненависть и восторг достигли абсолюта, источник зловония о чём-то закричал.

Субару: Внимание… Марш!!!

Сразу после этого она почувствовала, что что-то летело на неё со всех сторон. Краем глаза она увидела, что это была ткань, но было уже поздно.

??? : ……

Думай. Зловоние прямо передо мной. Я могу добраться до него и убить его. Но если я брошусь к нему, меня поймают в ткань. Я всё ещё могу отступить. Я разрежу его ветром, и их планы не сработают.

??? : ……

Всё верно. Не паникуй. Делай то, что безопасно. Нет нужды идти на поводу у плана противника…

Голос: Убей, убей, убей, убей, убей, убей.

Сдержи жажду, разрывающую твой голос, и ты выйдешь победительницей из этой ситуации.

Послушай, всего один раз. Если ты сделаешь это, ты сможешь утолить свою жажду.

Голос: …Я хочу убить. Но, я не могу.

??? : …!?

Голос: …Потому что я не хочу, чтобы Рем меня ненавидела.

Что-то в её голове произнесло эти слова тем же голосом, что и жажда, вечно кричащая ей "убить".

Её руки и ноги застыли. Она не могла двигаться. Она не могла убивать.

???: …Умрииииииии!!

???: …Аххх, я уже устал от этих криков.

Когда она услышала этот жестокий голос, её тело было чем-то поражено. Это была мокрая ткань. Ею не наносили удары, тело мстительницы лишь обёртывали снова и снова.

Вода…Я мокрая. Это не вода. У этого острый запах.

???: ……! ! ……! ! ……!!

После этого, её череп будто разломался на части. Казалось, существо, пробравшееся в её голову, было не в силах это терпеть и пыталось выбраться из её головы, разломав её надвое.

???: ……

Её голова болела. Её виски выворачивались изнутри. Эта странная боль выходила за рамки её понимания. Она никогда не испытывала такой боли. Она никогда не испытывала таких мучений. Она никогда не испытывала такой боли. Нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет.....Я не хочу умирать.

Оно отрывается. Сила, питающее её тело, распалась на части. Тело и фигура, делающую её способной на месть, развеялись.

Её тело уменьшилось. Цветов её волос изменился. Из внеземной красотки она превратилась в деревенскую уродину. Из абсурдно сильного духа она превратилась в немощного Они.

Но также она потеряла кровожадность, силу, нужную ей для мести, и...

???: Я

Халибель: …Извини. Извини

Она слышала голос получеловека, чья жизнь оборвалась несколькими секундами ранее. Она стряхнула с себя ткань и увидела все те тени, прыгающие от неё в лесу.

Маленькое лезвие вонзилось в какую-ту часть её тела.....Это было сердце.

....Настал конец.

***

Посреди дворцового сада он взирал вниз на упавшую девушку.

У неё были светло-коричневые косички и довольно милое, но чрезвычайно бледное лицо, наделённое к тому же огромными мешками под глазами.

Халибель: Её раны смертельны, тем более, она была поражена проклятием....Теперь с ней покончено.

Рядом с ним на девушку смотрел полуголый Халибель. Услышав его заявление, Субару схмурил брови и наклонил голову, спросив "Проклятие?"

Халибель: Разве я тебе не рассказывал? Я эксперт в магии……Убийство проклятиями - моя козырная карта. Такие вещи как мой мех или ногти вставлены в мои кунаи, так что, если кто-то вздумает их похитить, на них падёт проклятие.

Субару: Что за бред, это действительно опасно. Нормально тебе, что я не знаю об этом?

Халибель: Всё в порядке. Просто, если бы ты рассказал это кому-то, я заставил бы тебя исчезнуть.

Субару: Звучишь, как сумасшедший.

Халибель вёл себя спокойно, но Субару не мог сдержать дрожи, от того, что его планировал убить его друг.

Колдовство считается в этом мире ответвлением от магии, и поскольку оно специализируется на убийствах, то для его применения необходим прямой контакт с жертвой, из-за этого его довольно тяжело использовать. Тем не менее, Халибель просто решил связать своё тело с кунаями.

Халибель: Ещё в первую нашу встречу, в неё попал кунай. Её движения стали медленнее, так что проклятие сработало. Даже сила Великого Духа не остановит действие проклятия.

Субару: Так она пришла меня убить перед своей смертью?

Халибель: Возможно, именно из-за этого она торопила события. Я не знаю точно.

Пожав плечами, он высунул кисеру из кармана и сунул его себе в рот. Казалось, он не хотел участвовать в том, что сейчас должно было произойти. Он был и милосердным и жестоким.

Субару глубоко вздохнул и взглянул в лицо девушки, находящуюся на волоске от смерти.

???: ……

Её глаза медленно открылись, будто она почувствовала его присутствие. Эти глаза были светло-голубыми, что смутило Субару, но он не остановился.

Субару: Ты……Ты зря меня преследовала. Я никак не связан с Культом Ведьмы. Но, я понимаю, почему ты не могла остановиться.

???: ……

Субару: Я не прошу тебя простить меня. Я бы хотел это сделать, но не думаю, что ты ответишь мне. Я не запрещу тебе ненавидеть меня, делай это сколько угодно. Но ненавидь только меня.

Он не хотел, чтобы она злилась на Рем, на его ребёнка и даже на Халибеля.

В этой ситуации, именно Нацуки Субару решил убить её, придумал план и привёл его в исполнение.

Это Нацуки Субару убил её. Это он заставил умирать её в гневе и ненависти.

Субару: Моё имя - Нацуки Субару. Это имя человека, убившего тебя.

???: ……

Субару: Мне жаль. Мне, правда, жаль. Но ты всё ещё не должна прощать меня……Прости за извинения.

В идеале, он не должен был слушать жалоб, девушка не должна была ни о чём сожалеть, и он бы спокойно забрал её жизнь. Однако этого не произошло, и перед смертью он оказался беспомощным слабаком.

"Смерть" ужасна. “Смерть” - это не выход. Субару знал это.

Никто не знал о смерти столько же, сколько Субару. Именно поэтому ему было так жаль.

Субару: Скоро у меня родится ребёнок. Рем старается изо всех сил. Я скоро стану отцом. Так что я не могу умереть. Прости. Именно поэтому я убил тебя.

Это были просто эгоистичные оправдания. Когда они столкнулись, у него не было никаких высоких целей, на них просто не было времени.

Слова Субару не утешили и не просветили её.

Девушка ненадолго прекратила прерывисто глотать воздух и произнесла...

???: Я……

Субару: ……

???: Я……ненавижу…эту…девушку.

Слова девушки были наполнены ненавистью, словно она, изрыгая кровь, смотрела из Преисподней на Рай с оттенком зависти.

Субару мгновенно понял, что речь идет о Рем, но, несмотря на это, некоторые моменты оставались для него неясными. Ведь она должна была следовать по запаху Ведьмы – таков был их план, и вся её ненависть должна была быть направлена исключительно на Субару.

??? : Эта девушка… обладает… всем… Я хочу… всё…

Субару : Что…

??? : Я хотела быть… с ним… но все же… я…

Из её глаз хлынули горькие слёзы. Она смотрела не на Субару и не на кого-либо ещё в этом мире.

Её взгляд был устремлен куда-то в иное место… туда, где было счастье, которого она не достигла, туда, где был отнятый у неё Рай. Что-то настолько ценное, что разрывало её сердце и заставляло плакать.

Счастье, которое по праву принадлежало ей. Она лишилась его, пыталась отомстить, и теперь… она умирала.

Последнее, что у неё осталось, — это ненависть к Рем, в жилах которой текла та же кровь, но которая жила совершенно иначе… Нет, скорее всего, это была зависть.

Субару : Как тебя зовут?

??? : ……

Субару : Как… тебя зовут?

Он наклонился к её лицу, чтобы повторить вопрос. Халибель пытался остановить его, но Субару лишь отрицательно махнул ему рукой. Эта девушка уже не обладала силой, чтобы навредить Субару.

Он прислушался к последней искре угасающей жизни.

??? : …Элиза

Субару : Элиза

Субару быстро уловил имя и произнёс его перед умирающей девушкой. У него просто не оставалось времени, чтобы переспросить.

??? : ……

Огоньки медленно исчезли из её глаз. Проклятая девушка, наполненная лишь сухой завистью, испустила последний вздох.

Он видел это своими глазами. …Нет, это Нацуки Субару лишил её жизни.

Он никогда не забудет её имени. Он никогда не забудет, что эта девушка… Что Элиза когда-то жила. Он пожертвовал ею, чтобы защитить себя, чтобы защитить свою семью.

И он никогда не расскажет, о чем на самом деле мечтала Элиза. Субару, ненавидимый ею, унесет этот секрет с собой в могилу.

Ни Рем, ни ребенок не узнают об этом.

Субару : ……Все кончено.

Халибель : Да. Всё прошло не совсем гладко.

В ответ на страдальческий вздох Субару, Халибель вдохнул сладкий дым из кисеру и выпустил его в небо. Он помог осуществить этот план. За это Субару склонил перед ним голову и…

Субару : Спасибо, что согласился на мой эгоистичный и ненадежный план. Я искренне это ценю.

Халибель : Я нанес последний удар, и мы захватили её, как и планировали, так что у меня нет претензий. Я давно не использовал подмену клоном, но все в итоге сработало.

И правда, хоть он и говорил, что он не очень хорош в клонировании, все прошло безупречно.

После того, как Халибель спас Субару от сильнейшей атаки нападавшей, он отдал его на попечение иллюзии, а сам скрылся.

Субару : Это определенно была та самая ловкость ниндзя. ……Но также…

Халибель был не единственным, кто помог Субару одолеть Элизу. Он принял помощь от многих людей.

Оглядываясь по сторонам, это был дворец Магодзи… После того, как он подготовил засаду, он решил использовать этот сад как пространство для нужного маневра. Тем не менее, он задействовал много людей и средств в свой план.

Доказательством этому служил Рифтен Магодзи, стоявший перед своим дворцом. Почесывая свои усы, он взглянул на Субару со вздохом и сказал…

Рифтен : Я рад, что все, в итоге, прошло по плану.

Субару : Я глубоко извиняюсь за все принесенные вам проблемы, Мастер…

Рифтен : “Школа культуры” только открылась. Тебе еще предстоит обучить всех девушек в моем дворце своей женственностью. Это важное вложение. Я, знаешь ли, крайне люблю вложения.

Он попросил у усмехающегося тогда Рифтена алкоголь, который был абсолютно необходим для осуществления плана, несмотря на то, что он уже выпросил территорию в саду. Субару использовал имя и статус Рифтена, чтобы собрать спиртное со всего города и принести его во дворец.

Субару : Подсказки из колыбельной и странное отношение Тии к алкоголю. А потом еще и та бурная реакция на саке.

Все это привело их к выводу, что Зарестия не любила алкоголь. Анекдоты, рассказывающие о невероятно сильном существе, побежденном спиртным, были, вероятно, бесчисленны.

В колыбельной тоже были детали, связанные с этим. Если бы чудовища, свирепствующие в этом мире, были бы невероятно опасными и жестокими, то о них бы не слагали такие легенды.

Они действительно бросили одеяло, пропитанное алкоголем, на Элизу, и Зарестия покинула её тело.

Благодаря богатству Рифтена, его репутации и традициям женщин дворца, он победил. Но стоит добавить, что те, кто помогли ему с алкоголем, были…

Субару : …Агентство по трудоустройству Клейна.

Клейн : После того, как ты сказал «Отомстить за Тию», я просто не мог не прийти. В конце концов, мы все её любили.

Это сказал, сложив свои огромные руки, Клейн в броне… а нет, в фартуке. За ним пришло ещё множество безработных рабочих, желавших отомстить за Тию.

Если бы план провалился, им бы всем пришлось столкнуться с девушкой, наделённой силой Великого Духа, но хоть многие сначала и отказывались, в итоге вся эта толпа пришла ради неё.

Клейн : И если бы дело дошло до драки, Халибель бы сделал всё сам.

Халибель: Чего тебе ещё нужно? Ты требуешь слишком много.

Покачивая головой перед огромной ящерицей, Халибель произнёс: «Мужик, дай мне передохнуть», что вызвало лёгкие улыбки у окружающих.

Исход был суров. Но поскольку жертвой пала только одна девушка, это, вероятно, было наилучшим исходом, который они могли ожидать.

Итак, осталось только…

Халибель: …Финальное сражение, да.

Субару поднял взгляд на Халибеля, стряхивающего пепел с курительной трубки. Рифтен прочно уселся на веранде, сжимая оружие, принесённое отрядом Клейна, и вся суета вокруг утихла.

Ветер медленно приближался к напряжённому, готовому к битве дворцу.

Молочно-белые волосы, безупречное платье и лицо, чья красота могла сравниться с божественной. Несмотря на это, у неё присутствовали грубые черты, не сочетающиеся с её детскостью, сентиментальностью и наивностью.

Это была девушка, носившая титул Великого духа, хотя все присутствующие знали её под другим именем.

???: ……

Потрясённый надвигающейся аурой, Субару твёрдо упёрся ногами, чтобы его тело не отшатнулось назад.

Он решил стоять на своём, да и как ему вообще сбежать от неё… от Тии.

…В его разуме всплывали те далёкие дни их счастливой и беззаботной жизни.

***

Давным-давно, задолго до того, как в этом мире появились драконы и ведьмы…

Я всегда была свободна. Я наслаждалась своей свободой, и никто не смел вставать у меня на пути.

Я вызывала ветер, разводила огонь, направляла воду, выкапывала землю — делала всё, что хотела.

Все любили меня. Все просили меня о помощи, и я оказывала её им.

Я вызывала ветер, разводила огонь, направляла воду, выкапывала землю — исполняла их просьбы.

И после этого все были счастливы. Все поклонялись мне. Все улыбались.

Моё настроение улучшалось, и я исполняла все их желания. Конечно, иногда я возвращалась к своей свободе, лишая их своей помощи, но в большинстве своём я помогала им во всём.

В конце концов, они начали приносить мне вещи за исполнение их просьб.

Это были овощи, мясо животных, сверкающие камни и пёстрые кимоно — всё это они называли «ценным».

Я никогда не была голодна, меня не интересовали камни, а одежда казалась бесполезным мехом, так что я никогда не радовалась их подношениям.

Но я признала их заботу и решила работать ещё усерднее.

Я вызывала ветер, разводила огонь, направляла воду, выкапывала землю. Это то, что я любила. Когда я делала то, что любила, все были счастливы. Поэтому я повторяла это снова и снова.

Тем не менее, желания людей становились всё более странными.

Они продолжали приносить мне вещи и просить о чём-то. Раньше мне нравилось играть с ветром, водой, огнём или землёй, но теперь мне указывали, что именно делать.

Я любила быть свободной. Я любила делать то, что хотела.

Но ещё я любила, когда все молились мне, когда все обращали на меня внимание.

Так что, я неохотно продолжала выполнять их желания. Я вызывала ветер, разводила огонь, направляла воду, выкапывала землю там, где мне указывали.

В итоге, все снова были счастливы. Моё настроение улучшилось, и я простила их.

После этого очень многие люди просили меня о чём-то и указывали, что именно делать.

В конце концов… В конце концов, я привыкла делать то, что приказывали люди, но случилось это…

Эта просьба была очень странной.

Им не нужен был ветер. Им не нужна была вода. Им не нужна была земля. Им нужен был лишь огонь.

Мне это не понравилось. Я хотела начинать с ветра. Я не хотела использовать только одно — огонь. Я любила быть свободной. Я всегда… начинала с ветра.

Мне не понравилось, что они не позволяли мне делать так, как я хотела. Я ответила «нет» на их просьбу.

Когда я это сделала, все ушли. Я осталась в одиночестве.

Я была свободна. Я могла наслаждаться своей волей, я никого не тревожила. Но быть свободной было одиноко. Когда все ушли, я чувствовала себя одинокой.

Я пошла, чтобы всех увидеть. Я сказала: «Вот огонь, что вы просили, я дам его вам.»

Все были счастливы. Я решила принести огонь, как все и просили. Но огонь был не единственным, что я вызвала. Я создала ветер, чтобы раздуть это пламя. Ветер был символом моей свободы.

Воды не было. Земли не было. Был только ветер и огонь. Всё стало ярко-красным.

Я была рада, что все остались довольны.

После этого они позвали меня к себе и оказали тёплый приём.

Меня не интересовала еда, танцы или подарки. Но мне было приятно, что все так хорошо ко мне относились. К тому же, вода, которой не было, была восхитительна.

Вода, становящаяся горячей, когда ты её пьешь. Вода со странным запахом. Чем больше ты пьешь, тем больше хочешь ещё.

Я была в восторге и пила эту воду, как все мне и советовали. Я много выпила, уснула и проснулась уже в месте, которое не было моим домом.

…Когда я проснулась, мои конечности были потеряны, а горло перерезано.

Я всегда была свободна. Я всегда, всегда была свободной. Я любила свободу.

Куда исчезла моя рука, разводившая огонь? Где был мой хвост, направлявший воду? Где были мои ноги, вскапывавшие землю? Где была моя свобода?

Когда все услышали мой голос, они закричали на меня сердитыми голосами. Они кричали.

Вы сказали мне, что огонь уничтожил вашу страну, но я не смогла этого понять. Вы сказали, что ветер разнес пламя, но мне было все равно. Вы кричали, что я не потушила огонь водой или грязью, но я ничего не уразумела.

Где же была моя свобода? Почему люди были так злы на меня?

Я потребовала: «Я хочу вернуть свои конечности!» Никто не услышал меня. Вместо этого меня облили водой со странным запахом. Это была вода, которая заставила меня уснуть.

Вода горела. Мое тело горело. «Горячо, горячо, горячо!» — кричала я.

Все радовались этому. Все были счастливы, что я горела, так же, как и тогда, когда я выполняла их просьбы.

У меня не было рук, чтобы развести огонь. У меня не было хвоста, чтобы принести воду. У меня не было ног, чтобы выкопать грязь...

…Но у меня была голова, чтобы вызвать ветер. У меня был рот. У меня был язык. У меня были клыки.

Верните мою свободу. Верните мне себя. …Не смейтесь надо мной. Я убью вас.

Мой разум погрузился в кромешную тьму. Я убила всех, кроме себя. Я убила всех, кто радовался, всех, кто плакал, и всех, кто злился.

Я убила всех… Я растерзала их, но мне хотелось убивать людей еще больше.

Неважно, что могло случиться в будущем, я хотела убивать. Когда меня что-то злило, я хотела убивать. Когда меня что-то беспокоило, я хотела убивать. Когда мне хотелось спать, я хотела убивать. Когда я просыпалась, я хотела убивать. Когда дул ветер, я хотела убивать. Когда вставало солнце, я хотела убивать.

Убивать, убивать, убивать, убивать, убивать, убивать, убивать, убивать.

Я хотела убить всех. Моя жажда крови стала для меня всем.

Я была свободна. Поэтому я хотела свободно убивать всех. Я буду убивать.

Я свободна. Последний, кого я убила, назвал меня «Шинигами».

Я свободна. Когда все мне улыбались, меня называли «красивой».

Я свободна. Свободнее кого бы то ни было. Я — «Красивейший Шинигами».

…Я — «Красивейший Шинигами», Зарестия.

…Я свободна. Я хочу убить всех. Я хочу убивать.

***

«Смерть» — вот что сейчас ощущал Субару.

Его инстинкты подсказывали ему, что существо, стоящее перед ним, было самым настоящим воплощением «смерти».

Субару: ……

Субару боялся гибели. Никто так её не боялся, как он. Так думали многие. Но для Субару «смерть» означала нечто иное, чем для других людей.

«Смерть» означала конец. Тем не менее, для Субару «смерть» не была концом.

…Она была началом кошмара.

Субару: Раз ты пришла в белом платье, значит ли это, что ты та Тия, которую мы все знаем?

Девушка, создающая в своих ладонях потоки ветра, действительно была одета в белоснежное платье. Она определённо выглядела так же, как Тия, знакомая Субару. Их внешность была абсолютно одинаковой, одежда была белой, что сразу отличало её от Рейзе.

Субару: Я буду признателен, если ты скажешь, кем ты сейчас являешься. В зависимости от твоего ответа……

Тия: В зависимости от моего ответа что? Что ты сделаешь, Су?

Субару: ……

Она назвала его по имени. Это была кличка, которую он уже привык слышать в свой адрес. Он не мог поверить, что она могла назвать его так ласково… Хотя, вероятно, она и не понимала, как правильно выражать ласку.

Услышав это, Субару моргнул.

Тия: Что за ошарашенный взгляд? Неужели ты потерял дар речи из-за моей красоты?

Субару: ……Меня интересует только моя жена. Ну, и если родится девочка, то моя жена и моя дочка.

Тия: Хах! Хорошо сказано! Но всё-таки… Я смотрю, здесь много народу собралось.

Тия скривила губы в ответ на такой обмен шутками и осмотрела всех собравшихся у дворца. Все они были ей очень знакомы.

Конечно, она понимала, что они собрались здесь, чтобы спасти её.

Тия: Хал и другие самцы так усердно работают ночью. Видимо, вы, взрослые особи, и впрямь идиоты.

Халибель: Ты уже начинаешь меня раздражать резкостью своих высказываний. Ты же понимаешь, что все взрослые иногда ложатся спать поздно, как идиоты, понимаешь?

Тия: Ооох, так что-нибудь вышло оттого, что вы так долго не спали?

Халибель: Ну, вообще-то, это мы хотели тебя спросить. Тия-чан, как так вышло?

Тия вытянула вперёд руки и, промурлыкав, как кошка, «Ммм», сказала с открытыми ладонями…

Тия: ……Я вернула себе светящийся шар. Я вернула себя. Великий Дух Зарестия наконец-то восстановлен.

Субару: Полностью восстановлена… Но ты……

Вернувшись в свою первоначальную форму, Тия не должна была сдерживать своё желание убивать. Она точно говорила им об этом.

Однако даже после восстановления Тия не создала никакого хаоса, о котором они так беспокоились. Видимо, она осталась той же приятной девушкой, что и раньше.

В таком случае, возможно, Тия сама не смогла предугадать все вещи, которые должны были произойти.

Тия: Погоди, Су. Не слишком надейся на меня.

Но Тия лишь сурово покачала головой в ответ на уже задержавшего дыхание Субару и, вздохнув, сказала…

Тия: Сразу думать лишь о том, что красиво звучит — это то, что так свойственно самцам. Но всё не так радужно. Я же говорила, не так ли? Вы, ребята, помогли мне вернуть мою сферу. Я чрезмерно благодарна вам за это.

Субару: И……

Тия: Да, я благодарна. …Я благодарна, поэтому я хочу убивать.

Субару: ……

Жажда крови неистового масштаба заставила содрогнуться всех обитателей дворца, а затем и вовсе поглотила половину города. Ощущение «смерти» было настолько мощным, что Субару показалось, будто его глаза заволокла непроглядная тьма.

Когда острые клыки этого страха впились ему в душу, он осознал, что исходят они от Тии, неподвижно стоявшей перед ним.

Тия: Я — это я. Я — Зарестия, Великий Дух, чьи мысли лишь об убийствах.

Субару: Т-Тия… Даже так…

Тия: Ты до сих пор не можешь принять это? Ты продолжаешь говорить мне что-то?

Разум Субару был ошеломлён её безумной жаждой крови; его горло сдавил страх, сердце готово было остановиться. Но он не собирался сдаваться. Раздражённая этим, Тия швырнула в него грязь.

Если Тия начнёт действовать, это станет тотальной войной. Или нет? Скорее всего, это будет одностороннее избиение. Настолько велика была разница в их силах.

Тия: Эта… странная вода… алкоголь, верно? Я помню, как вчера… Я… ненавидела… эту вещь.

Субару: ……

Тия: Давным-давно… Меня заставили выпить это… И мне перерезали горло, пока я спала. Мои конечности тоже были отсечены. Мне плеснули этим в лицо и подожгли. После этого я хочу всех убивать.

Тия высказала своё недовольство перед Субару и остальными, раскрыв тайну своей ненависти к алкоголю, что стало ключевым пунктом в их плане.

Тем не менее, она продолжала улыбаться. В её выражении не было ни злобы, ни обиды.

В её улыбке читалась лишь кровожадность, исходящая из глубин её сердца.

Тия: Я хочу убить всех. Неважно, улыбаюсь я, злюсь, плачу, ленюсь, чувствую горе или счастье. Неважно, хорошо или плохо. Неважно, холодно, тепло, влажно или сухо. Неважно, ночь или день. Неважно, кто это — ребёнок или взрослый, мужчина или женщина, собака или кот.

Каждая эмоция, каждое чувство, каждая ситуация, каждое время, каждая цель — всё это исходило из её кровожадности.

Тия: Я хочу убивать. Я хочу убить всех. Таково моё существо.

Субару: А… Что насчёт… нас?

Тия: ……

Услышав вопрос Субару, Тия направила всё своё убийственное намерение в его сторону. Она просто смотрела на него, ничего не отвечая. Даже в этом малом жесте чувствовалась кровожадность.

В её словах не было лжи. Тия пыталась убить Субару и остальных. Даже если ей это не удалось, она пыталась. Даже если ей не хотелось убивать именно их, ей всё ещё хотелось убивать.

Тия: Я…

Тия пыталась что-то сказать. На выход готовились крайне кровожадные слова.

Клейн и его люди заняли оборонительные позиции, Халибель вынул руки из карманов, а Субару сжал кулаки.

И тогда…

Тия: …Я

***

…Внутри клиники интенсивно продолжался процесс появления новой жизни.

Доктор: ТУЖЬСЯ…!

Рем: Оо…ооооо….!!

Она крепко стиснула зубы, схватившись за перила кровати, и изо всех сил держалась. Железные детали скрипели, и на них уже давно остались отпечатки её рук. Тем не менее, боль не отступала. Скрыться от неё было невозможно.

Ощущение, будто её внутренности выворачиваются наизнанку, и боль от ребёнка, раз за разом проносились мучительной вспышкой по её сознанию.

Рем: Гуу…ииии…!

На самом деле, учитывая продолжительность, это была сильнейшая боль в её жизни.

Даже если бы она сейчас сосредоточилась на своём лбу, рог бы не вышел из тела, чтобы смягчить страдания… У неё просто не было на это сил.

Всё, что у неё было, она вложила в то, чтобы ребёночек выбрался из её живота.

Рем: ……

Рог Рем причинял ей страдания, но, всё же, приносил немалую пользу.

Принадлежность к расе Они заставила Рем пройти через тяжёлые и болезненные испытания. Как она уже говорила Субару, она была плохой и нежеланной дочерью для своих родителей и плохой младшей сестрой для Рам.

Из-за этого она никогда не задумывалась о том, чем была благословлена с рождения.

Каждый раз, когда она чувствовала боль, страдания или бессилие, она вспоминала, что она Они, что в её жилах течёт сильная кровь. Как только она впервые почувствовала это, она осознала, что была благословлена.

Ей была дарована эта кровь. Ей были дарованы родители. Ей была дарована сестра.

Она встретила Субару, вышла замуж, родила ребёнка, и только сейчас, лёжа на кушетке, она осознала всё это.

Наверняка, её мама тоже чувствовала…

Рем: …Оо…ААААХ! Ооооо!!

Перерывы между волнами боли становились всё короче, так что теперь они накатывали безостановочно. Каждый раз, когда ей казалось, что она вот-вот потеряет сознание, тупая дикая боль возвращала её к реальности. И так раз за разом.

Рем не слышала подбадриваний акушерки. Она ничего не слышала.

???: ….!? ЭЙ, ТЫ ПОНИМАЕШЬ, ГДЕ ТЫ!? ПОСМОТРИ НА МЕНЯ……

Рем: ……?

Рем почувствовала чьё-то приятное, но странное присутствие и открыла глаза. Она не видела акушерку своими затуманенными от слёз глазами; рядом с ней стояла…

Рем: Тия-сама…?

Тия: Прости, что так не вовремя, Рем. Я сказала, что мы больше не увидимся, но, как видишь, я ошиблась. Это… это точно будет последний раз.

Полуоткрытыми глазами она увидела одинокую улыбку Тии. Она часто видела это выражение лица, но в нём будто появилось что-то злое.

Жестокость… Это была чистое воплощение жестокости, пропитавшее собой невинную, казалось бы, улыбку Тии. В ней не было ни капли лжи, но была неукротимая кровожадность.

Тия: Это и есть моя истинная сущность. Поэтому я не могу остаться с вами. Когда я смотрю на тебя, у меня возникает лишь одно желание — убивать.

Рем: ……

В словах Тии смешивались извинения, искренность и неутолимая жажда крови. В них был глубокий смысл.

Рем поняла её. Чувства Тии и её истинная природа всегда находились в состоянии конфликта. Она не могла жить среди других. Такова была её судьба.

Рем: Ты вернула себя…?

Тия: ……Да, вернула. Всё благодаря Субару и Халу, но всё же… Я хочу убивать.

Тия смущённо перебирала свои волосы, но её голос от этого не становился менее устрашающим.

Видя свою подругу в таком состоянии, Рем закрыла глаза. Слезы потекли по её щекам.

Рем: Тия-сама, Рем станет мамой.

Тия: Да, я знаю.

Рем: Тия-сама, Рем… любит Субару-куна.

Тия: Да, это я тоже знаю.

Рем: Тия… Рем… любит тебя.

Тия: ……

Рем: Поэтому Рем не может… жить с тобой.

Несмотря на всю свою любовь к ней, она не могла позволить Тии остаться. Неспособность нормально сосуществовать с другими людьми была непреодолимым барьером. Ведь были те, кого Рем любила больше, чем Тию.

Рем: ……

Именно после того, как Рем призналась в своих чувствах, она обратила внимание на внешний вид Тии. В руках та держала маленькую девочку.

Какое-то мёртвое тело… Бездыханное тело какой-то девушки. Каким-то образом, она догадалась, кем это было, и…

Тия: Я заберу её с собой. Я убила её. Моя вторая… фальшивая половина хотела стать мной, поэтому я её убила.

Рем: ……Тия-сама, ты пришла… чтобы убить Рем?

Тия: Я…

Возвращение Тии в прежнее состояние означало, что Субару каким-то образом сумел всё уладить. Но его самого здесь не было, только Тия, чьи мысли были заняты лишь убийствами.

Рассуждая логически, Рем пришла к выводу, что ситуация была безнадёжной. Неудивительно было бы, если бы убитая горем, она умоляла Тию пощадить её жизнь.

Тем не менее, она этого не сделала, поскольку не видела в этом никакой нужды.

…Все дни, проведённые вместе, не позволяли ей поступить иначе.

Тия: Я…

Тия снова не смогла закончить фразу.

Её молочно-белые волосы растрепались, а на лице невольно появилась милая, беззаботная улыбка.

Тия: …Я… люблю вас… Я не убью вас.

8

Лишь к рассвету, после бесконечной беготни по дворцу, Субару добрался до клиники.

Субару: К-Как Рем!?

Доктор: Всё ещё борется за жизнь ребёнка. Почему вы, идиоты, вечно вламываетесь сюда с такими глупыми лицами? Ты только мешаешь. НЕТ, НЕ В ЗАЛ ОЖИДАНИЯ! ЖДИ НА УЛИЦЕ!

Старый маг отнёсся к Субару, пришедшему просто проведать свою жену, с невероятным холодом.

Хотя все беды с Рем случались, когда Субару и Халибель находились с ней в одном помещении, поэтому врач и не доверял им в подобном смысле.

Халибель: Да уж, мужик, уже больше половины дня прошло… Роды — это не такая уж лёгкая задача…

С этими словами Халибель, тяжело вздохнув, опустился на стул в приёмной. Под впечатлением от его слов, Клейн и остальные тоже расселись по местам, из-за чего стульев быстро не осталось.

В итоге, больше половины из них вышли на улицу, ожидая первого крика ребёнка и хороших новостей от Субару.

Конечно, сам Субару остался внутри, но не мог усидеть на месте и беспокойно бродил по приёмной.

Халибель: Су-сан, я понимаю, что ты чувствуешь, но может, ты хоть немного успокоишься?

Субару: ……Я понимаю, о чём ты говоришь, но… Прости. Я понимаю, что выгляжу жалко, но я не могу просто сидеть. Если я перестану двигаться, я просто задохнусь.

Халибель: Что ж, в этом есть смысл. Хорошо, моё дело — сказать. И, хоть я и сказал, что понимаю тебя, одной вещи я понять не могу. Не то чтобы я разделял твои переживания, просто на тебя больно смотреть.

Хоть это и звучало безответственно, Субару решил отвлечься и подумать над словами своего друга.

Тем не менее, этого хватило всего на несколько секунд, и он снова принялся расхаживать по помещению. Халибель лишь криво усмехнулся.

Халибель: В такие времена мужчины могут только сидеть в тишине и ждать… Неважно, сколько раз я подумаю об этом, это до сих пор не даёт мне покоя.

Халибель закурил кисеру и выпустил облачко дыма в воздух.

В глубине души Субару не мог с ним не согласиться. В такие времена им оставалось только сидеть в приёмной и ждать нужного часа. Он продолжал пялиться в потолок, бормоча что-то себе под нос, будто читая молитву.

Ужасная, избитая традиция, испробованная, наверно, каждым…

Субару: Пожалуйста, Господь, Будда, Христос, Иегова, Мухаммед, Ангра-Майнью…

Неважно, чьё имя ты произносишь: доброго или злого бога. Можешь молиться даже Сатане, если того требует ситуация.

Субару назвал имена всех богов, которых знал, и воззвал к ним.

Субару: …Тия, пожалуйста.

И в конце он решил добавить имя своего дорогого друга.

Я молю…

Субару: …Чтобы и с матерью, и с ребёнком всё было в порядке.

Сразу после его молитвы атмосфера в клинике резко изменилась.

Из палаты раздался голос… Первый крик, достигший их сквозь двери клиники.

Субару резко поднял лицо, а Халибель вскочил со стула. Все, кто ждал с нетерпением, подскочили с мест и в полной тишине ждали, когда из палаты выйдут с новостями.

Халибель: Ты уже придумал имя?