Руководство правильной жизни для ранкера Том 3 Глава 36 По стопам Гэтсби (4)

Волны плавно колыхались.

Мерцание палубных огней роскошным светом озаряло ночную гладь моря.

В час, когда закат окончательно угас, устроенная мадам корабельная вечеринка поражала своим продуманным до мелочей великолепием.

Приглашенные не раз ахали от восхищения, перешептываясь, что на воду будто спустили целое прованское поместье. Впрочем, и сами гости, собравшиеся здесь, были один другого лучше.

Габриэлла со смущённым видом потягивала шампанское.

«Никогда прежде я не чувствовала себя такой незначительной…»

На родине ей даже не приходилось прилагать усилий — люди всегда сами подходили и заводили разговор.

Однако здесь, где стоило лишь повернуть голову, как взгляд натыкался на именитых охотников, голливудских актёров А-ранга и сплошных миллиардеров, на такое рассчитывать не приходилось.

К тому же...

«Надо же было Монике тоже появиться».

Столкнуться с главной зачинщицей школьных издевательств — для случайного совпадения это слишком нелепо.

Она всегда тщательно проверяла списки гостей, чтобы избегать её... Но надо же было попасться именно здесь!

Моника Кэмпбелл, похоже, ещё не знала о присутствии Габриэллы: она собрала вокруг себя девиц своего круга и весело щебетала.

«Всё никак не оставит свои замашки королевы школы. И вообще, куда братец запропастился, оставив меня одну…»

— Ой?

Габриэлла резко обернулась.

Их взгляды с Моникой встретились!

Неужели та её заметила? Сердце испуганно забилось чаще.

Как только она это осознала, Габриэлла пулей бросилась прочь с места.

«Нужно где-нибудь спрятаться!..»

В панике она толкнула первую попавшуюся дверь.

Это оказалась дамская комната.

К счастью, внутри никого не было.

Едва Габриэлла дрожащими руками попыталась запереть дверь, как...

— Габи, дорогуша. Куда это ты так спешишь?

Белая ладонь бесцеремонно вклинилась в дверной проём.

— Ик! — Габриэлла смертельно побледнела и отшатнулась.

Зато блондинка, толкнувшая дверь и вошедшая внутрь, сияла лучезарной улыбкой.

— Мо... Моника!

— Вау. Какая же ты неуловимая. Правда, девочки? Ходили слухи, будто ты меня избегаешь, я не верила, но это оказалось правдой! Ха-ха! Видели, как она только что драпала? А-ха-ха, я чуть со смеху не умерла.

Моника хохотала, держась за живот, а стоявшие рядом девицы ей вторили.

Кошмар школьных времён оживал наяву. Габриэлла затряслась всем телом.

— За... зачем ты так? Мы ведь уже выпустились. Всё в прошлом, всё давно закончилось. Мы можем просто идти своими путями, почему ты…

— Это кто решил, что всё закончилось?

Лицо Моники мгновенно стало ледяным.

— Из-за кого, по-твоему, я пролетела мимо Гарварда? Предательница не имеет права затыкать рот и делать вид, что всё кончено.

— !.. Я ничего не делала! Я же говорила! Ты постоянно издевалась надо мной…

— Если доносчиком был твой парень, с чего тогда ты ни при чём? Ну-ка скажи. Я тебя тогда пальцем тронула, обзывала, или что? А?

— Хнык... Моника... Пожалуйста, прости меня...

Ужас старой обиды парализовал её разум.

Моника продолжала тыкать в неё пальцем, заставляя пятиться, пока плечи Габриэллы с глухим стуком не упёрлись в дверь туалетной кабинки.

От удара ноги Габриэллы подкосились, и она беспомощно осела на пол.

— Фу, блин! Что за?.. Она что, обделалась от страха?

— О боже, это жесть. Сколько ей лет вообще? Ну и вонь.

— Господи, Габи! Так вырядилась, а выглядишь как убожество. И как ты собираешься возвращаться в зал в таком виде? Так не пойдёт. Мы обязаны тебе помочь.

— И что сделаем?

— Как что? Отмоем её. Тащите воду.

Громкий издевательский хохот, презрительные взгляды, намокшее платье... Всё смешалось в голове, вызывая тошноту и головокружение.

Это был конец.

И в тот самый миг, когда Габриэлла окончательно погрузилась в отчаяние...

— […Моя маленькая привычка экономить воду дарит улыбку ближним, страдающим от её нехватки. Кампания министерства земли, инфраструктуры и транспорта Республики Корея.]

Внезапно раздался звонкий, чуть хрипловатый голос.

Что за чертовщина?

Растерянные девицы разом повернули головы на звук.

— [Классный руководитель 3-го «А» класса старшей школы Утренняя Звезда, учитель Чху Суён… Ну и повёрнутая на воде баба была. Заставляла нас зубрить лозунги этой социальной рекламы вместо таблицы Менделеева. Настоящий маньяк водных процедур местного разлива…]

— ...Что... что за бред вообще?

«Корейский?..»

Габриэлла тоже только сейчас осмелилась поднять голову.

В самом дальнем, укромном углу дамской комнаты сидел человек, о чьём присутствии они даже не догадывались.

Утонув в глубоком, мягком кресле, незнакомка лениво разглядывала их.

Её руки, небрежно перекинутые через подлокотники, придавали ей одновременно высокомерный и крайне расслабленный вид.

Лицо её было настолько бледным и прозрачным, что казалось, будто сквозь кожу вообще не просвечивают вены.

Гладкое каре цвета чёрного дерева, острое, как тщательно заточенный клинок, и облегающее чёрное сатиновое платье сидели на её миниатюрной, хрупкой фигуре как влитые.

Несмотря на совсем юное лицо, её аура давила многотонным грузом.

Один только её взгляд заставлял задыхаться от невидимого давления.

Внешность девушки и её аура совершенно не совпадали, что делало её ещё более зловещей.

И тут Габриэллу внезапно осенило. Она вспомнила, что слышала о тех, кто носит такое метафизическое несоответствие как непробиваемую защиту.

«Маг!..»

Это точно был маг.

Причём невероятно высокого уровня!

— …

— …

Жуткое, противоестественное присутствие незнакомки ощутила не только Габриэлла.

Неудивительно, что в помещении воцарилась мёртвая тишина.

Пусть современная цивилизация и пытается притворяться развитым правовым обществом, эпоха Вавилона по своей сути оставалась веком беззакония.

Среди пробуждённых уже давно укоренился культ силы, где слабый обязан пресмыкаться перед сильным, а за пределами башен и подземелий по улицам средь бела дня совершенно легально разгуливали заточенные под убийство егеря с руками по локоть в крови.

А маги среди этих маньяков-убийц считались самыми жуткими тварями.

Пусть сейчас эти девицы и вели себя как школьные стервы, они не были глупыми малолетками.

Как и подобает хорошо воспитанной элите, они прекрасно умели отличать тех, к кому лучше не лезть.

Никто из них не посмел вякнуть в духе: «Ты кто такая, чтобы вмешиваться?» или «Что ты там бормочешь?».

В тишине раздавался лишь хруст леденца на палочке, который лениво грызла черноволосая девушка.

«Она… смотрит на меня?» — Габриэлла моргнула.

Не выдержав пристального, словно у хищной птицы, взгляда золотых глаз, она поспешно опустила голову.

— [О Роуз.]

От этого неторопливого оклика одна из стоявших в ступоре девушек аж подпрыгнула на месте.

— [А?! Я… откуда вы знаете моё имя?!]

— [Думаешь, твой дед Мёнчжэ ради того в свои преклонные лета спину горбатит и бабки зашибает, чтобы ты тут фигнёй страдала? Ай-яй-яй, ну и ну. Конец света. С каких это пор внучки стали такими неблагодарными?]

— [Да ничего подобного! Я вообще не знала, что тут происходит, меня просто за компанию припахали! Кто ж знал, что они это устроят!]

Разговор шёл исключительно на корейском.

Моника осторожно поинтересовалась:

— …Роуз, это твоя знакомая?

— Н-нет? Но, похоже, она знает моего дедушку!..

— [Ишь ты, кто это тут посмел вякать на английском? Стоило вас разок откатить назад, как вы сразу страх потеряли и расслабились.]

Дожили. В присутствии Кинга иностранцы смеют лепетать на своём иностранном.

— !..

Стоило девушке подняться с кресла, как все присутствующие окончательно оцепенели.

Заложив руки за спину, она не спеша двинулась вперёд, и свита Моники расступилась перед ней, словно Красное море. Они поспешили отойти как можно дальше.

Габриэлла безмолвно наблюдала за этой сценой.

Остановившись в полушаге, маг бесцеремонно схватила её за подбородок и резко вскинула голову вверх.

В этом жесте не было ни капли деликатности. У Габриэллы против воли вырвался тихий стон. Однако незнакомка, совершенно не обращая на это внимания, повертела её голову из стороны в сторону, оценивая под разными углами, после чего коротко усмехнулась.

— [А ведь у тебя и правда такое лицо, что так и подмывает помучить. Помочь?]

— !..

Габриэлла училась в престижном университете Лиги плюща. Она худо-бедно понимала базовый корейский.

Но она инстинктивно скосила глаза в сторону Моники, и пальцы, держащие её за подбородок, тут же сжались сильнее.

— Ой!

— [Куда пялишься, зассанка? Твой спаситель стоит прямо перед тобой.]

— …М-мне больно…

Слёзы сами собой навернулись на глаза.

Сколько бы Габриэлла в полном напряжении ни всматривалась в лицо оппонентки, оно оставалось абсолютно бесстрастным. Поди пойми, что у неё в голове.

Жутко. Но ведь она чётко спросила: хочешь ли ты, чтобы я помогла тебе?

Подбородок крепко держали, и она даже не могла проверить реакцию Моники.

Она лихорадочно соображала: «Этот маг — третье лицо. Даже если сегодня она меня спасёт, завтра всё вернётся на круги своя. Мы с Моникой вращаемся в одних кругах, наши семьи равны по положению, мы продолжим сталкиваться, и, возможно, из-за сегодняшнего инцидента травля станет ещё более жестокой».

«Но…»

Золотые глаза перед ней были неописуемо прекрасны.

Видела ли она за всю свою жизнь свет более завораживающий, чем этот?

— …Хнык.

Горькие слёзы брызнули из глаз ручьём.

Маг слегка поморщилась и совершенно небрежно, без всякого изящества, смахнула влагу с её щеки. Габриэлла мёртвой хваткой вцепилась в эту руку.

— [Помо… да, кхек, пожалуйста, помогите мне!..]

Ладонь, за которую она держалась, была леденящей, почти нечеловечески холодной.

Но от этой неестественной температуры ей, как ни странно, стало только спокойнее. Будто само абсолютное спасение обрело плоть.

— [Ого, так ты шаришь по-корейски? Ладно, поняла, так что хорош ко мне липнуть.]

— Хнык…

Маг выпрямилась во весь рост.

О Роуз сообразила первой и пулей отскочила назад.

— […Г-госпожа? Это правда недоразумение. Я вообще не при делах. Честное слово, я тут посторонняя.]

Её лицо к этому моменту стало мертвенно-бледным. Наконец-то до неё дошло.

Корейский маг.

Чёрное каре и золотые глаза. И две уникальные родинки-слезинки, расположенные словно созвездие!

Перебирая в уме эти редкие, но точные подсказки, она внезапно всё поняла. Ей хотелось проклясть себя за то, что она не узнала её в тот же миг, ведь это имя значилось в списках лиц, о которых ей давали наставления несметное количество раз.

Однако медлительные умы, которым требуется время для осознания, существуют повсюду.

Моника Кэмпбелл ощутила, что с ней обошлись несправедливо.

Насколько бы могущественным ни был этот маг, не является ли это чрезмерным?

Да что она вообще знает?!

Пусть сейчас ей и приходится подчиняться обстоятельствам, в будущем она непременно отомстит. Поэтому Моника прошипела:

— Возможно, вы соизволите представиться и объяснить, что здесь происходит? Габриэлла тоже должна знать имя своей спасительницы, чтобы отплатить ей. Не дерзите.

«Моника, ты законченная дура... Ты жизнь свою не ценишь?! Какого чёрта ты произносишь эти шаблонные фразы пушечного мяса из дешёвых романов?!» — мысленно взывала О Роуз, но Монику было уже не остановить.

— А, вы, кажется, английский не понимаете? Говоря проще? Who are you? [Кто ты]?

«Кья-а-а-а-а-ах!»

Всё, это конец!

О Роуз мысленно закричала, словно персонаж с картины Мунка.

А Хынсон Тэвонгун, местный житель, который не понял «Who are you», но прекрасно уловил слово «NUGU» [1], лишь едва заметно кивнул.

— [Это что-то новенькое.]

— Пф, он реально ничего не понимает. Эй, маг Габриэллы! Я спрашиваю, ты [кто] такая…

— Чжо.

— ...

— Я — Чжо. Кён. Чжи. О. Ду ю ноу Кинг?

«Вы что, забыли, как переводить, блять?» — председатель клуба «Ду-ю-ноу» выразительно посмотрела на О Роуз, но это уже не имело значения.

С лиц девушек мгновенно исчезла вся кровь.

Десять лет. На английском — Decade.

Все эти годы это имя стояло на вершине уходящей эпохи. Не знать его мог только законченный идиот.

— Хм-м-м...

Ишь ты, посмотрите на них.

Кён Чжио щёлкнула шеей. Короткий, отчётливый звук разнёсся по комнате.

Глаза Моники наполнились первобытным ужасом.

— [Вы что, монстра увидели? Чего так боитесь? Я вас убивать собираюсь? Не убью.]

Конечно, стоило немного подумать.

Оттаскать за волосы девушек, одетых в дорогие вечерние платья, было бы не очень прилично, но и просто так оставить всё как есть, будучи старшей сестрой, у которой есть младшая, — внутренний голос категорически возражал... Хм-м-м. Что ж, придётся.

— [Народ, кто-нибудь из вас слышал про «упор лёжа головой в пол»?]

Всем принять исходное положение, к исполнению приступить.

✧

— ...Жёнушка, дорогая? Если тебя что-то во мне не устраивает, просто скажи. Не нужно молча исчезать, ничего не объяснив.

— Если бы это решало проблемы, я бы давно это сделала.

— Что это значит? И какие такие проблемы нельзя решить?

— Есть такие. Имеются.

— Ха-а... Ладно. И где ты, чёрт возьми, пропадала? Ты хоть в курсе, что я едва не перевернул этот корабль?

— Ты псих, что ли? С чего бы тебе корабли переворачивать. Да так... увидела, как одну мелкую рыбёшку притесняют, ну и решила проявить немного человеколюбия, — вяло отмахнувшись, Чжио бросила быстрый взгляд на зал.

Разумеется, это была вечеринка на палубе, но стойкий запах рыбы, который сейчас отчётливо доносился, исходил вовсе не от морских волн.

«Надо же».

Сегодня какой-то международный день рыбы, о котором я не знаю?

«Откуда здесь столько русалок собралось».

Примечание:

1. Слово «кто» на корейском языке звучит как nugu.