Re:Zero. Повторение в Альтернативном Мире с Нуля (WN) (Новелла) Том 1 Глава 2

— Сегодня четырнадцатое число по кисдаму...Правильно?

— Можешь не сомневаться. Ты без проблем уснул прошлой ночью, а сегодня утром пробудился без каких-либо происшествий. Худшего не случилось, пока ты спал. Так что не стоит переживать, всё в порядке.

— Ты говоришь глупости. Если бы я заснул, думая, что ничего опасного не произойдет, то проснулся бы мертвым. Я понятия не имею, где и когда умру, и когда всё это закончится.

Приходя в ужас от оптимизма Ведьмы, Субару ощутил мучительное чувство потери, которое он испытывал во время своих Смертей.

Не имея ни цели, ни направления, он нисколько не сомневался в том, что она может настигнуть его даже завтра... Факт в том, что Субару мог внезапно умереть, даже ничего не почувствовав. И то время, которое он провел с людьми, будет забыто, но страх и отчаяние, которые он испытал, никогда не исчезнут.

— Верно. Я была довольно опрометчива. Извини меня за это.

— Почему ты так спокойна..?

— Прости, если это тебя удивляет. Я не такая уж плохая женщина... Хотя и стараюсь таковой казаться.

Видя, что Субару чувствует себя не в своей тарелке, девушка в чёрном подмигнула ему. Каждый раз, когда он с ней разговаривал, первое, на что он обращал внимание, это то, насколько завораживают её глаза, а также то, как эта дьявольская красота покоряет сердца людей. Удивительно, что всего два цвета подчёркивают эту прекрасную внешность.

Длинные, красивые, белые словно снег волосы каскадом ниспадали ей на спину, а её стройное тело было облачено в чёрное платье, больше похожее на траурное. Пока она сидела на стуле, её изящные ноги были скрещены вместе; от этого в воздухе чувствовалась несколько томящая истома. Пока она пила из чашки, её тонкие губы приобретали странно возбуждающий блеск.

Она была развратным, демоническим существом, от которого исходило ощущение неизбежного разрушения и гибели, стоило лишь спровоцировать его... Несмотря на это, существуют весьма забавные истории о тех, кто пытался приблизиться к этой Ведьме Бедствий, к Ведьме, которая может принести лишь гибель.

То была личность беловолосой девушки, полностью одетой в чёрное, Ехидны. Ведьмы, что заключила контракт с Субару.

— Хм-м-м...

— Что случилось..? Ты пялишься на моё лицо. На нём что-то есть?

— А-а-ах, только волосы, уши, рот, нос и глаза...

— Хм? Почему даже если ты говоришь что-то совершенно банальное, я чувствую себя оскорбленной?

Ехидна нахмурилась, отвечая Субару. Увидев это, он поднял руку и сказал: — Подожди-подожди. Я не хотел тебя оскорбить. Я лишь подумал, что для Ведьмы ты не кажешься такой уж зловещей.

Даже если до недавнего времени Ведьма, казалось, источала негативную ауру, и стоит отметить, что у неё на самом деле было несколько дурных наклонностей, она в то же время всё ещё была обычной девушкой, которую можно было даже назвать добродушной.

Естественно, это не отрицает того факта, что у неё были тёмные, извращённые стороны души, свойственные Ведьмам.

— Хе-хе, это довольно необычная мысль, правда?

Сказав это, Ехидна расслабила губы и слегка улыбнулась, услышав мысли Субару. Поставив чашку на стол, она подогнула ноги и поправила свои длинные белые волосы.

— Несмотря на то, что сейчас я предстаю перед тобой в таком виде, я была одной из тех Ведьм, которые понаделали шума в разных местах четыреста лет назад. Если бы ты поймал меня, та версия меня была бы не такой благосклонной.

— Ты говоришь как ученица средней школы, требующая особого подхода.

— Если бы мы привнесли в рассказ твоё мнение, то приблизились бы к тому, что я чувствую, не так ли? Но дело не только в этом. Я должна была рассказать про это при нашей первой встрече.

— А..? Что ты сказала..? Конечно, если бы ты не была настолько терпеливым человеком, то тебя бы стошнило в нашу первую встречу...

— Когда ты так всё упрощаешь, я чувствую, что меня совсем не понимают.

Облик могущественной Ведьмы полностью изменился. Ехидна выглядела раздражённой, услышав ответ Субару. На это Субару уместно заметил: — Не сейчас, — чтобы сменить тему. Тем не менее, сказанного уже было достаточно.

— Не пристало нам углубляться в пустые сплетни. Мне пора возвращаться в реальность.

— Ты уже уходишь? Останься ещё немного, никто не будет возражать. Как тебе известно, время в течение которого ты здесь находишься, никак не влияет на реальность. Ты можешь отдыхать сколько угодно... На это я и надеюсь.

Говоря всё это, Ехидна намеревалась остановить Субару, который в этот момент выпрямился и встал со стула. В ответ на уговоры Ведьмы он лишь похрустел шеей.

— Верно. Если честно, я знаю, что ты пытаешься помочь мне, предлагая остаться, но...

Прервавшись, Субару повернул голову и посмотрел на Ехидну. Глаза Субару и тёмные очи Ведьмы встретились. Тем не менее...

— Я не хочу всё время зависеть от тебя. Ты должна знать, что это не тот контракт, о котором шла речь.

— Боже мой, ты обманываешь сам себя. Я единственная в этом мире, кто может помочь тебе перенести страдание и горе.

— Я не собираюсь ни с кем делиться своей болью. Она только моя. Лишь с таким отношением я могу её преодолеть. Это истинная причина нашего контракта. Не так ли?

Тихим, но твёрдым голосом Субару сделал это заявление перед всё ещё раздражённой Ехидной. Услышав его слова, она опустила взгляд и продолжила молча пить из своей чашки.

Её молчание служило явным сигналом о нежелании продолжать беседу. Осознав это, Субару отвернулся от женщины и начал свой спуск с холма. Однако, прежде чем уйти, он на мгновение остановился, чтобы снова взглянуть на Ведьму.

— Кстати, всего минуту назад ты ведь не отрицала, что следила за мной и днём, и ночью?

— Хм..? Мне кажется, я сказала «даже если»?

— Даже если это так, думаю, я прекрасно понимаю, что ты на самом деле хочешь сказать!

Они обменялись взглядами.

Почувствовав на себе взгляд Субару, Ехидна издала тихий вздох. Затем она снова поднесла чашку к губам. Это было красноречивое заявление о том, что дальнейший разговор не имеет смысла...

— Предполагаю, ты думала, что я просто уйду, если ты продолжишь в том же духе, да? Ты когда-нибудь прекратишь вести себя настолько бесцеремонно? М?

— Разве это не естественно? Я не настолько бессовестна, чтобы наблюдать за твоей ванной или твоими визитами в туалет. Просто до тех пор, пока ты не будешь в полной безопасности, я не могу отвести от тебя свой взгляд. В конце концов, я, Ведьма Жадности, обязана честно соблюдать условия нашего контракта...

— С этого момента я буду снимать кулон, когда пойду в ванную или буду умываться.

Отмахнувшись от поток слов Ведьмы, Субару начал спускаться с холма, стараясь сдержать нарастающее смущение. У подножия холма, в том месте, где Субару в первый раз ступил на травянистую равнину, внезапно материализовалась дверь. Единственная дверь, не имеющая никакой опоры. Это была та самая дверь, которая позволяла ему перемещаться в другие миры и возвращаться.

Оказавшись перед дверью, Субару положил руку на дверную ручку и повернулся так, чтобы не видеть Ехидну. Она смотрела ему вслед, её белоснежные волосы трепетали на ветру.

Заметив, что Субару смотрит куда-то мимо неё, она, немного поколебавшись, едва заметно помахала рукой. Не удостоив её ответом, Субару издал вздох и прошёл сквозь дверь.

И почти сразу же его сознание, находившееся в плену мира грёз, было освобождено и возвращено в реальность.

Очнувшись, Субару обнаружил себя стоящим посреди своей комнаты, всё ещё сжимая в руке свой Чёрный Кристалл. Глубоко вдохнув, он взглянул на Магический Часовой Кристалл, расположенный над дверью. Его зелёный оттенок остался неизменным. Это служило неоспоримым доказательством того, что в мире грёз он провёл всего лишь несколько секунд.

— Я никогда к этому не привыкну...

Каждое утро он отправлялся в мир грёз, чтобы принять участие в чаепитии с Ехидной. Но каждый раз, возвращаясь в реальность, он всё ещё не мог привыкнуть к дискомфорту, вызванному огромной разницей в восприятии после перемещения между мирами. Это было ощущение, совершенно отличное от Посмертного Возвращения. Субару вздохнул и…

— Почему бы тебе не попытаться смириться с тем, что ты не можешь привыкнуть? Возможно, тебе станет немного легче, если ты примешь это хотя бы ради собственного спокойствия?

Голос Ведьмы, с которой он только что попрощался, прозвучал будто прямо у него в ушах. Этот голос исходил от его контрактора; мысли Ведьмы транслировались через кристальный камень, висевший у него на шее.

Их судьбы были неразрывно переплетены контрактом, даже когда он не находился в мире снов. Это позволяло Ведьме напрямую связываться с Субару.

Тем не менее…

— Мне показалось, я дал чётко понять, что не стоит связываться со мной по пустякам.

— Рядом никого нет. Не думаю, что кому-то будет дело до тебя, если ты уделишь мне внимание, находясь в одиночестве в комнате.

— А что, если бы мы начали разговор в присутствии других людей, и из-за тебя все бы подумали, что я сошёл с ума?

— Вижу, ты смотришь на ситуацию под новым углом. Но, осмелюсь заметить, для духов совершенно нормально вести мыслительные беседы со своим пользователем. Это не выглядит столь уж подозрительно.

— В случае с Пользователями Духов оба собеседника используют свои мысли для общения. В моём же случае только ты общаешься мысленно, а у меня не остаётся выбора, кроме как разговаривать с самим собой вслух. С этой точки зрения, ситуация, в которой я нахожусь, довольно раздражает.

— Да-да, я поняла. Как скажешь, я буду молчать, кроме случаев, когда потребуется моё вмешательство. Тебе удалось заставить Ведьму подчиняться... Ты настоящий мастер в этом.

— ЗАТКНИСЬ К ЧЁРТОВОЙ МАТЕРИ.

— Ой-ой. Пожалуйста, не стесняйся обращаться ко мне, если я понадоблюсь, о мой повелитель.

С гневом и насмешкой в голосе Ехидна отстранилась, произнеся на прощание несколько театральных фраз. Даже после этого Ведьма, вероятно, наблюдала за этим миром через кулон, но Субару отбросил эту мысль и глубоко вздохнул. Теперь он точно будет убирать кулон в задний карман, когда будет принимать ванну или ходить в туалет...

— Господин Субару, вы не спите?

В дверь постучали, и Субару вспомнил, что обычно просыпается именно в это время. Глубоко прокашлявшись, он услышал нежный голос, доносившийся из-за двери. Хлопнув себя ладонями по лицу и придав себе ободряющую улыбку перед зеркалом, он с большим сожалением ответил: — Входи.

После его слов дверь медленно отворилась, и в комнату вошла молодая девушка.

— Доброе утро, господин Субару. Сегодня снова чудесное утро.

С лучезарной улыбкой произнесла юная горничная, одетая в строгую униформу... Пэтру Лейт, личного слугу Бару.

Когда они впервые встретились, она была подобна неоперившемуся бутону. Теперь же подошло время, когда нежные лепестки начинают раскрываться, придавая ей изящные формы, всё больше приближая её к тому, чтобы безупречно выглядеть в своём наряде горничной.

Её манеры под стать наряду. С самого начала она была удивительной, обладая острым умом и быстротой восприятия. Ныне же, в роли горничной, Пэтру достигла вершин мастерства.

Четырнадцатилетний цветок... Увидев повзрослевшую улыбку Пэтру, Бару, тоже улыбнувшись, ответил: — И тебе доброе утро, Пэтру. Я полностью согласен, это поистине восхитительное утро, ведь я увидел твою очаровательную личину. Я тоже очень рад.

— Бару по-прежнему говорит такие вещи... Ах, но небо за лесом выглядит облачным, возможно, дневная погода испортится. Я планирую отправиться за покупками после обеда, очень надеюсь, что будет солнечно-о-о-о.

Склонив голову в ответ на приветствие Бару, Пэтру повернулась к окну и что-то пробормотала. Её слова всё ещё несли оттенок детской непосредственности, вызывая у Бару лёгкую усмешку.

— Ах! Нет, господин Бару.

— Ха, твой безупречный образ горничной дал небольшую трещину. Как же это похоже на тебя, Пэтру.

— Боже, прошу, перестаньте обращаться со мной как с ребёнком. Я уже совершенно взрослая. Я работаю горничной уже два года... Благодаря этому я и повзрослела!

Перебирая свои рыжие локоны, Пэтру начала заливаться румянцем, а её губы смущённо сжались. Бару, стоя перед изящной фигурой своей милой подруги, ласково погладил её по голове. Пэтру, прищурившись от счастья, расслабленно выдохнула, когда его рука коснулась её.

— Итак, что ты собираешься делать сегодня утром? Ещё слишком рано для завтрака, но...

— А, пока я просто завершу свой обычный распорядок, а потом, если всё сложится удачно, мы сможем позавтракать со всеми. Если же нет... тогда как обычно.

— Понял...

Услышав слова Бару, Пэтру слегка опустила взгляд, а затем её лицо резко стало серьёзным. Расстроенный тем, что из-за него такое милое создание изменилось в лице, Бару вновь погладил Пэтру по голове.

— В любом случае, благодарю тебя за сегодняшний день. Особенно за то, что пришла разбудить меня.

Ответа не последовало.

— Пэтру?

— Господин Бару действительно неловок в выражении своих чувств.

Пэтру с досадой вздохнула, обращаясь к Бару, который в этот момент странным образом пытался сменить тему разговора. Затем девушка покачала головой и улыбнулась, словно трепетно распустившийся цветок.

— Нет, это моя работа. Кроме того, будет намного лучше, если господин Бару не будет слишком долго спать... Даже учитывая его беззаботность.

— А?

— Не обращайте внимания. Что ж, увидимся позже. Прошу прощения.

Каждое утро, исполняя роль живого будильника для Бару, Пэтру прощалась с ним изящным реверансом. Дверь захлопнулась, и Бару удовлетворенно кивнул, наблюдая, насколько стремительно взрослеет Пэтру.

— Пэтру стала великолепна. Я горжусь ею, как старший брат.

— Однако, она, похоже, не считает тебя старшим братом.

— Разве я не говорил тебе молчать, если я не прошу тебя говорить? Госпожа Ведьма так быстро нарушает свои обещания.

Бару был поражён настойчивостью Ведьмы и её неспособностью хранить молчание. Но, тяжело вздохнув, он обернулся и взглянул на дверь, за которой исчезла Пэтру.

— Я старший брат этой девушки, понимаете? Следовательно, Пэтру — моя милая младшая сестра. Вот почему я сделаю эту девушку счастливой... Я, несомненно, сделаю это.

— Сделать её счастливой, говоришь?.. Эти слова могут обернуться чем-то ужасным.

Уловив серьёзность в тоне Бару, Ведьма произнесла это без тени насмешки. Не обращая внимания на слова Эхидны, Бару покинул комнату. В коридоре особняка стало довольно прохладно. Это было предзнаменованием грядущего утра. Дрожа, Бару вышел наружу.

Его

ежедневная рутина вот-вот начнётся.